Милосердие

      Ты открываешь глаза и осматриваешься. Белизна потолка, стен, пола и простыней ослепляет, и ты зажмуриваешься на несколько секунд, прежде чем пробуешь снова. Сознание только сейчас различает громкий звуковой сигнал, и это, в сочетании с капельницей возле кровати, делает очевидным твое местоположение.       "У меня был передоз?" ― думаешь ты, и без того уже зная ответ. Тебе давно стоило отказаться от этих таблеток, ты даже не знал, зачем принимаешь их. Но ты просто не мог остановиться. Как будто они были созданы для того, чтобы на них подсесть.       "Как будто"? Их определенно создали с этой целью. А ты – простая марионетка, созданная для того, чтобы впадать в зависимость от всего на своем пути. С тех самых пор, как, будучи ребенком, не мог отказаться от сахара. И твоя Atari, в которую ты, едва вернувшись со школы, играл вплоть до отхода ко сну. Родители не видели в этом никакой проблемы, телевизор растил тебя вместо них, и за это они, вероятно, были ему благодарны.       Когда ты подрос, лихорадка видеоигр утихла, но не твоя потребность на чем-то зацикливаться. Ты заменил игры и сахар на ночные клубы и водку. Каждый вечер ты выбирался из дома с фальшивым удостоверением в кармане и находил дыру, где можно было пить и танцевать до утра. Постепенно на смену танцам пришел секс, но тебе всегда было сложно находить партнеров по вкусу, а если и получалось, то исключительно на одну ночь – вряд ли бы родители одобрили твой "вкус".       Но ты не принимал наркотики. Ты отчетливо понимал, что тебе конец, если хотя бы раз ты что-то попробуешь. Конечно, тебе было любопытно, ведь все твои друзья принимали то одно, то другое, при этом смеясь над тобой и называя стрейтэджером, даже когда ты пьяный валился с ног. Но ты стойко держался.       Впервые найдя таблетки, ты тут же их выбросил. Но перед этим хорошенько рассмотрел. На этикетке значилось твое имя, остальное же было зачеркнуто. Не придав всем этим странностям особого значения, ты швырнул баночку в мусорный контейнер под окном. Ты только что проснулся и все еще не отошел от прошлой ночи. На следующий день они снова стояли на твоем подоконнике, и на этот раз реакция у тебя была правильная:       ― Серьезно, что за хуйня?       Как самый настоящий параноик, ты обыскал всю комнату в поисках незваного гостя, но никого не обнаружил.       Ты врываешься в гостиную, где мама на своем привычном месте смотрит сериал и дымит сигаретой в пожелтевших пальцах.       ― Мам? Это ты оставила их в моей комнате?       ― Что оставила? Дэйви, ты уже взрослый и сам можешь постирать свои вещи.       Что ты и делал: и свои, и ее, и своего отца. Ты встряхиваешь пузырек, заставляя таблетки внутри греметь:       ― Я об этом.       ― А? А что это такое? Покажи-ка.       ― Нет, я... Я не знаю, что это за таблетки. Хотя здесь написано мое имя. Я их выброшу.       ― Не глупи. Хотя бы попробуй. Что, если они хороши?       Направляясь в ванную, ты вздыхаешь на свою безответственную мать. "Хороши? Думаешь, из-за них я начну срать золотыми кирпичами или что?"       Она все еще бормочет что-то насчет продажи таблеток, когда ты спускаешь их в унитаз.       Проснувшись следующим утром и обнаружив их на том же самом месте, ты испытываешь смесь страха и раздражения. Даже баночка кажется аналогичной той, которую ты выбросил в мусорное ведро накануне, с такой же выцарапанной этикеткой.       Тогда ты проводишь эксперимент. Закрываешь окно и жалюзи, берешь баночку и прячешь ее в своем тайнике – дыре за кроватью, прикрытой крышкой от розетки.       Утром ты открываешь один глаз, уже зная, что они окажутся на прежнем месте. Клубы, алкоголь и секс внезапно отходят на задний план, в то время как загадочный пузырек с таблетками выступает вперед. И прямо сейчас ты смотришь в лицо своей новой навязчивой идее.       Ты вскакиваешь с кровати и проверяешь тайник. Он пуст, и от этого по твоему позвоночнику бежит холодок. Хватаешь баночку, которая стоит на подоконнике, и высыпаешь ее содержимое на комод, выстраивая таблетки в ряд. Их десять – меньше, чем ты предполагал. И все они простые и белые, без кодов и маркировок, которые бы позволили хоть как-то их распознать.       Одну из таблеток ты нюхаешь, но она совершенно ничем не пахнет. Ты лижешь ее, и искушение попробовать лижет тебя в ответ. Тогда ты нервно ссыпаешь их обратно в баночку. Какой в этом смысл?       После ты решаешь спать с баночкой в руке, перед этим убедившись, что твои дверь и окно надежно заперты, а в комнате никто не прячется.       Когда ты просыпаешься, то все еще сжимаешь пузырек, но он открыт, а между двумя пальцами у тебя зажата таблетка. Ты коротко смеешься, подкидываешь ее в воздух и глотаешь без воды.       ― Ну вот! Теперь ты счастлив? ― кричишь ты, вынуждая отца орать в ответ, чтобы ты заткнулся нахуй. Ты садишься и ждешь. Поначалу кажется, что ничего не произойдет, но потом ты смотришь на свои руки, и они плавятся. Ты сдерживаешь очередной крик и вместо этого стонешь от отчаяния.       Твое лицо в зеркале тоже тает, а вместо глаз у тебя – две черные дыры. Тогда ты понимаешь, что это галлюцинация, и бежишь в ванную, чтобы умыться холодной водой. Когда в раковину начинают стекать куски кожи и плоти, ты пытаешься убедить свой мозг в том, что это просто вода.       Ты бросаешь еще один взгляд на свое отражение, и в этот раз на месте лица видишь восковую маску – красную и безликую. Ты засовываешь в горло палец, и тебя рвет в унитаз. Наполовину растворившаяся таблетка плавает кругами, извиваясь, как червяк.       Ты до боли в животе глотаешь воду прямо из-под крана, затем возвращаешься в свою комнату, ложишься и закрываешь глаза.       Тебе удается продержаться десять дней, прежде чем попробовать еще одну таблетку.