Боль напомнит тебе
11 сентября 2022 г., 08:38
Неделями спустя, Кастиэль наконец пришёл в себя. Помылся, расчесался, даже стал носить свежую одежду. Вы, подумаете, что это чья-то одежда Винчестеров. Но нет. Это он купил на свои деньги. Буквально пару дней назад, Кас нашёл работу на заправке. Может, это и странно, но для человека Ангела - это достижение. Дин почему-то не привык, что Кас занимается человеческими делами, работает, не упоминая ни охоту, ни чего-либо ещё. Он проводит на работе где-то до вечера, и возвращается обратно уже весь измотанный.
Дин направился на кухню сделать себе попкорн. Сегодня он обязательно должен попробовать уговорить Каса посмотреть с ним его любимый фильм «Неприкасаемые». Как бы он не перепирался и не противился.
Сэмми забрал у Дина Импалу, так что Винчестер вынужден провести свой день с ангелом. Дин рад, определённо. Ему бы не помешало провести с Кастиэлем время. Они уже давно не были по-настоящему близки.
Он берёт пакет попкорна, открывает его и видит ангела. Красивый, ухоженный, словно голливудский артист. Дин сглатывает, не отводя от него глаз. Ангел стоит напротив него, наблюдая за попкорном. Но его внимание быстро теряется куда-то в сторону. Весь внезапный мир вокруг пропадает. Перед ним только Кастиэль. Его глаза тёмно-синие, печальные, как океан в безветренный день. В них плещется неземное страдание и сожаление.
Кастиэль делает движение в сторону. Вперёд, затем ещё и ещё, и так до тех пор, пока перед глазами Дина он не исчезает совсем. Только это заставляет Винчестера очнуться, и наконец обратить внимание на свой жалкий попкорн. Он собирался приготовить его, а в результате засмотрелся на Кастиэля.
Молчание затягивается между ними, никто так и не прерывает её, и у Дина словно что-то треснуло в груди. У них определённо не все в порядке. Никаких объятий, ни разговоров. Так не пойдёт.
Наконец Дин решает прервать молчание. Он чувствует, что должен сделать что-то. Он слегка откашливается, пытаясь говорить обычным тоном.
– Могу я пригласить тебя в кино? – Говорит он, в своей привычной манере, не обращая никакого внимания на то, что Кастиэль не оборачивается. Но ведь он же слышит, чёрт возьми.
Оказывается, Кастиэль всё это время шёл за сигаретами. И как вовремя, Дин это заметил. Резко преодолевая между ними расстояние, Дин выхватывает у Кастиэля пачку, и бросает куда-то в угол. В глазах читалось: Злость, удивление, разочарование. Никогда не было такого, чтобы Кас курил, и это было больно. Видеть, как что-то изменилось. Изменилось слишком многое.
– Я не знаю! – Резко отвечает Кастиэль, поднимая взгляд на Винчестера. Тот видимо, хотел уже было накричать лишний раз, но Ангел его опередил.
Губы Каса кажутся сухими, бледными, глаза становятся холодными, и он сжимает кулаки. Дин тоже выглядит так, будто готов на что-то наброситься. Может, он хочет ударить, или разбить Кастиэлю нос. Но в итоге они стоят друг напротив друга в тишине. На несколько секунд воцаряется напряжённое молчание, полное шока и агрессии.
В глазах Кастиэля пляшут искры холодного гнева, и Дин понимает, что он впервые видит его таким. Его безупречные черты напряжены, брови нахмурены, и он ещё сильнее сжимает кулаки. У него дрожат руки.
Впервые видит его таким, с этим гневом во взгляде и сжатыми кулаками.
Винчестер ожидал чего угодно. Он сглатывает, не отводит взгляд, но не знает, что делать. Он просто смотрит на него, игнорируя мороз по коже. Мурашки, окутанный страх за этой маской злости и боли. Игнорируя все это, где-то внутри, Винчестер хотел сказать ему что-то успокаивающее. Обнять как прежде, сказать что-то хорошее для Каса, но знает, что Кастиэль этого не оценит. Он просто ничего не сделает.
Дин уже хотел было открыть рот, но не успевает. Кастиэль отворачивается от него и уходит.
Уходит из кухни.
Оставляя его одного в гневе, тоски и одиночестве. Дину не хватает воздуха, он делает шаг в сторону, словно собирается броситься за Кастиэлем, но не делает этого. Он будто прирос к земле и больше не в силах сделать шаг. Он оборачивается, и лишь смотрит как Кастиэль идёт к выходу.
Идёт к себе.
Он ушёл, а Дин остаётся наедине со своим попкорном. Аппетита больше не было, и настроение, к сожалению, ушло вместе с Касом. Через несколько секунд Дин замечает, что пальцы сжали этот жалкий пакет.
Даже если фильм они и не посмотрят, пусть хотя бы добро не пропадает.
***
На следующее утро Дин всё же набирается смелости, и стучит в дверь комнаты Каса. В ответ слышится тишина. Дин некоторое время прислушивается, затем стучит ещё раз. Опять никакого ответа. Постучав в дверь в третий раз, Дин понимает, что ответа он не получит. Поэтому разворачивается, прикусывает губу и с тяжёлым сердцем уходит прочь.***
Дин берёт целую кучку попкорна и бросает её в рот. За окнами деревья, которые придают вечеру особое очарование, висят в воздухе и тихо покачиваются. Это что-то среднее между тишиной и ощущением беспокойства. Лёгкий туман, растекающийся по асфальту, делает его ещё уютнее. А уличные фонари светят тускло и загадочно. Дин любуется этой картине ещё несколько секунд, а потом в нос ударяет давно знакомый запах табака. Кастиэль сидит с Дином на диване, и смотрят его любимый фильм. Правда на приличном расстоянии друг от друга. С правой стороны Каса стоит тумбочка с тарелкой попкорна, которая до краев полна. Дин рассчитывал, что есть его он будет вместе с ним, но оказалось, доволен этим только он один. И это разочаровывало. Одежда Кастиэля так и пахнет сигаретами от чего это портило всю атмосферу. Винчестер не проронил ни слова, так как знал, что все завяжется в очередной конфликт между ними, и не разговаривать они ещё будут как минимум неделю. А этого он не хотел, и поэтому молча терпел, стараясь глазами увлечься фильмом. Дин не был уверен, что Кас вообще заинтересован, даже если его глаза были устремлены на экран телевизора. К попкорну он так и не притронулся.***
На этот раз Дин встречает Каса с работы, в надежде сделать что-то приятное. Он распахнул руки в стороны, с намеком на крепкие объятия, и в конце концов дожидается, когда дверной замок издаст сочный щелчок. Щелчок, ещё один, и ещё, и дверь наконец открывается. Кастиэль выглядел уставшим, измотанным, и он не улыбается, когда видит Дина. Он замирает в дверном проёме и хмурится. Глаза его выглядели как бездонные чёрные дыры, и в нём было что-то невыносимо пугающее. Радостная улыбка Дина исчезла, а Кас, бросая сумку на пол, разворачивается и уходит, так и не ответив на объятья. Дин почему-то смотрит ему вслед, и не может подобрать слов, хочет что-то сказать, и не может. Как будто язык лишён набор букв, которые сложили бы его мысли в слова. Когда Кас грубо хлопает дверью ванной, Дин умоляющее смотрит на Сэма. Словно он знает все ответы на его немые вопросы, но тот, лишь с печалью проводил его глазами, а затем, переводя взгляд на старшего брата, пожимает плечами. Он не хотел бы стать еще одной проблемой в их отношениях, он и сам уже пробовал с ним поговорить, едва ли не в первый день их встречи. Всё безрезультатно.***
На этот раз, Дин не ждёт Каса у порога, не ждёт его на диванчике в гостиной, не ждёт на кухне и больше ничего не готовит, чтобы поесть вместе. Поесть вместе… Дин уже забыл что это, не считая Сэма. С ним ощущается все иначе, а вот Кас… Кас — всегда главная опора, его присутствие успокаивает и даёт чувство защищенности. И Дин не хочет ни в чём признаться даже себе. Ну вот ни в чём. Кас — лучшая часть его души. Его шестое чувство. Его правая рука. Всё, что он щас делает, это ждёт когда Кас освободит ванную. Ждёт, прислушивается, слышит только звук льющейся воды, и выдыхает. Хоть какие-то признаки жизни. Хоть какая-то связь с реальностью… Потому что от него Дин не слышал ничего. Создавалось ощущение, что он снова обрёл крылья, и улетал к себе домой. Улетал к себе обратно, на небеса, а на земле его будто и не существовало. И это пугало Дина. Он слишком тихий, молчалив, и страшен, стоит лишь взглянуть ему в глаза. Но пугало не его злость, ненависть, синие глаза, которые сверкали жгучей жестокостью. Пугало то, что Кас смотрел на него с пустотой. Без тени радости и тепла, как раньше. И его уже ночами стали преследовать мысли, что у него кто-то есть. Кто-то лучше его. И от этого внутри что-то рушилось. А следом хотелось взорвать и этот мир, и себя. Хотелось быть у кого-то любимым. Чем дольше Дин видел в глазах Каса пустоту, тем сложнее становилось оставаться рядом с ним. Внутри поднималась волна беспричинной агрессии и злости. И это угрожало порвать всё. А Кас, как нарочно, только и делал, что становился всё равнодушнее. Дин настолько увлёкся мыслями, что даже не заметил, как Кас уже вышел из ванны и полотенцем вытирает голову. Винчестер не сразу опомнился, так как слегка засмотрелся на его ловкие движения рук. Как волосы Каса, коснувшись полотенца, становились мягкими, и приятными для глаз. Они мокрые, но всё равно выглядели привлекательно. Его руки слишком обнажены, и Дин не помнит, когда в последний раз он видел такую картину. Свободное тело от лишней одежды, прочной ткани… он постоянно что-то носил, одевал, а потом запирался в комнате. Видеть такое, большая редкость для Дина. И ему она нравится. Руки Каса были нежными, пахли свежестью, его так и манило их потрогать. Коснуться их. При мысли об этом у Дина внутри появляется приятное тепло. Как всегда, что-то на секунду слабеет. Но это всё резко исчезает, потому что Кастиэль стал отдаляться. Всё дальше и дальше, и Дин, отстраняясь от стены, побежал за Ангелом. – Эй, Кас! – Выкрикнул он. – Кас! Остановись! – Он хватает его за плечо, и Ангел, словно от огня, обернувшись отстраняется, чему Винчестер испугался. – Кас… – Медленно проговаривает он, вытянув руки как в знак мира. Молчание. Хмурое лицо Каса на секунду заставляет Дина замереть, словно он способен ему что-то сделать. Что-то ангельское, плохое. И он сглатывает, как только понимает, что он остановился. Остановился, чтобы выслушать его. А может, и наоборот. Дин не знает. – Давай поговорим.. – Уже спокойнее, мягче говорит он. На это Кас ничего не отвечает, он разворачивается, уходит, и закрывается. Снова. Дин начинает чувствовать злость. Он издевается над ним? Винчестер не отступает, и словно проваливаясь в пустоту идёт за ним. Добирается до двери, которую до сих пор не открывает Кас. Упираясь руками в дверь, как в стену, он кричит: – Кас! Подожди! Я не сделаю тебе ничего плохого! Поверь! Ответа нет. Проходит неизвестно сколько времени. Дин всё по-прежнему караулит комнату Кастиэля, и прислушивается к каждому звуку. Ему казалось, он уже изучил каждую пылинку, стенку, любую, незначительную мелочь. А в комнате по-прежнему тишина. Сидя на полу, Дин смотрит на потолок и задумывается. Вспоминает, как раньше они охотились, смеялись. Как раньше были вдвоём, как раньше было хорошо. А сейчас… Сейчас это словно кошмар, который Дин предпочёл бы никогда не видеть. Не знать. Дверная ручка поворачивается, и Дин видит Каса. Уже одетого, причёсанного. Волосы стали ещё более мягкими и сухими. Он как можно быстрее встаёт на ноги, словно боится упустить шанс, и замирает. Кастиэль смотрит на него, равнодушно, с холодом. И это рушит все тёплые представления у Дина. Моменты, воспоминания. Потому что сейчас между ними большой камень, который не расколоть. Спустя несколько секунд, он замечает, что Кас одет: В свой любимый знакомый плащ, и в белые штаны, и в футболку. Как в тот раз, в момент с «пчёлами»… От воспоминания у Дина появляется комок в горле. Он смотрит на него достаточно долго, глаза медленно с ног до головы изучают его прикид, и мысль одна – Кастиэль хочет уйти. В тот день, Кастиэль выслушал его и сбежал. Сбежал от страха. Но сейчас в его глазах не было страха, не было слёз, в них нет ничего. Дин сглатывает, борется с этим давящим в груди чувством, и наконец выдавливает из себя. – Что это значит? – Вполголоса, но так, чтобы услышал Кастиэль, говорит он. Дина перехватывает дыхание, когда он видит, как уголки губ Каса приподнялись. Он улыбается смотря вниз. Улыбается, чёрт возьми! Винчестер напрягается, сжимает ладони в кулак, а слёзы, которые просятся наружу, с усилием сдерживает. Не сейчас. Не в этот момент. Он открывает рот, чтобы сказать ещё что-то, но не выходит. Слова не идут, он сглатывает, чтобы не заплакала глупая гордость, смотрит на Каса и продолжает: – Я не позволю тебе уйти. Кас, прошу тебя… – Дин не знает, почему говорит это. Не знает, но чувствует, что должен сказать что-то. Он прекрасно знает зачем Ангел оделся так. Прекрасно знает, почему. Чтобы напомнить, с чего все началось. Наверное, этим он хочет и закончить. Дин не позволит. В этой напряжённой тишине, слышится смешок. Хихиканье. Плечи Кастиэля вздрагивают, а глаза смотрят вверх. Нет, это не ухмылка. Эта кривая ухмылка никак не может принадлежать Кастиэлю. Тишина нарушена ангелом, его смехом. Ему что, забавно от этого? Дин хмурится, смотрит ему в глаза и понять не может, какую шутку, или анекдот он нашёл здесь. Что смешного здесь, Винчестер так и не понял. Он так же без ответа просто идёт вперёд, куда-то в сторону, и хватает Каса за рукав. Кас становится серьёзным. Поднимает на него глаза. – Стоять, Кас. – Говорит он, и в его голосе звучат нотки злости. Он стоит рядом со входной дверью, он не ошибся. Кас и вправду собирается уйти. И тишина, которая давит на Дина со всех сторон, не на шутку заставляет разозлиться. – Чёрт. – Ухмыляется Дин, натянуто улыбаясь. Смотрит по сторонам, словно каждый угол, каждый незначительный предмет рядом, может разговаривать. Он почему-то хотел услышать что-то вроде: «Он просто шутит», но вместо этого повисшая тишина. Это заставляет Винчестера злиться, нервничать. Уж не за этим Дин забрал Каса домой, чтобы он уходил. Он забрал его, чтобы тот остался. – Кас… – Он качает головой, глядя в глаза. Ухмылка словно застыла на лице Дина. – Я… я так просто не уйду. Как бы ты не хотел. Ты пойдёшь со мной. Я тебя просто не отпущу. В глубине души он верит в то, что стоит ему попросить, и Кас передумает. Но ничего не происходит. Он смотрит на него, как будто издевается. Наслаждается тем, как Дин унижается. Смотрит также с забавными насмешливыми искрами в синих глазах, как и раньше. И это выводит Дина из себя. Он чувствует, что вот-вот взорвётся. – Да ладно тебе Кас! Так и скажи что у тебя появилась женщина! – Кричит он, не чувствуя за собой никакой вины. – Иначе я не понимаю что с тобой не так, Кас! – Дин делает паузу, даёт шанс Касу вставить слово, но он молчит. Смотрит так безобидно, что Винчестер определённо видит в этом взгляде насмешку. – Объясни мне это! Все твои выходки, игнорирование, звонки на которые ты не отвечаешь. – Он разводит руками. – Или ты злишься из-за того, что я не позволил тебе взять в рот эту гадость? (Сигареты) Никакого ответа. – Чёрт, Кас, я просто не понимаю в чём дело. Наконец, Дин выдыхает, и больше ничего не может сказать. Плечи ослабли, злость утихает, и вместо гнева теперь усталость. Он закрывает глаза. Он слышит смех. Ту же усмешку, такую знакомую. Он смеётся. Дин открывает глаза, и оказывается прав. Кастиэль опустил голову вниз, и теперь во все тридцать два зуба усмехается. Не отказывает себе ни в чем и открыто смеётся. Дин по-настоящему хмурится. Он раздражён. Почему-то в глазах Каса он выглядит клоуном, над которым ему забавно наблюдать. Как же это злит его, но внутри почему-то больше ничего не осталось, только вопросы. И один из них, он произносит: – Что с тобой произошло, Кас? – Дин хмурится, смотрит на него, и понимает, что это не тот Ангел. Совсем другой, как будто чужой, но в этом теле. Это совсем на него не похоже. Внутри что-то обрывается. Дина охватывает боль. Да, он скучал по этой улыбке, по его глазам, по нему самому. Но это не он. Не тот Кастиэль, не тот Ангел. Прошлый он, не стал бы курить. Прошлый он, не стал бы игнорировать. Прошлый он, просто был бы рядом. Но он уходит. Неизвестно куда, и Дину страшно знать ответ. Почему-то от мысли, что Кас теперь не с ним, не рядом, доставляет почти физическую боль, и он прикусывает язык, чтобы не закричать. Наконец Кастиэль перестал хохотать. Он поднял взгляд на Дина, с такой же яркой, и светлой улыбкой. Дин не надеется на ответ. Но слышит: – То, какой я сейчас… – Он подыскивает слова, в то время как его глаза всё так же смеются, – Это результат всего, что со мною было… Дин несколько секунд удивляется тому, что Кастиэль заговорил с ним, и брови от удивления поднимаются. Зелёные глаза встречаются с синими, и только потом он обдумывает услышанное. Теперь Дин хмурится. Где-то в глубине души Дин понимает к чему, клонит Кас, но боится заглянуть внутрь, опасаясь узнать то, что ему уже известно. Но он это делает. И понимает. Теперь вместо злости, обиды, гнева, наступает медленная и болезненная боль. Боль, от которой хочется выть, и ничего не делать, чтобы хоть как-то облегчить её. Но он сдерживает это желание. Он молчит, несколько секунд думая о чём-то, и смотрит куда-то в сторону. Зелёные глаза стали стеклянными, а слёзы накапливаются в них. Внутри становится тяжело и жарко, и кажется, что в груди выросли колючие шипы, а потом эти шипы впиваются в лёгкие, и дышать становится всё сложнее и труднее. – Кас… – Выдавливает он. – Я… Но его слова обрываются голосом Каса. – Ради твоего же блага, я надеюсь, что ты видишь меня в последний раз. Слова Кастиэля как яд, брошенный в воду. Он замораживает на короткое время все жизненные силы в теле Дина и бросает их на съедение чудовищному глубоководному спруту – боли. Он не чувствует слёз, что катится у него по щекам, он просто смотрит как спина Кастиэля отдаляется от него. С каждой секундой и минутой. Дышать было трудно, а мысли были заняты словами Ангела. Он уходит. Неизвестно куда, и Дин знает, что пожалеет об этом. Пожалеет, что не спросил. Но это будет потом. Сейчас он чувствует только всепоглощающую боль. И эту боль никак нельзя было остановить. Её можно было только приглушить. Лишь хлопанье двери, заставляет Дина глотнуть воздуха и обессилено упасть на колени. Лёгкие жадно глотают воздух, а слёзы идут по щекам не переставая. Словно этому не было конца. Чувства Кастиэля всегда были его проблемой.
