There was no floor

Как только его нога касается асфальта, дверь позади распахивается. Он не обращает на это внимание, уверенный, что за ним уже точно никто не выбежит. Не может. Его не заметили. Ставка не сыграла. - Дрю? - и именно этот голос уничтожает Миньярда за долю секунды. Вселенная явно ушла в отрыв. Хочет уйти в определённое время - Нил вбегает за минуту до него. Хочет уйти незамеченным с уверенностью всё забыть - Нил ловит его почти ушедшего. Неужели это действительно того стоит? Миньярд резко оборачивается и смотрит на Джостена в паре метров от себя. Молчит, впервые не зная, что именно он должен ответить. А должен ли вообще? Нил делает ещё шаг вперёд, и дверь позади него закрывается. - Джостен, - кивает Эндрю, наконец собравшись с мыслями. Он уверен, что на секунду его лицо приобрело выражение удивление, но сейчас мужчина снова становится похож на ледяную статую. - Какими судьбами? Нил шокирован. Нил в ужасе. Нил в растерянности. Миньярд и забыл, как приятно наблюдать за сменой эмоций на этом красивом лице: губы Нила чуть приоткрыты, глаза распахнуты, а брови подняты вверх. Проходит ещё несколько секунд, прежде чем мужчина отвечает. - Это.. должен быть мой вопрос, верно? Что ты здесь делаешь? - Ужинал, - он надеется, что ни один мускул не дрогнул на его лице. - Я здесь лжец, - отрезает Нил, а Эндрю усмехается. - Мои заклинания не могут действовать на меня же, - Миньярд вздыхает. - В любом случае, я уже собирался идти к машине. И Эндрю, вроде как, хочет уже удалиться, как его вновь останавливают. - Почему ты меня отталкиваешь? - вдруг спрашивает Джостен с нехарактерной для него прямотой. Прямо в лоб, как таран - сбивает Эндрю с мысли. Он отталкивает его? - Я не отталкиваю тебя, - спустя слишком долгую паузу отвечает он. - Ты делаешь это, Эндрю. Ты делал это последний год. - Ты уехал три года назад. Откуда мне было знать, что тебя вообще это волновало, Джостен? Нил молчит, его лицо сменяется с удивлённого на... что-то другое. Что-то гораздо тяжелее и печальнее. Это.. сожаление? Только бы не оно. Ещё сожаления Эндрю не хватало. - Дрю... - Не называй меня так, прекрати, - мужчина поднимает руку, словно приказывая остановиться. - Я не могу так больше. Ты опять появился - опять сбежишь. Мне это не нужно. - Я больше не сбегу, - его голос звучит на удивление искренне и воодушевлённо настолько, насколько может звучать в такой ситуации. - Я переехал в Нью-Йорк пару месяцев назад. - Это меня не капли не успокаивает, Нил. Только злит. Джостен кивает и садится прямо на лестнице, не заботясь о своих джинсах. Его руки покоятся на коленях; он смотрит на Эндрю снизу-вверх. И этот взгляд... Боже, именно этот взгляд и терзал Эндрю в его кошмарах. - Я знал, что ты это скажешь, - Нил не выглядит так, словно его это вообще трогает, но он всё равно серьёзен. - Садись, давай поговорим. - Нет, не так. Это должно быть не так. Вставай, - Эндрю подходит к Нилу и поднимает его за локоть. Тот оказывается выше почти на голову, потому что стоит на ступеньке. Миньярд хватает его за тыльную сторону шеи и сталкивает их лбы, заставляя Нила наклонится. - Иди и скажи всем, что ты уходишь. Потом мы сядем в мою машину, доедем до нашей квартиры, и тогда, возможно, я выслушаю всё, что ты скажешь. Я ждал слишком долго, чтобы получать в награду пыльные разговоры на крыльце. В этот момент на лице Нила появляется улыбка, которая вновь разбивает Эндрю сердце. Или, может быть, наоборот - он не уверен. - Хорошо, Дрю. - Я же говорил, не называй меня... - но Нил уже не слушает, он вскакивает с места и убегает в ресторан. Эндрю вновь тяжело вздыхает, смотря, как за Джостеном закрывается дверь.

***

Они заходят в квартиру где-то около десяти вечера. Эндрю щёлкает по выключателю в прихожей, и свет бьёт по глазам. Нил немного щурится, как кот. Миньярд пытается на этом не зацикливаться. - Ты всё ещё живёшь здесь? Очевидный вопрос, но он пугает. Эндрю пытается собрать себя воедино, пытается дать нормальный, взвешенный, взрослый ответ, а потом сдаётся. Ему это не пересилить. Всё, что касается Нила, лишено логики. - Да, потому что я думал, что тебе, придурку, нужно будет куда-нибудь вернуться. Кто же знал, что когда ты вернёшься, я об этом даже не узнаю? - Эндрю... - Да? Я где-то ошибся? - мужчина проходит в гостиную, включая свет и там, а после лениво плюхается на диван, окидывая стоящего в дверях Джостена напряжённым взглядом. - Я всё объясню тебе, позволишь? - Ну, за этим мы и приехали, верно? Только... я знаю, что ты ничего не должен объяснять. Ты не обещал вернуться. - Разве? - Ага, - кивает Эндрю. - С моей-то памятью я вряд ли бы смог это забыть. Так что не переживай. - Я... Мне жаль. - Не извиняйся. Я и не ждал от тебя обещаний, - отвечает ему Эндрю, прикрывая глаза. - Ты всегда был таким, никто не мог удержать тебя на одном месте. Под этим "никто" явственно читается "никто и даже я". Нил сглатывает и усаживается в кресло рядом с диваном. Между ними пару метров, три года и целый список несказанного в нужный момент. Но несмотря на это они всё же здесь. И всё ещё не могут отвязаться от юношеского чувства привязанности, которое однажды сковало их. - Ты знаешь, я... - Нил пытается подобрать правильные слова, пока в голове у него свистит ураган. Так много всего, что он мог бы сказать - а в итоге ничего. Он решает, что стоит начать с извинений, а потом отбрасывает это в сторону. Эндрю ненавидит пустые слова. И он решается на что-то, что совершенно ему чуждо. - Я не буду врать. Я хотел уехать, чтоб избавиться от бесконечной тени своих нерадивых предков. Я был счастлив, время от времени. Работал, писал статьи про другие культуры и народы. Мне казалось, что это то, чего я всегда так страстно желал. Но это было не так. Спустя год я захотел обратно. Я скучал, Эндрю. Я настолько сильно скучал, что сам боялся этого чувства. Я порывался написать тебе, попросить приехать, отправиться куда-нибудь на край света со мной, но я думал, что ты уже отпустил меня и что ты ни за что не согласишься. Год назад, когда ты практически перестал отвечать мне, мне показалось, что я прав в своих доводах. Я пытался жить дальше. Но не смог. Три месяца назад я вернулся в США, два месяца назад - оказался в Нью-Йорке. Я не говорил никому о том, что приехал. Я пытался найти жильё и работу, осесть здесь. И это было так странно - быть одному здесь, зная, что нас уже не отделяют океаны, но я не мог появиться у тебя на пороге спустя всё это время. И... - Остановись, - говорит Эндрю, заставляя Нила споткнуться на полуслове. Джостен непонимающе смотрит на него, но прилежно затыкается. - Этого слишком много. Нил хочет переспросить, узнать "чего много?", а потом до него доходит - чувств. Для Эндрю их слишком много. Но он всегда был немного королевой драмой, раз всё ещё живёт в этой квартире. Их личный оазис в пустыне бесконечного города. Был когда-то. Теперь Нил здесь всего лишь гость. "Ты сам это выбрал", - мерзко подсказывает голос в голове, но юноша стойко его игнорирует, иначе и для него всего этого станет слишком много. - Продолжай, - спустя пару минут вновь начинает разговор Эндрю, махая рукой. - И, как я уже сказал, я вернулся. Я никому не сказал об этом. Они все думают, что я вернулся буквально на днях, но это не так. Мне хотелось привыкнуть к жизни на одном месте, прежде чем я просто ворвусь в их жизни. Эндрю прошибает током. "Их" жизни. Только их, верно? Нил никогда не ошибается в формулировках. - Ты не хотел показываться мне на глаза, верно? Ты не хотел, чтобы я знал? Нил пристально смотрит на Эндрю своими серьёзными голубыми глазами, словно обдумывая что-то. - Не хотел, - отвечает парень без не нужных никому игр. - Не сейчас. Я не мог. Ты не заслуживал того, что произошло три года назад. Я думал, что ты меня в лучшем случае ненавидишь, и в худшем - давным-давно остыл. Как я мог прийти сюда, ничего не зная? - Я ненавижу тебя, - говорит Эндрю без колебаний. - Я знаю. - Так сильно ненавижу, - продолжает мужчина. - Я понимаю. - Так сильно, что хочу выбить из тебя всю твою дурь, - не останавливается Миньярд. - Только не по лицу, его и так жизнь помотала. Эндрю поднимается с места, подходит к Нилу. Тот выглядит спокойным. Он не дёргается, лишь закрывает глаза и просто принимает всё, что ему готов дать Миньярд. Даже если это удар. Он негромко охает, когда на его колено ложится чужая ладонь, а в следующий момент его целуют, буквально впечатывая в кресло. Эндрю так силён, словно ураган. Он так крепко держит мужчину, настолько яростно цепляется за его губы, что Нилу становится неясно, как это может граничить с абсолютно безразличным выражением лица. А потом все мысли исчезают из его головы. Всё, на чём он может сосредоточиться, - это тепло чужого тела и напористые губы, от которых даже не хочется бежать. Он готов принять, что угодно. Особенно если это "я ненавижу тебя" вперемешку с поцелуями.