Огненная воронка

      Блум падает в огненную воронку и побеждает.       Это удивительно, честно говоря, но… Ради кого побеждать?       Винкс, ее сокровища, ее семья, кто мертв, кто потерял крылья и магию, отказавшись от Блум и ее дара, кто просто ушел из ее жизни на родную планету.       За последние годы она выросла сама и вырастила своих «тараканов», или, правильнее будет сказать, «внутреннего дракона». Ушла вспыльчивость юной глупышки, влюбленность в недо-принца (но от помолвки откреститься не удалось), пришла уверенность в себе. Она отдала часть своего пламени Винкс ради того чтобы они остались с ней, но не сложилось. Не у всех Огонь Дракона прижился, не все смогли с ним совладать, а кое-кто испугался внезапно крепкой связи с огненной феей.       Блум побеждает, принимает дракона внутри себя и получает новые крылья.       Но из огня не вылетает. Не видит смысла. Да и нет у нее чешуи настоящей чтобы выжить в этом огненном шторме.

***

      Блум жила в огне, жила огнем, и он горел в ней нестерпимо-ярко. И умерла она в неистовом урагане пламени.       Ей кажется, будто она снова парит в родном Огне, хочется свернуться и довольно урчать, грея чешую… Но ни чешуи, ни крыльев на самом деле не было. Ни-че-го, помимо пламени перед глазами. Впрочем, раз уж она не горит заживо, можно и погреться, даже задремать.

***

      Сон затянулся, понимает двухлетняя Блум, стоя на табуретке у зеркала в ванной. Ее зовет мужчина, похожий на ее земного отца (огонь выжег все подробности, однако девочке не жаль). И грусть раздирает — она не Блум больше, она вообще не она. Ее новое имя милое и-снова-цветочное.       Фиоре.       Отец (вроде как) снова приехал, и это не радует. Блум роется в воспоминаниях и ощущениях тела, и ей не нравится. Ей страшно. Потому что отец не один, и судя по рассказам, это тот же старик, после встречи с которым забавный старший брат будто замерз, став неуклюжим и пассивным. Фиоре в те два дня отсутствовала — простудилась под дождем до воспаления легких и валялась в больнице.       Девочка не хочет подходить к этому старикану в общем-то и она, разрыдавшись, убегает вглубь дома.       А после внутренний дракон будит Блум окончательно и та совершенно осознанно прячется, сбегая после через чердак. Что для феи ее сил переместиться с крыши на землю за оградой? Куда угодно, только бы остаться вместе со своим огнем, она не Тсу, она дракон, их огонь похож, однако для девочки огонь — кровь, воздух, жизнь.       Тимотео не особо расстраивается отсутствию контакта с малышкой Фиоре. Конкурента своих сыновей он задавил под благовидным предлогом, а девчонка не опасна. Да и не до того ему. Занзас, Альянс, сыновья опять чудят… Скука и обыденность.       И после отъезда опасного чужака Фиоре греет своего старшего-младшего брата своим Огнем, плавя неправильную ледяную оболочку на пару с самим Тсуной.       Пока все хорошо.

***

      Фиоре двенадцать с половиной, она мечтает сменить имя с приторно-цветочного на старое, пропитавшееся Огнем, более… боевое. Блум — имя вообще-то не только женское, без мягкости и глупости, без добродушного безразличия ее нынешней матери.       Девушка просит брата, тихого, но уверенного в себе, теплого лохматого львенка Тсу называть ее «выдуманным» прозвищем — старым именем. Смеется, готовя ему вместо осточертевшей рыбы блинчики с какао на завтрак, пока мать спит и не видит. Тсуна смотрит на Блум тепло-тепло и катает на спине до школы, поправляет прическу, гладит по почти что огненно-рыжей голове, дразнит рыжей… так по-домашнему уютно. И покрывает ее драки после школы.       Тсунаеши — настоящее сокровище, и дракон-Блум в обязательном порядке проверяет его ближайшее окружение. Во избежание.       Отсеивает идиотов, просто глупых и злых людей, за свою жизнь, проносящуюся бурно по высшему свету Магикса и среднему классу Гардении, Блум повидала таких немало. И новое, более развитое отчего-то шестое чувство под довольное урчание внутреннего Дракона помогает проверять кандидатов.       Фиоре разбивает восторги брата о Киоко, метко указывая на недостатки домашней девочки (копии их матери, фу), предлагая посмотреть на ту вне стереотипов Японии, ведь перестроиться на эту страну после Америки и свободного Магикса так сложно. Фиоре заполняет собой жизнь брата и Тсуна отвечает тем же. Они — семья. Это правильно.       Тсунаеши не спрашивает сестру о странном прозвище-имени, не обращает внимания на странное переплетение черт взрослого и ребенка. Блум не спрашивает, чем же приглянулись Тсуне шумный, более настоящий, чем Киоко, Рехей или мрачный Хибари.       Брат и сестра с пониманием относятся к заскокам друг друга, немного даже обмениваясь ими. Диффузия в применение на людей весьма забавна.       И ничто не изменит их гармонию между собой.       Блум больше не расстанется со своим Сокровищем, тем более что то само не желает ее отпускать.       Ох уж эта… Семья.