Кофе и корица

Они уютно устроились в постели, когда услышали стук в дверь. Хуа Чэн сказал ему: —Не волнуйся, гэгэ. Я принесу. Он надел пару спортивных штанов и футболку и вышел, закрыв за собой дверь. Се Ляню было так уютно и он чувствовал себя в такой безопасности, что начал засыпать. Резкий стук разбудил его. Он натянул рубашку и шорты, стараясь не задеть свежую отметину на шее, и выбежал за дверь. Там была Хуа Чэн с женщиной-альфой из прошлого. Она обнимала его спереди, целовала его, а ее рука обхватывала перед его спортивных штанов. Хуа Чэн отпрянул назад и посмотрел на новоприбывшего. Он встретился взглядом с Се Лянем, и его лицо побледнело. Он начал говорить: —Геге…, - но был прерван. Се Лянь повернулся и захлопнул дверь, заперев ее на ключ. Он соскользнул по двери, держась за нее. Он почувствовал жгучую боль в груди и начал рыдать. Он испытывал самые разные эмоции, не уверенный, были ли они его собственными или нет. Внутри него бурлили ярость, страх и боль. Раздался тихий стук в дверь. —Гэгэ… Хуа Чэн тихо заговорил: —Гэгэ, пожалуйста. Это не то, на что было похоже. Пожалуйста, ответь мне. Се Лянь крикнул в ответ: —Уходи! Я не могу тебе поверить! Оставь меня в покое. Я никогда не должен был доверять тебе. Мне не следовало приходить сюда. Произнеся эти слова, он заплакал еще сильнее. Его сердце разбилось вдребезги. Он почувствовал, как присутствие по ту сторону двери исчезло. Зияющая пустота заполнила его, когда все остальные эмоции ушли. Его телефон начал гудеть от звонка Хуа Чэна. Он выключил его, забрался на кровать и плакал, пока не заснул. К тому времени, когда Се Лянь проснулся, корабль уже был на пути к порту, где они должны были высадиться. Он застрял на этом корабле на следующие несколько часов, поэтому решил вообще не выходить из комнаты. Он не хотел столкнуться с этой женщиной или Хуа Чэном. Хуа Чэн. Одна мысль о нем снова разрывала его кровоточащее сердце. Он остался в постели и заплакал. Наконец пришло объявление о том, что они прибывают в док, и пассажирам следует собрать свои вещи и проследовать к трапу. Се Лянь упаковал свои вещи, любезно упаковал и вещи Хуа Чэна. Он оставил чемодан Хуа Чэна прямо за дверью, выключил свет и ушел. Он направился со своими пожитками к линии, где высаживались другие пассажиры. Когда он был на полпути вниз по трапу, он услышал крик. —Гэгэ! Гэгэ, пожалуйста! Он огляделся и заметил Хуа Чэна на вершине трапа, без багажа. Он проталкивался сквозь толпу, пытаясь быстрее добраться до Се Ляня. Се Лянь посмотрел на него с отсутствующим выражением лица и поднял руку, жестом приказывая ему остановиться. Затем он развернулся и продолжил свой путь вниз по пандусу. Он пытался высоко держать голову ради собственного достоинства, но не мог остановить слезу, скатившуюся по его щеке. Он вызвал uber, чтобы тот отвез его домой, и стал ждать у дороги. Он почувствовал, что кто-то приближается к нему, и съежился. Он ничего не мог поделать, но крепко держал себя в руках. —Геге, куда ты идешь? Позволь мне отвезти тебя домой и объяснить, пожалуйста. Се Лянь держал себя в руках и говорил сквозь зубы, чтобы они не стучали. —Хуа Чэн. Я вызвал себе uber. Я взрослый. Я сам найду дорогу домой. А теперь, пожалуйста, оставь меня в покое. Я занят. Он не смотрел на Хуа Чэна, но почувствовал, как тот уходит. Он опустился на корточки и попытался взять себя в руки. Он сказал себе, что не будет плакать, пока не вернется домой. От первого лица Хуа Чэна Се Лянь и Хуа Чэн обнимались после того, как впервые занялись любовью. Хуа Чэн чувствовал себя таким довольным и счастливым. Он никогда не ожидал, что так отметит Се Ляня, но и то, что он примет и полюбит его как пару. Он наклонился и поцеловал Се Ляня в лоб. Се Лянь наклонил голову, чтобы встретиться с ним взглядом, и они улыбнулись друг другу. Они наклонились, чтобы поцеловаться, когда услышали стук в дверь. Хуа Чэн не собирался позволять своей новоиспеченной паре гэгэ встать, поэтому он надел спортивные штаны и футболку, успокаивая Се Ляня словами: —Не волнуйся, гэгэ. Я гляну. Он улыбнулся ему, закрывая за собой дверь. Когда он обернулся, то заметил ее — скудно одетую альфу из гостиной. Хэ Сюань. Та самая Хэ Сюань, которая раньше работала на него, а теперь в большом долгу перед ним. —Чего ты хочешь? Хуа Чэн смерил ее ледяным взглядом. —О, ничего, я просто случайно оказалась в том же круизе, что и ты и твой дорогой. Кстати, как он поживает? Пахнет так, как будто вы спарились, но я не вижу на тебе никаких отметин. Разве он не хотел пометить тебя в ответ? Язвительно ответила Хэ Сюань. Хуа Чэн зарычал на нее, в его груди нарастал глубокий рокот. Он должен был защитить свою пару любой ценой. —Не обращай на это внимания. Я пришла посмотреть, как я могла бы немного вернуть свой долг. Хэ Сюань хищно ухмыльнулась ему. —Убирайся отсюда, и я скину два процента. Хуа Чен пристально посмотрел на нее. —О, дорогой, мне нужно больше двух процентов, чтобы оставить тебя в покое. Как насчет 10 процентов? Она протянула руку и скользнула вверх по груди Хуа Чэна. Он схватил ее за запястье и ответил: —Не прикасайся ко мне. Убирайся отсюда, или я удвою твой долг. —Я не могу этого допустить. У меня есть планы, милый. Она печально улыбнулась и ударила свободным кулаком по двери в комнату. —Оставь его в покое! Хуа Чэн зарычал, но Хэ Сюань бросилась на него, целуя и хватая за промежность. Прежде чем он успел сбросить ее с себя, дверь открылась, и он встретился взглядом с очень бледным Се Лянем. Хуа Чэн почувствовал, как кровь отхлынула от его лица. Он сбросил с себя Хэ Сюань и закричал: —Гэгэ! Но дверь захлопнули у него перед носом и заперли. Он повернулся к Хэ Сюаню с жаждой крови, бурлящей в его венах. —Уходи. Сейчас. Или я.. Она ухмыльнулась и поправила волосы. —Думаю, я оставлю тебя наедине с этим. Позвони мне, когда захочешь расплатиться с моим долгом. Она подмигнула и ушла. Хуа Чэн не стал лишать ее еще одной мысли. Он присел на корточки у двери и тихонько постучал. —Гэгэ… Гэгэ, пожалуйста. Это не то, на что было похоже. Пожалуйста, ответьте мне. Он надеялся, что сможет как-то объяснить ситуацию. Ему была ненавистна мысль о том, чтобы каким-либо образом причинить боль Се Ляню. Из-за двери донесся приглушенный крик Се Ляня: —Уходи! Я не могу тебе поверить! Оставь меня в покое. Я никогда не должен был доверять тебе. Мне не следовало приходить сюда. Он слышал, как его гэгэ плачет по другую сторону двери. Он попытался дозвониться на телефона Се Ляня, но звонок отклонили. Слеза скатилась по его щеке, и он отступил, решив дать Се Ляню пространство. Он позволил бы ему успокоиться и объяснить ситуацию, когда они оба были бы благоразумны. К счастью для него, на том же этаже была пустая каюта, которую он смог купить, чтобы ему было где переночевать этой ночью. Не то чтобы он был в состоянии заснуть. Мысли путались у него в голове. Что, по мнению Се Ляня, произошло? Как он может заставить Се Ляня слушать достаточно долго, чтобы услышать его объяснение? Захочет ли он выслушать? Он держал ухо востро, прислушиваясь, не идет ли кто по коридору. Он хотел иметь шанс найти Се Ляня, если тот решит искать Хуа Чэна. Он сидел там, погруженный в свои мысли, достаточно долго, чтобы корабль вошел в порт, прежде чем он осознал это. Наконец пришло объявление о том, что они прибывают в док, и пассажирам следует собрать свои вещи и проследовать к трапу. Это был его шанс найти свою пару и убедиться, что с ним все в порядке. Он открыл свою дверь как раз вовремя, чтобы уловить край волос Се Ляня, когда тот поворачивал за угол. Хуа Чэн помчался за ним, но не был уверен, какой маршрут он выбрал. Он слишком долго оглядывался по сторонам. К тому времени, как он добрался до трапа, Се Лянь был уже на полпути вниз. Он крикнул ему вслед: —Гэгэ! Гэгэ, пожалуйста! Он начал проталкиваться сквозь толпу, пытаясь добраться до Се Ляня. Он чувствовал боль в запахе Се Ляня, и это проделало дыру в его сердце. Он это сделал. Недоразумение, да, но именно Хуа Чэн заставил его запах утонуть в печали. Он поднял голову, и его глаза встретились с глазами его возлюбленного. У него было непроницаемое лицо и он был очень бледен. Люди двигались вокруг них, но казалось, что мир стоит на месте. Се Лянь поднял руку в жесте ‘стоп’. Он развернулся и поспешил закончить высадку. Хуа Чэн был ошеломлен. Он вырвался из этого состояния и бросился вперед. Он увидел Се Ляня, ждущего у дороги, надеясь, что тот ждет Хуа Чэна, чтобы тот отвез его домой. Когда он приблизился, то увидел, как Се Лянь замкнулся в себе. Он замедлил шаг и крикнул: —Гэгэ, куда ты идешь? Позволь мне отвезти тебя домой и объяснить, пожалуйста. Се Лянь говорил сквозь зубы, по-видимому, сердясь. —Хуа Чэн. Я вызвал себя uber. Я взрослый. Я сам найду дорогу домой. А теперь, пожалуйста, оставь меня в покое. Я занят. Хуа Чэн почувствовал себя так, словно его ударили в грудь. Он медленно отступал от человека, которого любил больше всего на свете. Он наблюдал, как его возлюбленный присел на корточки, чтобы удержать себя, как будто он развалится на части, если не сделает этого. Хуа Чэн никогда еще так не ненавидел себя.