Сказка о двух братьях

Замок… Холодные стены, ни разу за сотни лет не видевшие света Солнца из-за прибитых гвоздями штор на огромных окнах… Что это за место? Быть может, иллюзия? Или же дом давно уж почившего короля, при жизни страдавшего от золотой лихорадки? Нет, этот замок принадлежит тому, кому было мало целого мира и при том вполне достаточно обычной деревянной прялки, из которой дни и ночи напролёт выходят тончайшие нити чистого золота и посверкивают завораживающе в полумраке… Это замок Тёмного Мага - Румпельштильцхена. — Дорогуша, можешь сколько угодно буравить меня своим колючим взглядом, хоть убей (а я, заметь, бессмертен), я тебя в жизни не видел! — хихикнул Тёмный, задумчиво крутнув колесо прялки. Юноша, стоящий неподалёку, его порядком забавлял. В конце концов не каждый день его вечного существования на пороге появлялись люди, представляющиеся старыми знакомцами. — Напротив, — спокойно возразил гость. — Я знаю, ты не забыл меня. Лишь забыл вспомнить. Румпельштильцхен. — Вероятно ты хотел, чтобы это прозвучало впечатляюще, однако весь этот мир знает моё имя… — золотая нить змеёй скользнула вниз. — Правда? — в голосе незнакомого знакомца прозвучала холодная горечь. — А знают ли они имя мальчика, что ещё в чреве матери был сослан в другой мир? — почти неслышно, но вполне отчётливо прошептал юноша. — Мальчика, который так и не узнал своего отца, да и мать увидел лишь раз, когда и глаза-то раскрыть толком не мог? Знают ли они имя того, кто вырос в детдоме самого серого города в мире? — юноша почти кричал. — Знают ли они Тома Реддла? Скрежет колеса прялки резко прервался, оставив двух незнакомых людей в пугающей тишине. Или всё же знакомых настолько хорошо, что они и подумать не могли, что не признают друг друга через столько лет разлуки?.. Румпельштильцхен вперился в юношу мутноватыми зелёными глазами, в которых впервые за много веков отразился… страх. — Ты, — дрожащий палец Тёмного указал на Реддла. — Нет, не может быть! — Правда? — усмехнулся гость. — Не веришь мне, братец? Да нет, конечно, веришь. Пусть ты не разу не видел меня, ты точно можешь признать во мне того, с кем я, по словам многих, похож, как две капли воды. Твоего отца. Нашего отца. Малькольма или, как его называют теперь, Питера Пэна. Тёмный резко вскочил, уронив прялку, уже не со страхом, а с ужасом вглядываясь в до боли знакомую ухмылку. — Что тебе нужно? — прохрипел он. — Небольшая братская услуга…

***

— Я всё думал, когда же ты придёшь? — усмехнулся мистер Голд, оборачиваясь. — Ты знал, что я приду? — спросила Реджина. Голд не ответил, лишь взмахнул рукой. Посередине антикварной лавочки из воздуха появилось два стула. Ещё один взмах руки, и табличка на двери перевернулась, оповещая любого прохожего, что магазин закрыт. — Не стой на пороге. Присаживайся, — Тёмный указал на один из стульев. — Чаю? — Спасибо, не стоит, — холодно отказалась Реджина. — Что, боишься уснуть вечным сном в моей скромной лавочке? Брось, Реджина, если бы я желал твоей смерти, я бы приказал своим людям подлить яд в чай Джоан. Сказочница-отравительница… Оригинально, не находишь? Да-да, дорогуша, — вновь усмехнулся Голд, встретив удивлённый взгляд Миллс. — Я знал о вашем маленьком путешествии. И я не устроил вам засаду и не взорвал самолёт по одной-единственной причине, которая тебе, я уверен, известна, — откинувшись на спинку стула, мужчина скрестил пальцы рук, вперившись в Реджину пристальным взглядом. — Ну чего же ты ждёшь? Спрашивай, ты ведь здесь за этим. Реджина была порядком удивлена такому холодному спокойствию. Её продолжало преследовать странное ощущение, словно на любой её вопрос он ответит правду и только правду… Разумеется, она знала тому причину. Знала, но не до конца верила самой себе, что это возможно… — Это правда? — изгнав все сомнения, напрямую спросила Реджина. — Правда, что Тёмный Лорд – твой брат? — Да, — спокойно ответил Голд. — Джоан не соврала вам. Да и врать-то она не умеет. — Но как? Ты родился за тысячи лет до его рождения! — Да полно, Реджина. Уж тебе ли не знать, что преодолеть время и миры — сущий пустяк. Видишь ли, я и Том — сводные братья. Питер Пэн наш общий отец, но матери разные. Его мать звали Меропой. Я был тогда совсем ребёнком и плохо помню её… Помню лишь, как однажды вечером к нам в дом постучался путник, немолодой и, очевидно, небогатый. Мы позволили ему остаться у нас на ночь, и, пока он грел руки у камина, Меропа поднесла ему чашку воды, которую он уронил стоило ему увидеть медальон на её груди. Как оказалось, по пророчеству, сделанному самим Мерлином, ребёнок, родившийся у женщины, что носит медальон Салазара Слизерина, станет в будущем неуловимым и почти что бессмертным «змеем», который разрушит множество семей, замучает и убьёт безумное количество людей, не пощадит никого, ни женщин, ни детей… Дальше всё было как в тумане. Старик вынул из кармана своих дряхлых одеяний боб и бросил его о землю, прямо под ноги Меропы. Она была нема, но в те секунды кричала страшно, пыталась выбраться из портала, но не смогла. Так меня разлучили с братом ещё до его рождения… На несколько секунд повисло молчание. История Голда не желала укладываться в её голове… Не пара, а тысяча лет, не мили, а миры разделяли братьев, и всё же они нашли путь… — Вот как-то так, — подытожил Голд, выжидающе глядя на Реджину. — Но как твой кинжал стал крестражем? — наконец спросила Реджина. — Небольшая Братская услуга. Видишь ли, в отличие от вас с Зелиной, мой брат никогда не желал мне зла, даже наоборот стал моим лучшим другом, моим соратником. Поначалу я думал, что он рано или поздно поймёт, что бессмертен один лишь Тёмный и убьёт меня моим же кинжалом, но нет. Мы были преданны друг другу. И пусть его бессмертие не было абсолютным, как моё, ради меня он пошёл на риск. — И поэтому теперь ты пойдёшь на риск ради него? — неожиданная догадка ведром ледяной воды обрушилась на Реджину. — Ты собираешься… — Да, дорогая. Я воскрешу Тёмного Лорда чего бы это мне стоило. Вопрос только в том, сделаю я это один или… Договорить Голд не успел, ведь случилось то, чего сейчас он никак не ожидал, но, казалось, ждал последние двадцать восемь лет. Карие глаза встретились с карими. В мгновение ока сократив расстояние, Реджина впилась губами в губы Тёмного. Он ответил. Сухие пальцы запутались в чёрных волосах. — Нет, — прошептала Реджина, на мгновение разрывая поцелуй. — Ты никогда не будешь один… Мой Лорд.