На ощупь в темноте

Проснувшись от ощущения чужого пристального взгляда на себе, Гермиона настороженно приподнялась в постели на локтях и выдохнула, увидев сидящую на ее кровати Джинни с дурацким бумажным колпаком на голове. — С днем рождения! — завопила она и взмахнула палочкой, отчего на Гермиону посыпалось цветное конфетти. — Грейнджер, ты в одном шаге от тридцатилетия. Подумать только — двадцать девять. Еще год, и ты официально станешь членом клуба «о нет, это морщины!». — Джин, — закатила глаза Гермиона, стряхивая с волос конфетти. — Я же просила — без шума. — Не будь занудой хотя бы сегодня. — Джинни поднялась с кровати, придерживая свой огромный живот, и деловито подошла к шкафу. — Итак, наряд для именинницы. Забудь о своих жутких свитерах и брюках старушки из дома престарелых. В этот день ты должна блистать назло ускользающей молодости! — О Мерлин. — Простонав, Гермиона с головой спряталась под одеяло. — Не жди пощады. — Джинни стянула с нее одеяло и откинула его в изножье кровати. — Давай-давай, тебя ждет душ и зубная щетка. У нас мало времени. — Что вы напридумывали? — Гермиона, ворча, поплелась в ванную. — Скоро узнаешь, — загадочно пропела Джинни, перебирая вешалки с ее одеждой. — Ух ты, вот это платье! Я видела его в разделе моды в «Ведьмополитене». Правда, на фотографии оно смотрелось приличнее. Откуда оно в твоем гардеробе? — Хотела бы я знать, — буркнула сонная Гермиона и захлопнула дверь ванной. Джинни сняла упомянутое платье с вешалки и бросила его на смятую постель. Критически его осмотрев, она страдальчески вздохнула. — Не будь я похожа на бегемота, точно бы его умыкнула. Когда Гермиона спустилась на первый этаж дома Поттеров в подобранном Джинни обтягивающем фиолетовом платье с длинными рукавами, похожем на сильно удлиненную водолазку, то улыбнулась из-за открывшейся ей картины. Смеющийся Гарри в таком же, как у жены, бумажном колпаке стоял на кухне и держал на руках Альбуса в плюшевом костюме единорога, а находящийся у его ног Джеймс с дьявольскими рожками на голове завопил как банши и с нескрываемым удовольствием взорвал маленькую хлопушку. — С днем рождения. — Все еще улыбаясь, Гарри потянулся к Гермионе и чмокнул ее в щеку. — Эй, парень, осторожнее, — добавил он, когда Альбус вцепился в шею Гермионы, намереваясь перебраться к ней на руки. — Я возьму. — Гермиона покрепче перехватила мальчика и поцеловала его в лоб. — Привет, сладкий. Ты тоже хочешь меня поздравить? — С днм лждения, — пролепетал ребенок и расплылся в улыбке. — Ах, спасибо, малыш, — хохотнула Гермиона, с трудом разобрав его неумелую речь. — А я?! — обиделся Джеймс, смешно насупившись. — Как же я могу забыть про своего крестника? — Передав Альбуса его матери, Гермиона села на колени перед мальчиком. — Иди сюда. Джеймс прильнул к ней, обхватив ручками за шею. Но его хватило только на пару секунд. Затем он отстранился и, будто вспомнив о чем-то более важном, убежал в гостиную. — Праздничный завтрак. — Джинни торжественно поставила на стол огромный домашний торт с белым кремом и большим количеством свечек на его поверхности. Наверняка их было двадцать девять. — Не спешите хвалить — его приготовила мама. Такие подвиги непосильны даже мне. — Торт на завтрак? — шутливо возмутилась Гермиона. — Сегодня можно все! — Широкая улыбка Джинни была полна озорства. — А теперь загадывай желание. Джеймс, иди сюда, Гермиона будет задувать свечи! Все собрались вокруг стола, пока Гермиона всерьез раздумывала над тем, какое желание загадать. Возможно, ей стоило быть более конкретной, но мысленно она произнесла банальную, но оттого не перестававшую быть искренней правду: Хочу быть счастливой рядом с теми, кого люблю. Набрав в грудь побольше воздуха, она одним выдохом задула все свечи под аплодисменты Поттеров. Спустя несколько минут они уже сидели за столом, уминая вкуснейший сливочный торт с малиновой начинкой. — Что дальше? — осторожно поинтересовалась Гермиона, запив приторный кусочек торта чаем. — Обед в Норе, конечно, — сообщила Джинни как само собой разумеющееся. — А вечером — программа для взрослых. — Мне уже страшно. Гарри хохотнул, явно будучи в курсе того, что ждет его подругу. — Поттер, даже не думай открыть свой рот, — пригрозила мужу Джинни, направив на него ложку как оружие. — Как скажешь, дорогая. Я все-таки планирую дожить до старости и увидеть внуков. — Правильная мотивация. Гермиона усмехнулась, слушая их шутливую перепалку. Это было настолько привычное и оттого уютное зрелище, что впервые после пробуждения из комы она почувствовала себя расслабленной. Хотя бы сегодня можно просто наслаждаться моментом. Отпустить страхи и тревоги, перестать думать о том, что ждет в будущем. Один день для себя.

***

Шумное застолье в Норе оправдало все ожидания Гермионы. Члены семьи Уизли переговаривались между собой, смеялись и наслаждались домашней стряпней Молли, которая по такому случаю наготовила на целую армию. Гермиона сидела между Гарри и Джорджем, стараясь не замечать взглядов Рона, которые он бросал на нее с другого конца стола. — Я так наелся, что сейчас лопну. — Артур довольно похлопал себя по животу. — Спасибо, Молли. Все было просто замечательно. Ты чудо. — Ох, скажешь тоже. — Она смущенно шлепнула его по плечу, но зарделась. — Гермиона, дорогая, ты уже услышала достаточно поздравлений, но это еще не все. — Вручение подарков! — догадалась Джинни и хлопнула в ладоши. — Начнем с моего. — Только не за столом, — проворчала Молли. — Идемте-ка в гостиную. Все с трудом разместились в тесной гостиной, и Гермиона поймала красную коробку, которую к ней отлевитировала самодовольная Джинни, сидящая на диване в объятиях Гарри. Заглянув в коробку, Гермиона тут же закрыла крышку и стала пунцовой. — Джин! — А что такого? — рассмеялась та. — Ты взрослая замужняя женщина. И пусть твой суженый сейчас морозит бока в Азкабане, ты вполне можешь порадовать себя красивым комплектом белья. — О, ты еще и разболтала всем об этом ужасном презенте, — процедила Гермиона, отставляя от себя ее подарок. — Спасибо. — Носи и радуйся, — невозмутимо фыркнула Джинни. — Теперь мой, — сказал Гарри, чтобы растопить неловкую атмосферу. Гарри подарил ей сборник поэм ее любимого поэта Шекспира. От Джорджа ей достался подарочный набор всевозможных вредилок, среди которых были порошок мгновенной тьмы, рвотный батончик, зелье невидимости, пыль иллюзий и прочие его хулиганские разработки. — Джордж, кажется, ты перепутал цифры 29 и 9, — хмыкнула Гермиона, удивленная его выбором. — Брось, эти штуки могут понадобиться в любой момент. — Он только ухмыльнулся. — А учитывая, какой увлекательной стала твоя жизнь… Еще скажешь мне спасибо. — Гермиона, это от меня. — Голос Рона заставил ее вскинуть на него осторожный взгляд. Он вел себя сдержанно весь день, что они были вместе в Норе, но в его глазах Гермиона видела странную решимость, которая означала, что ее друг что-то задумал. — Я думал, тебе будет приятно вспомнить эти времена, — прокомментировал он свой подарок, которым оказалась фотография их Золотого Трио на третьем году обучения. Они смеялись, обнимая друг друга за плечи возле домика Хагрида. Он их и сфотографировал. — Слишком просто, да? — Что ты, Рон? — Гермиона сама не поняла, когда ее глаза успели наполниться слезами. — Это так… — Она запнулась и не смогла продолжить от подступающих к горлу рыданий. — Мерлин, простите. Расклеилась как впечатлительная дурочка! — Иди сюда. — Гарри оставил жену, чтобы сесть на подлокотник кресла Гермионы и обнять ее. — Рон? Сев на другой подлокотник, Рон тоже ее обнял, и они застыли в общем объятии под умиленными взглядами семьи Уизли. Трое друзей, когда-то спасших мир, спустя годы снова были вместе. — Мы всегда рядом, Гермиона, — прошептал Гарри, чтобы слышали только они трое. — Помни об этом. — Спасибо, мальчики, — выдохнула она, все-таки заплакав от распирающих ее чувств ностальгии и глубокой привязанности. Распаковывая подарок от Молли и Артура, Гермиона услышала стук в окно. Молли отправила Рона посмотреть, для кого пришла почта. Вскоре он вернулся в гостиную с мрачным видом, держа в руках небольшую черную коробку с изумрудной лентой. Она выглядела дорого и элегантно. — Что это? — удивилась Молли. — Судя по записке, это для Гермионы, — угрюмо сообщил Рон и вручил той посылку. — Подарок от… — Он прикусил язык, чтобы не выругаться и не испортить праздник. — В общем, сама посмотри. Гермиона в недоумении забрала у него коробку и, вытащив из-под ленты записку, с замиранием сердца прочла: Моей любимой жене в ее двадцать девятый день рождения. — Это подарок от Драко, — прошептала она в потрясении. — Но как?.. — Есть такая услуга, как отправление заранее подготовленной посылки в определенную дату, — сказал Гарри, пытаясь найти этому объяснение. — Наверное, он пользовался ею. — Открывай! — в нетерпении поерзала Джинни. Развязав изумрудную ленту, Гермиона дрожащими от волнения пальцами открыла крышку коробки и заглянула внутрь. Все наклонились вперед, чтобы тоже увидеть таинственный подарок. — Мерлиновы подштанники! — присвистнул впечатленный Джордж. — Да это же стоит как весь гребанный Гринготтс. — Следите за выражениями, молодой человек, — осадила его Молли. Гермиона не обращала на них внимания. Ее взгляд был прикован к огромному рубину, ограненному в форме сердца, который висел на золотой цепочке необычного плетения. Такого крупного драгоценного камня она еще не видела. Рядом лежала еще одна записка в виде белоснежной карточки. Взяв ее, Гермиона снова ощутила, как глаза заволокла пелена слез. Спасибо за еще один год нашей вечности. — Да он умеет быть романтичным, — вздохнула Джинни, бесцеремонно забрав карточку. — В отличие от некоторых. — Она красноречиво взглянула на мужа. — Прости, что у меня нет замашек манерного аристократа с миллионами галлеонов в хранилищах, — отшутился уязвленный Гарри. — Малфой верен себе. Чертов выпендрежник. — Гермиона, смотри, тут проявилась еще одна надпись, — воскликнула Джинни, вернув ей карточку. — Это зачарованный рубин, который, по легенде, принадлежал Годрику Гриффиндору, — прочла пояснение Гермиона и в недоверии посмотрела на кулон. — В минуты опасности он загорается, предупреждая своего владельца, и наделяет его львиной храбростью. — Ого, да это самый настоящий артефакт, — округлил глаза Перси. — Где он его раздобыл? Это явно незаконно! — Глупости, — легкомысленно отмахнулась Джинни. — Примерь его, Гермиона. — Нет, я не… Я не могу такое носить. — Ну да, камень размером с кулак на твоей шее будет привлекать слишком много внимания, — посмеялся Джордж. — Отдашь его мне? Никто и не подумает, что он настоящий. Буду говорить, что это трансфигурированный булыжник. — Ты можешь уменьшить рубин заклинанием, — предложил Гарри. — Это полезная вещь в такое время. Мы не знаем, что происходит и кому были выгодны все эти события. Если ты будешь заранее предупреждена об опасности, то сможешь связаться со мной, и я тут же вместе с аврорами приду на помощь. — Это разумно, — согласилась с ним Джинни. Со вздохом признав свое поражение, Гермиона направила палочку на рубин и прошептала заклинание уменьшения. Камень сжался до размеров плода вишни и стал выглядеть уже не так броско. Надев его на шею, Гермиона ощутила, как по ее телу прошла волна покалывающего тепла. Магия рубина. — Кхм, — прокашлялся Рон, привлекая к себе внимание. — Пока все в сборе, я… Точнее, мы с Лорой хотели бы сделать заявление. Только сейчас Гермиона обратила внимание на Лору. Она была такой тихой сегодня, что Гермиона забыла об ее существовании. Ее лицо было бледным, будто она не выспалась, а в темных глазах читалась горькая печаль. Что у них случилось? — Мы много думали об этом, но боялись признаться друг другу и принять такое сложное решение, — продолжил Рон, нервничая и краснея. — Наконец, мы с Лорой откровенно поговорили и поняли, что наш брак изжил себя. Мы разводимся. В гостиной повисла тишина, сопровождающаяся мерным тиканьем часов. Гермиона сокрушенно прикрыла веки, понимая, что натолкнуло Рона на такие мысли. Он все еще надеялся, что его развод и казнь Драко поспособствуют их воссоединению? Кем они будут, если попытаются построить счастье на руинах чужих разрушенных жизней? Что он делает?! — Мерлин всемогущий! — захлебнулась слезами Молли, самый большой страх которой воплотился — семья ее ребенка рухнула.

***

Невпопад сделанное признание Рона испортило всем праздничное настроение. Гермиона даже хотела отменить оставшиеся планы на вечер, но Джинни была непреклонна. Она вложила слишком много сил в организацию ее дня рождения, по ее словам. Соскочили Джордж с Анджелиной и Перси, Чарли сказал, что ему нужно возвращаться в Румынию по срочному делу касаемо работы заповедника драконов, а Лора, не скрывая печали, отправилась домой к детям. Было неловко, но все притворялись, что никто этого не замечает. — Это что, порт-ключ? — Гермиона в замешательстве уставилась на крупную монетку, которую Джинни положила на раскрытую ладонь, когда они вышли на крыльцо Норы. — Международный, — хищно улыбнулась та. — И он сработает через… Быстрее, хватайтесь! Гарри, Рон, Гермиона, Билл и Флер поспешили приложить пальцы к монетке, и их подхватил вихрь перемещения. Упав на колени, Гермиона чертыхнулась и осмотрелась со сморщенным от тошноты лицом. Остальные тоже приходили в себя после прибытия в место назначения. Закатное солнце заливало лучами мегаполис, раскинувшийся у подножия высокого холма, на котором они приземлились. Посмотрев немного влево, Гермиона увидела громадные белые буквы, складывающиеся в знакомое слово. — Голливуд?! — рявкнул Рон, смотря на сестру, как на сбежавшую пациентку психбольницы. — Мы что, в Америке? — Это Лос-Анджелес, детка, — с наигранным пафосом ответила Джинни. — Ну что, оторвемся как следует? — Только не забывай, что тебе через пару недель рожать. — Гарри рядом с ней поправил очки на носу. — Можно подумать, ты мне дашь забыть, — цокнула Джинни. — Выдвигаемся. — Э-э, куда? — растерялась Флер, которая в своем серебряном переливающемся платье выглядела как сказочная принцесса. — Так вот же машины! — Джинни нетерпеливо указала на два раритетных кабриолета, припаркованных рядом, говоря тоном «разуй уже глаза!». — О нет, — прохрипел Рон и переглянулся с Биллом и Гарри. — Кто за руль? — Джинни уже открыла дверцу одной из машин. — В машинах карты с отмеченным маршрутом. — Я поведу, — героически вызвался Гарри. — Билл, ты умеешь водить? — Да, отец учил меня на своем «форде». — Тогда садись за руль второй машины. Флер и Рон поедут с тобой, а Гермиона с нами. Гермиона, все больше раздражаясь, подхватила длинный подол своего платья, в которое ее одела Джинни, и зашагала к одному из кабриолетов. Из алого шелка, платье плотно обтягивало ее бюст и талию, а от бедер расходилось русалочьим хвостом. Она чувствовала себя в нем полнейшей идиоткой, место которой в цирке. — Классно выглядишь, — проходя мимо, прошептал ей на ухо Рон. Гермиона стала краснее, чем ее платье, и отвернулась. Уизли точно сошел с ума. Что он себе напридумывал? Джинни включила радиоприемник и сделала музыку погромче, пока они с открытым верхом съезжали с холма в город. Гермиона улыбалась, поглядывая на поющую во все горло подругу и удерживая у плеча волосы, которые ветер на скорости бросал ей в лицо. Гарри снисходительно качал головой на безрассудство жены, но не мешал ей веселиться — они давно никуда не выбирались из-за его загруженности на работе и маленьких детей. Компания оказалась в шумном и переполненном центре напротив бара с неоновой вывеской «Spotlight». К этому моменту стемнело, и зажглись городские огни, превращая прежде неброский Лос-Анджелес в сияющую Мекку развлечений и разврата. Гермиона закатила глаза, когда вошла в бар и оценила его интерьер. Роскошная мебель с красной обивкой, столы из темного дерева по периметру зала, барная стойка с сексуальным барменом, который вытворял немыслимое с бутылками и стаканами, а еще огромный танцпол, забитый извивающимися под громкую поп-музыку людьми. — Мило, — обреченно заключила Гермиона. — Такое ощущение, что мы празднуем мое совершеннолетие. — Хватит занудствовать, Грейнджер. — Джинни подтолкнула ее к заказанному на них столику. — Лучше выпей. — Поздравляем нашу Гермиону с очередным годом, приблизившим ее к смерти, — произнес тост Билл, за что получил подзатыльник от жены. — Что за бред ты несешь? — прошипела Флер. Гермиона только усмехнулась, держа перед собой бокал с любимым коктейлем «Голубая лагуна». — Ладно, просто с днем рождения, Грейнджер, — исправился Билл, потирая ушибленный затылок. Все рассмеялись и осушили свои бокалы с алкоголем, а Джинни обиженно отхлебнула манговый сок из пластиковой трубочки. Гермиона смутно помнила, что происходило дальше. Они пили коктейль за коктейлем, смеялись над похабными шутками захмелевших парней и часто выходили на танцпол, едва услышав знакомые композиции. Это был и вправду приятный вечер, и Гермиона искренне им наслаждалась. Правда, количество выпитого вскоре сказалось на ее состоянии. Почувствовав необходимость посетить дамскую комнату и освежиться, Гермиона, покачиваясь, стала пробираться сквозь танцующую толпу к выходу из зала. Простояв минут пять в очереди, Гермиона облегченно выдохнула, когда вышла из кабинки и прошла к раковине. Включив холодную воду, она подставила ладони под поток воды и влажными пальцами провела по румяным щекам. И в тот момент, когда она протянула руку к рулону бумажных полотенец, дверь в туалет открылась, на мгновение впустив внутрь звуки музыки. Посмотрев в зеркало, Гермиона замерла в неверии. В отражении прямо у нее за спиной стояла Пэнси, которую легко было узнать по ее неизменной прическе — короткое каре с челкой. В сексуальном черном платье экстремальной длины она прижимала к себе зеленый клатч и смотрела на нее хмурым, затравленным взглядом. — Пэнси? — Гермиона повернулась к ней, вспомнив, что она так и не ответила на ее письмо с просьбой о встрече. — Как ты здесь?.. — низковатый бархатный голос Пэнси прозвучал потрясенно. — Сегодня мой день рождения, — заплетающимся языком объяснила Гермиона. — Мы здесь отмечаем. Я… я писала тебе. — Нет. — Пэнси озадачила ее своей реакцией. Она схватилась за ручку двери, качая головой, словно ее по меньшей мере подловил маньяк-убийца. — Нет, Грейнджер. Не пытайся снова втянуть меня в это дерьмо. — О чем ты?.. — Гермиона не успела договорить, как Пэнси выскочила в коридор. — Пэнси! — крикнула она ей вслед и на своих высоченных шпильках бросилась вдогонку. Сталкиваясь с людьми, Гермиона побежала за Пэнси, которая стремительно от нее удалялась. Ее подпрыгивающая в такт шагам голова мелькала в толпе. От быстрого передвижения в таком состоянии Гермиона ощутила сильную тошноту и головокружение. Все расплывалось у нее перед глазами, как на аттракционе в парке развлечений. Мелькание прожекторов сводило с ума, а громкая музыка, дезориентируя, била по ушам. — Пэнси! — отчаянно позвала Гермиона, страшась того, что могло вызвать подобное поведение ее бывшей подруги. — Пожалуйста, стой! — Гермиона, что происходит? — Рон возник из ниоткуда, схватив ее за плечи и остановив. Видимо, поплелся за ней в женский туалет. Почему он никак не оставит ее в покое? — Отпусти! — Гермиона из последних сил оттолкнула мужчину и выбежала на улицу, успев увидеть тот момент, когда Пэнси, рывком на нее обернувшись и показав испуганное лицо, трансгрессировала. — Проклятье… — Гермиона! — Рон тоже выбежал из бара, с тревогой ее разглядывая. — Ты в порядке? Что случилось? — Н-ничего, — слабым голосом пробормотала Гермиона. Кажется, ее сейчас вырвет. — Мне… мне плохо. — Иди ко мне. — Он обхватил ее талию и прижал к своей груди, потому что она уже падала. — Тише, все хорошо. Я с тобой. Рон погладил ее по волосам, и это последнее, что Гермиона запомнила перед тем, как провалиться в обволакивающую густую темноту.