Пять этапов до

      Чану порой становится смешно от того, что каких-то важных событий в своей жизни он достигает именно в пять этапов. Взять хотя бы принятие им своей ориентации. Тоже ведь в пять стадий произошло. А сейчас вот это... Но, ладно, обо всём по порядку.       Крис понял, что у Феликса очень высокое либидо в тот же день, когда они начали встречаться. Если раньше, когда младший подкатывал к нему, шутил какие-то свои гейские шуточки, Бан думал, что он реально просто прикалывается, то позже понял, что нихрена это не так. И если Феликс говорит, что хочет трахаться — он действительно хочет трахаться. Никаких намёков, хождений вокруг да около, всё максимально прямым языком. Но проблема в том, что Чан буквально никогда не занимался сексом с парнями, хоть это и было очевидно.       Феликс, конечно же, глупым не был. Вряд ли бы у них вообще что-то вышло, если бы не Феликс. Может, Чан так всю жизнь и считал бы себя самым натуральным натуралом из всех, если бы Ли не открыл ему глаза. Младший понимал, что Чану тяжело. Это большая нагрузка, стресс, да ещё и тот факт, что старшему пришлось догонять всю ту программу, что он пропустил, пока находился в депрессивном состоянии, тоже очень влиял на его моральное состояние. Бану действительно было трудно, и Феликс был только рад находиться рядом, чтобы поддержать.       Поэтому совсем не удивился, когда застал Чана за дрочкой в его комнате. Он ведь часто снимал так напряжение. Так как родители старшего уехали в командировку на месяц — от которого осталось всего две недели, правда, но не важно, — Феликс с Чаном приняли решение, что Ли пока поживёт у Бана в квартире. Его родители не особо беспокоились о нём, так что этому вообще ничего не мешало, да и за Чаном, только-только осознавшим, что он гей, тоже нужно было присматривать.       Так вот, говоря о дрочке. Это случилось ночью. Феликс, который пока что спал отдельно, в гостиной, долго не мог уснуть, а потом услышал то, что, наверное, не должен был, но, тем не менее, слез с дивана и тихо прошёл в комнату Чана.       И вот теперь он здесь. Смотрит на стонущего, почти скулящего старшего, быстро надрачивающего себе и вжимающегося затылком в простынь. Чан Феликса даже не замечает, поэтому тот молча стоит какое-то время, слушая собственное имя, срывающееся с пухлых искусанных губ, и чувствует, как и сам начинает твердеть. Всё-таки картина и правда довольно возбуждающая. Но оставаться в стороне долго Феликс не собирается.       Бан напрягается, когда чувствует, что рядом с его кроватью кто-то стоит, и поворачивает голову, видя Феликса, с интересом наблюдающего за ним. Крис не то чтобы пугается, но чувствует себя довольно неловко. — Эм... — он прочищает горло. — Привет? Феликс фыркает, присаживаясь на край кровати, и чуть наклоняет голову, облизывая взглядом чужую вспотевшую грудь. — И как давно ты дрочишь на меня? Чан краснеет, что заметно даже с выключенным в комнате светом, и Феликс улыбается, укладывая руку на чужое бедро и чувствуя, как мышцы под его пальцами напрягаются. — Ну... не знаю, я... первый раз произошёл ещё до того, как ты подрался с теми пацанами на улице. — Как мило, — Ли улыбается. — Как приятно осознавать, что ты это делал ещё тогда, когда был гетеро, — парень показывает пальцами кавычки. — Это ещё раз доказывает, что ты, на самом деле, настолько же гей, насколько и я. — Да хватит, — бормочет Чан, немного отводя взгляд. — Мне и так неловко. — Милашка, — Феликс морщит нос. — Давай помогу тебе. Вдвоём веселее. И, пока Чан не успевает ничего ответить, младший сбрасывает с себя свою белую майку и боксеры, на что Бан краснеет только сильнее. — Это всего лишь член, эй, — видя, как Крис на него пялится, произносит Феликс. — У тебя он тоже есть, между прочим. — Н-но... я же впервые вижу твой. Это смущает, вообще-то. — Но тебе нравится, — Феликс констатирует факт. Он забирается на чужую постель, вынуждая старшего подвинуться. Член Криса уже немного обмяк, но это легко можно будет исправить. В конце концов, не у одного Феликса здесь высокое либидо.       Младший перекидывает ногу через чужие бёдра, усаживаясь на Чана сверху. Тот немного паникует. Они пока не заходили дальше поцелуев, как бы им ни хотелось большего, потому что Чан просто... боялся. Думал, что сделает что-то не так, да и тот факт, что Феликс был гораздо опытнее его, несмотря на то, что младше, его стопорил. Он просто не хотел показаться чёртовым девственником, несмотря на то, что им и не являлся. — Ты слишком громко думаешь, — Феликс облизывается, возвращая Криса на землю. — Спокойно, Чанни, я помогу. В конце концов, я хочу зайти хотя бы немножечко дальше, хорошо? Ты же не против? — Нет, — мотая головой и смотря снизу вверх на младшего, мычит Бан. — Вот и отлично, — Феликс наклоняется к его лицу, чмокая его в нос и подбородок, а после мягко целует в губы, стараясь успокоить и показать, что всё в порядке. Чан всегда отвечает с какой-то скованностью, но весьма очаровательной, и Феликсу это даже нравится, но сейчас он хочет немного другого. Их поцелуи всегда нежные, в частности потому, что Ли не хочет пугать старшего, которому и так было трудно осознать всё то, что с ним приключилось. Но в этот раз он решается раскрепостить Чана, сделать поцелуй глубже. И это работает. Тот так послушно раскрывает рот, когда младший раздвигает языком его губы, что Феликс не сдерживается от стона. Чану, кажется, это очень нравится, потому что он обнимает парня за спину, прижимая ближе к себе, и уже сам целует с напором, так, будто только этого и ждал. Может, так и есть? Нужно было раньше так сделать.       Крис кусает младшего за нижнюю губу, оттягивает её, отпускает и лижет языком, и Феликс почти плавится, цепляясь за его плечи. Их члены трутся друг о друга, пачкая смазкой их животы, и это так невыносимо восхитительно, что у Бана едва не срывает крышу, когда Ли просовывает между их телами руку и поглаживает указательным пальцем обе головки. — Чёрт, — отрываясь от чужих губ и запрокидывая голову, хрипит Чан, и Феликс улыбается, облизываясь. — Знаешь, моя ладонь довольно маленькая, — задумчиво начинает младший, и Крис поднимает затуманенный взгляд на него, — но своей ты бы мог подрочить нам обоим одновременно. Бан хмурится, пытаясь понять, что от него требуется. — То есть типа... обхватить... оба? — смущённо бормочет он, и Ли не сдерживается от смешка. — Да, милашка, именно. Чан судорожно выдыхает, но эта идея правда его заинтересовала, так что он тянется рукой вниз, неуверенно обхватывая ей свой и чужой член. — Довольно... непривычно. Феликс хихикает. — Конечно, у девчонок же члена нет, — он задумывается на секунду. — Ну, если только они не с сюрпризом. — Ой, иди ты, — фыркает Чан, улыбаясь и отводя взгляд в сторону. — Не отвлекайся, — многозначительно выгибая бровь, произносит Феликс.       Крис немного нервно облизывается и неуверенно двигает рукой вверх-вниз, заставляя младшего прикусить губу. — Смелее, волчонок. — Блять, — Бан стонет, почему-то чувствуя просто невероятный прилив возбуждения из-за одного только обращения к нему, и двигает рукой снова, уже не так нерешительно. — Вот, молодец, — тихо произносит Ли, поглаживая ладонями его руки. — Хороший мальчик. Чан поджимает губы и начинает надрачивать им обоим. Это и правда непривычно, но ему нравится. Феликс над ним закатывает глаза, тихий стон слетает с его губ, а маленькие пальцы сжимаются на плечах старшего, ноготками впиваясь в кожу. Чану нравится картина, он улыбается и свободной рукой поглаживает чужую поясницу, надавливая пальцами на ямочки чуть ниже, и Феликс хнычет, двигая бёдрами и толкаясь в его кулак.       У Чана перед глазами всё темнеет на мгновение, он судорожно вздыхает, сильнее сжимая руку, а после наклоняет голову, наблюдая, как их головки исчезают в его кулаке, чтобы через секунду снова появиться. — Пиздец, — тихо произносит он, и младший, хихикнув, наклоняется к нему, чтобы поцеловать. Крис отвечает и двигает рукой быстрее, из-за чего они оба стонут в поцелуй, размашисто лижет чужие губы и проводит языком по зубам, пока Феликс легонько царапает ноготками его пресс и грудь. — Я почти, Чанни, — на одном дыхании выпаливает Феликс, прикрывая от удовольствия глаза, и Крис надавливает большим пальцем на его головку, с нажимом поглаживая её. Ликса едва не подбрасывает, он рвано двигает бёдрами и громко стонет, и Чан шипит от ощущения приятного трения, подушечкой пальца поглаживая их уретральные отверстия. Феликс мило прикрывает рот ладонью, второй рукой снова цепляясь за крепкое плечо, закатывает глаза и кончает, пачкая спермой чужие длинные пальцы. Криса размазывает от одного только вида, и он, ещё раз двигая рукой, изливается следом, хрипло выдыхая.       Вот так вот, довольно спонтанно, и случился их первый этап до полноценного секса. Феликс устало падает на его грудь и довольно улыбается, чувствуя приятную истому во всём теле и пустоту в голове. Чан вытирает руку о простынь, чистой ладонью зарываясь в чужие чуть взмокшие у корней волосы, и мягкими массажными движениями поглаживает младшего по голове. Ли едва не мурчит и трётся носом о чужую ключицу, целуя солёную от пота кожу. — Круто же было, скажи? Уж точно лучше, чем одному. Чан согласно угукает и улыбается.       Второй этап произошёл двумя днями позже, пока они оба занимались математикой в комнате старшего. У их группы скоро должна была начаться объёмная самостоятельная работа, и Чан, пропустивший несколько пар, довольно нервничал, что было, в общем-то, очень хорошо заметно.       — Тебе нужно расслабиться, — наблюдая за тем, как старший выводит в тетради какие-то формулы, говорит вдруг Феликс, и Чан поднимает взгляд на него. — Я ведь просто писал. С чего ты вообще так решил? Ли многозначительно вздыхает, тыча пальцем в один из примеров. — Вот здесь у тебя ошибка, — он показывает на другой, — и здесь, — а после ещё на один, — и вот здесь. А все формулы буквально перед носом. Волчонок, понимаешь, если ты будешь настолько загружаться и думать, что у тебя ничего не выйдет, то так и случится. Не нужно настраиваться на что-то плохое, хорошо? Так что я предлагаю тебе передохнуть, а потом с новыми силами взяться за работу. Что думаешь? — Ну... — Крис мнётся с секунду, — да, думаю, было бы неплохо. И что... как отдохнём? Посмотрим что-нибудь вместе? — Вообще-то... я хотел предложить кое-что другое. А потом можно будет и фильм посмотреть. — Что? — заинтересованно спрашивает Бан. Феликс улыбается уголком губ.       Он встаёт со стула и делает шаг навстречу старшему, всё ещё сидящему на своём месте, и наклоняется к нему, опираясь ладонями о его бёдра, скрытые тканью джинсов. — Я хочу отсосать тебе. Чан давится воздухом, кашляет и краснеет, неловко сжимая пальцами свою футболку, и Ли мягко улыбается. Ему правда до дрожи в коленях нравится смущать старшего. — Это... — неловко мямлит Крис, — немного... ого, — с его губ слетает нервный смешок, — вау... А ты... ты точно... о боже, подожди, мне нужно сформулировать мысль, — он неопределённо машет руками в воздухе, смущённо опуская взгляд, и Феликс хихикает, наблюдая за ним. — Ты типа... реально? Хочешь сделать мне... минет? — под конец его едва слышно, и Феликса это так смешит, что он еле сдерживается, чтобы не засмеяться. — Конечно, милашка, что же ещё. Ты так реагируешь, будто тебе раньше никогда не отсасывали. — Но они все были девушками! А... а ты парень, и я... — он неловко потирает руками горящие уши, а после прячет лицо в ладонях, издавая какие-то страдающие звуки. — Я имею в виду... господи, мне так стыдно, прости, но я чувствую себя ужасно неловко. — Всё хорошо, — младший улыбается и гладит Чана по голове. Тот смотрит на него из-под растопыренных пальцев. — Если ты не хочешь этого, просто скажи. Я сделаю это тогда, когда ты будешь готов. — Нет, нет, не в этом дело... — наконец убирая руки от лица, бормочет Крис, прочищая горло. — Просто это было... неожиданно, я не был морально готов к тому, что ты это скажешь, но я думаю... думаю, можно попробовать, да? Феликс всё же смеётся коротко, с любовью в глазах смотря на всё ещё смущённого Чана. — Очаровательный. Хорошо, но только попробуй расслабиться, ладно? Крис мелко кивает и облизывается.       Ли опускается перед ним на колени, поглаживая бёдра через джинсы, а после тянется руками к ремню, расстёгивая его. Чана немного трясёт от лёгкого волнения и предвкушения, но он уже начинает твердеть. Один только вид Феликса, смотрящего на него снизу вверх, чего только стоит. Ли поглаживает ладонью его стояк через ткань, и Чан закусывает губу, немного откидывая голову назад, а после вновь наблюдает за младшим. Феликс с нажимом расстёгивает молнию, из-за чего Крис зажимает согнутый указательный палец между зубами, расправляется с пуговицей и большими пальцами забирается под пояс джинсов, чтобы стянуть их вместе с бельём. Бан чуть приподнимается, помогая ему.       Феликс широко облизывает ладонь, одним только этим действием едва не отправляя Чана к праотцам, и пару раз проводит рукой по его члену. Крис ещё сильнее напрягает бёдра и мычит, царапая ногтями столешницу возле себя, и Феликс улыбается. — Расслабься, — шепчет он. — Помнишь? — Д-да, — еле выдавливает из себя старший, закрывая рот свободной рукой, пока другой держится за край стола. Ли хмыкает, продолжая неспеша надрачивать парню и чувствуя, как он становится всё твёрже с каждой секундой, а после убирает руку. Чан, уже почти забывшийся от приятных ласк, только мычит что-то, кусая губы, и Феликс облизывается, двигаясь ближе.       Из горла Чана вырывается едва ли не писк, когда младший лижет кончиком языка головку, после мягко обхватывая её губами. — Блять, стой, стой, чш-ш, подожди, — тараторит вдруг Крис, чувствуя, как его внутренности скручиваются в один тугой узел внизу живота. Феликс отсраняется с влажным звуком, и Чан снова краснеет. — Тебе точно делали минет когда-нибудь? — Да, делали, — неловко стонет Бан, — просто из-за тебя почему-то совсем другие ощущения. — Так я же ещё почти ничего не сделал. — Но тем не менее! — возмущается старший, и Феликс хихикает. — Может, потому, что ты гей? Чан не успевает ответить, да и, в принципе, не знает, что. Ли вновь коротким, почти котёночным движением облизывает солоноватую на вкус головку, и Чан подносит кулак ко рту, заглушая за ним тихий стон.       Это и правда непривычно. Крис, конечно, уже понял, что встречаться с девушками он теперь точно не сможет, просто потому, что из-за Феликса всё влечение к ним куда-то съебалось, но он всё равно не мог вот так сразу принять тот факт, что ему теперь придётся трахаться с парнем, который сейчас сидит на коленях перед ним. Не в плохом смысле. Бан и правда этого хочет, просто пока чувствует себя очень скованно. Хорошо, что у него есть Феликс, который явно задумал раскрепостить его, так что он вряд ли остановится, пока своего не добьётся.       Как и сейчас, в принципе. Он вбирает головку в рот полностью, посасывая её, а после заглатывает член почти до основания, сразу же, и у Чана едва сердце не останавливается. — Блять, — его бёдра напрягаются, вскидываясь вверх, он это даже не контролирует, из-за чего сейчас его член уже точно полностью исчезает в чужой глотке. Головка касается задней стенки горла, но младший даже не давится, только в уголках его глаз появляются маленькие слезинки, и Чана кроет. — Блять, блять, Феликс, ты... — он скулит, поджимая пальцы на ногах и задирая голову, и Ли только добивает его, начиная двигать головой. Крис рычит, стискивая зубы, смотрит на Феликса и сходит с ума. На дне потемневших глаз младшего пляшут черти, не иначе, а губы так приятно и правильно обхватывают ствол, будто для этого и были созданы. У Бана мысли превращаются в кашу, мозг отключается, и всё, чего хочется сейчас — схватить Ликса за волосы и трахнуть его в рот. Что, собственно, Чан и собирается сделать.       Его рука запутывается в жестковатых длинных волосах, собранных в неряшливый бесполезный — для такого случая — хвостик сзади, кулак сжимается, а Феликс довольно урчит, языком лаская набухшие венки на чужом члене. — Ликс, — бормочет Чан, кусая губы, и сжимает рукой своё бедро, чтобы хоть немного привести себя в чувство. — М-можно я?.. Он не договаривает, и Ли на несколько секунд отстраняется, облизываясь. — Если ты не заметил, у меня нет рвотного рефлекса. И я люблю грубость. Так что да, ты можешь сделать то, что хочешь. Чан облегчённо выдыхает, и Феликс снова берёт его в рот. Он втягивает щёки и двигает головой, чуть наклоняя её в сторону, и у старшего шарики за ролики едут. Он поднимается с места, опираясь поясницей на стол, из-за чего Феликсу приходится переползти чуть в сторону, но он не жалуется. Тем более это стоит того, чтобы довести Кристофера до точки, в хорошем смысле. Феликсу просто необходимо, чтобы он чувствовал себя лучше. После того, как кончит ему на лицо.       Бан зарывается в его волосы уже двумя руками, смотря на парня сверху вниз, и медленно толкается в его горячую глотку. Феликс плотно смыкает губы вокруг его члена, и Крису так пиздецки хорошо, что он не сдерживается от стона, прикрывая от удовольствия глаза. Когда его головка вновь упирается в заднюю стенку, влажную и такую же горячую, его новый стон застревает где-то в груди, ещё не успев как следует сформироваться. Чан задыхается, вся его кожа горит, а под закрытыми веками пляшут цветные пятна и какие-то ярко-жёлтые, почти белые всполохи. Ему слишком хорошо. — Детка, — он не понимает, что несёт, собственный голос слышится как будто из-под толщи воды, и Чан рвано двигает бёдрами снова, чувствуя, как Ли ласкает его языком. — Так хорошо, Ликси, малыш, я... — он стонет, кусает губу и закатывает глаза, выпутывая одну руку из чужих волос и упираясь ею в стол позади себя, чтобы не дай бог не упасть. — Ещё, солнце, прошу, ещё, — он толкается снова, и Феликс гладит его пресс ладошками, пробираясь под футболку. Чан чувствует себя странно. Ему либо кажется, либо он действительно ещё никогда не вёл себя так во время минета, да и не то чтобы был в восторге всегда, когда ему отсасывали, но явно не сейчас. Феликс что-то делает с ним, как-то влияет на него, ему удаётся совершить то, чего ни одной девушке не удавалось. Влюбить в себя, наверное. Странно думать об этом во время минета, конечно, но почему-то старший осознаёт это именно сейчас. Феликс сводит его с ума.       Движения его бёдер становятся резче, быстрее, и теперь стонет не только он, но и Феликс, иногда царапая его кожу ноготками. По веснушчатому лицу младшего бегут тонкие мокрые дорожки, и Чан стирает большим пальцем слёзы из уголков его глаз, после вновь опираясь о стол рукой. Ли утыкается носом ему в лобок, сжимает пальцы на выступающих частях подвздошной кости, с нажимом их оглаживая, пока Крис над ним задыхается от стонов, едва не превращаясь в желе. У него уже колени трясутся. У Феликса они тоже побаливают, как и челюсть, но ему всё равно. Чан толкается в его рот так, будто от этого зависит его жизнь, не меньше, из его горла вылетают рваные рычащие стоны вперемешку со всхлипами, и у Феликса голова идёт кругом. Чан такой нуждающийся, невероятно. — Я кончу, детка, я кончу, — еле шевеля языком, произносит Крис, и Феликс вибрирующе стонет, ещё быстрее приближая его к краю. Ли просто необходимо, чтобы ему кончили на лицо. Чан напрягается всем телом, замирает на секунду, кусая нижнюю губу, и именно в этот момент Феликс отсраняется с влажным причмокиванием. Чужая сперма заливает его щёки, губы и подбородок, и Чан даже не успевает осознать это, тупо смотря на младшего. Который, в общем-то, не совсем уж и против, судя по его лицу. Бан, успевший было испугаться, расслабленно выдыхает.       Всё тело сейчас ощущается чем-то лёгким, будто пушинка или облако, только вот ноги крупно подрагивают, портя весь послеоргазменный кайф. У Чана всё ещё отходняк, но он всё равно ищет салфетки в ящике стола и, к своему удивлению, находит. — Всё хорошо? — спрашивает он, аккуратно вытирая свою сперму с чужой кожи, и младший только блаженно улыбается, кивая. После Крис протягивает ему руку, помогая встать, и замечает пятно на его штанах. — Ты... ты кончил? — удивлённо смотря на него и хлопая ресницами, спрашивает он, и Феликс фыркает. — Когда успел? Ли не отвечает, только снимает с себя штаны с боксерами, в то время как старший наоборот одевается, и стаскивает плед с чужой кровати, закутываясь в него. — Поделишься со мной трусами? Мне лень искать свои. Чан коротко смеётся с того, как это смешно звучит, у Феликса ещё и голос слегка охрипший, но кивает, прижимая младшего к себе. — Ты такой милый, — нараспев произносит Бан, поглаживая парня по спине, и Ли укладывает подбородок на его плечо. — Спасибо, мне правда лучше. — Ты стонал так, будто мы снимались в порнушке. — Заткнись, — беззлобно бросает Чан, шлёпая Феликса по заднице.       Крис хорошо сдаёт тест. Не идеально, конечно, в отличие от Феликса, но своим результатом он тоже более чем доволен. Даже профессор его хвалит, признавшись, что был удивлён, когда проверял работу, ведь Чан довольно много пропустил. А ещё он заметил, что Феликс и Чан сблизились. Последний раз, когда он их видел, Бан, не стесняясь, орал о том, что ни за что не будет сидеть с младшим в одной комнате, а сейчас они не отлипали друг от друга. Кристофер вдруг понял, что их математик никогда и не был гомофобом. Вроде, это было очевидно, но Чан почему-то этого не замечал.       У них физкультура следующей парой, но вместо того, чтобы идти переодеваться, Феликс тянет его за собой в туалет. Чан хмурится, не понимая, что этот чертёнок опять задумал, но послушно идёт следом за ним, немного вздрагивая, когда младший запирает дверь на щеколду. — Зачем... — начинает он, но Ли поворачивается к нему лицом и прикладывает указательный палец к его губам. — Ты хорошо справился сегодня. Я подумал, что было бы неплохо тебя похвалить за это. — Можно было сделать это словами?.. — отчаянно краснея, мямлит Крис, уже понимая, к чему всё идёт, но продолжая строить из себя дурачка. Феликс улыбается и выгибает бровь, но на это ничего не отвечает. — Я хотел бы попробовать одну вещь. Фроттаж называется. — Ч-что? — заикается Бан, краснея ещё больше. — Ну фроттаж. Типа, имитация фрикций. Трение друг об друга, эм... — Я-я знаю, что это такое! — выпаливает Чан, обхватывая мочки ушей пальцами. Его лицо горит. — Просто... просто я... — Хороший мальчик, и я хочу тебе это показать. Вот и всё, — как ни в чём не бывало, произносит Феликс, пожимая плечами, но ему, на самом деле, довольно трудно держать лицо. Старший просто очаровательно смущается. Крис страдающе стонет, закрывая ладонями лицо, стоит так пару секунд, а потом вдруг опускает руки и глубоко вздыхает. — Ладно. Похуй. Давай, что ты там хотел, — он кидает на пол свой рюкзак. На этот раз удивление скрыть не получается, и Ли даже издаёт неверящий смешок. — Твоё настроение так быстро поменялось, это нормально? — Настолько же нормально, насколько было тащить меня сюда посреди пар. — Вау... — присвистывает младший, — знаешь, смущаешься ты, конечно, мило, но когда ты такой вот уверенный в себе, сексуальная энергия из тебя так и прёт. — Хватит, — отрезает Чан, кончики его ушей и скулы вновь розовеют. — Повернись к стене, пока я снова не начал стесняться. Ли хихикает и послушно разворачивается к нему спиной, перед этим тоже сняв портфель со своих плеч, и то, как он это делает, опираясь ладошками о кафельную плитку и прогибаясь в пояснице, сводит Чана с ума.       Он и сам не знает, откуда у него вдруг взялась эта уверенность, но ему всё равно. Какая разница, если бы то, что Ликс задумал, всё равно случилось бы, как бы Крис ни пытался отвертеться? Он шлёпает младшего по заднице, и Феликс прикусывает губу. — Я так понимаю, ты решил довести дело до конца, да? — Чан прижимается к парню сзади, и Феликс улыбается, поворачивая голову. — Так хочешь, чтобы я трахнул тебя? — Мечтаю об этом с первого курса, глупышка. Чан хмыкает. Третий этап, значит. Хорошо.       Крис медленно толкается вперёд, расставляя руки по обеим сторонам от феликсовых ладоней, и младший предвкушающе напрягается, чувствуя чужой крепнущий стояк своей задницей. Чан целует его в шею, убирая длинные волосы с неё, и двигается снова. Ли крепче прижимается к нему, двигая бёдрами, и ведёт носом по линии его челюсти. Феликс вообще сам по себе ласковый, как котёнок, хоть на людях и показывает в основном свою холодную сторону. Собственно, с Чаном ведь то же самое. Никто до Феликса и предположить не мог, что он вообще умеет смущаться. Наверное, даже сам Чан об этом не задумывался. — Как ощущения? — на всякий случай спрашивает Бан, слыша тихий скулёж от младшего. — Всё хорошо, продолжай, — Ли вновь кусает губу и громко выдыхает, когда Чан толкается снова. Феликс хватает его за бедро одной рукой и тянет на себя, заставляя старшего приподнять ногу, согнув её в колене. — Грязно, — цокает Крис, сжимая рукой задницу парня, скрытую узкими джинсами, а после перемещает руку на его талию и резко толкается вновь. С губ Феликса срывается стон, и он поспешно прикусывает губу. — Тише, солнце, не забывай, где мы, — улыбается Чан, не переставая тереться об него. — Ты же не хочешь, чтобы нас услышали? Ли отрицательно мотает головой, и Бан целует его плечо, отодвигая в сторону ткань рубашки, перед этим расстегнув пару верхних пуговиц. — Хороший мальчик. Феликс тихо хнычет.       Крис обнимает его уже обеими руками, забирается под рубашку, гладит грудь, бока и подтянутый живот, и всё время толкается, тесно прижимаясь к нему. Феликс изо всех сил старается сдерживать все вырывающиеся из его груди звуки, сжимая и разжимая пальцы на руках от напряжения, но всё идёт коту под хвост, как только Чан дразняще задевает его соски. Ли выгибается сильнее, затылком упираясь в чужое плечо, и стонет так, что у Бана дыхание перехватывает. Это здорово, конечно, но они всё ещё в общественном месте. — Давай-ка сделаем вот так, — произносит старший и, убирая одну руку из-под рубашки парня, ладонью закрывает ему рот. Ли мычит и закатывает глаза, но он явно не против, так что Крис, вновь обнимая его за талию свободной рукой, резко и грубо прижимается к нему. Феликс стонет в его ладонь, обхватывая одной рукой его запястье, и сам подаётся назад, прося большего. Чан расстёгивает пуговицу и змейку на своих джинсах, чувствуя, что ткань уже невозможно сильно давит на член. Немного подумав, он делает и с джинсами Феликса то же самое, после с нажимом поглаживая его стояк через ткань белья. Младший хнычет и жмурится, толкаясь в чужую руку. Крис хмыкает ему на ухо. — Ещё? — спрашивает тихо, оглаживая указательным пальцем едва выглядывающую из-под резинки головку. Ли мелко кивает пару раз, согласно угукая, и Чан, издавая тихий смешок, повторяет движение. Феликс плаксиво стонет, сильнее сжимая пальцы на чужом запястье и скользя другой вспотевшей рукой по плитке, а после отстраняет от себя чужую ладонь, чтобы взять в рот пальцы старшего. У Чана срывает тормоза.       Он прижимает парня к стене вплотную, на этот раз не оставляя вообще никакого пространства, и резко притягивает его к себе, так, будто насаживает на свой член. Ли стонет, обхватывая губами его пальцы, вылизывает фаланги, после зарываясь носом в его ладонь и оставляя мокрые поцелуи на коже. — Давай, волчонок, — шепчет он, и Чан убирает руку, снова обнимая его и двигая на себя. Феликс прячет стон в его шее, поворачивая голову. — Давай, давай же, — он шипит и переходит на новый скулящий стон, когда Крис, прикусывая губу, толкается бёдрами снова. — Вот так, мой хороший, да, — он снова хватается рукой за его бедро, сам при каждом движении старшего притягивая его к себе быстрее и ближе. У него трясутся колени, а стоны без конца вырываются изо рта, хоть он и старается вести себя тише и сдерживать их. Чан позади него мычит коротко, продолжая вдалбливаться в него, как будто они действительно трахаются, и Феликс понимает, что всё. Он долго не протянет. И именно на этой мысли Крис решает его добить.       Он спускает его джинсы ниже, ненадолго прекращая о него тереться, бьёт пару раз по заднице и... — Наклонись. Феликс ярко краснеет и пищит, но просьбу выполняет, снова опираясь обеими руками в стену, только на этот раз чуть ниже. Чан отходит немного назад, чтобы дать ему больше места. — Отлично. Следующее, что чувствует младший — пальцы Чана, надавливающие на его сфинктер сквозь ткань белья. У Феликса закладывает уши, он издаёт какой-то хнычущий звук и прикусывает губу. Его колени подгибаются на секунду, и он жмурится. — Тебе это нравится, — явно улыбаясь, произносит Бан, указательным пальцем потирая его пульсирующую дырочку. — Так хорошо реагируешь. — Чан... — Феликс всхлипывает, задирает голову и двигает бёдрами, и старший совсем-совсем немного проталкивает палец внутрь, но этого хватает, чтобы Ли окончательно ослаб. — Прошу, Чанни, я... — он недовольно хнычет, когда Бан вытаскивает подушечку пальца и просто продолжает гладить его, почти не нажимая. — Что такое, детка? — Хочу кончить, пожалуйста, — кусая губу и почти плача, произносит Ликс, и Кристофер улыбается. — Хорошо. Иди сюда, — он поднимает его и разворачивает лицом к себе, аккуратно прижимая спиной к стене.       У Феликса ноги дрожат, а в голове туман, мешающий нормально думать, но это и не нужно пока. Чан наклоняется к нему и целует его в губы, одновременно с этим стягивая боксеры сначала с себя, а после — с Феликса, и прижимается к нему всем телом. Младший скулит в поцелуй, зарываясь пальцами в кудрявые волосы, а Чан стискивает пальцами его ягодицы, раздвигая их в стороны. Ли хочется почувствовать хотя бы пальцы старшего внутри, но он понимает, что сегодня этого точно не случится, так что заставляет себя потерпеть ещё немного. В конце концов, пока что он неплохо справляется со своей задачей, и каждый раз Бан раскрепощается всё больше. Так что ждать, по сути, осталось недолго.       Крис трётся о него какое-то время, кусая губы, чтобы не стонать слишком громко, а после обхватывает сочащийся смазкой член младшего. Феликс следует его примеру и начинает водить по стволу Чана рукой почти так же быстро, как он. На долго Феликса не хватает. Он прижимается лбом к чужой груди, свободной рукой хватаясь за чаново плечо, и старший заправляет выбившуюся прядь волос ему за ухо. — Давай, малыш, кончай, — шепчет он, и Ли обнимает его, прижимаясь ещё ближе. Его член пульсирует, а через секунду сперма заливает пальцы Чана и их рубашки. Феликс облегчённо стонет и лениво двигает рукой по чужому члену. Крис помогает ему немного, толкаясь бёдрами в его кулак, и через несколько секунд тоже кончает, рвано дыша парню в макушку.       Им требуется некоторое время, чтобы отдышаться, а после Феликс поднимает голову, прижимаясь щекой к чужой груди, и улыбается. — Хорошо, что у нас есть спортивная форма, чтобы переодеться. Чан фыркает, отстраняясь, стягивая с себя рубашку и вытирая попавшие на кожу капли спермы. Феликс повторяет за ним, после доставая из их рюкзаков спортивные кофты и протягивая одну из них Чану. — На физру идём? — спрашивает младший, пока Бан одевается. — Это последняя пара? Феликс угукает. — Ой, да похуй тогда. Ещё спрашивать будут, где мы полпары пропадали. Погнали домой. Феликс смеётся, подходя к раковине, чтобы вымыть руки, и Чан, спохватившись, следует за ним. — Я в тебе не сомневался, — улыбается младший, и Крис закатывает глаза. — По дороге зайдём в магазин? Я хочу блины испечь. — Окей, — просто соглашается старший, даже не спрашивая, с чего вдруг парню так резко захотелось поесть блинов. В конце концов, он тоже успел проголодаться.       Чуть позже, когда они выходят из туалета и по-тихому сматываются, доходя до нужной им остановки, Чан достаёт телефон из заднего кармана джинсов, видя несколько новых сообщений от Чанбина в чате. Открывает их и смеётся, и Феликс непонимающе смотрит на него. — Ты чего? — Да так, — Крис прочищает горло, стараясь улыбаться хотя бы не так глупо. — Бин просто написал. "Благодарите небо за то, что в туалет решил зайти именно я, а не кто-нибудь ещё. Сомневаюсь, что вы вообще слышали, что кто-то пытается открыть дверь, но вот вас было слышно очень даже хорошо. Я вас умоляю, не делайте так больше. У преподавателей может случиться инфаркт, если они услышат стоны двух парней из туалета. Кстати, рад за вас".