This is Home

Нил Джостен дал сигарете догореть до фильтра, не делая затяжки. Он вдохнул едкий дым, который вернул его на пляж, где пахло бензином и огнём. Это было одновременно и отвратительно, и успокаивающе, и от этого у него по спине пробежала дрожь, смахнув комок пепла, который, как он видел, упал на трибуны внизу. Нил провёл пальцем по ремешку своей спортивной сумки, взглянув на ночное небо, чтобы мельком увидеть звёзды, но они были размыты огнями стадиона. Где они спали в лесу после очередной стычки с Лолой? Австрия? Нил не мог вспомнить. Между ним и правдой было 22 имени, и дни, казалось, слились воедино с несколькими моментами ясности, настолько яркими, что у него закружилась голова; получить пулю в плечо, выпрыгнуть из движущейся машины и Сиэтл. Одно Нил знал наверняка, это то, что его мать избила бы его до полусмерти и обратно, если бы увидела, как он сидит и хандрит вот так. Не в первый раз Нил задался вопросом, смотрит ли она на него сверху вниз или, что более вероятно, смотрит снизу вверх. Если бы это было так, она была бы очень разочарована, он ослушался её. Мэри Хэтфорд дала Нилу всего несколько правил восемь лет назад, когда схватила его посреди ночи. И в течение года после ее кончины он уже нарушил большинство. Нил знал, почему они бежали. Он был омегой, ярлык, который указывает на то, что у него были как мужские, так и женские органы и анатомия. С тех пор, как он был достаточно взрослым, чтобы понимать вторичный пол, Мэри вбила Нилу в голову, чтобы он всегда держал в секрете свою личность омеги. Всегда переодеваться в одиночку, никогда не позволять никому подходить достаточно близко, чтобы почувствовать запах за пределами блокаторов феромонов, не привлекать к себе внимания. Она скрывала его вторичный пол от его отца и коллег с момента его рождения, подкупая врачей и медсестер, чтобы обеспечить его безопасность. Если бы его отец узнал, что Нил был омегой, он бы убил его мгновенно. В глазах его отца омеги стояли ниже альф и бет. Никчёмные существа, управляемые своими гормонами и течкой. Мэри, боясь, что феромоны Нила проявятся раньше и его отец узнает об этом, забрала Нила за день до его десятого дня рождения и сбежала с пятью миллионами долларов наличными. С того дня, как они сбежали, Мэри заставляла Нила принимать средства для подавления течки и блокаторы феромонов; она продолжала вдалбливать ему важность сокрытия его вторичного пола, утверждая, что это сделает их менее заметными. Нил уловил запах, который вывел его из задумчивости. Он обернулся, услышав скрип двери раздевалки, и увидел тренера Эрнандеса, стоящего в дверном проёме. Нил подтянул свою сумку поближе, когда Эрнандес открыл дверь и направился к Нилу. —Я не видел твоих родителей на игре, - сказал Эрнандес, выхватывая сигарету из рук Нила, бросил её на трибуны и затушил. —Их нет в городе, - ответил Нил. Без дополнительного запаха дыма в воздухе Нил может более отчётливо чувствовать яркие ноты альфа-феромонов, исходящие от тренера Эрнандеса. Утончённый и спокойный, не подавляющий, как у других альф. Как и большинство омег, Нил обладает острым обонянием и может определять настроение окружающих по их феромонам. В отличие от бет, которые не могут чувствовать запах феромонов, даже если они их производят. Альфы, как правило, улавливают феромоны только тех, кто находится под сильным давлением или в гневе. —Всё ещё или снова? Ни то, ни другое, подумал Нил, но не сказал. Он знал, что его учителя и тренер устали от одних и тех же оправданий. Но это была достаточно хорошая ложь, чтобы объяснить, почему дорогая семья Джостена никогда не приходила на его игры и почему у Нила была привычка спать на территории школы. Он знал, что Эрнандес был строгий, но тренер всегда оставлял дверь раздевалки незапертой и смотрел в другую сторону, когда Нил приходил слишком рано на утреннюю тренировку или задерживался после игр. Дело не в том, что Нилу негде жить. Просто сидеть на корточках в заброшенном доме было незаконно, и он не хотел рисковать быть пойманным. Миллпорт, штат Аризона, был умирающим городом с населением в 900 человек, где все знали всех и вся, но это также означало, что на рынке было много домов. —Я позвоню им со счётом сегодня вечером, - сказал Нил, чтобы успокоить тренера. Эрнандес что-то промычал и слегка откинул голову назад, чтобы взглянуть на дверь раздевалки. —Здесь кое-кто хочет тебя видеть, - сказал Эрнандес. Тело Нила напряглось, чтобы бежать, когда он схватил свою спортивную сумку и быстро понюхал воздух. Нил дважды проверил все выходы, ближайший, кроме раздевалки, находился на другом конце стадиона, если бы он побежал сейчас, у него, вероятно, были бы хорошие шансы обогнать их, в конце концов, он был самым быстрым игроком в Миллпорте. —Он тренер колледжа, который хочет подписать с тобой контракт, - продолжил Эрнандес, вставая и отряхивая штаны. Нил встал и развернулся, глядя на крупного мужчину, стоящего в дверях раздевалки. Мускулистые руки мужчины были покрыты татуировками племенного пламени, которые пересекали его грудь. У него была загорелая кожа, тёмные волосы и светло-карие глаза, которые не отрывались от напряженной фигуры Нила. Альфа, судя по его запаху, подумал Нил. —Чушь собачья. Никто не набирает рекрутов из Миллпорта, - возразил Нил, продолжая разглядывать незнакомца. Эрнандес послал Нилу взгляд, который говорил спокойным красочным языком, когда он направился к мужчине. —Я отправил ему твоё досье. Я подумал, что стоит попробовать, и не сказал тебе на случай, если это сорвётся, я не хотел обнадёживать тебя. - Нил перевёл взгляд с Эрнандеса на незнакомца, хватка на его сумке крепче с каждой секундой. —У меня нет времени, малыш, мне нужен ответ сегодня вечером. Совет директоров дышит мне в затылок, чтобы я заменил Джейни. И, судя по тому, что сказал мне тренер Эрнандес, у тебя нет других вариантов, - сказал незнакомец. И без того переворачивающийся желудок Нила при этом имени подскочил к его ботинкам. Джейни Смоллс была нападающей в Университете штата Пальметто, но в последний раз, когда Нил слышал о ней, она была в психиатрическом отделении за попытку самоубийства. —Лисы, - прошептал Нил. Человек, которого Нил теперь знает как Дэвида Ваймака, удивлённо поднял брови от того, как быстро Нил всё понял. —Полагаю, ты слышал новости, - пробормотал Ваймак. Нил хорошо слышал новости, они были повсюду. Лисы из Университета штата Пальметто были разношерстной кучкой талантливых отбросов и наркоманов. Дэвид Ваймак набирал только детей из неблагополучных семей и с неблаговидным прошлым, используя корт Лисьей Норы как промежуточный дом, чтобы изменить жизнь этих детей. Но Лисы были посмешищем, посмешищем для Экси-лиги NCAA. Каждый год Лисы изо всех сил старались объединиться в сплочённую команду, и это было видно. Последние три года они занимали последнее место, хотя в прошлом году добились значительно лучших результатов благодаря настойчивости своего капитана, первой женщины-капитана лиги Даниэль Уайлдс. Лисы всегда привлекали много внимания критиков из-за происхождения игроков, однако с тех пор, как они подписали контракт с национальным чемпионом Кевином Дэем, они получили ещё больше внимания. Это было величайшее событие, которое могло случиться с Лисами, и это означало, что Нил никогда не сможет принять предложение Ваймака. Нил знал Кевина, когда они были детьми, но он не видел его восемь лет и никогда не увидит его снова, если Нил будет знать, что для него хорошо. Некоторые двери должны были оставаться закрытыми; от этого зависела жизнь Нила. —Ты не можешь быть здесь, - натянуто сказал Нил. —И всё же я стою здесь, - сказал Ваймак. —Нужна ручка? —Нет, - ответил Нил, —Я не буду играть за вас. —Мне кажется, я ослышался. —Ты подписал контракт с Кевином. —И Кевин поёт тебе так— Нил не стал дожидаться остальных слов. Крепко держась за свою спортивную сумку, он побежал по трибунам к двери в раздевалку. Нил протиснулся мимо Ваймака через раздевалку в гостиную, и его мгновенно окутала тысяча запахов, забивающих все его чувства. Нил не оглянулся, чтобы посмотреть, следуют ли они за ним. Всё, что было важно, - это выбраться отсюда и найти станцию "Грейхаунд". Нил начал забывать выпускной, забывать Нила Джостена, забывать Экси. Единственное, что было у него на уме, - это в какой штат отправиться в первую очередь и где находится ближайший дилер блокаторов феромонов. Отвлечённый своими мыслями и запахами, доносящимися из шкафчиков вокруг него, Нил слишком поздно понял, что он не один. Кто-то ждал его в гостиной между ним и дверью. Свет блеснул на жёлтой ракетке Экси, когда незнакомец сделал замах, и Нил двигался слишком быстро, чтобы остановиться. Дерево врезалось ему в живот достаточно сильно, чтобы вдавить лёгкие в позвоночник. Он не помнил, как упал, но внезапно оказался на четвереньках, царапая пол и пытаясь вдохнуть. Жужжание в ушах было вызвано сердитым голосом Ваймака: —Чёрт возьми, Эндрю! Вот почему у нас не может быть хороших вещей. —О, тренер, - сказал кто-то над головой Нила. —Если бы он был хорошим, от него не было бы никакой пользы для нас, не так ли? —Он нам не нужен сломанным. —Заклейте его пластырем, и он будет как новенький. Мир снова обрёл чёткость, когда Нил жадно втянул воздух в свои измученные лёгкие. Он вдохнул так сильно, что начал задыхаться, резкий кашель вырвался из его рта, когда он попытался встать. Рука появилась в поле его зрения слишком быстро, и он откинулся на стену, ища поддержки. Вновь сосредоточившись, он заметил, что Ваймак убрал протянутую руку. Нил встал на трясущиеся ноги и обхватил себя рукой за талию, закидывая свою сумку и скудные пожитки обратно на плечо. Эндрю, это должно быть Эндрю Миньярд, подумал Нил, подняв глаза и увидев, что Эндрю опирается на украденную ракетку, склонив голову набок и рассматривая Нила. Вратарь стартового состава Лисов не казался особенным. Рост 5 футов, даже с шокирующими светло-русыми волосами и карими глазами, но Нил знал лучше. Эндрю Миньярд был самым смертоносным вложением Лисов. В то время как большинство новобранцев Лисов были склонны к саморазрушению, Эндрю, казалось, был заинтересован в сопутствующем ущербе. Он провёл год в колонии для несовершеннолетних и едва избежал очередного срока. Однако Эндрю был единственным человеком, который когда-либо отказывался от первого места в Университете Эдгара Аллана. Рико Морияма, стартовый нападающий Эдгара Аллана и самопровозглашенный король Экси, вылетел вместе с Кевином на встречу с Эндрю, но он вместо этого решил присоединиться к полумёртвым Лисам. Большинство предполагало, что это было связано с тем фактом, что Ваймак предложил место в команде и семье Эндрю: его брату-близнецу Аарону и двоюродному брату Николасу Хеммику. Кевин играл за Воронов Эдгара Аллана до декабря прошлого года, когда он сломал доминирующую руку в результате несчастного случая на лыжах. После этого, ко всеобщему удивлению, Кевин перешёл в Пальметто, где стал помощником главного тренера Ваймака на весенний сезон и в конце концов подписал контракт как игрок основного состава три недели назад. Нил провёл недели в школьной библиотеке, выкапывая всё, что мог узнать об Эндрю Миньярде и о том, почему он привлёк внимание Кевина. Видеть его лицо воочию было дезориентирующе. Нил посмотрел в его бесстрастное лицо и попытался его почуять. Хотя Нил знал из своих исследований, что Эндрю был альфой, он едва чувствовал запах его феромонов. У Эндрю был запах, как и у всех, пахнущий кедром, сосной и сигаретами, но его альфа-феромонов почти нет. —В следующий раз повезёт больше, - сказал Эндрю, постукивая двумя пальцами в знак приветствия по своему правому виску. —Пошёл ты, - выплюнул Нил. —Я не думаю, что ты смог бы справиться со мной, - фыркнул Эндрю, его проколотая бровь насмешливо приподнялась. Нил полностью восстановил самообладание и бросил уничтожающий взгляд на блондина. —Чью ракетку ты украл? —Я предпочитаю термин ”позаимствовать“, - сказал Эндрю, бросая ракетку Нилу. —Видишь, я вернул её. —Хорошая добыча. Ты также относишься к дому? - спросил Нил, выхватывая ракетку из воздуха. Что-то мелькнуло в глазах Эндрю, но тут же исчезло, он теребил рукава своих чёрных нарукавных повязок. —Я думаю, этого достаточно, - заявил Ваймак, вставая между Нилом и Эндрю. —Но, тренер, мы только начали, - возразил Эндрю, отступая назад. —И вы можете продолжить позже, если Нил решит подписать контракт с командой, но ты не помогаешь нашему делу, - ответил Ваймак. Эндрю потребовалась минута, чтобы подумать, прежде чем он отступил на несколько шагов. —Ты в порядке, парень? - Спросил Эрнандес, от него исходил запах беспокойства. —Я в порядке, - ответил Нил, привычно прижимая руки к рёбрам. Рёбра не были сломаны, скорее всего, на ощупь остались синяки. Эндрю наблюдал за действиями Нила. —Интересно, - пробормотал он. Нил бросил свирепый взгляд на Эндрю, прежде чем вспомнил слова своей матери о том, чтобы смешаться с толпой, и опустил взгляд с лица, когда повернулся лицом к тренерам. Глаза Эндрю не отрывались от всё ещё выздоравливающего тела Нила. —Я ухожу, - сказал Нил, направляясь к двери. —Мы ещё не закончили, - сказал Ваймак. —Тренер Ваймак... - начал Эрнандес. —Дашь нам минуту? - спросил Ваймак. Эрнандес кивнул: —Я буду в своем кабинете, - ответил он, посмотрев на Нила, и ушёл. —Я уже дал вам свой ответ, я не буду подписываться за вас, - заявил Нил. —Ты не выслушал всё предложение, - сказал Ваймак, —Я заплатил за то, чтобы доставить сюда трёх человек, чтобы увидеть тебя, самое меньшее, что ты мог бы сделать, это уделить мне пять минут. - Кровь отхлынула от Нила так быстро, что у него снова закружилась голова. —Ты не привёл его сюда, - сказал Нил. —Это проблема? - Спросил Ваймак, пристально глядя на Нила. Нил не мог сказать ему правду, поэтому всё, что он сказал, было: —Я недостаточно хорош, чтобы играть с чемпионом. —Верно, но не имеет отношения к делу, - сказал новый голос. Нил перестал дышать. Он медленно повернулся лицом к новому голосу, который, как он уже знал, принадлежал Кевину Дэю. Внезапно прошлое Нила сошлось с его будущим. Хотя прошло восемь лет с тех пор, как они были вместе в одной комнате, с тех пор, как они видели, как отец Нила разрезал кричащего человека на сотню кровавых кусков, лицо Кевина было таким же знакомым, как и его собственное. Нил следовал за Кевином и наблюдал, как он становится звездой, сохраняя вырезки из новостных статей и отслеживая в интернете столько, сколько мог за годы бегства. Всё в нём было таким же, и в то же время все было по-другому. Кевин всё ещё был высоким загорелым ублюдком с тёмными волосами и зелёными глазами и татуировкой номер два на левой щеке. Когда они были детьми, Кевин рисовал цифру два постоянным маркером, в то время как Рико рисовал цифру один. Нил не понимал символизма, когда они были детьми, всё, что он знал, это то, что Рико обещал, что они будут лучшими в Экси, что они должны были стать знаменитыми, и он был прав. У Рико и Кевина были профессиональные команды, которые разыскивали их с тех пор, как они пошли в среднюю школу и продолжали играть за Эдгара Аллана в колледже. В прошлом году они были введены в состав корта США. Они были чемпионами, а Нил был ничем иным, как ложью. Кевин всё ещё был претенциозным мудаком, но Нил помнил, что в глазах Кевина был свет. О счастливом смехе после игры с Рико и их малой лигой. У человека перед ним не было никакого подобия света в глазах. Кевин сидел на крышке музыкального центра в гостиной, телевизор был отодвинут назад, чтобы освободить место для множества файлов, разбросанных вокруг него. Нил молился, чтобы Кевин не узнал его, и надеялся, что Кевин не помнит его запаха. В то время как его блокаторы феромонов скрывали тот факт, что он был омегой, они не скрывали его естественный запах. Нил замаскировался тёмными волосами и коричневыми контактными линзами, так что Кевин не должен был его узнать. Но зачем Кевину искать его? Школьные записи Нила показали, что он играл в Экси всего год, он даже позволил себе таскать с собой учебные пособия в течение осеннего семестра. —Что ты здесь делаешь? - спросил он, проталкивая слова сквозь онемевшие губы. —Почему ты уходишь? - спросил Кевин в ответ. —Я спросил первым, - заявил Нил. Кевин усмехнулся, плавно спрыгивая с музыкального центра, будоража воздух своими альфа-феромонами, тяжёлыми от запаха раздражения. Нил напрягся, когда осознал, что его окружают три альфы, омега в нём начал вставать дыбом, когда он пытался успокоиться. —Чтобы ответить на твой вопрос, мы ждем, когда ты подпишешь контракт, перестань тратить наше время, - ответил Кевин. Нил незаметно переместил себя туда, где он может держать всех трёх альф в поле своего зрения: —Нет, есть тысяча нападающих, которых ты мог бы выбрать. —Мы видели их досье, и всё же выбрали тебя, - спокойно заявил Ваймак. —Я не буду играть с Кевином, - сказал Нил, скосив глаза на Эндрю, который снова начал возиться со своими повязками. Что с этим такое? —Ты это сделаешь, - сказал Кевин, бросив взгляд на Эндрю, —Или это будет последний раз, когда ты снова играешь в Экси. Мы знаем, что у тебя нет других предложений, и нам следовало бы выбросить письмо твоего тренера, как только мы увидели твою неопытность, это не то, чего мы хотели для Лисов в этом году. Но твой тренер был умён, он прислал нам не статистику, а записи твоих игр. И ты играешь так, как будто тебе есть что терять. Это то, на что я рассчитываю подписать контракт. Его неопытность. Если бы Кевин помнил его, они бы знали, было ли досье поддельным, они вместе играли в малой лиге. Кевин запомнил бы игру, прерванную смертью человека. Облегчение разгладило напряжённые мышцы Нила, он сделал свой первый глубокий вдох с тех пор, как вошёл в комнату, игнорируя приторный запах альф. Нил потёр рукой лямку своей спортивной сумки, пытаясь ещё больше успокоиться. —Что-нибудь ещё, или ты готов подписать? - сказал Ваймак, бросая стопку бумаг на стол, расположенный у дальней стены. Нил знал, что разумнее всего было бы выйти под залог, именно так поступила бы его мать. Лисы слишком много времени проводили в новостях, чтобы он мог оставаться в безопасности. Уйти означало жить, но образ жизни Нила сводился к выживанию и не более того. Это были новые имена, новые места и никогда не оглядываться назад. Он собирал вещи и уезжал, как только начинал чувствовать себя освоившимся. Этот последний год без матери означал быть совершенно одиноким и брошенным на произвол судьбы. Он не знал, готов ли он к этому. Нил жаждал чувства сопричастности. Контракт Ваймака был шансом для этого. О новом начале, о будущем. Шанс ещё немного притвориться нормальным. —Ну? - спросил Ваймак. И инстинкты омеги и выживания Нила боролись друг с другом. Один говорит ему остаться, а другой говорит ему бежать, вызывая преднамеренную панику в груди Нила. Не зная, что сказать, Нил ответил: —Мне нужно поговорить с мамой. —Зачем? Ты ведь совершеннолетний, не так ли? В досье сказано, что тебе девятнадцать, - спросил Ваймак. Нилу на самом деле было восемнадцать, но он не мог раскрыть своё прикрытие. —Мне всё ещё нужно спросить. —Я уверен, что она будет рада за тебя. —Может быть, - пробормотал Нил, она определенно не стала бы, —Я спрошу сегодня вечером. —Мы можем дать вам дом для жизни, - сказал Ваймак. —Я в порядке, - сказал Нил. Ваймак вздохнул и посмотрел на других Лисов: —Идите, подождите в машине. - Кевину и Эндрю не нужно было повторять дважды, они вышли за дверь без комментариев. —Тебе нужно, чтобы один из нас поговорил с твоими родителями? - спросил Ваймак. —Я в порядке, - снова возразил Нейл. —Это они причинили тебе боль? - без обиняков спросил Ваймак. Озадаченный, Нил посмотрел на Ваймака, сбитый с толку вопросом. —Причина, по которой я спрашиваю, заключается в том, что тренер Эрнандес догадывается, что ты проводишь несколько ночей в неделю, спя в раздевалке. Он думает, что дома что-то происходит, раз ты не переодеваешься на глазах у других и не позволяешь никому знакомиться с твоими родителями. Вот почему он назначил тебя мне; он думает, что ты подходишь под эту категорию. Ты знаешь людей, которых я ищу. —Я не знаю, прав ли он, - продолжил Ваймак, - но что-то подсказывает мне, что я недалёк от истины. Теперь раздевалка будет закрыта на лето, как только закончится школа. Если твои родители представляют для тебя проблему, мы можем перевезти тебя в Южную Каролину пораньше. —Что ты сделаешь? - удивлённо спросил Нил. —Семья Эндрю остаётся с Эбби, медсестрой нашей команды. Её квартира переполнена, но ты всегда можешь переночевать на моём диване, пока общежитие не откроется в июне. Это немного, но это побьет скамейку запасных в раздевалке. Мы можем сказать команде, что ты приехал пораньше для тренировок. Скорее всего, половина в это не поверит, и тебе не удастся обмануть большинство. Но Лисы есть Лисы по какой-то причине, и они знают, что мы бы не подписали с тобой контракт, если бы ты не прошёл квалификацию. Нилу потребовалось несколько раз, чтобы выдавить из себя слово —Почему? Тренер Ваймак на мгновение замолчал. —Неужели ты думал, что я сделал Лисов такими, какие они есть, для рекламного трюка? Речь идёт о втором шансе, Нил. Второй, третий, четвёртый, неважно, главное, чтобы ты получил хотя бы на один больше, чем кто-либо другой хотел тебе дать. Нил слышал, как Ваймака называли идиотом. Но, стоя там, Нил подумал, что трудно не услышать искренность в его голосе и не почувствовать правду в его запахе. Нил разрывался на части, зачем Ваймаку снова и снова подставлять себя под разочарование? Нил отказался бы от Лисов ещё год назад. —Поэтому я спрошу ещё раз. Твои родители будут проблемой? - спросил Ваймак. Ему казалось, что это слишком много и всё, чего он хотел сразу. Он слегка кивнул, и было больно видеть, как в глазах Ваймака появилось усталое выражение. Это был не взгляд жалости, который Нил время от времени видит у Эрнандеса, а понимание. —Твоя выпускная церемония состоится одиннадцатого мая. Мы попросим кого-нибудь забрать тебя из регионального аэропорта северной части штата в пятницу, двенадцатого. Я отправлю по факсу копию твоего билета на самолёт вашему тренеру сегодня вечером. —Оставь бумаги себе, - продолжил Ваймак, схватив стопку со стола и протянув их Нилу. —Эрнандес может прислать их, как только ты подпишешь. Добро пожаловать в состав, Джостен. —Спасибо, - это всё, что смог выдавить Нил, но это показалось уместным. Он не сводил глаз с контракта в своих руках, когда услышал, как Ваймак вышел из комнаты, вероятно, в поисках тренера Эрнандеса. Как только он услышал, как хлопнула закрывающаяся дверь, Нил бросился в ванную, едва успев добежать до кабинки, прежде чем начал разваливаться. Он мог только представить ярость Мэри, если бы она узнала, что он делает, когда он почувствовал призрак её рук, дергающих его за волосы. —Мне жаль, - сказал Нил сквозь влажный кашель, —Мне жаль, мне жаль. - Он, спотыкаясь, подошёл к раковине, чтобы умыться и прополоскать рот. Нил взглянул в зеркало, чтобы посмотреть в карие глаза, которые не были его собственными, и прерывисто вздохнул. —Университет, - тихо сказал он. Это звучало как сон; на вкус это было как проклятие. Нил расстегнул молнию на своей сумке, чтобы убрать документы, и вернулся в главную комнату. Два тренера ждали его там, и они повернулись к двери, которая вела наружу. Эндрю открыл заднюю дверь внедорожника Эрнандеса, когда Нил проходил мимо, и сказал с пустым лицом: —Слишком хорош, чтобы играть с нами, слишком хорош, чтобы ездить с нами? Нил послал ему холодный взгляд и перешёл на бег трусцой, его вездесущая спортивная сумка подпрыгивала у бедра. К тому времени, как он добрался до края парковки, он был на полном ходу. Он оставил Лис и слишком хорошие обещания позади, но неподписанный контракт в его сумке казался якорем на шее.