История очередного попаданчества

— Вы, бляди, даже с таким простым заданием справиться не смогли! Я вас всех тут выброшу в мир смертных, чтобы вы стали жертвами ведьм и охотников! — отчитывал Николас прислугу, которая не смогла предотвратить похищение. Они даже не заметили проникновение! — И что нам теперь делать? Все знания о будущем у Эмили, — сказала Скарлетт, стоя около разбитого окна рядом с Николасом, трогающего нервно свою переносицу. — Я даже, блядь, не представляю! — психовал Николас, ходя взад-вперед. — Как этот… — он остановился, пытаясь успокоиться и мыслить рационально — Как он вообще догадался о том, что она тут? Все было просчитано до мельчайших деталей! — Мысли, мой дражайший друг. Именно они наши души и выдают. Вы можете спрятать ее, изменить внешность, голос, манеры и привычки, но душу вы не поменяете, — хмыкнула иллюзия Михаэля, образовавшаяся в проёме разбитого окна.       Николас рявкнул и кинул в иллюзию огненный шар. Тот пролетел сквозь тело, и Михаэль продолжил все также стоять в проёме. — К сожалению, и в этой жизни mon ami достанется победителю — то есть, мне! — весело захохотал Михаэль, словно наслаждаясь болью Николаса и его эмоциями — Но я дам тебе шанс — реванш. Ты же помнишь, где ее постель? Ах, ее бездонные умоляющие глаза, что потеряли всякую надежду, когда я убивал ее! — Скарлетт с ужасом посмотрела на Николаса, который сжимал кулаки, понимая его безумную речь. — Ты должен помнить и наш с ней дом! Я жду тебя там, mon ami! — О чем он говорит? — спросила та, когда иллюзия Михаэля ушла, оставляя напряжённую тишину. — Что все это значит? — она подняла голос. — Эмили говорила вам, что старше вас в ментальном плане? — спросил Николас, расслабляя кулаки и успокаиваясь. — Да, я так и не поняла… — Николас прервал ее. — Я, Эмили и этот… Безумец. Мы все пришли в этот мир. Вернее, переродились. Мне и Эмили было по 27, когда… Михаэль убил ее. Жестоко. И беспощадно. Она выбрала его. А Михаэль убил ее, пытав несколько дней! — Скарлетт шокированно ахнула, зажимая рот ладонью. — Вот откуда у нее шрамы, вот откуда желание мести. А я… Не смог ее защитить. Слишком поздно пришел. Если бы приехал на полчаса раньше, то спас бы ее, — Николас с тоской взглянул на осколок стекла и темную прядь волос. — Ты не виноват, — мягко обратилась Скарлетт. — Нужно отправляться сейчас. Я не хочу снова терять ее. Не в этот раз, — решительно заявил Джонсон. Он явно был намерен идти в одиночку. — Ты понимаешь, что это ловушка! Он же убьет тебя, если пойдешь один! — Николас грустно улыбнулся. — За нее и жизнь я не прочь отдать, — Скарлетт сжала кулаки и крикнула. — А ты думаешь, что ей от этого будет легче? А кто о ней тогда заботиться будет? — и тут Джонсон остановился, замирая и обрабатывая слова подруги Эми. — Ты хоть представляешь через что она прошла? Нет! И именно сейчас она снова одна! И снова с этим ублюдком! — взорвался Николас, тут же сожалея о своем высказывании. — Но ты решил пожертвовать собой, окончательно сделав ее одну! А ну, блядь, остановись, — та схватила его за локоть и развернула к себе. — Ты права, — сказал вмиг остывший Николас. — У меня есть план.

***

       Эмили с трудом открыла глаза, просыпаясь от мурашек и ледяных прикосновений. Она что-то промычала, поднимая голову и тут же сожалея об этом действии. — Ох, моя дорогая Немезида. Я так рад, что ты проснулась! — парень крепко схватил ее подбородок, поднимая вверх, смотря на нее сверху вниз.       Девушка снова вспомнила эти багровые глаза, полные жажды крови, жажды смерти. Как в тот раз. По телу пробежала волна ужаса и паники, в животе похолодело. Его пальцы ледяные, словно у трупы, взгляд не даёт ей отвести глаза, словно гипнотизируя. — А я-то думал, что обряд перенесет только мою душу. Но так даже лучше. Тебе же понравилась наша прошлая игра? — девушка с трудом сглотнула вязкую слюну, пытаясь не трястись от того ужаса, кипящего внутри. — Ну же, отвечай! — эмоции на его лице похолодели, командуя и отзываясь той жестокостью, с которой он ее пытал. Сколько бы Эмили не взращивала в себе ту ненависть, Михаэль все равно был ее кошмаром. — Нет, — та сжала себя, собралась и твердо увидела. — По твоим честным глазам вижу, что врешь. Неужели так соскучилась по мне? Тогда давай начнем наш вечер с того, что мы так и не сделали в нашей игре, — его взгляд скользнул по шее, на которую он открыл вид, резко подняв голову девушки. — Я до сих пор помню, как украшал твое тело своими метками. Ах, — он затрепещал, сладко, словно испытывая невиданное счастье в тех воспоминаниях — А в ушах до сих пор слышится твой голос, просящий «ещё», кричащий лишь мое имя. — Ты… Мерзкий ублюдок! — Эмили искренне пыталась собрать всю ненависть и ярость в себе, по крупицам, что просыпались после удара паники и ужаса. — Не беспокойся, когда ты снова примешь меня полностью, ты будешь говорить вещи помилее. Хотя я даже не уверен, примешь ли ты меня полностью сейчас. После обряда я весьма изменился, — он сладко усмехнулся, его рука двинулась, немного сжимая ее шею. — А ты помолодела. Но ничего, я уверен, что ты все так же искусна, — девушка бросила в бывшего испепеляющий взгляд. — Ещё одно слово, и ты лишишься руки, — сказал басистый голос сзади двух бывших. И тут Эмили заметила обстановку комнаты, где она была. Если раньше мешало помутнение после сна, то сейчас ей открылся обзор. Она судорожно вздохнула, прекрасно узнавая место своей смерти. Она помнила и эту кровать, и этот стол, и этот ковер. Ей стало душно. Джексон с трудом шумно вдыхала. — Ах, а я так хотел поразвлечься, пока у нас есть время, — пропел Михаэль, поворачиваясь к Николасу лицом и отпуская Эмили. — Отойди от нее, — приказал Николас строго. — Хах, грозный мальчик, — посмеялся Михаэль, а затем грубо толкнул Эмили, привязанную к стулу на пол, из-за чего у нее вырвался болезненный стон. — Ты всегда был мерзким. И даже сейчас ты ничтожество, которое не может даже ничего сделать. Но мне сказали не драться с тобой. Прости, но я послушная псина. — Быстрее к делу, пока я тебя по стене не размазал, — отрезал Николас, прекрасно осознавая, что даже сейчас Эмили в огромной опасности. Этот Чертов псих мог что угодно наложить на нее, чтобы у них не было выбора, кроме как подчиняться. Михаэль щёлкнул пальцами, и перед Николасом появились два ведра. — Я удивлен. Ритуал, который я совершил, был направлен на воскрешение нашего дорогого Лорда и… На поворот времени вспять, — начал Михаэль. И пусть тот нацепил свою беспечную маску, был виден его точный расчет и стратегию. Он внимательно считывал каждое движение Николаса. — Но вот незадача. Должен был остаться только я. А вы… — он наклонился к Эмили, касаясь ее привязанной к ножке стула лодыжке. — Вы каким-то чудом просто оказались тут! — тот скривился от гнева — КАКОГО ДЬЯВОЛА ВЫ ТУТ? — кричал Михаэль, ломая ножку стула и лодыжку Эмили, из-за чего та закричала от боли, пытаясь хоть как-то сопротивляться. — Остановись! — Николас встрепенулся, сделав шаг вперёд, но Михаэль лишь злобно ещё раз сжал лодыжку Эмили, причиняя ей ещё больше боли. Та еле слышно захныкала. Бывший дёрнул ее за сломанную конечность, притягивая к себе. — А-а-а, — отрицательно покачал парень головой, отгоняя Николаса. — Перед тобой два ведра. Одно — со святой водой, другое — с обычной. Выбери верное, — хмыкнул Михаэль. Затем он повернул голову Эмили в сторону Николаса, так как ее стул был опрокинут на бок. Он наступил на ее лицо своим сапогом, заставляя смотреть. — Закроешь глаза — и навечно останешься тут, дорогая, — девушка почти не слышала его. Пытаясь восстановить дыхание во время панической атаки, она с трудом нашла глазами друга. Тяжело дыша, Эмили едва ли сосредоточила свой взор на нем.       Николас взял одно из вёдер и мигом опрокинул на себя. И тут под восхищённый взор Михаэля… Ничего не произошло. — Ты серьезно думал, что у меня не будет запасного плана? — не успел Михаэль повернуться, как в его лицо прилетел кулак Николаса сзади. — Николас, — Эмили с облегчением и слезами на глазах посмотрела на приблизившегося друга. Тот спешно подхватил ее на руки, моментально убирая путы. — Но как? Я же наложил чары… — Михаэль не успел отреагировать, как на него накинулись Валирии. Тот, застаный врасплох, закричал, извиваясь на полу. Но тут прошлась взрывная волна красного цвета, отбрасывающая всех на пару метров. — Я! Да я вас всех! — начал Михаэль, стоя на руках, и держа свое раненое плечо. Но тут он заметил численное превосходство и лишь злобно буркнул что-то, испаряясь.       Далее последовал долгий процесс залечивания всех ран. Сначала Эмили успокоили, привели в чувство после истерики и панической атаки. Она совершенно отказывалась спускаться с рук Николаса. Прижималась, умоляла, чтобы он обещал ей всегда быть рядом. А затем, когда она успокоилась и почти сразу уснула, началось заживление перелома и царапин.

***

— Хэй, так нечестно! — хихикнула темноволосая девушка, словно играясь с кем-то. Разглядеть было крайне трудно, словно все размыли. — Ты, видимо, совсем позабыла, с кем вообще имеешь честь разговаривать! — так же игриво ответил юношеский глубокий голос

***

      Эмили проснулась в слезах, хотя искренне не понимала, что заставило ее плакать. На сердце словно поселилась чужая тоска, оседающая в ее легких. Но она точно знала, что это не из-за недавних событий. Нет. Это что-то глубже, древнее.