Desmond ex Machina

      Было ещё достаточно светло, чтобы лучи заходящего солнца освещали их путь, когда Эцио и Дезмонд наконец подъезжали к Монтериджони — словно возвращаясь домой после долгих скитаний и одновременно знакомясь с ним заново. Переполняющие их эмоции трудно выразить словами — всё вокруг кажется им и знакомым, и в то же время совершенно новым.       За эти годы Эцио бывал здесь лишь однажды — чтобы оставить подсказки для Дезмонда, указывающие путь к Яблоку Эдема в Риме, и не задержался надолго: со временем город опустел, став руинами. Эцио не решается спросить, сколько лет прошло, прежде чем в Монтериджони вернулась жизнь. Возможно, в какой-то момент это всё же случилось, раз Дезмонд нашёл здесь убежище в своё время. Но кто из людей вернулся в город и почему, какие ещё битвы тот пережил — об этом он может только догадываться.       Сейчас Монтериджони предстаёт перед ними почти таким же, как в тот первый раз, когда Эцио увидел его впервые — как откровение из далёкого прошлого. Крепостные стены выглядят обветшалыми и явно нуждаются в ремонте, а большинство башен стоит заброшенными. Несмотря на поздний час, городские ворота широко открыты, и их охраняет лишь один человек, больше похожий на конюха, чем на гарнизонного воина. Даже издали Эцио видит, насколько плохо его вооружение.       Город явно переживает не лучшие времена.       — Какая ностальгия… — тянет Дезмонд, приподнимаясь на стременах и всматриваясь в распахнутые ворота. — Кажется, прошла целая вечность…       — Действительно, — со вздохом соглашается Эцио, чувствуя резкий укол боли при взгляде на крепость. Для него Монтериджони являлся не только убежищем и позднее домом, но и гордостью. Здесь он пережил самые счастливые и самые тяжелые годы, отстроив город, только чтобы затем увидеть его падение от рук Чезаре.       Но теперь, он надеется, такого больше никогда не случится.       — Ты в порядке? — обеспокоенно поворачивается к нему Дезмонд, заметив тень, мелькнувшую на лице Эцио. — Не хочешь передохнуть?       — Нет, всё хорошо… Не стоит, — отвечает он и, пришпорив коня, направляется к городским воротам, привлекая внимание задремавшего там стражника.       — Стой! Кто идёт? — нервно окликает тот их, когда всадники подъезжают ближе.       — Я Эцио Аудиторе да Фиренце, племянник вашего кондотьера, — громко объявляет Эцио. — Он ждёт нас.       Гвардеец едва не роняет копьё, заикаясь:       — Ах, мессер Эцио! Да-да, сеньор Марио упоминал о вашем приезде… Я… я побегу предупредить остальных.       Эцио кивает, спрыгивая на землю:       — Конечно. Тогда мы позаботимся о лошадях и последуем за тобой.       Бедняга гвардеец колеблется — очевидно, уход за лошадьми Марио был его обязанностью. Однако, решив не терять времени, он быстро направляется вглубь крепости, прямиком к вилле.       — Будь готов, что город будет в упадке, — предупреждает он Дезмонда, протягивая руку за его поводьями. Тот отдаёт ему их и легко спешивается — куда лучше, чем можно было ожидать от новичка. — Он был не в лучшем состоянии, когда я сюда приехал впервые.       — Я помню, — мягко отзывается Дезмонд, забирая свои седельные сумки и гитару, и затем продолжает: — Наблюдать, как ты восстанавливаешь и перестраиваешь его, было одним из моих самых любимых воспоминаний. Думаешь, мы сможем сделать это снова?        — Без помощи и ресурсов Братства будет непросто, но мы попробуем, — отвечает Эцио, отводя лошадей к стойлу у ворот.       Они едва успевают расседлать и стряхнуть с них дорожную пыль, как к ним навстречу с распростёртыми объятиями выходит Марио.       — Племянник! — его живой и весёлый голос едва не разбивает Эцио сердце. — А ты, наверное, Дезмонд? Добро пожаловать в Монтериджони!        Эцио первым становится жертвой крепких медвежьих объятий Марио, едва не отрывающих его от земли. Затем та же учесть постигает и Дезмонда, который, в отличие от него, всё же остаётся твёрдо стоять на своих ногах.       — Эцио много о вас рассказывал, — улыбается Дезмонд. — Приятно наконец-то увидеть вас вживую.       — Аха-ха! И мне, малыш! Я Марио Аудиторе да Монтериджони, — смеётся в ответ дядя, приобнимая их обоих за плечи. — Как вы так быстро добрались? Я едва прочёл письмо от Джованни, а вы уже здесь! Давайте я покажу вам город, а Альберто пока позаботится о лошадях. Идём!       Эцио с трудом сглатывает комок в горле и вместе с Дезмондом следует за Марио вглубь крепости. Знакомые улочки выглядят непривычно пустынными, а немногочисленные жители кажутся измученными и обнищалыми. Когда Эцио впервые когда-то прибыл сюда, здесь жило около пятисот человек — в основном наёмники да крестьяне. Потребовались годы упорного труда, чтобы это изменить.       Марио показывает им пару полупустых лавочек на главной улице, после чего поднимается по широкой каменной лестнице и подводит их к вилле. Состояние её фасада выглядит довольно удручающим: многие окна либо плотно закрыты, либо вовсе забиты досками, чтобы скрыть то, что стёкла в них давно разбиты. Порывы холодного ветра, тем не менее, всё равно проникают внутрь сквозь щели, гуляя сквозняками по углам всего дома. Денег на ремонт у города не было.       Эцио остро вспоминает, насколько неуютно и промозгло было здесь в самом начале. Марио зарабатывал для Монтериджони в основном как наёмник, но этих денег едва хватало на содержание самой виллы да каких-никаких слуг. Порой не было средств даже на дрова, так что первые годы выдались очень холодными, пока Эцио не начал активно заниматься выполнением контрактов и грабежами, наконец обеспечив город стабильным доходом.       Без этого восстановить его будет практически невозможно.       — Она видала лучшие дни, не спорю, — соглашается Марио, глядя на виллу. — Но она так же рада видеть вас, как и я. Монтериджони станет вашим домом, племянник. Для вас обоих, настолько, насколько вы пожелаете.       — Спасибо, дядя, — тихо отвечает Эцио, изо всех сил стараясь сохранить самообладание. Как давно он не произносил это… Слишком давно. — Это действительно очень много значит для нас обоих.       — Да, благодарим, сеньор, — кивает Дезмонд.       — Да бросьте, — отмахивается Марио и снова хлопает Эцио по плечу. — Я знаю, во Флоренции вам пришлось нелегко… Здесь вам не о чем беспокоиться и не нужно ни от кого скрываться. А когда придёт время, — он усмехается, — я научу вас обоих, как защищать себя.       Эцио медленно кивает. Значит, Марио займётся их обучением вместо отца и Федерико? Ну, чего-то подобного он и ожидал от Джованни…       — Мы были бы благодарны, — отвечает он после паузы. — А сейчас, если можешь… Покажешь нам наши комнаты? Или комнату?       — Думаю, у меня как раз найдётся то, что вам понравится, — ухмыляется в ответ Марио. — Там вам обеспечены вся необходимая приватность и отличный вид на весь город, — добавляет он, указывая на центральную башню виллы.       — Звучит замечательно, — искренне говорит Дезмонд, и Эцио улыбается.

***

      После того, как они разбирают вещи, Эцио и Дезмонд осматривают город — заброшенные здания, казармы и места, которые Эцио впоследствии сделал борделем и церковью.       — Работы предстоит много, — замечает Эцио. — Но к счастью, мой эксцентричный прадед оставил нам кое-что ценное. В Монтериджони спрятано много сокровищ, с которыми мы сможем начать.       Дезмонд запрокидывает голову, разглядывая колокольню церкви.       — Странно… Зачем было прятать все эти деньги, если город так беден?       — Возможно, раньше ситуация была не настолько плачевной. Если верить твоей теории о гробницах, то, похоже, это было испытание для его детей — испытание, которое они явно провалили, — размышляет Эцио. — Думаю, у Ренато было Орлиное Зрение, но его дети не унаследовали дар. Вот почему сокровища так и не нашли — никто просто не видел их.       Дезмонд фыркает.       — Ага, пока не появился ты, — улыбается он и его золотые глаза весело щурятся. — Это… удивительно подло с его стороны, но логично. Ты бы так поступил со своими деньгами? Я имею в виду… У тебя ведь было огромное состояние.       Эцио тихо смеётся.       — Я передал все свои сбережения Братству и моим гильдиям, — качает он головой. — Перед тем, как отправиться в Масиаф. В Стамбуле у меня были такие же планы, но я вынужден был уехать раньше. Надеюсь, кто-то из ассасинов там позаботился о моём наследии.       — Хм-м, — коротко отвечает Дезмонд. Он вздыхает и смотрит на Эцио. — Таким образом, наш главный приоритет — это найти эти сокровища, верно? И уже затем браться за восстановление города.       Эцио подходит ближе и успокаивающе проводит рукой по спине Дезмонда; тот всегда так рвётся чего-то делать…       — Не спеши, — мягко говорит он. — Пока давай просто осмотримся.       И они идут, обходя все улочки Монтериджони: скрытые переулки, узкие дорожки, заброшенные строения. Поднявшись на стену, Эцио протягивает Дезмонду руку, предлагая осмотреть город с высоты крыш. Они оценивают состояние каждого здания, отмечая те, что нуждаются в ремонте больше всего.       Вспоминая прошлое, Эцио может только вздохнуть, сожалея, что когда началась реконструкция Монтериджони, он слишком поздно понял, насколько сильно многое было повреждено влагой.       Они забираются на самую высокую башню Монтериджони, откуда видны главные ворота, и там садятся, наблюдая, как город погружается в сумерки на закате. В городе светятся всего несколько окон, в частности на самой вилле, но этого достаточно, чтобы вселить в Эцио надежду.       Расположившись на краю крыши и болтая ногами в воздухе, Дезмонд напевает незнакомую мелодию.       — Остаётся только Святилище, — вдруг говорит он. — Думаешь, стоит забрать печати?       — Когда-нибудь обязательно, — вздыхает Эцио. — Но сейчас это вызовет лишние вопросы. Марио поверил бы, если рассказать всё как есть, и однажды я это сделаю. Но не сейчас. Пока давай просто освоимся и немного поживём спокойно.        — Я не против… немного пожить спокойно. Это звучит здорово, — медленно отвечает Дезмонд, и со вздохом откидывается назад, наконец полностью расслабляясь. — Просто великолепно.       Эцио улыбается, берёт его руку в свою и подносит к губам, целуя костяшки пальцев.       — Не так ли?       Дезмонд уже выглядит куда бодрее, избавившись от последних сомнений и даже ностальгии, уступившей место предвкушению. Эцио тоже немного грустит по семье, он знает, что будет скучать, но знает и то, что они увидятся снова, его родные приедут в гости, а он сам ещё не раз посетит Флоренцию. Всё будет хорошо.       Здесь, в Монтериджони, они дома.

_______________________

Послесловие от автора.

      Ну-с, вот и сказочки конец, а кто был тут — молодец. Пускай эта история и не идеальна, но зато она получила своё логическое завершение! Спасибо вам всем за отзывы и комментарии.       Немного о будущем:       (Дезмонд и Эцио спокойно проводят своё время в Монтериджони, восстанавливая город и скрывая свои истинные способности, пока Марио пытается «обучать» их, считая себя прекрасным наставником. Однако со временем он начинает подозревать, что эти двое — настоящие гении, и ведёт их в Святилище, чтобы познакомить их с Братством. Там они видят статую Альтаира, и у Дезмонда с Марио возникают определённые подозрения. =_=       Между тем во Флоренции Джованни продолжает терзаться сомнениями и пытается расследовать тайну убийств и заговора, постепенно собирая достаточно информации, чтобы построить теории. Он так и не догадывается, что за всем этим стоят Эцио и Дезмонд [да и с чего бы], но начинает подозревать, что существуют и другие ассасины, не только во Флоренции, и что его с друзьями могли отстранить от Братства из-за их связей с Медичи. Что постепенно меняет обстановку дел за кулисами. Это помогает ему по-новому взглянуть на попытки Вьери восстановить итальянскую ветвь Ордена тамплиеров [к слову: ему не удаётся].       Федерико, не имея возможности донимать Эцио (и Дезмонда), начинает чаще доставать Клаудию, и, возможно, Эцио был прав, предложив научить её лазить по стенам [она действительно эффектно падает]. Они становятся ближе и в конце концов оба присоединяются к ассасинам. И это прекрасно. Мария продолжает делать то же, что и всегда: ведёт дневники, а Петруччо растёт счастливым ребёнком. И ни с кем из них ни случается ничего плохого.       Леонардо иногда размышляет над тайной Эцио и Дезмонда, и со временем они начинают обмениваться письмами (конечно, в зашифрованном виде). Возможно, когда-нибудь это к чему-то и приведет.       Дезмонд и Эцио часто бывают во Флоренции, но своим домом и штабом выбирают Монтериджони. И именно оттуда, как выдающиеся ассасины (или даже больше), они начинают работать над будущим, где Юнона не сможет получить власть, орден Тамплиеров никогда не превратится в Абстерго и где, в итоге, Дезмонд Майлз никогда не будет рождён.       И все они живут долго и счастливо.)