Безмолвие

– Знаешь, я вот смотрю на вас со стороны и диву даюсь. Ты возишься с Блэком, как с трехлетним ребенком. Он у тебя немой или с первой группой инвалидности? – Когда ты уже перестанешь лезть без разрешения ко мне в голову?! Моя личная жизнь не должна тебя касаться, ясно?! – огрызнулся Гарри, и Том насмешливо хмыкнул, оглядывая его похотливым взглядом. – Чего пялишься?! – Обожаю, когда ты злишься. – Сейчас ты прочувствуешь мою злость на себе, ублюдок! – мальчишка сжал кулаки, и Волан-де-Морт запрокинул голову, заливисто расхохотавшись. – Мерлин, вы только посмотрите! Мне угрожает булка с корицей! Какой ужас! Пэттигрю, Лестрейндж, все сюда! Скорее! Поттер вскочил с подоконника и за одну секунду сократил между ними расстояние, замахиваясь, но лорд ловко перехватил его руку, моментально переставая смеяться. Его взгляд стал суровым и воинственным, в глазах появились устрашающие искорки. – Как ты посмел напасть на меня, щенок? – гневно прошипел он, но тот в ответ лишь ухмыльнулся. – Ах, тебе, значит, смешно? Что ж, в таком случае предлагаю испробовать на себе Круцио, как смотришь? Незабываемые ощущения, такое ты точно запомнишь на всю свою жизнь. – А может сразу третье Непростительное? Что зря время тратить? – Ты нарываешься. – Как ты догадался? Том резко поднялся и взял его за подбородок, направляя в грудь волшебную палочку. – Последнее слово. – Я люблю тебя. – Что?! – такого Реддл точно не ожидал. Раскрыв в изумлении рот, он невольно отступил на шаг назад, а подросток густо покраснел, отводя глаза. Сердце бешено колотилось где-то в горле, пальцы мелко подрагивали от переизбытка эмоций. Больше всего Гарри сейчас боялся одного – что его оттолкнут, ударят, но этого не произошло. Лорд спрятал глупую улыбку и сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться. Таких слов ему еще не говорили никогда. – Это... Это правда? – А ты думаешь, я бы тебе просто так признавался? От нечего делать? Волан-де-Морт дернул его на себя за воротник, подхватывая на руки. Они впились друг другу в губы и упали на диван, переплетаясь конечностями. – Милорд... – простонал мальчик, и тот расплылся в игривой улыбке от такого обращения. – Что ты хочешь, мой хороший? – Мммм... – Ты не боишься оставлять Блэка одного так надолго? Ты, вроде, говорил, что даже во двор его не выпускаешь. – Он никуда не уйдет. – сбивчиво прошептал на ухо Темному Лорду Поттер, распуская завязки на его мантии. – Дом защищен, он в безопасности. – Правда? – Том легко прикусил мочку его уха, и Поттер выгнулся, задышав тяжелее. – Не сбежит от тебя? – Куда? – Не знаю... – протянул Реддл с деланной задумчивостью, стягивая с подростка футболку и ложась на него сверху. Острый ноготь провел по впалому животу, оставляя на бледной коже тонкую царапину. Гарри тихо зашипел, запрокидывая голову и сдувая со лба челку. Теперь он понимал, почему недавний поцелуй с Чжоу не доставил ему никакого удовольствия. Мальчишка тогда вообще ничего не почувствовал – ни радости, ни наслаждения. Ему даже было немного противно, как будто он целовался не симпатичной девушкой, а с жабоподобной Долорес Амбридж. А здесь все было совсем иначе. Страсть, возбуждение и отчаянное желание получить что-то бóльшее, слиться с Томом в одно целое и оставить на его шее дорожку из засосов. Еще год назад они сражались на кладбище, желая причинить друг другу побольше боли, а теперь занимаются сексом в гостиной Малфой-Мэнора. Удивительно. Говорят, от любви до ненависти один шаг. В их случае все наоборот. Интересно, как бы отреагировал Дамблдор, если бы увидел сейчас своего "золотого героя"? Поттер жестоко ухмылялся, рисуя в голове картины, где директора увозят на каталке в Мунго с сердечным приступом, а волшебные газеты пестрят одними и теми же заголовками: "Гарри Поттер имеет любовную связь с Тем-Чье-Имя-Нельзя-Называть! Что сподвигло на это юного гриффиндорца и какие факторы повлияли на его выбор?" Так и хотелось пойти к Рите Скиттер и объявить эту новость на весь мир, но подросток знал, что это прямая дорога в Азкабан. Амелия Боунс не сможет защищать его всегда – против него и так уже ополчилась бóльшая часть магической Британии, не стоит давать им повод для новой волны агрессии. А ведь ни Рон, ни Гермиона, ни даже Невилл так ни разу ему и не написали. Хотя на что он рассчитывал? Пора уже запомнить, что все они были участниками игры старика и никогда по-настоящему не считали его своим другом. Все это с самого начала было просто спектаклем. Хитрым, умело продуманным. Молодец Альбус, отличный сценарий составил, но вот только Гарри больше не собирается идти ни у кого на поводу. До этого он был слишком добрым, слишком наивным. Пора становиться злым и эгоистичным. Раз светлая сторона так сильно его разочаровала, самое время переходить на темную. Темный Лорд уж точно боли ему не причинит. Разве что только сейчас. Совсем немного... Мальчик сдавленно вскрикнул, хватаясь за помятые простыни. Очки съехали набок, лицо стало пунцовым от экстаза и напряжения. – Больно, милый? Терпи, сейчас все пройдет. Сердце билось так, что вот-вот вылетит из груди, горло сковал болезненный спазм. Как же хочется сейчас увидеть ошеломленные лица Уизли, Люпина, Тонкс и всех остальных членов Ордена. Может устроить следующий любовный вечер прямо на обеденном столе в штаб-квартире? Подросток оглушительно заржал, но в следующую секунду приятные мысли затмил очередной фейерверк чувств и эмоций. Они одновременно кончили, обессиленно рухнув на пол и тяжело отдуваясь. – Поттер, да ты талант! – Заткнись. – огрызнулся тот, но его к полу тут же прижали сильные руки, сдавливая узенькие плечи: – Не смей затыкать меня. – А если поцелуем? – Поттер ухмыльнулся и подался вперед, накрывая губы Волан-де-Морта своими. Тонкое тельце было сплошь в красных полосах и синяках – лорд слегка перестарался, нужно было обращаться с ним нежнее. – Гарри, ты просто безумец. – Том впервые назвал его по имени, и от этого по коже пробежали стайки мурашек. – Не безумнее, чем ты. Мы так похожи, как я раньше этого не замечал? – Раньше мы только дрались, воевали. Я убить тебя пытался. – Мы были такими глупыми... – И сейчас остаемся такими же, раз сделали то, что сделали. – закончил за Гарри Реддл, и тот прижался к нему, совсем по-детски утыкаясь носом в грудь. По спине прошлась теплая ладонь, пальцы обвели каждый позвонок и легонько сжали плечи, чертя на оголенной коже незамысловатые узоры. Мальчик млел от ласковых прикосновений и плавился в его руках, изнывая от удовольствия. – Если я умер, то это рай. – Это ад, мой милый. А я самый нежный демон. Подросток засмеялся, кутаясь в его мантию. – Мерлин, какой дурак... – Учусь у тебя.

***

Гарри начал все чаще замечать, что после падения в арку Сириус растерял большинство своих бытовых навыков. Раньше он умел готовить, чинить мебель и прекрасно управлялся с невербальной магией, а теперь для него стало проблематично даже банально сварить себе кофе. Вещи выпадали из рук, а все, за что бы он ни брался, в большинстве случаев заканчивалось провалом. Но крестника совершенно это не раздражало. Наоборот, он всеми силами пытался помочь, поддержать и чему-то его научить, но мужчина делал это с радостью, только если был в хорошем настроении, а настроение у него могло меняться по десять раз на дню. Блэк обычно не злился на неудачи. Только недовольно сводил к переносице брови и поджимал губы, и тогда Поттер спокойно объяснял, что в том, что у него что-то не получается, нет ничего ужасного. "Все придет с опытом" – уверенно говорил мальчик, собирая заклинанием очередную разбитую чашку и вытирая с пола пролитый чай. Крестный искоса на него смотрел, дергая плечами – в этих движениях явно угадывалось раздражение и обида, но подросток почти всегда мог найти нужные слова, чтобы подбодрить и успокоить его. Изначально Гарри было сложно. Он очень сильно уставал, от недосыпа болели глаза и отказывался работать мозг, но со временем график более менее устаканился. Поттер составлял примерный план на день и старался следовать ему: пораньше встать, приготовить завтрак, сходить на прогулку, убраться, посидеть в библиотеке... Так у него появилось намного больше времени для сна и отдыха, хотя его жизнь с каждым днем все больше походила на жизнь многодетной домохозяйки. Сириусу нужна была забота, внимание. Там дать лекарства, там вывести на воздух – в общем, сплошные заботы – мужчина был не лучше пятилетнего ребенка, но если раньше Поттера это напрягало, то теперь он начал получать от всей этой возни удовольствие. Бытовые хлопоты помогали отвлечься, прогнать плохие мысли, а с его нынешним состоянием это было важно. Он не давал Кричеру готовить и убираться – бедный эльф уже изнывал от скуки и бездействия, самостоятельно выдраивал чердак и ухаживал за садом, но самым главным его развлечением с недавнего времени стал Том. К нему подросток ходил почти каждый вечер. Обычно все начиналось с романтического ужина и непринужденных разговоров, а заканчивалось умопомрачительным сексом и совместным курением на террасе. Для них это стало неотъемлемым ритуалом, чем-то особенным, символическим. Такие вещи сгодились бы только для малолетних девчонок, но им было абсолютно наплевать. Когда чувства брали верх над разумом, логика и стыд уходили куда-то на второй план, и оставалась лишь любовь и невыносимая потребность друг в друге. Их соединяли невидимые нити, что тянулись прямо от сердец. Оборвешь, и сразу задохнешься, утонув в непроглядной темноте. Прежде Реддл даже вообразить не мог, что может так к кому-то привязаться. В школе отношений у него не было, во взрослой жизни тоже. Одна жестокость, ненависть, боль. Это и сделало его таким сухим и бессердечным – не даром от его имени до сих пор трясется весь мир. А мальчишка не испугался. Сам пришел к нему, попросил помощи, а ведь они много лет враждовали. Поразительно, как за один несчастный день все может так кардинально измениться, перевернувшись с ног на голову. Темный Лорд до сих пор удивлялся, но совершенно ни о чем не жалел. Если ему суждено обрести счастье с Гарри, значит так тому и быть. Он будет защищать его, беречь от опасностей, даже Блэка попробует вылечить, лишь бы только они никогда не расставались. Вот с последним была беда – от немоты еще ни один волшебник не придумал лекарства. И даже древние ритуалы были здесь бессильны. Действительно, остается только ждать и надеяться на спонтанное исцеление. Или Сириус через какое-то время заговорит сам, или будет молчать до конца своих дней. Звучит жестоко, но такова реальность. Именно это Волан-де-Морт и сказал Поттеру, услышав в свой адрес очередную волну криков и возмущений. Он отказывался верить, что крестный может остаться немым навсегда, хотя где-то в глубине души осознавал, что и такой вариант не исключен. – Тебе ведь главное, что он живой, разве нет? – осторожно напомнил однажды Том, и подросток не мог не согласиться. – Не искушай судьбу, она может тебя наказать. После этих слов Гарри заставил себя не жаловаться и радоваться тому, что он имеет. В конце концов, не голос сейчас в приоритете. По прогнозу лето обещало быть теплым, но даже сейчас, в середине июня, температура едва ли подымалась выше двадцати градусов, зато бесконечные дожди сменились приятными солнечными днями. Это радовало. От хорошей погоды у Гарри было прекрасное настроение. Ушла апатия и тени под глазами, а на лице играл легкий румянец. Сириус тоже чувствовал себя гораздо лучше. Теперь они часто гуляли целый день и возвращались домой ближе к полуночи, исследуя новые лесные тропинки и смотря на звездное небо в чистом поле. Им обоим нравилась такая жизнь – веселая, беззаботная. Они много смеялись и играли в подвижные игры, а пару раз мальчик даже водил Блэка в город на разные фестивали. Там была музыка и множество фейерверков, и он впервые увидел в глазах крестного живые искорки. "Надо почаще развлекать его." – сделал про себя вывод подросток. Сердце восторженно щемило от того, что мужчина постепенно становится счастливым, отпуская все то, что так долго причиняло ему боль. "Еще немного, и заговорит..." К Реддлу Поттер за последние две недели попал только шесть раз. Тот объяснял, что у него сейчас много дел, а Гарри хоть и обижался, но навязываться не стал – раз он говорит, что занят, значит так и есть. Темный Лорд никогда не отказывал ему во встречах, если на это не было видимых причин. Но мальчику сейчас было хорошо и без него. Разгар лета, солнце, мороженое. Все, о чем можно только мечтать. Он больше не скучал по Хогвартсу, не скучал по друзьям и прошлой жизни. Все это осталось позади, забылось как страшный сон. Его уже давно никто не искал. Всем было просто все равно. Вот они – долгожданный покой и свобода. Бывший мировой герой теперь встречается с самым опасным волшебником Англии, носит яркую одежду и много курит. Все шаблоны разорваны. Никаких правил нет. Все, финиш. Дорога в "счастье" открыта, зеленый свет. Вчера Гарри взял из банка магические деньги, разменял их на маггловские и купил городской скутер. Теперь они катаются сутки напролет – Поттер за рулем, Сириус сзади. Первый разгоняется до максимальной скорости и выкрикивает от эйфории маты, а второй широко улыбается и подставляет лицо под прохладный ветерок, наслаждаясь каждой секундой их совместной прогулки. И все кажется таким ярким и красочным. Но они не услышат гнева и осуждений – в этом пригороде почти никто не живет. Одни старушки, которые целыми днями занимаются вязанием и кормят на улице кошек. Если до этого погода была достаточно прохладной, то всю последнюю неделю температура не опускалась ниже тридцати градусов. Поэтому подросток ежедневно возил Сириуса на озеро, и они проводили там бóльшую часть дня – вода стала настолько теплой, что купаться можно было даже вечером. Но однажды Гарри нашел новую локацию для отдыха. Это было другое озеро чуть меньшего размера, которое находилось вдали от цивилизации. Ни шума, ни людей – сплошное наслаждение. Туда они и поехали в воскресенье утром. Пораньше встали, позавтракали, сложили в сумку полотенца и сменную одежду, а затем двинулись в путь. Добираться в этот заповедник было около сорока минут. Дорога лежала через милую деревню и лес, так что они получали от своего импровизированного "путешествия" максимальное удовольствие. Расположились на широком пляже – на радость мальчика здесь была галька, он с детства ненавидел песок. Вдоволь нагревшись на солнышке, Блэк встал и полез в воду, а крестник остался дремать под зонтиком. Через несколько секунд слух пронзил душераздирающий крик.