Cigarettes On The Roof or Life In Emptiness

Осаму лёгким, медленным шагом направился к магазину, рассматривая по пути прохожих и ночные улицы. Дазай взял холодный телефон в руки и снял блокирувку экрана. Тонкие пальцы водили по ледяному стеклу, рылись в музыке всех жанров для любого настроения. Свой выбор он остановил на песне в жанре рок, смешанного с дапстепом и хип-хопом,  этот жанр считается неким гибридом с необычной зачиткой репа, очень редко встречающимся. Он включил песню. По ушам приятно ударил бас. Обычному человеку с обычным мышлением такая музыка и музыкой не покажется, но Осаму находил в этом какую-то свою мелодию. Он тихонько кивал в такт и беззвучно шевелил губами, подпевая любимой песне. На лице засияла, словно натянутая, улыбка, которую он по привычке надел вместо своего обычного хладнокровного выражения лица, не отражающее никаких эмоций. На душе сейчас - как вокруг него, сыро, мрачно и тоскливо. Впринципе, как обычно, не привыкать. Единственная приятная вещь за сегодняшний день - рыжий резкий парень, но Осаму, вероятно, ему не понравился. Из-за этой неприятной мелочи настроение опять портилось. Вдобавок ко всему еще и учёба ухудшилась, пошли и тройки, и двойки, из-за чего родители начали сильнее контролировать брюнета. Для отличника плохие отметки - кошмарный сон, поэтому парнишка был постоянно уставшим, думая как исправить положение. Думал он об этом постоянно, но ничего не предпринимал. Лень. Спустя время парень шагал уже какой-то тяжёлой походкой. У него было плохое предчувствие, будто что-то должно произойти такое... Он даже не мог предположить, но что-то, от чего, как ему кажется, у него появится пара свежих алых полос на запястьях, ну или синяков... Подходя к магазину, увидя небольшое количество людей, он начал идти лёгким шагом и улыбаться. Изредка подмигивая симпатичнным девушкам, проходящим мимо него. В ответ они сладко хихикали, прикрыв рот тыльной стороной руки. Что уж тут греха таить, он нравился девушкам, даже очень. Всем казался очень интересным и загадочным, необычным, его образ в бинтах. Даже без них он не мог не нравится, поэтому то играло ему на руку. Он зашёл в небольшой магазинчик и сразу пришёл на кассу. Сзади кассира располагались сигареты. Взгляд парня падает на пачку со вкусом вишни. Он видит эту марку здесь впервые, как и такой вкус впринципе. Ему ещё нет 18, даже по виду ему можно дать ну максимум 17. В такие моменты его спасло смазливое личико. Он взял в руку запястье кассирши и начал выводить на ладони узоры, рассказывая девушке о том, какая она красивая, делал комплименты маникюру, причёске, всему, что только можно, чтобы заполучить желанное. Девушка, ясное дело, не смогла устоять. Лицо загорелось розовеньким румянцем, она кокетливо хихикала, оперевшись лицом на ладонь другой руки, сидя за кассой. Девушка манит его к себе пальцем. Тот широко улыбается и наклоняется к нем, подставляя ухо. Она приблизилась к его уху и, прикрыв рукой рот, прошептала: - Хорошо, я тебе продам. Только шшш. Она отстранилась, и, мило улыбаясь, протянула ему сразу 2 пачки. - Вторая - подарок. Девушка покраснела чуть сильнее, пробила обе пачки и протянула их Осаму. Он снова подарил ей комплимент о её внешности и, подмигнув, забрал покупку и вышел из магазина. Как только он вышел, наигранная широкая улыбка сменилась холодным выражением лица, он плюнул в сторону и, зайдя за угол, открыл пачку и достал одну сигарету. Он поднёс её к пламени зажигалки и втянул в себя едкий сладкий дым. Лёгкие приятно обволакивала вишневая пелена, заставляя Осаму прислониться к холодной кирпичной стенке спиной и откинуть голову назад, широко улыбаясь. Теперь он знал, какие сигареты будет покупать постоянно, но в ближайшее время не нужно будет ходить за ними, так как он курил не так часто и 2 пачки ему хватит надолго. Плюсом ко всему был вейп, лежащий где-то под диваном. Он был спрятан от чужих глаз и использовался реже, чем сигареты, но он был также любим хозяином. Рядом с ним лежали 2 полупыстые баночки с глицериновой жидкостью для заправки вейпа, одна со вкусом энергетика с персиком, вторая со вкусом виноградных конфет. Первой, конечно, оставалось меньше, чем второй, ему этот вкус нравился намного больше, второй ему подарил  одноклассник взамен на помощь с домашним заданием на неделю вперёд. Осаму скурил 3 сигареты подряд и чуть не переборщил. Так как он не часто курит, можно даже сказать редко, его начало чуть тошнить, маленькая передозировка. Безопасна, но если пренебрегать этим, можно и блевануть, и это в самом лучшем случае. В общем, он выкинул окурок и пошёл медленным шагом обратно домой. Как назло, начался тихий дождь, переходящий в ливень. Он бежал домой не зная, что буквально по соседней улице, тоже торопясь домой с того самого моста, бежал рыжик. Если бы Осаму знал, он бы, наверное, предложил ему переночевать у себя, чтобы тот не заболел. На кого же ему потом заглядываться на уроках? Дазай забрался на козырёк балкона первого этажа и стал забираться на свой балкон. Он бесшумно залез в окно и, сняв обувь, аккуратными, легкими шагами пошёл в свою комнату. Как только он вошёл в родное помещение и включил свет, он замер и по телу прошли мурашки. Он выронил обувь и нервно сглотнул. В комнате за столом сидел его отец, а на столе лежал вейп, припрятанный алкоголь, банки с энергетика и и пустая пачка от сигарет. Он понял, что по-крупному попал. - Подойди сюда, Осаму... Парень тут же рванул к нему. Отца он боялся больше смерти, а может он для него ей и был. Он сразу вытянулся перед ним и его глаза бегали по столу со своими вещами. Отец ткнул пальцем в бутылку вина. - Это что такое? Ты откуда это принёс? Где ты это взял? Столько вопросов одновременно, на какой отвечать? Что отвечать? Сказать правду, что он, покоритель женских сердец, выпрашивает у них право на покупку запрещённой ему продукции, или соврать, сказав, что ему повезло и он нашёл на улице беспризорные бутылки? Может, с этим оно и прокатит, так как отец тоже когда-то, когда шёл с Осаму, нашёл нетронутую бутылку пива и подобрал её. Допустим, пронесёт, а откуда тогда вейп и вся остальная фигня? На лбу выступил холодный пот и он все хотел что-то сказать, но губы просто беззвучно шевелились, не в силах вымолвить хоть слово. - Я тебя спрашиваю, откуда все это? Он уже почти кричал, показывая обеими руками на сокровища Осаму. Три последних слова он сказал настолько громко, что заставил Дазая буквально подскочить на месте и сжаться ещё больше. Сейчас, если найти нормальное объяснение всему, чего не наблюдается, ему может прийти конец. Он начинает судорожно жестикулировать, что-то объясняя, путаясь в словах, путая их окончания и говоря совершенно случайные слова, заикаясь, отчего отец поднимается и в гневе берет его за волосы, пару раз дёргает их из стороны в сторону и кричит громким низким голосом прямо ему в лицо, чуть ли не касаясь лица Осаму и брызгая ему мелкими каплями слюны на физиономию: - Ты глухой или тупой? Ответь мне на вопрос! На крики из своей комнаты вышла мать. Она тут же стала успокаивать отца и бросилась отталкивать его от сына, но вовремя увернулась от отцовского кулака. Он ругался её неё, потом обернулся и  указал пальцем на стол. - Смотри, у нас будущий наркоман растёт, что с ним ещё делать? В это время Осаму боится даже дышать, не то что двигаться. Он слышит туманно все фразы, летающие в воздухе резкими выкриками, он лишь почти висел на своих волосах в руке заботливого папаши, испуганно вытаращив глаза в пол. - Знаешь, что он ещё утворил?! Он вылез через окно на балконе, представь себе! Небось за дозой ходил... Поднял голову мальчика и посмотрел ему в глаза, прищурившись. Тот зашипел от резкого движения отца и по щеке скатилась горячая капля горькой слезы, оставив после себя мокрую дорожку, спускающуюся от глаза до шеи. Послышался тихий всхлип. Отец отвесил ему сильную пощёчину. - Нарколыга конченный, выворачивай карманы! Щека начала неприятно жечь, начал проявляться красный след. Из глаз брызнули слезы, он уже не мог держаться, начал громко всхлипывать, шмыгая носом. Он потянулся к карманам, но делал это, по видимому, слишком медленно, поэтому отец ударил его по рукам и оттолкнул их от карманов. Он запустил руки к нему в карманы и, сминая пачки с сигаретами, начал выкидывать их и кидать на пол. Достав все, он наступил на пачки и повертел по ним носком ноги, отодвинул их и схватил парня за шиворот. Он потянул его вверх, чтобы тот выпрямился. Парень послушно встал, вытянул я и зажмурился, ожидая удара или чего-то ещё, он ко всему мысленно приготовился. Отец продолжал обфскивать его, рыская по всем карманам и выкидывая все: зажигалку, ключи, телефон. Когда отец достал из кармана наушники, парень испугался ещё больше. - А это что? Откуда у тебя, сопляка ебучего, деньги на это? А?! Он хлыстнул его по руке проводами, а тот уже стоял, расслабившись. Он уже смирился с тем, что ему либо конец, либо жизнь теперь превратится в сущий ад. Мать стояла в стороне и в ужасе понимала, что  сейчас она не в силах ничего сделать, т.к. если отец разошёлся, то его не остановить, пока он не остынет, остаётся только следить, чтобы он его не убил. На резкое движение отца парень прикусил губу и еле сдерживал крик, рыдания и пытался сдержать все льющиеся слезы. Отец взял наушники за провода с обеих сторон и резко потянул, разорвав из на две части, оторвав один провод с наушников и повредив второй. Смотря на это, Осаму понимал, что сегодня ночью он сотворит то, отчего его родители содрогнутся в ужасном осознании того, что они натворили. Он уже равнодушным взглядом смотрел в лицо своего папаши, держась за красневшие следы от проводов на руке. Отец взял большой пакет и скинул в него все со стола,  подобрав с пола все повреждённые вещи, в довершение ко всему бросив туда наушники и потащил все на кухню, положил в мусорку и пошёл к себе в комнату, громко хлопнув дверью. Мать убежала за ним, мельком гляну в на сына. Сейчас она боялась своего разбушевавшегося мужа, нужно было его успокоить и она вмиг забыла о сыне, психика которого была настолько слаба, что опасно было после всего произошедшего оставлять его одного. Как только мать вышла, Осаму тихонько закрыл дверь и защелкнул её на маленькую щеколду. Он тут же повернулся спиной к стене и сполз вниз, тихо всхлипывая, беззвучно кричал, держась за волосы у самых корней, из глаз лилмсь горячие потоки слез, которые невозможно было остановить. Он качался взад-вперёд, зажмурив глаза, он не представлял, что будет с ним потом, с его комнатой. Он чувствовал одновременно злость и сильнейшую обиду и на несправедливого отца и на загнанную мать. Захотелось их проучить. Парень медленно встал, держась одной рукой за голову, которая просто раскалывалась от боли, подошёл к мутному окну и потянулся к ящику прикроватной тумбочки. Тонкие пальцы вытащили пенал с карандашами, в которой в самом низу, под всеми предметами, находилась маленькая коробочка с лезвиями, надёжно спрятаная от родительских глаз. Он достал одно новое лезвие, развернул защитную упаковку и присел на подоконник. Огромной ошибкой было не надевать бинты снова, так как если бы они были на теле, Осаму, возможно, стало бы лень их снова развязывать, но сейчас его ничего не останавливало. Лезвие гуляло по предплечию, оставляя красные кровоточащие следы. Он спускался от изгиба локтя к запястьям и сделал решительный глубокий порез у самой кисти... *** Чуя наполовину сполз с дивана во время сна, и когда прозвенел будильник, рыжий полностью упал на пол, сразу подскакивая и выключая его. Да, такое бодрое пробуждение получилось, что даже долеживать не хочется. На часах 7 утра. Рыжему не нравилось начала дня: он посмотрел в окно и увидел дождь, который лился, скорее всего, с того момента на мосту до самого утра. Почему-то настроение было хорошим, даже не смотря на дерьмовую погоду. Чуя, весело шагая, направился в ванную. Он сделал все дела и стоял возле зеркала, суша волосы феном и напевая какую-то песню, попутно любуясь своим отражением, в котором отражалось его подкачанное стройное тело с обернутым вокруг бедер мягким белым полотенцем. На теле ни одной лишней волосинки, все идеально, как будто парень вышел из какого-то журнала. Позавтракал на бегу бутербродом, он вышел из дома и, раскрыв зонтик, весело шагал в школу. Зайдя в здание, он увидел странную картину: все о чем-то шушукались, девушки собрались в небольшие кучки и, прикрыв рот, грустно обсуждали что-то. Чуя стал прислушиваться к разговорам, но причину никто не называл. Учителя тоже как-то странно разговаривали друг с другом, собравшись в небольшую группку возле учительской. Что-то точно случилось, осталось только в этом разобраться...