Харлен

***

Писк приборов. Через занавесу пелены девушка открывает глаза, оглядывается, встаёт с койки. Тело не слушается, тяжёлое. Её кладут обратно на койку, она выдыхает. Перед собой она видит мужчину в медицинском костюме и со шприцем в руках. — Не дёргайся. Ещё один укол на сегодня. Проговаривает он спокойным голосом, вводя иглу под кожу. Харлен закрывает глаза, тяжко дышит, отводит голову в сторону. После того, как он выводит иглу, она вновь пытается встать. Магнит, который был прикреплён к виску, она одёргивает, тот падает на пол, от чего мужчина поворачивается на девушку. — Ты чего встала, а? Харлен смотрит на него, аккуратно вытаскивает из себя иглы и странные предметы, так же и капельницу, но её пытаются остановить. Она пинает своего отца на стол, на котором подпрыгнули предметы. Пару шприцов воткнулись в спину. Схватив скальпель, Чардер воткнула его ему в висок, забрала свои кроссовки и, не взирая на сирену, она пробегает мимо комнат детей, расталкивает тех, с кем она жила много лет и бежит на выход. — Куда она? Спрашивает доктор, глядя вслед девушке. Другой парень, лет 10 примерно, качает головой. Другие дети перешёптываются, порой падают от того, что вожатые и пару медиков бегут за Харлен. — Не знаю… — отвечает парнишка, явно начиная беспокоиться. Девушка расталкивает всех, кто был у неё на пути. Забегая в главный кабинет, она видит перед собой главного доктора, который и докладывал, какие опыты проводить над детьми, особенно над самой девушкой. Он посмотрел на девушку, ухмыльнулся. В кабинет забежали и повязали девушку, повалив её на пол. — Пустите! — крикнула она, чувствуя боль в руках. И желание сбылось. Врачи отпустили руки девушки, та смогла отдохнуть, а после встать. Взрослые ушли и наконец они остались одни. — Харлен. Подойди сюда. — приказал девушке строгий мужской голос. Она не смела сделать и шагу в его сторону. Скорчила гримасу отвращения к этому человеку. Он сидел в кресле, руки лежали на подлокотниках его офисного стула. Он вновь прикурил. — Я что тебе сказал? Подойди. Или ты не слышала? — Я всё прекрасно слышала! Только не хочу. — Харлен поправила локон волос, который спал на её щёку, завела за ухо. Зелёные глаза «светились во тьме», на виске такой же яркий свет излучала татуировка в виде капли. Ничего не было из одежды, кроме полоски на грудь и трусов одного и того же цвета. Рыжие волосы будто бы светились в еле освещённом сером помещении и были единственным лучиком солнца в этой канаве. Тёмно-бордовый пиджак мужчины так же отчётливо выделялся. Она не слушалась его команд. Ни единой. Не подчинялась его воле, не хотела больше служить этому извергу, который издевался над ней каждый день. Молчание длилось долго. Минуты казались резиновыми. Глухой стук настенных часов еле воспринимался слухом. Харлен смотрела на него, пристально и непринуждённо. За всем её видом скрывалась ненависть, целая куча. Даже гора. Мужчина в бордовом пиджаке постучал пальцами по ручке стула. Глухие удары подушечек об обвитую кожей части будто бы были громче других звуков. Рядом с его сигаретой пролетела муха, начала витаться вокруг да около дыма от неё. Набрав в лёгкие воздуха, он выдохнул на зелёную леди дыма, от чего та поколебалась, полетала рядом и вскоре улетела восвояси. — И чего же ты хочешь от меня? Свободы? Сместишь с места, должности? — растягивая слова, главный, доктор Дискилз, смотрел на девушку с ухмылкой. Та лишь сдвинула брови, от чего он усмехнулся. Его несколько кривые жёлтые зубы могли заставить почти любого человека почувствовать себя неловко рядом с ним. — Ты, видно, не понимаешь, что именно я тебя создал и ты не сможешь сделать мне ничего. Ты подчиняешься мне, Харлен. И больше никому. — Всё так же, протяжно, проговорил Дискилз, вставая со стула. Тот коротко заскрипел под ним, слегка повернулся в сторону, а доктор, обойдя стол, направился к девушке. Дотлевающая горячая сигарета ошпарила щёку девушки, но она не выразила ни единой эмоции. Лишь её хмурый взгляд и тихий рык заставили мужчину усмехнуться и отпустить окурок, который шлёпнулся на пол. Он медленно прошёл к картине напротив окна, отодвинул тяжёлую раму и показался приятных размеров сейф. Казалось, что вот-вот он откроет его, а там будут деньги. Много денег, документов и оружие. Что же ещё может быть в сейфах среднего размера в комнате такого мужчины, как доктор Дискилз. Хотя, много денег не обещается… Но с чем-то он точно связан. Большая дверь открывается со скрипом. Харлен поднимает бровь, в удивлении глядя на практически пустой сейф. Лишь на так называемом «дне» лежали бумаги. Их-то и взял доктор, пнув дверцу сейфа и закрыв обратно его картиной. Харлен нахмурилась, наблюдая за тем, как он идёт к столу, садится обратно в кресло, перебирая бумаги. Не сильно-то он и торопился… Усмехаясь, Дискилз смотрит на Харлен и вскоре протягивает ей бумажку, где в печати было написано большими печатными буквами. Но это писал явно человек. Харлен подошла, наклонилась. «Харлен Чардер», её имя. «Собственность доктора Дискилза». Она подняла голову на доктора. — Подпиши и будем жить дальше без каких-либо проблем. Девушка положила руку на контракт, пристально всматривалась в глаза мужчины. Он поправил свой пиджак, откладывая остальные бумаги. — Это чьи? — Они? — он положил руку на бумаги с контрактами. — Такие же, как и ты, детка. Такие же, как и ты-ы… — проговорил он последнее предложение, с улыбкой разделяя его по слогам. Она взяла ручку со стола доктора Дискилза и подписалась внизу. Глаза метнулись в сторону ящиков. Благо, это движение доктор не заметил, так как следил за рукой девушки. Подписав листик, она вернула ему ручку, дабы вернуть, но затем резким движением воткнула её прямо в глаз доктора. Тот закричал от боли, взялся за глаз, попытался вытащить ручку. Хлынуло больше крови с перемешкой других жидкостей, как слёзы. Крики разносились по комнате. Девушка сделала перекат через стол, открыла ящик, зарядила пистолет, направив его на доктора Дискилза. Как только тот перестал орать и более-менее привык к боли, он ринулся к девушке, заметив её, но тут же остановился. — Ты не посмеешь! — прикрикнул он. Девушка глядела увереннее. — Ещё как посмею. Послышался выстрел. Кровь попала на пол, на стены, даже на стол, большие капли покрыли первый контракт и испачкали ещё пару снизу, впитавшись. Девушка схватила стопку и даже тот, который подписала и ринулась на улицу через окно. Третий этаж. Она осмотрелась, побежала прямо в тень, скрываясь. Оружие она взяла с собой, после чего избавилась от него, как только появилась возможность. Контракты были собраны. Выдыхая, Харлен смотрела только вперёд. Поправив волосы на одной стороне, она открыла на своём виске каплю-татуировку, которая слегка светилась во тьме, когда она проходила в таких местах. Она слышала за собой далёкие голоса людей. Они потихоньку приближались, то отдалялись. Девушка решила бежать, когда они стали настолько близко, что сердце уходило в пятки. Держа в руках ценные бумаги, она прижала их к себе. Поправив топ на груди, она ринулась вновь петлять по улицам, путая людей и заставляя их терять след девушки. То, что вколол ей отец, заставило Харлен вскоре упасть и слегка помять документы. Тяжело дыша, она встала на колени и собрала бумаги. Глядя на них, девушка разорвала каждый экземпляр на много частей, после чего выкинула в урну остатки, ничего не оставив. Отдохнув, она встала и пошла дальше. — Ненавижу их… Чардер взялась за руку, в которую ей что-то укололи и поплелась дальше. Девушку всё же настигает неудача. Когда всё стихает, девушка уже думает, что всё закончилось и она свободна. Да только её хватают чьи-то руки, прижимают к себе, заставляют не двигаться. Харлен старается вырваться, но тщетно. Тяжкое дыхание и помутнение рассудка. Всё же, та жижа растеклась по её телу, начиная действовать всё сильнее с каждой секундой. — Теперь не уйдёшь… Доктор будет рад, что я тебя нашёл. Послышался победный смех, не слишком громкий. Девушка зарычала на него, пнула ногой, от чего мужчина подкосился, слегка ослабил хватку. Харлен вынырнула из его объятий. Её вожатый, который работал на доктора Дискилза… Как же она его ненавидела. Так же сильно, как и своего отца. Завязалась небольшая драка, в которой Харлен почти потеряла сознание. Оставалось только бежать и стараться не терять сознание раньше времени. Ударив вожатого в висок, девушка ринулась с места, ударялась порой об углы, слышала за ней погоню и голоса. Благо, документы она выкинула, их теперь не склеить хорошо. Только бумагу попортят и провоняют сами мусором. Из-за помутнения разума она не увидела трубу перед собой, ударилась лбом и пала на землю. Прибежавшие на шум взрослые уже шли к бессознательной девушке.