Кармон. Начало.

      Миг взросления сопряжён, как правило, с потрясением. Насколько вынослив может оказаться ребёнок подросткового возраста? Самого себя ещё предстоит проверить на прочность. Обыкновенная полуночная гонка. Ничто не предвещало беды. В особенности, беды такого масштаба. Но всё внимание на трек.       -Похоже, у него проблемы с управлением. Держись, Трикки!-Взволнованно кричит комментатор. Трикки же петляет по всему треку, лишившись управления. Наконец, он врезается в каменную ступеньку. Карт остановился, но вместе с тем от мраморной колонны откололся большой кусок и ударил прямо по карту.       -Трикки!-Кто больше всех обеспокоен, так это Никель. Он решает что-то предпринять. В карте тем временем началось возгорание. Никель вскакивает с постамента и несётся прямо в эпицентр событий. Монстр лишь кричит и мотает головой, он не хочет, чтобы хозяин серьёзно пострадал. Но Никель подбегает слишком близко.       Взрывная волна уносит его очень далеко. Он разбивает голову о каменную ступеньку и всерьёз ломает руку. Началась суета и толкотня. Гарбе обо всём сообщили уже в больнице. Жизни ничего не угрожает и наложили гипс на повреждённые участки тела, но Никель долго не просыпался. Дома, отец и монстр от него не отходили ни на шаг.       Никель лежал в постели, под одеялом. Глаза были закрыты. Тело иногда подрагивало от боли. Раздавались очень слабенькие стоны. Голова была перемотана так, что виден был только один глаз. Трикки посмотрел грустно на его отца. Тогда, от отчаяния Гарбе принял решение, последствия которого нельзя было предугадать.       -Трикки, помоги мне? - Монстрик лишь вопросительно смотрит.-Это ради его блага. Ему следует на время забыть о Монкарте и перестать гонять. Подумать о своём будущем. Со временем, ты вернёшься к нему. -Монстр очень любил своего хозяина и согласился его оставить на время. Через каких-то полчаса Трикки уже был под навесиком на городском кладбище.       Если бы Никель всё вовремя услышал. Однако пурпурные глаза начали неуверенно открываться только сейчас. Отец был рядом. Он искренне был рад тому, что сын очнулся. Врачи не спешили давать оптимистичных прогнозов и велели готовиться к худшему. -Никель, ты в порядке? -Заботливо спросил Гарбе.       -Отец...-Раздаётся слабый голос. Глаз скользит по комнате. Он еле как присаживается.-А где Трикки? -Первым делом спросил Никель, обнаружив, что напарника и друга нет рядом с ним. Он пытается найти его взглядом. От отца раздаётся томный вздох. Никель резко поворачивает к нему свою голову.       -Ох, мы сделали всё, что могли.-Приходится врать. Врать несмотря на частое дыхание, слёзы, начинающие вырываться из глаз. Он просто следует плану того, как сыну будет лучше жить. Увлечение уже довело его до больничной койки и он не может его потерять. Он считает это ложью во спасение. Но это далеко не так.       -Не верю....Трикки...-По щекам бегут дорожки из слёз. Голос измучен. Ему больно и от последствий аварии и от потери. У него такое ощущение, словно часть души отняли. Отец не в силах видеть сына в таком состоянии. Он встаёт. Сгоряча ему придётся сказать роковые слова, которые застрянут надолго в юной голове.       -Если бы ты бросил монкарт, этого бы не случилось. Этот раз был последним!-Он встаёт и уходит. Меж тем Никель продолжал очень долго плакать. Глаза резало от обильного слезотечения. Не удалось успокоиться и ночью. Уснуть он смог только под утро и то после успокоительного. Можно сказать, в жизни Никеля Швейна началась чёрная полоса.