Гори моим огнем

      - У тебя милые веснушки. – от неожиданно появившейся сбоку девчонки, Тоша аж вздрогнул, после слегка испуганно смотря на нее.       - Чего?       - Веснушки, говорю, у тебя красивые. – девушка улыбнулась, демонстрируя разноцветные брекеты. Тоша про себя подметил, что она уже странная. Она была явно из его корпуса, а значит хотела умереть. Зачем исправлять зубы, если собираешься на тот свет? – И волосы такие прикольные. Цвета жвачки. Вот бы мне такие. Но если свою черноту осветлять начну, то вообще без волос останусь.       - А-ага. – Тоша немного пришел в себя, отводя взгляд от разговорчивой незнакомки. Своими движениями он пытался дать понять, что не особо хочет разговаривать: засунул руки в карманы брюк, чуть ссутулился, опустил голову. Он пытался игнорировать девушку, но та явно была настойчивой.       - Я Светик. Ну… Света. Но все зовут Светик. Иронично. Слушай, а ты…       - Может хватит? – Тоша остановился и посмотрел на нее, нахмурившись. – Чего ты ко мне пристала? Рот не затыкается. Я сюда приехал не друзей заводить. Так что отстань от меня, а?       - Оу… Я… - Света растерялась, начиная заламывать пальцы, и опустила голову. – Мне сестра посоветовала больше говорить. Сказала, что так смогу стать уверенней. А если буду уверенней, то уйдут все мои наклонности. И… я не подумала. Прости. Просто…       - Поздравляю. Твоя сестра тупая, раз дает такие хреновые советы. – Тоша фыркнул и пошел дальше. На душе стало немного гадко от самого себя. Вот зачем он девушке нагрубил? Она же ничего плохого не сделала.       И тут парня словно осенило. К нему вернулось осознание того, где он находится, и что за люди его окружают. Ведь Света такая же как он. Одно лишнее слово могло привести к беде. Тоша обернулся и посмотрел на девушку. Та сидела на корточках и будто что-то искала на земле. Парень знал, что именно - достаточно острый камушек или вообще хоть что-нибудь, чем можно повредить себя.       - Эй. – Тоша окрикнул ее, после подходя ближе и хватая за локоть. Он заставил ее подняться, после заглядывая в глаза. Плакала. – Мы сейчас из-за тебя на собрание опоздаем. Пошли уже.       Парень взял ее за руку и потащил за собой. Какое ему дело до этой девушки? Чего он так распереживался? Испугался, что ее смерть будет на его руках? Тоша старался не думать о том, к чему могли привести его грубые слова.       - Я сначала говорю, потому думаю, – тихо произнес парень, глянув на Свету. Та шла, опустив голову, явно погруженная в свои мысли. – Нечем тут калечиться. Все отобрали.       - Ага. У меня даже точилку забрали. – девушка усмехнулась, поднимая голову и вытирая щеки от слез.       - Естественно ее заберут. Там же лезвие. Они прекрасно знают, что открутить его можно с легкостью. Ну или как минимум сломать эту точилку, чтобы достать. Они не дураки здесь.       - У пацана одного линейку забрали. Ей-то как покалечиться можно?       - Если железная, то легче легкого. А если пластмассовая, то хлестать себя можно ею. Деревянную можно разломать и щепку куда-нибудь воткнуть. – Тоша пожал плечами, после замечая, что до сих пор держит девушку за руку. Слегка покраснев, он быстро отпустил ее и убрал руки в карманы.       - А ты прошаренный. Давно в этом деле? – Света вновь начала улыбаться, сцепив руки за спиной.       - С двенадцати лет. Чего только не перепробовал. Но самое эффективное – порезы. Моментальное облегчение. – парень вздохнул, глянув на девушку. – А ты? Девушка прикусила губу, после собирая волосы в хвост и поднимая. В районе висков и затылка были характерные залысины.       - А, волосы дерешь. Тоже так делал на начальном этапе. Ты видимо только недавно начала. Со временем перестанет помогать. Вообще подобные методы перестают помогать. Боль резкая, это хорошо. Но она быстро уходящая.       - Ты прямо профессионал в этом деле. Это… на самом деле звучит пугающе. – Света пригладила волосы обратно, чтобы не было видно залысин. – Ты, кстати, в душе уже был? Я заглянуть успела. Там какие-то механизмы на кранах интересные. Они не дают изменить температуру. Комнатная бежит и все. Ни горячее, ни холоднее.       - Здорово. Значит очередей в душ не будет. Никто не будет зависать там по два часа, варясь в кипятке. – Тоша усмехнулся, после обдумывая слова, которые сказала Света.       Она была права. Тошу действительно можно было назвать профессионалом в сфере селфхарма. За семь лет в этом деле он перепробовал столько всего, что трудно сосчитать. Однажды он даже познакомился в интернете с парнем, который оказался садистом. Отношения не продлились слишком долго, но за хорошую порку Тоша был ему благодарен. На спине даже осталась пара шрамов после одной такой сессии.       Парень и не заметил, как они дошли до центрального корпуса. Тут располагались жилые комнаты персонала, кабинеты, а также комнаты терапии. Тоша успел перед выходом немного изучить предоставляемые услуги: и комната гнева, и арт-терапия, и всякая йога с ароматерапией. В общем, всякие ухищрения, чтобы каждый успокоил нервы и отвлек свой мозг от ненужных мыслей. В какой-то момент в парне даже проснулся легкий ажиотаж, желание попробовать все это. Могло показаться, что здесь будет не так уж скучно, как представлял изначально Тоша.       Поднявшись на крыльцо, парень вместе со Светой зашел внутрь и пошел в сторону нужной комнаты. По пути Тоша не отказал себе в удовольствии рассмотреть девушку повнимательнее. Его всегда удивляло то, что такие красивые девушки могут быть такими как он. Почему-то ему казалось, что если ты красивый, то у тебя не должно быть проблем. Какие мысли о смерти и желание себя изувечить, если каждый второй тебя хочет? Света явно была из числа таких красоток: милое овальное личико с курносым носом, черные волнистые волосы, длинная шея, красивая фигура. Девушка явно не была худой, но и пышкой назвать ее было сложно. За такую фигуру в виде идеальных песочных часов добрая половина девчонок убить готова. Это было заметно даже под слегка мешковатой кофтой и свободными штанами.       - Чего так смотришь? Любуешься? – Света заметила взгляд Тоши и усмехнулась, чуть краснея.       - Вот еще. Больно ты мне нужна. – парень наигранно надменно фыркнул, смотря перед собой. Он заметил табличку с нужным названием и подошел к двери. Постучавшись, Тоша открыл ее и зашел внутрь.       Внутри уже было несколько человек, в том числе сосед Тоши, а также их куратор Эрик Львович. Все сидели в креслах-мешках, расставленных по кругу.       - А вот и оставшиеся. Проходите, садитесь. – куратор мягко улыбнулся и указал на два свободных мешка. Ребятам ничего не оставалось, как просто подойти и сесть рядом. – Ну что. Раз уж все в сборе, то мы можем начинать. Данная терапия обязательна к посещению. Она проводится каждый день, вечером, в одно и тоже время. Думаю, вы запомните. Всем вам определенно нужно общение, и здесь вы будете выговариваться. Некоторые ребята уже знакомы между собой, знают как проходят такие вечера. Так что давайте начнем с новеньких. Представьтесь, расскажите немного о себе. Обязательный пункт рассказа – ваш первый раз, когда вы осознанно навредили себе.       Начала, конечно же Света. Видимо она решила продолжать следовать совету своей сестры. Оказалось, что Света художница, и вся ее семья, кроме младшей сестры и умершей бабушки, терпеть не может это увлечение девушки и не верит в то, что на этом можно зарабатывать. Света рассказала, что закончила художественную школу вместе с обычной, а после поступила в институт искусств. Ее радостный тон довольно быстро прервался, когда Эрик напомнил, что нужно рассказать о первом разе. Девушка молчала несколько секунд, а после рассказала про первый случай в шестнадцать. Мать выбросила ее работу для конкурса, в очередной раз напомнив, что девушка, по ее мнению, занимается ерундой. Тогда Света очень долго просидела в ванной. Она пыталась успокоиться и отогнать от себя мысли о ненависти к собственной матери. Очнулась она от того, как выдирает собственные волосы. После Света даже, как и Тоше, показала всем остальным свои залысины на голове. Одна девушка ее поддержала, рассказав, что однажды сделала с собой нечто подобное.       - Значит ты пыталась заглушить свои негативные эмоции вместо того, чтобы поговорить с мамой? Тебе так страшно с ней разговаривать? – Эрик посмотрел на Свету, чуть приспустив очки на кончик носа.       - Она не может понять, что для меня мои картины. Что для меня искусство. Я пыталась ей объяснить, но она и слушать не желает. – Света подтянула колени к груди, обнимая их.       - Нет-нет. – мужчина поднялся и подошел к девушке. – Не закрывайся.       Он заставил ее сесть нормально, после заглядывая ей в глаза.       - Я здесь не для того, чтобы осуждать тебя. Я здесь для того, чтобы понять тебя. От меня не нужно закрываться. Хорошо? Если ты хочешь, более детально мы можем с тобой это обсудить на личной терапии. Я дам тебе свое расписание. – Эрик мягко улыбнулся, погладив девушку по плечу, после поднимаясь и возвращаясь на свое место.       Последующие ребята рассказывали о себе куда более сухо. Кратко – имя, первый раз. Никто толком не уходил в причины того случая. Дошла очередь и до Тоши. Он немного растерялся, думая о том, как ему рассказать. Вспомнить свой первый раз не составило труда. Он четко до сих пор помнил этот день. Ту обиду, которую испытывал, тот стыд. Но хватило бы ему сейчас сил на то, чтобы рассказать все это людям, которых он видит впервые в жизни?       - Чего молчишь, Антонина? – парень, который приехал с ним сегодня, хохотнул, глянув на Тошу.       - Влад, без издевок, пожалуйста. Хорошо? Думаю, это последнее место, где вы бы хотели испытывать что-то подобное. Будь благосклонней.       - А почему Антонина? – кто-то из девчонок явно заинтересовался тем, почему же парня называют женским именем.       - Да Тоша я, Тоша. – Тоша фыркнул, скрестив руки на груди и нахмурившись. – Я интерсекс, отвалите уже с этой Антониной. Ну не меняю я паспорт. Что такого? Я может до двадцати не доживу. Зачем мне его менять?       Парень осекся, поняв, что начал повышать голос. Поджав губы, он глянул на куратора исподлобья. Тот смотрел на него, продолжая улыбаться. И снова Тоша завис, любуясь его лицом. Русые кучеряшки, точеный подбородок, нос с легкой горбинкой. Он явно не был идеальным красавчиком с обложки, но и уродом его нельзя было назвать.       - Тоша? Ты все же представишься? – Эрик поддался чуть вперед, улыбнувшись шире. Справа на щеке тут же появилась ямочка.       - А, да… Тоша. Я Тоша. – парень опустил голову, немного теребя розовую челку пальцами. – Я… Первый раз…       - Все хорошо. Тебя здесь никто не осудит. – мягкий бархатный голос оказался слишком близко. Парень поднял взгляд и чуть было не шарахнулся в сторону, как испуганный кот. Куратор сидел прямо перед ним на корточках. – Расскажи мне.       - Да там нечего рассказывать. Это… Это было в… - Тоша обреченно вздохнул, обводя взглядом присутствующих ребят, а после вновь опуская голову. Все же не особо ему хотелось делиться чем-то подобным. – Это было в двенадцать. В школе. Я в этом возрасте начал меняться уже. Начался переходный возраст. Я начал превращаться в мальчика. У меня начал ломаться голос. И прочие прелести мужского взросления. От внимания одноклассников это не ушло. Они начали меня шпынять. Нашли, так сказать, козла отпущения. Один раз подшутили и какой-то дрянью ручку обмазали. Руки горели, чесались. Я побежал отмывать. Злой был, как собака. Сунул руки под кран, включил воду, а там кипяток. Я сначала одернул, а потом обратно сунул, чтобы скорее смыть. Понял, что будто стало легче. Постоял так некоторое время, пока руки совсем красные не стали. Ну и начал потом иногда повторять.       - Я тоже так делал. – признался Эрик. Тоша поднял на него ошарашенный взгляд. – А вы что думали? Я никогда себе не вредил? Конечно вредил. Поэтому и стал потом психологом.       Мужчина поднялся и вернулся на свое место. Он закатал рукава и показал всем несколько старых шрамов на руках.       - Видите? Я такой же, как вы. Был таким. Мне помогли. А теперь я помогаю вам.       Этот поступок явно добавил куратору плюсов. Даже Тоша проникся к нему легким уважением. Он не просто психолог, который будет прочищать им мозги. Он такой же покалеченный. Один из них. Точнее был одним из них. Он вылечился, стал нормальным. Это заставило Тошу задуматься о том, что может и у него удастся вылечиться? Может он не безнадежен? Может и у него есть желание жить? Где-то глубоко в душе, далеко, спрятано ото всех и от него самого.       После терапии Тоша задержался в комнате. Помимо него здесь остались Эрик и Света, которая выясняла, когда она может ходить к куратору на личные консультации.       - Тоша, ты тоже хочешь ко мне записаться? – Эрик заметил сидящего парня и подошел к нему, присаживаясь рядом.       - Что вас заставило прекратить это делать? – парень посмотрел на мужчину, поглаживая собственную руку. Даже сквозь ткань этой водолазки он чувствовал шрамы.       - Девушка. Я начал встречаться с замечательной девчонкой, которая смогла вытянуть меня. Я бросил колледж, в котором учился и перешел в другой. Потом мне помогала учеба сдерживать себя. И просто каждый раз, когда хотелось вновь навредить себе, я звонил своей девушке и разговаривал с ней. Вот почему здесь обязательны терапии. Чтобы вы проговаривали кому-то свои чувства и переживания. Это очень полезно. Это помогает облегчить душу иногда даже сильнее, чем те же порезы. – Эрик похлопал парня по плечу и поднялся. – Вы же пропустили ужин, да? Идемте. Выклянчу для вас чего вкусного в столовой. Идем-идем.       Тоша не стал сопротивляться и, вместе со Светой, пошел за куратором. Его слова вновь заставили парня задуматься и осознать тот факт, что у него никогда не было рядом человека, которому он мог высказать свои проблемы. Даже те друзья, что сейчас у него были, не подходили на эту роль: Тоша не мог просто взять и вывалить на них все свои проблемы. Может в этом и был весь прикол? Тоша шел и думал о том, что будет, если он найдет такого человека. Представлял, каким он может быть. Тот, кому парень сможет открыть свою душу.