поможешь?

Дверь в кабинет кардиолога тихо открывается, а после в помещение также тихо входит парень, запирая за собой дверь. Он ещё несколько минут стоит около двери, разглядывая сидящего кардиолога за столом. – Ты опять в своих бумагах, – тяжело вздыхает вошедший и проходит дальше, к столу, целуя зеленоглазого в щёчку. Тот наконец поднимает голову, смотря на блондина. – Ваши онигири, сэр. – усмехается Казуха, вручая красноволосому парню несколько онигири в пакетике. – Перестань, – смеётся в ответ Хэйдзо, осматривает парня, стоящего рядом и вновь берётся за работу. Онигири ставит в угол небольшого белого стола. Каэдэхаре это совсем не нравится, он ещё несколько секунд стоит, недовольно скрестив руки на груди, после чего быстро выхватывает очередной документ из рук возлюбленного. – Обед нужен не для того, чтобы работать, Хэйдзо, – говорит блондин, пока кардиолог пытается выхватить бумагу из чужих рук. Казуха ловко уклоняется, не давая поймать. – Тебе нужно чаще отдыхать, – он наконец кладёт документ на стол, отходя от него. Парень подходит к шкафчику со стеклянными дверцами, увлеченно рассматривая его содержимое. Красноволосый ещё немного сидит за столом, после чего медленно встаёт наблюдая за любимым. – Хотя знаешь, ты прав, – проговаривает парень, подтягивается, садясь на кушетку. – Но ты же поможешь мне расслабиться, правда? – с ухмылкой спрашивает Сиканоина, демонстративно расстёгивает несколько первых пуговиц на рубашке, находящейся под медицинским халатом, будто специально дразня Каэдэхару. Тот смотрит прямо на него, не отрываясь, кусает нижнюю губу, пытаясь сдерживаться, хоть это и было бессмысленно. Он не может устоять перед таким прекрасным зрелищем. А его возлюбленный будто специально дразнил его. В глазах мелькала искра, которую Каэдэхара отчётливо видел. Блондин подходит ближе, к кушетке, также хитро улыбаясь. – Разве я могу отказать такому как ты? – игриво спрашивает Каэдэхара, быстро забираясь на кушетку и помогая расстёгивать мелкие пуговички, попутно целуя парня. Тот расслабляется в руках старшего, позволяя делать всё самому. Кардиолога толкают в уже оголённую грудь и тот падает на кушетку, больно стукаясь головой. Он тихо шипит, приоткрывая глаза. Смотрит на старшего, который никак не может оторваться от Хэйдзо. Каэдэхара жадно смимает чужие губы, пальцами слабо сжимая соски. Устанавливает колено между неприлично раздвинутых ног Сиканоина, нарочно задевая возбуждённую плоть, из-за чего лежащий постанывает в поцелуй. Парень наконец отстраняется от Хэйдзо, наблюдая за прекрасным зрелищем: Сиканоин с расстёгнутой рубашкой, прикусывает губу и прищуривает глаза, ожидая дальнейших действий. Каэдэхара быстро переходит к груди, припадает губами к ключице оставляя красный след. Тихие стоны ласкают уши второго врача. – Казуха..не здесь, – простанывает красноволосый, сжимая ткань чужого халата. – Извини, просто интересно смотреть на то, как ты ходишь по всей больнице, в поисках пластыря, дабы скрыть засосы, – смеётся Каэдэхара, внимально рассматривая кардиолога. Были бы они дома, Сиканоин не так бы стонал и ёрзал под ним. – Особенно, когда в аптеке пластыри закончились. – Не смешно, – фыркает Хэйдзо, недовольно смотря на Каэдэхару. – Особенно, когда ты оставляешь их на шее. Второй не отвечает, опять припадает груди, мягко целует каждый сантиметр, прикусывает соски, от чего у лежащего аж глаза закатываются кверху, а ладонь плотно прижимается к губам, сдерживая желанные стоны. Наконец он оставляет бедную и красную от засосов грудь в покое, еле ощутимо целует лежащего в губы, касаясь горячими ладонями ремня брюк, медленно расстёгивает тот. Эта особенность Сиканоина безумно нравилась Каэдэхаре, он был единственным врачом, который носит под халатом рубашку с брюками. Ремень аккуратно кладут на пол, под кушетку, после чего начинают стягивать брюки. Хэйдзо помогает возлюбленному, сгибает ноги. Брюки летят на стул кардиолога и тот остаётся лишь в одном нижнем белье. Он смущается мгновенно, как только взгляд касается белых трусиков, а ладонь плотно прижимается к горячей плоти. – Не желаешь остановиться? – спрашивает блондин, на всяких пожарный. – Продолжай давай, – шипит зеленоглазый, задыхаясь и глядя в потолок. Каэдэхара не медлит, быстро стягивает бельё, оставляя низ парня полностью оголённым. Трусики летят туда же, куда и брюки. Ещё несколько минут смотрит на избранника, специально оттягивая время. Слишком медленно. Слишком невыносимо. – Казуха... – шепчет красноволосый, не в силах больше терпеть. – Что любимый? Хочешь чего-то? Попроси, дорогой, – хитро усмехается старший. «Опять он за своё... аж бесит» – проносится в мыслях у лежащего, но он понимает, что ему безумно нравится такое поведение его парня. – Я жду. – Казуха... – хрипит кардиолог, прикрывая глаза. – Пожалуйста, прошу... – Умничка, – хвалит Казуха и, наконец, действует. Обильно обдаёт пальцы собственной слюной, входя в парня. Двигаться начинает почти сразу, чувствуя, как его любимый узок. Как и в первый раз. Это ему безумно нравится. Два, позже три пальца входят в парня, надавливая на простату. Стоны уже слышны через ладонь, чему только радуется старший. Он толкается пальцами быстро и резко, от чего Сиканоин периодически вздрагивает и выгибается в спине. – Позаботься о себе, – проговаривает блондин и красноволосый выполняет это требование. Рука сжимает член у основания, ладонь двигается то вверх, то вниз. Перед глазами звёзды, парень чувствует приближение конца. Ещё пару минут и Сиканоин изливается себе в руку, а Казуха медленно вытаскивает грязные пальцы из парня, второй рукой находит в штанах салфетки, вытирая пальцы. Ещё одной вытирает парня и живот. К счастью Хэйдзо вовремя подтянул рубашку кверху, дабы избежать пятен. Грязные салфетки летят в мусорную корзину, стоящую за кушеткой, после чего Каэдэхара ещё несколько минут смотрит на лежащего. Пальцы касаются чужих запястий и парня поднимает. – Всё нормально? – обеспокоенно спрашивает Казуха, смотря в до сих пор мутные глаза. – Да, нормально... – отвечает кардиолог, касаясь губ блондина. Поцелуем это назвать нельзя, просто чмоканье в губы. – Надеюсь, ты всё ещё работоспособный, – проговаривает блондин, вплетая пальцы в мягкие волосы Хэйдзо. – Ну, уже и не знаю, – улыбается Сиканоин, оглаживая чужую грудь. – Думаю, теперь я слишком расслаблен. – Ну нет, в третий раз заниматься документами вместо тебя я не собираюсь, – отрицательно мотает головой Каэдэхара, встаёт с кушетки и подходит к стулу. Быстро берёт одежду, бросая на кушетку. – Одевайся и продолжай. Кардиолог не противиться и быстро одевается. Как только дело доходит до рубашки, Каэдэхара останавливает парня. – Позволь мне, – ласково проговаривать парень, подходит к нему, медленно расстёгивая. Медленно и не торопясь. Сиканоин наслаждается этим мгновением, не каждый день его возлюбленный помогает застёгивается ему рубашку. – Садись и работай, – произносит парень, заканчивая. – Обед закончится лишь через пять минут, можно было бы ещё расслабиться, – проговаривает красноволосый, смотря на Каэдэхару. – Тогда давай оставим эти пять минут на нежности, – предлагает Казуха, после чего целует парня в носик. И правда, все эти ничтожные пять минут они уделили щенячьим нежностям, от которых обоим было чертовски приятно. – Ну, я пойду? – спрашивает парень, отходя от возлюбленного. – Ты же возбуждён. Как ты по больнице ходить будешь? – Не переживай, я подожду до вечера, чтобы как следует отодрать тебя, – отвечает Каэдэхара, довольно хмыкая в конце. – Очень смешно, – фыркает Хэйдзо, закатывая глаза и довольно улыбаясь. – Шуруй. Парень щёлкает Хэйдзо по носу, наконец уходя из кабинета.