снежинка

- я тебя люблю, – сказал Сону, посмотрев как-то робко вдаль. Тепленькое облако пара возникло и растворилось возле губ. Он растирал холодные сухие руки, переминал ими голубую ткань зимнего пальто - белые вязанные митенки, немного запачканные, не могли согреть их в морозное утро. Продрогшая ткань неласково шуршала. - и я тебя, – сказал Рики, проследив за взглядом Сону, он тоже посмотрел вдаль. Они сидели на деревянной скамейке внутри старой металлической остановки, стоящей в одиночестве между городами. Она, продуваемая всеми ветрами, тоже дрожала, будто от холода, и казалось вот-вот сложиться пополам ее хрупкая конструкция из двух тонюсеньких столбов. Идеальный белый цвет слепил непривыкшие глаза. Какой-то неестественный неприродный цвет, больше похожий на его отсутствие вовсе, на пустоту. Разве возможно такое? Сахарные сыпучие сугробы, такие же рыхлые светлые небеса и перламутровое жемчужное солнце. А напротив исчезающий призрак полумесяца, точно хрустальный. Казалось, отведешь взгляд, и он растворится в небесной пустоте. - мне как-то не по себе, - склонил голову Сону и сунул руку в карман Рики, достав оттуда круглую металлическую коробку леденцов. Крышка с характерным звуком легко соскользнула, и Сону положил на язык прозрачную голубую конфету, похожую на льдинку. Другую, зеленую, он положил в рот Рики, задев холодным пальцем внутреннюю часть губы, он пустил мурашки по его спине. Сладость начала тут же таять, но ее острые края неприятно натирали язык. - где же автобус?, - пробурчал Сону, выглядывая из остановки, снова уселся на скамейку и поправил худую сумку. Рики заметил, как сильно блестят его черные длинные ресницы. Красивые. - может тебе не надо уезжать? - надо, я уже говорил… Молчание. - лучше позаботься о себе… машины теперь ходят быстрее, - Сону уставился на свежие бинты, покрывающие руки Рики. Осторожно повел челюстями и проглотил леденец. - еще болит? – спросил он. - это просто ушибы, - Рики тихо шмыгнул раскрасневшимся носом, было больно, но признать было бы еще больнее. - мне страшно за тебя Рики захотелось ранить себя посильнее. Он сжал руку в кулак, и ранки потянулись друг за другом, усиливая боль. - тогда можно не уходить - ты как ребенок - почему быть как ребенок это плохо? почему ты не смотришь на меня? Сону! Автобус появился на остановке, которая считалась закрытой. Двери захлопнулись. Пустой взгляд Рики скакал по снежному горизонту. Он впервые почувствовал, как было невозможно холодно сегодня, студеный воздух царапал горло. Ему было обидно, тяжело дышать. Рики смотрел на снежинки, которые таяли от тепла рук и превращались в аккуратные чистые капельки. Если был стал снежинкой, то свою жизнь, длиной в полет от неба до земли, он хотел бы закончить, приземлившись на теплую макушку Сону и скатившись по тонкому волоску навсегда раствориться в нем. Рики снова сжал ладонь в кулак. Приятная тишина в голове. Снег заскрипел под сапогами. Рики не смотрел вниз, где были их следы. Луна пропала. Только снежная пустыня и сияющее солнце, не по-зимнему яркое. И соленая влага на щеках, и тающие снежинки.