Кофе и корица

Когда Се Лянь проснулся на следующее утро, Хуа Чэна нигде не было видно. Се Лянь вздохнул и внутренне съежился от самого себя. Что он делал? Он не мог просто так удивить Хуа Чэна обрывками кружев из ниоткуда, когда все это время был идеальным джентльменом. Он глубоко вздохнул и выбрал себе одежду на день. Как раз в тот момент, когда Се Лянь снял рубашку, чтобы начать переодеваться, дверь открылась, и на пороге появился Хуа Чэн с подносом, полным завтрака. Се Лянь поспешил накинуть рубашку и спрятал лицо в ладонях. Когда он заглянул сквозь пальцы, то заметил, что на скулах Хуа Чэна разлился самый милый румянец. Было бы восхитительно, если бы он не был так подавлен. Хуа Чэн прочистил горло и сказал ставя поднос на кровать. : —Гэгэ, я принес завтрак. Какое-то время они оба избегали смотреть друг другу в глаза, а затем оба расхохотались над нелепой ситуацией. Хуа Чэн смог заговорить первым. —Прости, гэгэ, я должен был постучать. Хотя твое лицо было таким милым! Ты чуть не выпрыгнул из своей кожи. Се Лянь рассмеялся и ответил: —Извини, Сань Лан. Я просто был удивлен, вот и все. Все в порядке. Не то чтобы ты не увидишь этого позже. А затем он замер, когда понял, на что он намекал. —…когда мы пойдем купаться. Да, у них есть бассейн на террасе, верно? Ха-ха. Хуа Чэн был достаточно любезен, чтобы оставить это без внимания. Они вместе позавтракали, а затем отправились в свое первое приключение за день. Они были пришвартованы на следующие несколько часов на одной из остановок поездки, так что они смогли осмотреть окрестности и сделать кое-какие покупки. На обратном пути к кораблю они остановились пообедать. Пока они были на пути в следующий порт, Хуа Чэн привел их в зал ожидания только для взрослых. Они танцевали вместе и так прекрасно проводили время. В конце концов, Се Ляню пришлось извиниться и пойти в ванную. На обратном пути он заметил скудно одетую женщину-альфу, флиртующую с Хуа Чэном. Не раздумывая, он бросился к нему. —Сань Лан, — выпалил Он, фактически прервав разговор. Хуа Чэн посмотрел на него и улыбнулся: —Геге. С возвращением. Женщина-альфа оглядела Се Лянь с ног до головы с оценивающим выражением на лице. Она снова повернулась к Хуа Чэну. —Было так приятно увидеть тебя, Хуа Чэн. Я надеюсь скоро увидеть тебя снова. Она подмигнула ему и неторопливо удалилась. Се Лянь потерял дар речи. Он схватил Хуа Чэна за руку и подвел его к столу у края комнаты. —Сань Лан… кто это был? — спросил он. Хуа Чэн ответил: —Она узнала меня и спрашивала о казино. Она упомянула, что у нее тоже есть сеть отелей, и хотела получить некоторую информацию о том, как выглядит совместный бизнес. Се Лянь почувствовал себя немного лучше от этого, но ему не понравилось, как она смотрела на его парня. Он решил приглядывать за ней, пока они все еще были там, в гостиной. После этого они решили пойти поужинать. Это был самый ‘модный’ ужин круиза — последняя ночь на борту. Поскольку они жили в номере первого класса, у них даже была отдельная столовая. Они оба были одеты очень элегантно: Се Лянь в бело-золотом ансамбле, а Хуа Чэн в красном и темно-серебристом. Се Лянь собрался с духом, чтобы, наконец, заговорить о возможности большего в их физических отношениях. Он все еще не мог даже подумать о слове «секс» без того, чтобы не покраснеть от ушей до ключиц. —Итак, Сань Лан. Ты хорошо провел время во время поездки? — спросил Се Лянь —Конечно. Я наслаждался каждым моментом, проведенным с гэгэ. Ты тоже хорошо проводишь время? Се Лянь пошевелил пальцами под столом и посмотрел вниз. —Да. Это было чудесно. Я хотел спросить тебя… разве я тебе не интересен… таким образом? —Конечно, ты мне интересен. Почему ты спрашиваешь? Хуа Чэн поднял бровь. —Ну что ж… ты вообще не прикасался ко мне с тех пор, как мы здесь, и мы одни. Только мы вдвоем. Я подумал, что ты мог бы… хочу большего. — сказал он, и яростный румянец разлился по его лицу. Он, наконец, поднял глаза, чтобы встретиться взглядом со своим парнем. Хуа Чэн сидел очень тихо, просто глядя на Се Ляна. Он помолчал, прежде чем заговорить. —Гэгэ. Конечно, я хочу тебя. Я хотел идти в твоем темпе. Я не хотел давить на тебя или заставлять тебя чувствовать, что из-за того, что мы были одни, ты должен был сделать это для меня. Се Лянь обрел немного уверенности и ответил: —Я действительно хочу тебя. Я люблю тебя. Я хочу знать каждую твою сторону. Я никогда не испытывал ничего подобного ни к кому раньше, но я хочу исследовать это с тобой, если ты тоже этого хочешь. Хуа Чэн выглядел немного ошеломленным этим. В этот момент по внутренней связи раздалось объявление, сообщающее пассажирам, что они прибыли в последний порт путешествия и могут свободно исследовать его, если пожелают. Хуа Чэн пришел в себя и спросил: —Гэгэ. Не хочешь пропустить это исследование со мной? Се Лянь покраснел еще сильнее и кивнул головой. Они переплели пальцы и направились обратно в свою каюту. Когда они прибыли, Хуа Чэн улыбнулся Се Ляню и нежно поцеловал его в губы. —Ты можешь сказать мне остановиться в любое время, и мы остановимся. Я хочу, чтобы тебе было комфортно. —Спасибо, Сань Лан. Се Лянь улыбнулся ему в ответ. Он нервничал, но был так счастлив. Человек, которого он любит, отвечает ему взаимностью и хочет того же. —Не хочешь принять ванну со мной, гэгэ? - прошептал ему на ухо Сань Лан Се Лянь вздрогнул. —Конечно, звучит заманчиво. —Дай мне минутку, чтобы все было готово. Хуа Чэн вошел в ванную и закрыл за собой дверь. Се Лянь слышал, как по другую сторону двери льется вода. Он глубоко вздохнул и на мгновение сосредоточился. Затем он методично снял с себя одежду и заменил ее нижним бельем. Он знал, что ему придется снять его, чтобы принять ванну, но он хотел увидеть лицо Хуа Чэна, когда он увидит в нем Се Ляня. Он решил, что, вероятно, не будет особого смысла переодеваться после ванны, и хотел сделать сюрприз своему возлюбленному. Наконец Хуа Чэн крикнул: —Все будет готово, когда ты придешь гэгэ. Се Лянь медленно открыл дверь и был потрясен. Свет был приглушен, и повсюду горели свечи. В ванне были пузырьки, и комнату наполнял нежный аромат корицы. Он понял, что это был запах Хуа Чэна. Тот самый Хуа Чэн, который уже сидел в ванне. Его глаз был широко раскрыт, а уши порозовели. Се Лянь оценил его широкие плечи и широкую грудь. Его мускулы были восхитительно очерчены. Се Лянь сам немного покраснел и прошел немного вперед. —Я купил эту одежду специально для тебя и хотел воспользоваться ею. Тебе нравится? Хуа Чэн кивнул головой и расплылся в улыбке. —Ты выглядишь так красиво. Мое сердце едва выдерживает это. Се Лянь наклонил голову и спросил: —Спасибо. Могу я сейчас войти? Хуа Чэн промычал в ответ. Се Лянь медленно скатал один из чулок и положил его на прилавок рядом со сцинком. Затем он проделал то же самое с другим, не торопясь. Он чувствовал на себе взгляд Хуа Чэна, как клеймо. Он посмотрел на него снизу вверх и снял с плеча одну из кружевных бретелек сорочки. Он прошептал: —Так неплохо? Хуа Чэн горячо кивнул в ответ. Се Лянь широко улыбнулся. Он никогда раньше не испытывал такой уверенности, но то, как Хуа Чэн смотрел на него, заставляло его чувствовать себя сильным и непобедимым. Он снял другую бретельку и позволил сорочке соскользнуть вниз по телу, образовав лужицу на полу. Он просунул большие пальцы в трусики и очень медленно спустил их вниз. Он взглянул на Хуа Чэна. Его взгляд никогда не задерживался надолго на одном месте. Он рассматривал длинную, худощавую фигуру Се Ляня. Се Лянь был стройным, но имел изгибы там, где они были важны: пышные бедра, задница и ляжки. В остальном он был подтянутым, но нежным. Он снял ошейник, прикрывающий железы на шее, и его запах начал пропитывать воздух. Аромат Се Ляня был кофейным с легким привкусом можжевельника. Это был вкус и насыщенность кофе, но без горечи; и свежесть можжевельника, который был сосновым с легким оттенком лимона. Это был не очень сильный аромат, но нежный и так прекрасно сочетающийся с ароматом Хуа Чэна. Хуа Чэн глубоко вдохнул, и его зрачки расширились от аромата. Низкий рокот зародился глубоко в его груди. Се Лянь плавно подошел и опустился в воду — он сидел, прижавшись спиной к груди Хуа Чэна. Пара рук обхватила его и притянула вплотную к телу позади него, в то время как горячее дыхание шептало ему на ухо. —Ты такой дразнилка. Посмотри, что ты делаешь со мной. Он определенно чувствовал, что делает с Хуа Чэном. Горячая длина была прижата к его пояснице. Он тихо застонал. Се Лянь склонил голову набок, когда Хуа Чэн уткнулся носом в его шею. Он почувствовал, как тот глубоко вдохнул, а затем влажная полоска скользнула вверх по его шее. Он вздрогнул. —Ты так хорошо пахнешь, что я не могу насытиться. Он еще сильнее прикусил шею Се Ляня, облизывая его железы. —И вкус. Хуа Чэн застонал. Се Лянь тоже больше не мог терпеть поддразнивания. Он выгнул спину, прижимаясь задницей к Хуа Чэну. Он ахнул от этого ощущения и почувствовал, как грохот разорвал грудную клетку позади него. У него перехватило дыхание, и он сделал это снова. Пара рук удерживала его бедра на месте. Хуа Чэн прикусил его за ухо и пробормотал: —Если ты не прекратишь это, все закончится еще до того, как начнется по-настоящему. Се Лянь покраснел и посмотрел на Хуа Чэна, спрашивая: —Правда? Его встретили волчьей улыбкой: —Да, гэгэ. Ты понятия не имеешь, что ты со мной делаешь. Когда твое тело вот так прижимается к моему, это мечта, ставшая явью. —Я хочу большего, — прошептал Се Лянь. —Пожалуйста. Хуа Чэн на мгновение посмотрел на Се Ляня, в его темных глазах горел огонь. Он одарил его еще одной дикой улыбкой и поднял Се Ляня из ванны, держа его на руках. Они оба промокли насквозь, но ни одному из них не было до этого дела. Се Ляня несли в их комнату, как принцессу. Он обвил руками шею Хуа Чэна и притянул его к себе для поцелуя. Это отличалось от их других поцелуев. Он был горячим, влажным и таким вкусным. Се Лянь заскулил, когда Хуа Чэн отстранился, чтобы посмотреть на него. Он усмехнулся и осторожно опустил Се Ляня на кровать. —Я сейчас вернусь. Се Лянь не жаловался, потому что у него был великолепный вид на мокрый зад Хуа Чэна и мускулистые бедра, когда он повернулся, роясь в своем багаже. Когда Хуа Чэн снова повернулся к нему, у Се Ляня от этого зрелища потекли слюнки. Член Хуа Чэна был длинным и толстым и таким твердым, что из него текла смазка на кончике. Се Ляню хотелось попробовать его на вкус. Он подполз к тому месту, где стоял Хуа Чэн, и уставился на свой приз. Он крепко обхватил его и лизнул кончик, наслаждаясь вкусом. Рука Хуа Чэна вцепилась в его волосы, и он ахнул. —Извини, но мне нужно было попробовать. Я не мог устоять. Он посмотрел на Хуа Чэна и засосал кончик в рот. Хуа Чэн застонал, и его бедра дернулись. Се Лянь понял намек и глубже погрузился в его ствол. Он с трудом втянул воздух и встретился взглядом с Хуа Чэном. Хуа Чэн схватил его за подбородок и притянул к себе для грубого поцелуя, затем мягко, но быстро бросил его на кровать. Се Лянь лежал перед ним на спине, наблюдая, как он крадется вверх по его телу. —Я никогда не знал, что ты можешь быть таким грязным. Тебе это понравилось, не так ли? Прогрохотал Хуа Чэн. Се Лянь ответил: —Только с Сань Ланем. И притянул его к себе для еще одного влажного поцелуя. Руки Хуа Чэна блуждали по его телу, хватая и пощипывая. Вскоре они оба тяжело дышали, и Се Лянь почувствовал, как влажные пальцы скользнули у него между ног. Хуа Чэн зарычал. —Черт возьми, ты такой мокрый. Се Лянь заскулил. Хуа Чэн обошел его по кругу, чувствуя его скользкость. Он надавил пальцем и застонал, когда тугой, влажный жар охватил его. Он толкал его внутрь и наружу, насколько это было возможно. Се Лянь застонал и выгнул спину. Он был так возбужден, что думал, что может воспламениться. Хуа Чэн добавил второй палец. —Ааах Сань Лан. Пожалуйста. Еще, — выдохнул Се Лянь. —Терпение, дорогой. Я не хочу причинить тебе боль. Се Лянь видел, что в Хуа Чэне горел такой же огонь, как и в нем. Он не мог понять, как ему удается быть таким спокойным. —Еще немного гэгэ, и я дам тебе то, что ты хочешь. Голос Хуа Чэна слегка дрогнул. Это был единственный признак того, что его терпение кончается. Он добавил третий палец, и когда он согнул их, Се Лянь чуть не закричал. Ему казалось, что по его венам пробежала молния. Он задыхался: —Пожалуйста, пожалуйста, Сань Лан. Я не могу. Ты мне нужен. —Хорошо, гэгэ. Хуа Чэн медленно убрал пальцы, и Се Лянь заскулил от потери. Хуа Чэн наклонился над ним, спрашивая: —Ты готов? Терпению Се Ляня пришел конец. —Да, да, теперь ВСТАВЛЯЙ. Хуа Чэн крепко поцеловал его в губы, и Се Лянь почувствовал, как что-то более твердое и горячее прижалось к его входу. Он застонал, когда кончик вошел внутрь. Хуа Чэн тяжело дышал ему в шею, когда он входил и выходил, чтобы иметь возможность полностью сесть. Се Лянь чувствовал себя таким наполненным, в лучшем смысле этого слова. Как будто чего-то не хватало, а теперь все есть. Он держался за плечи Хуа Чэна и экспериментально покачивал бедрами. Они оба застонали, и бедра Хуа Чэна ответили толчком в него. Ощущения, которые они дарили друг другу, доводили их до исступления. Хуа Чэн толкался и вращал бедрами, в то время как Се Лянь приподнялся и вонзил ногти в спину Хуа Чэна. В воздухе пахло потом, сексом, смазкой и феромонами. Се Лянь больше не мог сдерживать свой голос. Он так громко стонал, что у него задрожали ноги. Се Лянь кончил с криком, покрывая свой живот спермой. Хуа Чэн жадно поцеловал его, как будто хотел впитать его в себя. Они двигались все быстрее и быстрее, пока Се Лянь не почувствовал, как основание члена Хуа Чэна начало набухать. —Свяжи меня узлом, — сказал Се Лянь, глядя на Хуа Чэна с внезапной ясностью. Хуа Чэн хмыкнул и ускорился, покрывая поцелуями его шею. Толчки начали становиться небрежными по мере того, как узел набухал. Он прижал его к краю Се Ляня, и тот задрожал. Он продолжал в том же духе, пока она не поддалась, и они не оказались сцепленными вместе. Хуа Чэн сильно прикусил язык, когда вошел в Се Ляня. Се Ляню так нравилось ощущение наполненности. Он знал, что ему нужно всегда иметь это при себе. Хуа Чэн приподнялся на локтях и посмотрел на Се Ляна сверху вниз. —Гэгэ… —Да, Сань Лан? —Мне жаль. Хуа Чэн захныкал. —Почему? Что случилось? Ты в порядке? Се Лянь начал паниковать. Разве это не было хорошо для Хуа Чэна так же, как и для него? —Я укусил тебя, когда кончил. Мне так жаль. Я даже не спрашивал. Хуа Чэн выглядел так, словно начинал паниковать. —Все в порядке, правда. Я не против. Это было не больно. Мне… понравилось. Се Лянь попытался утешить своего парня. —Нет, гэгэ. Я отметил тебя. Я укусил твою пахучую железу. Хуа Чэн побледнел и начал дрожать. —Ох… все в порядке, Сань Лан. Для меня было бы честью стать твоей парой. Если бы ты был не против? Се Лянь посмотрел с надеждой в глазах. Хуа Чэн моргнул, глядя на него, и по его лицу скатилась слеза. —Действительно гэгэ? Ты хочешь меня — навсегда? Се Лянь рассмеялся и сказал: —Конечно! Я никогда не мог хотеть никого, кроме моего Сань Лана. Спасибо тебе за это. Он протянул руку и провел по следу от укуса кончиками пальцев. Он чувствовал, что тот уже начинает слегка выделяться. С этими словами Хуа Чэн начал расслабляться. Се Лянь смахнул слезу поцелуем и улыбнулся. —Геге хочет отметить своего Сань Лана? Хуа Чэн ухмыльнулся. —Да. В следующий раз я тоже отмечу тебя, — сказал Се Лянь с мягкой улыбкой. Они сладко поцеловались, и Хуа Чэн смог выскользнуть из Се Лянь. Он встал и схватил мочалку, чтобы вымыть их обоих, затем забрался в постель и притянул Се Ляня к своей груди, положив его голову себе на подбородок. Он прошептал: —Я люблю тебя, геге. Се Лянь удовлетворенно закрыл глаза и ответил —Я тоже люблю тебя, Сань Лан.