Моя реальность.

Удар по всем, по Владимиру, по Василию, по Анне. Только вот кому какой лучше. И наблюдая за тем, как стремительно меняется спектр эмоций на их лицах, как удивление меняется на непонимание, на гнев, на негодование, Акса улыбалась. В конце концов она вышла чуть вперёд, складывая руки на груди. На удивление, чувствовала себя лучше. А потому уверенным голосом начала говорить, прерывая плотную и липкую тишину. —Вы не ослышались и отнюдь не рады этому. А почему же... Ха-ха-ха-ха-ха! Прошу, не отказывайте мне в удовольствии озвучить это самой!—Ослепительно улыбнулась княжна во все 32 зуба, зачёсывая пальцами волосы назад, хоть они всё равно потом распадутся так, как им приспичит. И первым она подошла к Василию. —Думаю стоит сказать спасибо тебе, мы бы не поссорились, не старайся ты это устроить, следовательно я бы не истощила свой организм вплоть до потери сознания на 3 дня и наверняка не узнала бы о беременности до срока. Ты так отчаянно мечтал взять меня в жёны, что сейчас почти наверняка надломился. Как ты можешь понять, оставь свои жалкие попытки, я не то что не выйду за тебя, так я ещё и никогда не вернусь в этот город и в помине. Надеюсь мы поняли друг друга. —Василий так и не вымолвил не слова. — Это не идеальный мир. —Неопределенно махнув руками, княжна подошла к царевне. — Знаешь что? Ты меня очень сильно бесишь, почти так же сильно, как пылает в тебе ненависть ко мне. Однако! Прошу заметить, я позволяю Владимиру продолжать ваши отношения, надеюсь что если ты таки захочешь продолжить встречи с братом, ты не будешь пытаться расстроить и мою жизнь. Я знаю, что ты это можешь, я знаю что ты это любишь, но не трогай меня вообще. —Ты и не смогла бы ему что то запретить. —Решилась возразить Анна. Но не тут то было, разведя руками, княжна будто зажгла свои глаза. —Ты не в курсе, но есть несколько причин. Во-первых. Я - такой же член династии, как и брат, я точно так же могу вести за собой народ и в равной степени участвовать в принятии решений, касающихся государства. Во-вторых. У нас с Владимиром очень доверительные отношения, может мы и не сюсюкаемся, как многие братья с сёстрами, но мы друг другу верим на слово и готовы прислушиваться к мнению, что касается многих личностей. В-третьих. Пожалуй самое опасное. Напомню, я - киндиго! То есть могу менять реальность, могу менять и сознание. Я действительно умею "капать на мозги", и если бы практиковала сейчас, ни о каких встречах не было бы и речи. —Хах. —Чтож. И такой реакции мне хватит. Просто молчи, как и твой дорогой брат. А я потолкую со своим. —Акса приблизилась к Владимиру, немного заходя за спину. —Дома поговорим. Подготовь аргументы, если не хочешь чтоб я тебя закопала. —И вновь отдалилась, тут же попадая к объятия Сэношэ. —Акса! Твою мать, не смей так пугать больше. Над кем я угорать ещё буду? —Улыбался Байкальский, потрепав по волосам подругу, уводя ближе к выходу. —А речь сильная кстати, молодца. Я тебе такое на ладье покажу, закачаешься!) —Да ладно, братишь. Ты мои краски не забыл? Так в веселом хохоте киндиго первые и вышли из зала. За ними уже двинулись и остальные. Довольный Олаф, шокированные дети и Добрыня, а последним чуть хмурый Владимир. Наконец вздохнув с облегченьем, царевна подошла к брату, как вышел последний из русичей. —Она хотела бы жить вечно. Стать той, о ком говорят бесконечно. Она девятый круг ада, так почему ей все рады? —Не знаю, Анна. Она просто поражает до глубины души, как роза, что распустилась зимой. —Аах. Хватит романтизировать.

***

Тем временем последнее киевское судно отчалило от причала Царь-града. С улыбками на лицах многие смотрели вдаль, уже предвкушая просторы родной земли. Стоя на карме, Аксиния чувствовала облегчение от покидания земли верующих в единого бога. И была рада вновь помериться с любимым, а потому и прижалась к нему, стоящему рядом. —Олаф, я очень соскучилась. Но и я так рада. —Я тоже, княжна. Как же так получилось, что ты узнала о беременности только сейчас?— он обнял жену, смотря то на неё, то вдаль. —Лунный показал. Оказывается, уже с начала лета я была беременна. И знаешь.. Хоть я и была той, кто больше всех твердил, что не выйду замуж и не хочу рожать...Я вполне довольна ситуацией. Хотя может просто ещё не до конца дошло. —Да, точно. И без сознания ты не просто так находилась, а слова копила. —Ну а что такого?) —Улыбнулась девушка, сверкнув разноцветными глазами. — Ты вообще то тоже должен радоваться. Моя беременность от тебя избавила нас от многих проблем. И не просто избавила, а поставила ультиматум этим грекам, и крест на меня в их планах! —Да-да, молодец. —Он поцеловал девушку в лоб, уверенно улыбаясь. — Но кое-что ты мне объясни. Как же ты забеременела, если утверждала что без твоего чёткого желания это невозможно. —А это... —Мне тоже интересно знать. —Подошёл незаметно Сэношэ, пристраиваясь рядом. —Что? Мне надоело вас со стороны подслушивать. Рассказывай. —Ладно.. Так вот. Помните, я в мае очень-очень сильно напилась? —"Очень-очень сильно", это мягко сказано. Ты буквально всю ночь мне спать не давала. —Подметил варяг. — Соглашусь с ним, было крайне сложно тебя оттащить сперва от бутылки, потом от той хаты, где ваш тусич бухал, а потом от меня. —Встрял Сэношэ, поправляя волосы. —Так. Заткнитесь, чтобы я рассказала. Продолжим. В тот момент видимо где то на уровне подсознания и возникло это желание. А потому как, как раз хотелось сэкса, то в принципе закрутилось, завертелось и оппана. —А к полудню естественно нихера не помнила, ни о своих желаниях, ни о том, где ты вообще нажралась.—Янтарные глаза строго посмотрели на красноволосую. —Зато бояре меня тогда задрали. Башка раскалывалась, а они лезли и лезли со своими делами государственными. —Верим. Олаф отошёл к князю, а разговор Аксы и Сэношэ продолжился, причем продолжался он до самого приезда. И окончился тем, как же хорошо наконец то вернуться домой.