При смерти

Голова раскалывается, тело ломит, колени хрустят, ноги еле-еле волокут обреченную душу в укромный уголок ближайшего здания. Кислотно-жёлтый цвет полосатых лент бьёт в глаза, как и яркий отблеск железного замка на двери. Под ногами хрустят жестяные баллончики краски. Сердце колотится, как бешеное, каждый короткий вдох режет уши свистом, разум мечется в поисках спасения, и мерзкий скрежет металла лишь на периферии отзывается в общей какофонии отчаянья. Своё дыхание заглушить не удаётся, в ушах — звон, но даже он не может заглушить призрачный топот чужих ног. Он слышится везде. Громкие шаги огибают раскрытую дверь, грохот по лестнице, неуклюжее шарканье на втором этаже. Буквы на разрисованных стенах кажутся силуэтами людей, каждый торчащий штырь — рукой, падающая штукатурка превращается в угрожающий шёпот. Мысли лихорадочно мечутся в поисках выхода. Уже третий этаж, очередная отчаянная попытка затеряться среди лабиринтов стен и бесстекольных окон. Сил бежать уже нет. Остаётся только затаиться как последняя крыса и ждать. Хотя чего ему ещё остаётся, кроме бесполезного ожидания? Его найдут. Твари знают, что он не мог убежать далеко. И, право, какая ирония? Его, Шигараки Томуру, лидера Лиги Злодеев, ответственного за несколько террористических актов, похищение, массовые убийства и, чёрт его дери, отставку самого героя номер один, забьёт насмерть местечковая группа «злодеев». Разумеется, он бы отбился. Наверно. Возможно. Если бы не охотились конкретно на него. Не выслеживали, не караулили и не напали исподтишка. Кто же знал, что мудозвон Даби, отбирая людей для Лиги, просто-напросто сжигает ненужных? Кто же знал, что друзья этих ребят пренепременно захотят отмстить за падших товарищей? Кто же знал, что лидер в ответе за поистине идиотские поступки подчинённых? Вот Томура и не знал. Конечно, смутно догадывался, но не мог сказать наверняка. Сейчас он и пожинает плоды своей некомпетентности. Вот почему в реальной жизни лидера преступной организации могут зарезать в подворотне? Разве он не должен погибнуть на баррикадах в войне за свои идеалы? Может, какой-нибудь сюжетный щит, защищающий от неожиданных поворотов судьбы? Таких как неожиданно развившаяся смертельная болезнь, автокатастрофа или, что более аутентично, случайных прохожих, готовых резать всё, что движется. Честно, он давным давно смирился с тем, что нормальной жизни у него не будет. Он не выучится по специальности, не получит работу своей мечты, не найдёт любовь всей жизни, не скажет заветное «Я согласен», не заведёт двух корги и не умрёт в своей постели, окружённый разродившейся семьёй. Ему это и не нужно. Томура был вполне доволен своей, мягко говоря, захватывающей молодостью, проведённой за убийствами, похищениями и ещё раз убийствами. Дорога в мирную жизнь ему давно заказана. С таким-то послужным списком он может надеяться максимум на пожизненное. Но всё-таки умереть он хотел не так. Совершенно не так. Не подумайте, он не требует золотой катафалк с оркестром, фанфарами и, чтобы люди его запомнили как великого революционера. Совсем нет. Он хотел уйти из жизни с улыбкой на лице, наблюдая за разрушающимся миром, за членами Лиги, достигшими своих целей, за падением всей геройской системы, и, наконец, ощущать покой. Знать, что он создал лучший мир для своих — он никогда бы в этом не признался — друзей. Или даже семьи. Неужели он слишком многого просит? А ведь он даже с ними не попрощался. Да и заметят его пропажу нескоро. Наверное, Спиннер как обычно будет рубиться в какую-нибудь игру или опять затачивать мечи. А Томура так и не успел ему сказать, что он так только зря попортит заточку. Тога скорее всего будет с Твайсом дожидаться его возвращения. Они как-то зачастили ходить вместе. Даже забавно смотреть, как тридцатилетний мужик ведёт себя как школьница. Конечно, возникает некий диссонанс, но к нему быстро привыкаешь. Хотя Даби долго не мог смириться с тем, что потерял, по его словам, самого вменяемого собутыльника. Вот что Томура понять никак не мог, так это как они ухитрились сдружиться. У них разные возрасты, разные профессии, разные характеры, разные истории, разный социальный класс в конце концов! Но как-то они заставили эту систему работать. Каким-то неведомым образом они стали друг другу близкими. Возможно, свою роль сыграла их общая отрешённость от мира, всё-таки с криминальным рекордом начать новую жизнь — задача сложная. Хотя Томуре нравилось думать, что немаловажным оказалось и его отношение к ним. Его, чтоб её, заботу. Со временем он сам перестал отрицать, что привязался. Да, он влип по уши. Теперь он не мог обойтись без выдуманных баек Компресса, разговоров ни о чём с Тогой, философских бесед с Даби за чашечкой спирта, игр со Спиннером… Да даже тех исключительно бытовых разговоров с Джином! Он больше не мог засесть в комнате и игнорировать всё живое. Ему не хватало общения. Ему не хватало обычного человеческого тепла… Какая мерзость. Он совсем уже поплыл от потери крови. Началась стадия бреда. Вон, ему даже слышится тот дурацкий звонок, который ему поставила Тога. Этот «Ля-ля-ля, тополя, что-то там ещё», он даже не помнит. Ему давно не звонили. Обычно никому не лень просто подняться к его комнате и постучать (или нагло ввалиться). Это же сколько времени он из убежища не выходил? Погруженный в свои мысли Томура вздрогнул, услышав звонкий клац. Он ошалело огляделся вокруг, но не увидел ничего, кроме своего телефона, выскользнувшего из кармана. От испуга Томура слегка осел, а после и вовсе скатился по стене, приняв положение, которое вопреки всем законам логики являлось и сидячим и лежачим одновременно. Дрожащие руки потянулись к раскладушке и нажали на вызов. — Где тебя носит? Тога мне скоро все мозги чайной ложечкой выест. Уверяю тебя, это не очень хорошая смерть для твоей правой руки Помирать в какой-то заброшке от потери крови — тоже так себе затея, но всё же есть вопросы посерьёзнее. Кто ему звонит? Перед глазами всё слишком расплывчато, не разобрать. Тогда по методу исключения. Это точно не Тога. Она в упоминании о себе в третьем лице замечена не была. Твайс? Да он бы никогда такого про Тогу не сказал! Компресс? Нет, он следит за состоянием Курогири. Его оттуда волоком не оттащишь. Значит либо Спиннер, либо Даби. Даже не «либо», а «скорее всего» Даби. Только он сразу переходит к делу, Спиннер обычно минуты две-три мнётся. — Я далеко — Далеко — понятие неконкретное. Где именно? Если бы он знал. Его погнали куда-то на север… или на запад? После первого удара он не смог сориентироваться, а дальше было некогда. — В каких-то ебенях Он даже не соврал. Действительно далеко от убежища. До него добраться можно разве что на машине. — Ты чего так тяжело дышишь? «Даби, я в какой-то заброшке скрываюсь от погони. А ещё вы меня вряд ли спасёте, потому что я не знаю где я. И даже если вы меня найдёте, то это вам всё равно не поможет, потому что я к тому времени сдохну от потери крови» Хрень. Абсолютная хрень. Что изменится если он расскажет? Прилетит волшебник в голубом вертолёте с аптечкой? Разумеется, нет. Сейчас он лишь заставит всех волноваться лишний раз. Кстати, пора бы что-то ответить. — Бегал На другом конце провода хмыкнули и нарочито серьёзным голосом продолжили. — Ты в ЗОЖники заделался? Спешу тебя огорчить, с твоей степенью алкоголизма, никакие пробежки тебе не помогут Неожиданно закралась шальная мысль, что ему сейчас вообще ничего не поможет, но Томура её быстро отогнал. И правда, кто может его вытащить отсюда? Курогири… мог. Но он ещё не очнулся. По прогнозам ещё минимум три дня ему лежать. Так что выбора особо нет. Можно, конечно, рассказать всё как было, но зачем? Зачем их лишний раз волновать? Они там и так с Курогири носятся как угорелые. А тут ещё и лидер, видите ли, в заварушку попал, вытаскивайте этого недоумка поскорее, а то он сыграет в ящик без посторонней помощи. Можно им дать какие-нибудь напутствия. Но какие? «Живите, ребята, продолжайте моё дело, которое я на вас взвалил, потому что облажался»? Ну уж нет. Он не может этого сделать. Вместе, плечом к плечу они прошли через ад. Им нужен лидер. Могущественный лидер, который их поведёт. А не размазня, перекидывающая ответственность с человека на человека. Возможно, стоит извиниться. За то, что пообещал лучший мир, а сам слился. Мол, товарищи, извините, не смог я вас довести, но вы не отчаивайтесь, найдёте другого. Нет. От одной только мысли, что его можно запросто заменить, больно. А у него ещё вроде кровотечение. Не следует добавлять проблем, их и так хватает. Томура тихо рассмеялся. Отчаянно, можно сказать, обреченно. Если он не будет смеяться, он завоет от безысходности. А этого допускать нельзя, на проводе Даби. От надрыва Томура даже закашлялся. — Ты чего? Простыл? Слова заставили заткнуться. Голос звучал, конечно, заёбанно, но обеспокоено. Забавно. — Немного Ну а что? Ему, считай на коленке, сварганили приличное алиби — Ты удивительный человек, Шигараки Томура. Простудился летом. Как ты вообще умудрился? На заднем фоне послышалось как Даби крикнул, чтобы Тога поставила чайник. Томура даже заулыбался от такого. О нём заботятся. Какая прелесть. — Ты там живой? Честно, Томура хотел верить, что да. — Ага — Ты какой-то шибко спокойный На такое даже огрызаться не хочется. Тон такой, будто Даби искренне недоумевает, что происходит. Такая растерянность выглядит даже мило. — Могу наорать, раз тебе так привычнее Он отвечал исключительно на автомате. Всё это время, когда они с Даби грызлись, даром не прошло. Возможно он теперь как курица. Ему голову отрубишь, он ещё три минуты инстинктивно будет орать на Даби. — Не-е. Ты слишком… нормальный. Это напрягает. Томура опешил. В голове крутились вопросы, накладываясь один на другой. Даби умеет нервничать? С каких это пор он перестал быть биороботом? У него появились эмоции? Коннор, ты девиант? — А что? Волнуешься? А почему бы не подъебать? Не каждое столетие удаётся поддеть Мистера атрофированные эмоции на тему заботы. — Ещё как. Если ты внезапно вылечишь свои беды с башкой, то «Психопатом номер один» стану я. А это не тот статус, к которому хочется стремиться. Шигараки заржал. Видимо это конец. Его уже начали смешить шутки Даби. Он чуть не задохнулся, настолько его на ржач пробило. — Тебе там нормально? Может жар? Есть слабость? Томура захихикал. Даже ничего не зная о ситуации, Даби задаёт очень меткие вопросы. Всё-таки он не ошибся, назначив этого человека лидером Передового Отряда. — Да, не- кхе, кхе, наверное А вот это он не притворялся. Видимо конец и правда близок. — Мда. Вообщем, хватит тебе по улицам шароёбиться, вали обратно. Тут Компресс с Курогири воркуют. У них диалог как в мыльной опере. Из разряда: «Я мог тебя потерять и навсегда похоронить шанс сказать, что я тебя- — Погоди! Курогири очнулся?! Томура не мог поверить своим ушам. Курогири очнулся. Он очнулся! Значит, возможно, может быть, наверно- Да к чёрту! Значит он выберется! — Ну да. Примерно час назад. Кстати как только ты ушёл. Совпадение? Не дума- — Дай ему трубку! Нельзя было упустить этот шанс! Если Курогири в сознании, значит его приволокут в убежище. Если его приволокут в убежище, то возможно он сможет выжить! — Слушай, я понимаю, что ты хочешь поболтать, но он только-только очнулся. Это не лучшая идея- — Быстро дал ему трубку! Томура сорвался на крик. Даже не крик, а вопль, который уж точно можно было услышать с улицы. Ему показалось, что он услышал голоса. На другом конце провода недовольно цыкнули — А так хорошо общались Послышалось какое-то шуршание. Томура, будучи неверующим, молился всем богам, чтобы его успели вытащить. Наконец раздалось протяжное — Да? — Курогири, я в каких-то ебенях истекаю кровью. Не знаю сколько могу продержаться. У тебя есть отслеживание геолокации. Быстрее перемещайся, а то за мной хвост! Томура правда слышал голоса. Он не ошибся. Оставалось только надеяться, что Курогири успеет. Он всегда успевал, всегда вытаскивал своего подопечного из полной задницы, всегда помогал и советом и делом. Внезапно пришло осознание, что такую помощь, Шигараки всё время воспринимал как должное. И также внезапно почувствовал себя моральным уродом. Вот уж точно мы начинаем ценить что-то, только когда потеряем. Ему поплохело. Хотя это мягко сказано. Голова гудела, горло сдавливало, нещадно тошнило. Томура понял, что отключается, лишь когда он выронил мобильник. Сознание начинало потихоньку возвращаться. Глаза не видели, всё пролетало будто на периферии. Уши заложило, ничего не слышно. Руки онемели и начали неприятно покалывать, пошевелить можно было только кончиками пальцев. Внутренним часам досталось больше всего. В мыслях прошло минут пять, а по физическим ощущениям часов семь. Осознание, что он просто лежит с закрытыми глазами, пришло неожиданно, но отрезвило похлеще любой таблетки. Открыть их, на удивление, было не сложно, а вот не ослепнуть от яркого света лампы казалось непосильной задачей. Всё сливалось жёлтыми пятнами, а голова снова закружилась. По идее, в таких случаях нужно принять сидячее положение, которое обычно помогало побыстрее привыкнуть к свету. Это Томура и попытался сделать. Послышался голос: — Лежи дальше Усталые глаза зацепились за силуэт, стоящий у окна. Это был Даби, очень интеллигентно курящий в форточку. Ну или это расплывчатое чёрно-фиолетовое пятно было самой смертью. Тут не угадаешь. — Дым в комнату летит, — недовольно произнёс Томура, сдерживая себя в выражениях просто на всякий случай. — Поверь, это последнее, что тебя должно волновать, — тягуче сказали в ответ, а потом добавили, — и, знай, ты подонок — Я? — ещё не до конца пришедший в себя Томура действительно не ожидал такой наглости. Но зато сразу осознал, что перед ним Даби. Только он оскорбляет с первого же предложения. — Нет я, блять! — Даби раздраженно выкинул бычок с окна, повернувшись к кровати, — Томура, я, конечно, знал, что ты тот ещё садист. Но чтоб настолько?! — он драматично вскинул руками. — Ты, сучара, не мог сказать, что ты помираешь, пока мы тут прохлаждаемся?! Нет?! Какого хера, я узнаю всё последним, а?! Ты меня совсем ни во что не ставишь?! Голова только сильнее разболелась. Лучше бы Даби ему для начала аспирин принёс, а потом уже начал пилить. А так и слова отрывками долетают, и нормальную ответку придумать не получается. — И что я бы сказал? — совершенно спокойно начал Томура, — «Привет, я тут истекаю кровью, а ещё вы вряд ли меня спасёте, потому что я в херовой туче мил от вас. Так что готовьте гроб и придите по указанному адресу за моими бренными останками» Так? Даби выдохнул сквозь стиснутые зубы. — Какого хрена ты сразу Курогири не позвонил, а? Томура замер, широко распахнув глаза. В голову опять полезли навязчивые образы его собственного тела, лежащего у стены и окрасившего бело-серые стены кровью. Если бы ему тогда не позвонили, он бы так и остался там сидеть. Только в виде трупа. Кое-как схватившаяся рана снова начала кровоточить, порождая всё новые и новые жуткие образы, отравляющие сознание. Картинки, заставляющие кровь стынуть в жилах, всё продолжали мелькать перед глазами. Шигараки зажмурился. Нет, нет, нет. Сейчас всё хорошо. Он жив, а это главное. Он не знал. И не мог узнать. Это просто неудачное стечение обстоятельств. Никто не имеет право его за это винить. А если кто и виноват, то только сам Даби. Это всё из-за него. Точно. Только из-за него. Это именно из-за него Томура сейчас страдает. — А откуда я знал, что он уже пришёл в себя?! Я, что, блять, мысли читаю?! По прогнозу он должен был пролежать ещё дня три. Откуда я знал, что он такой живучий и очнётся раньше?! — Томура замолчал, пытаясь перевести дыхание, и вскоре продолжил уже тише. — И ты ещё молодец. Я тебя прошу сделать одну простую вещь, а ты травишь мне свои смехуёчки! Ещё немного и рассказывать приколы было бы некому! Он бы ещё долго продолжал, но почувствовал, как что-то ударило его в переносицу и приземлилось на матрац. Томура рукой потёр ушибленное место. — Ауч! Что это? — спросил он, рукой нащупывая какую-то банку. Ответ не заставил себя долго ждать. — Таблетки от кашля. Подавись. Томура поднял банку и потряс. И правда, таблетки. Только в общей аптечке он их не видел. Это странно. — Откуда? — Давай подумаем, где люди покупают лекарства? — явно издеваясь, начал Даби, — В аптеку сходил — Ты? — А кто ещё? Остальные заняты были, а мне шарф с маской напялить и вперёд, — немного подумав, он продолжил. — Кстати, осколки убираешь ты Томура окончательно перестал понимать, что к чему. — Какие ещё осколки? — Кружки. С твоим чаем Ладно, с неожиданной заботой он будет разбираться потом, сейчас бы спать залечь и продрыхнуть часов эдак тридцать. — И нахрена ты её разбил? Зря он это спросил. Его наградили таким задолбавшимся взглядом, что Томуре даже почти стало стыдно. — Подумай. Хотя, чем тебе думать-то…Вообщем представь. Прихожу я такой в убежище с твоими таблетками, открываю дверь, вспоминаю про чайник, иду на кухню в святой уверенности, что сегодня ничего страшного не случится, беру кружку, и тут ко мне подбегает Тога с криками, что ты при смерти. Разумеется я, кхм, сильно удивился. Особенно, если учесть, что меньше чем пятнадцать минут назад, я с тобой разговаривал! Так вот, что он имел в виду, когда говорил про «всё узнаю последним». Даби молчал, видимо, ждал ответа. Томура пожал плечами. — Это я сейчас такой спокойный. Благо, Курогири дал адресок, где можно было выпустить пар А вот это ему может аукнуться. Его же остальные загрызут за то, что он оставил лидера в трудную минуту. Хотя может оно и к лучшему. Только пожара им для счастья не хватало. Томура посмотрел на Даби, который теперь раздраженно теребил край плаща. Он слишком серьёзный. Это напрягает. Обычно он скалится или улыбается или всё вместе. А сейчас так настороженно косится, что тошно становится. Надо его вытаскивать, а то напридумывает себе чего-нибудь, потом проблем не оберёшься. — Кхм. То есть статус «Первого психопата на селе» всё же мой? — попытка избавиться от этой гнетущей атмосферы ожидаемо не увенчалась успехом, — ты дымишься — Из-за тебя! Это ж надо, такое выкинуть. А если бы я тебе не позвонил?! Что бы ты тогда делал, недоумок чёртов?! Также и подыхал в своё удовольствие, бросив нас на произвол судьбы?! Опять повисла напряжённая тишина. — Кстати, поздравляю — С чем это? — Помимо Курогири у тебя теперь ещё одна нянька Час от часу не легче. Томура устало прикрыл глаза. — И кто? — Я. Вот чисто из принципа тебя одного больше никуда не отпущу. Всегда вместе будем Томура, мягко говоря, опешил от такого заявления, а ещё больше охренел от того с каким предвкушением это было сказано. Даби, видимо, вовсю наслаждался его реакцией. Вон как лыбится и с таким прищуром смотрит, что Томуре даже неловко. Но оставаться в долгу — нынче моветон. — В горести и радости, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит нас? Наверно это был первый раз на его памяти, когда Даби выглядел настолько растерянно. — Ага, — немного смущённо проговорил он, — в точку — Про смерть я серьёзно. Неповиновение приказам будет караться. Ещё хоть раз ослушаешься и- — И что? Сотрёшь меня в пыль? Увы, угрозы имеют такую штуку как срок годности. Чем чаще ты повторяешь одно и то же, тем меньше это имеет смысла. Значит, пора что-то менять. Чего может бояться Даби? Уж точно не смерти. Пыток? Уже давно избитая тема. Тогда чего? И тут появилась идея. Шальная, абсолютно бестолковая, но которая теоретически могла сработать. Томура лукаво улыбнулся. — Ты знаешь текст? Даби нахмурился. — Какой ещё текст? — Ну этот. В болезни и в здравии, в богатстве и бедности- — Знаю Шигараки видел как тот нервно сглотнул. — Ну вот. Тогда, ещё раз ослушаешься приказа и пока смерть не разлучит нас будешь выполнять остальные пункты клятвы. Это хуже. Вопреки всем ожиданиям Даби рассмеялся, мотая головой из стороны в сторону. А успокоившись, добавил: — Звучит как сделка Шигараки устал удивляться. Морально устал. Видимо, нужно просто смириться с тем, что этого человека он никогда не сможет понять. Так почему бы не подлить масла в огонь? — Не в твою пользу — Скорее уж не в твою. Меня-то всё устраивает Вот такого поворота он точно не ожидал. Вот, ни в жизнь. Томура если даже и представлял, как ему признаются в любви, не думал, что всё будет вот так. Он, изгвазданный собственной кровью, уставший как собака, лежит на матрасе, где несколькими минутами ранее чуть не умер и слушает, как ему признаётся в нежных чувствах человек, которого он чуть не грохнул в первые пять минут знакомства. Человек, с которым он цапается чаще, чем Мидория зарабатывает переломы. Человек… который первый из всех забеспокоился и позвонил. Человек, с которым в пять утра можно обсудить все плюсы монархического строя. Человек, который понимает с полуслова… И тут Томура понял, что попал, и в кое-то веки это было воистину приятное чувство. — Ну, раз тебя всё устраивает, то и меня, в принципе, тоже Даби добродушно засмеялся. — Знаешь, если ты хотел предложить встречаться, то не обязательно было истекать кровью хрен знает где. Мог просто спросить. Я бы всё равно согласился. Томура устало улыбнулся. — Учту, на будущее