На ощупь в темноте

— Я выгляжу странно, да? Гермиона с улыбкой покачала головой, смотря в зеркало поверх плеча Пэнси. Последняя стояла в белом свадебном платье прямого кроя с кружевными рукавами и вырезом лодочкой. Гладкие черные волосы были уложены в аккуратное каре. Заправив прядь волос за ухо, Пэнси нахмурилась и вернула ее на прежнее место. — Прекрати дергаться, — сказала Гермиона, застегивая последние пуговицы на спине у невесты. — Ты красавица. — Мне кажется, что в любой момент сюда кто-то ворвется и скажет, что он сбежал. Или утонул в океане. Или признался, что все это время был влюблен в Макгонагалл. Лениво рассмеявшись, Гермиона отошла на шаг назад и оглядела плоды своих многочасовых трудов. — Вряд ли Тео рискнет это сделать. Даже если он утонет, ты достанешь его со дна и заставишь поплатиться за еще одну сорванную свадьбу. Пэнси зажмурилась и отвернулась от зеркала. — Мне нужна сигарета. Нет, лучше водка. — Никакой водки, — насупилась Гермиона. — Примерь фату. — Убери от меня эту уродливую занавеску, — брезгливо отмахнулась Пэнси. Цокая каблуками, она прошла к подоконнику и рывком открыла окно. В комнату ворвался свежий воздух. Стоял декабрь, но на острове Нарциссы посреди Тихого океана было тепло как летом. Издалека слышался шум волн, набегающих на песчаный берег. — Это нормально, что меня так трясет? — Дрожащие пальцы Пэнси с трудом вытащили сигарету из пачки, которая лежала на подоконнике. — Или что я вдруг начала сомневаться, что вообще хочу просыпаться с этим человеком каждое утро своей жизни? — Я бы хотела поделиться с тобой собственным опытом, но… — Гермиона фыркнула, сложив руки на груди. — Все воспоминания о свадьбе я себе стерла. Пэнси сделала затяжку и, выдохнув дым, обернулась на нее с тенью насмешки на губах. — Неужели все было настолько ужасно? — Платье Марии-Антуанетты со шлейфом длиной три метра, красноречивое отсутствие родителей жениха и куча гостей, которые считали меня грязнокровной выскочкой. Надо полагать, да. Они неохотно посмеялись, и напряжение спало. Заметив, что взгляд Пэнси стал отрешенным, Гермиона подошла к ней и встала рядом у открытого окна. — Просто ответь себе на самый главный вопрос. Ты любишь его? Пэнси сглотнула и, смотря как тлеет кончик сигареты, прохрипела: — Да. — Тогда больше не о чем говорить. — У тебя с этим проще, — хмыкнула Пэнси, стряхнув пепел прямо в окно. — Малфой видит только тебя из-за связи. Он никогда не предаст, никогда не разлюбит и не уйдет к другой. Что бы ты ни делала, даже прыгни ты в пропасть — он подхватит. А у меня нет этой уверенности. Как и у любой другой женщины. В голове постоянно страхи и сомнения. Особенно после того, как однажды уже растоптали. Я не выдержу, если он снова разобьет мне сердце. Гермиона глубоко вдохнула, думая над тем, что сказать. — Тео был под действием Амортенции, когда бросил тебя в прошлый раз. Он не поступил бы так, будучи в своем уме. И он не устает это повторять. Вы оставили это позади. Ты простила его, дала ему второй шанс. Так воспользуйся этим шансом сама. Позволь себе быть счастливой рядом с тем, кого любишь и кто любит тебя. Пэнси выкинула окурок сигареты в окно и неожиданно перехватила ее ладонь. — Знаешь, Грейнджер, не думала, что скажу это когда-нибудь, но ты хороша в качестве подруги. Мне тебя не хватает. — Мне тоже жаль, — усмехнулась Гермиона. — Но нам лучше не рисковать лишний раз. — Да, Министерство все еще ищет вас. Не понимаю, что им нужно. — Пока Аманда занимает должность Министра Магии, она не успокоится. Пэнси, мы обвели Воронов вокруг пальца. Забрали у них Скорпиуса, когда они уже думали, что победили. И мы невольно стали причиной гибели вашего с ней отца. Мистер Паркинсон был одним из лидеров ордена. Ты же понимаешь, что нам не спустят это с рук? А еще они верят, что Скорпиус — их предводитель из будущего. Вороны и Министерство, которое они контролируют, будут искать нас вечно. — Этот ублюдок заслужил смерти, как никто другой! — процедила Пэнси с нескрываемой злобой. — Отец измывался над матерью, пока она не умерла, а меня всегда считал пустым местом. Всю любовь он отдал ей, этой Аманде, хотя я никогда не понимала, почему. — Я думаю, все дело в том, кто ее мать. Пэнси моргнула, удивленно уставившись на серьезную Гермиону. — Что? — Мистер Паркинсон был влюблен в миссис Забини в школе, а когда она забеременела, их разлучили. Ее забрали из Хогвартса и увезли от него, после чего отобрали их общего ребенка и насильно выдали ее замуж. Это трагичная история любви, ты не находишь? Возможно, в Аманде твой отец видел женщину, которую когда-то любил, но потерял? — А я, как дочь от навязанной ему нелюбимой жены, казалась досадной помехой, — зло рассмеялась Пэнси. — Мило. Дверь в комнату открылась, и в проем заглянула Дафна в бледно-розовом платье подружки невесты. — Вы готовы? Церемония вот-вот начнется. — Почти, — улыбнулась Гермиона и подошла к туалетному столику, с которого взяла длинные белые перчатки. — Внизу все в порядке? — спросила она у Дафны, передав перчатки невесте. — Драко, как всегда, все держит под контролем, — нежно улыбнулась Дафна. Гермиона стрельнула в ее сторону напряженным взглядом. — Даф, как у вас с Блейзом? — заметив это, поинтересовалась Пэнси. — Он забавный. — Та пожала плечами и обняла себя руками. — Правда, мы сходили только на три свидания, и я не уверена, что хочу продолжать это. — Почему? — якобы беспечно воскликнула Пэнси, натягивая вторую перчатку. Дафна погрустнела и переглянулась с Гермионой, которая не смогла скрыть жалость в своем взгляде. — Не так просто справиться с тем, что мучило тебя с одиннадцати лет. Гермиона, прости. Тебе не о чем волноваться, правда. — Я знаю, — сухо ответила она, поправляя прическу перед зеркалом. — Драко твой и всегда им был, а я… — Дафна сделала паузу и вздохнула. — Я просто идиотка, которая не может переступить через безответную детскую влюбленность и лишает себя шанса на счастье с кем-то другим. Вы правда думаете, что Блейз — мой вариант? — Он сохнет по тебе со школы, — хмыкнула Пэнси. — Забини хорош собой, может похвастаться наличием чувства юмора и, судя по слухам, бог в постели. Что тебе еще нужно? Дафна скованно рассмеялась. — Может, ты и права… Пожалуй, я схожу еще на пару свиданий с ним. — И дай бедняге проявить себя, — ухмыльнулась Пэнси, все же позволив Гермионе надеть на ее голову сияющий ободок с фатой. — Это ты о чем? — Это я о хорошем трахе на пляже под звездами. Воспользуйся шансом, пока мы здесь. Гермиона рассмеялась, а Дафна раскраснелась от смущения и фыркнула «это не гигиенично». Когда они спустились вниз, Гринграсс заняла место подружки невесты у алтаря. Напротив нее оказался Блейз как свидетель со стороны жениха и игриво подмигнул ей. Может, у них и правда что-нибудь получится? Они оба заслуживали счастья после долгих лет мучений от неразделенной любви. Гермиона отыскала глазами своего мужа и, остановившись, улыбнулась от умиления. Драко был за одним из трех столов в саду их особняка в черном смокинге — как всегда, холеный и безупречный. Он прижимал к груди сидящую у него на коленях Кассиопею в розовом платье с рюшами. Девочка увлеченно играла с отцовскими часами, пока Драко с сияющим лицом наблюдал за ней и через каждую минуту целовал в волосы. Он обожал ее и не спускал с рук. Несколько раз это обернулось скандалами со стороны Скорпиуса, который ревновал ускользающее от него внимание отца. — Не скучаете? — воскликнула Гермиона, поцеловав мужа в висок. — Только если по тебе, — ухмыльнулся Драко, свободной рукой скользнув по ее бедру. — Где Скорпиус? — Носится где-то с мини-Поттером. — Хорошо бы найти их. Мне не нравится, когда они остаются без присмотра. — Это необитаемый остров, который мы исходили вдоль и поперек. — Драко закатил глаза. — Мальчишкам это нужно — побегать подальше от материнской юбки. Поймав выразительный взгляд Гермионы, Драко вздохнул, поднялся на ноги и, поцеловав Кассиопею в лоб, передал ее матери. — Я найду их. Только не заводись, Грейнджер. — Даже не будешь спорить? — самодовольно поддела его Гермиона. — У меня есть планы на эту ночь. Гермиона демонстративно закатила глаза. Когда Драко ушел на поиски сына, она улыбнулась прильнувшей к ней дочери и обернулась на подошедшую Джинни. — Поттер накидался, как будто ему тринадцать лет, и он впервые дорвался до алкоголя, — посетовала она. — Дай ему расслабиться, — ответила Гермиона, смотря, как Гарри, покачиваясь, с пьяным видом рассказывает что-то хмурому Тео. — Он так много работает, что уже забыл, каково это. — Это несправедливо. Почему тебе достался идеальный муж, а мы должны возиться с этим? — Джинни кивнула в сторону Гарри, который несолидно почесал пальцем в ухе. — Малфой не подарок. — Гермиона погладила дочь по спине, когда та заворочалась у нее на руках. Кажется, искала отца. — Мы так редко видимся, что мне даже не у кого спросить совета по поводу того, как не убить мужа, когда он начинает жутко бесить. — Вроде тех случаев, когда он разбрасывает по спальне грязные носки? — едко отозвалась Джинни. — Или громко отрыгивает за столом? — Иногда я рада, что Малфой — аристократ с клиническим перфекционизмом, — с отвращением поморщилась Гермиона. — Но в остальном он — чертово стихийное бедствие. — Ты жалуешься так, будто хвастаешься, — рассмеялась Джинни. — Ты же не будешь плакаться мне, что он сходит по тебе с ума и зажимает в каждом углу? Клянусь, я не выдержу и задушу тебя от зависти. — Все так плохо? — Гермиона проигнорировала эту попытку пошутить и сочувственно нахмурилась. — А как же семейный психотерапевт? — С ним стало получше. Знаешь, оказывается мы с Гарри многое замалчивали. По совету доктора пробуем быть друг с другом честными. Это… мучительно. Теперь он вечно ко мне придирается! — Вы справитесь, я верю. У вас хорошая семья, Джин. Гарри любит вас. Просто вы немного устали от быта и рутины. Ты скучаешь по квиддичу, по свободе. Гарри, как обычно, взваливает на себя как можно больше обязанностей, пытаясь спасти всех и каждого. Еще несколько лет, дети подрастут и уедут в Хогвартс, и вам станет полегче. Появится больше времени друг на друга. Или на себя. — Гермиона, мне нужен твой клон, который говорил бы мне все это каждый раз, когда я готова сдаться, — грустно усмехнулась Джинни. — Ох, кажется начинается. Заиграла классическая музыка, возвещая о скором появлении невесты. Немногочисленные гости расселись за столами. Драко вернулся, держа за руки недовольных Скорпиуса и Джеймса. У обоих были грязные костюмы и взлохмаченные волосы. Эти несносные мальчишки просто не могли пройти мимо лужи. — Поттер, твой сын такая же истеричка, как ты, — процедил Драко, подтолкнув Джеймса к пьяно икнувшему отцу. — Блядь, ты уже накидался? — Малфой, следи за языком! — прошипела Гермиона. — Вокруг дети. — Слышала бы ты, как они выражаются, когда думают, что их никто не слышит. Правда, Скорпиус? — Пап, я же сказал, это случайно вырвалось, — пробубнил Скорпиус, покосившись на строго прищурившуюся мать. — Еще раз услышу — и у меня случайно вырвется подзатыльник, — припечатал Драко. — Садись за стол. — Слишком грубо, — укорила мужа Гермиона. — Скорпи, не убегай больше, пожалуйста. Мы с папой волнуемся. Он покивал и перестал хмуриться. Драко посадил на колени потянувшуюся к нему Кассиопею, тогда как Гермиона погладила сына по волосам. Она была ближе к Скорпиусу, который, помимо внешности, являлся ее точной копией. Обожал читать и разгадывать головоломки, но при этом не мог удержаться от тяги к приключениям. — Идет, — взволнованно прошептала Джинни за соседним столом и, обернувшись на мужа, несильно ударила его по плечу, когда он стал засыпать. Поправив лацканы пиджака, Тео обернулся, и его глаза ярко засияли, когда на дорожке, ведущей к алтарю, появилась Пэнси в белоснежном свадебном платье и в фате, струящейся по ней как призрачная дымка. Гермиона упоенно вздохнула и переглянулась с Драко, который переплел их пальцы под столом. Она надеялась, что их друзья обретут свое долгожданное счастье, какое было у них. Пусть и омраченное угрозой, маячащей где-то вдалеке…