Сборник пошлых драбблов с Машей Ole-Ole

В один ничем не примечательный жаркий день в пионерлагере «Совёнок» произошло ЧП – Ульянка изловчилась похитить из столовой целый пакет конфет и впоследствии щедро поделилась ими с Алисой. Украденных сладостей с избытком хватило бы на весь отряд, поэтому неудивительно, что пионерки ими объелись, а спустя несколько часов медсестра Виолетта была вынуждена отправиться на поиски незадачливых похитительниц, чтобы оказать им первую помощь. Маша Ole-Ole, лучшая подруга рыжих хулиганок, в этом ограблении участия не принимала, так что в отличие от них чувствовала себя хорошо и понятия не имела о произошедшем. Она почти час ждала, не присоединятся ли к ней Алиса или Ульянка, но время шло, подруг всё не было, и в итоге стигия отправилась на репетицию в музыкальный самостоятельно. В здании кружка новость об этом впечатляющем ограблении уже была известна – как и то, что совершившая эту впечатляющую кражу ОПГ выведена из строя похищенными сладостями, а после поимки им грозит принудительное угощение касторкой. – Говорил я Алисе, что слипнется, - заметил Пионер – двойник Семёна, последние несколько смен стабильно проводящий в лагере наравне с другими. – А нечего было самим все конфеты трескать, могли бы и с друзьями поделиться. – Что же с ними теперь будет? - заволновалась Мику, - их можно как-нибудь вылечить? – Да ничего не будет! - засмеялся второй Семён, – Виола касторки даст – сразу полегчает! Обсудив ещё немного судьбу юных грабительниц, музыканты решили начинать репетицию без них. Мику и Маша принялись разучивать за роялем новую песню, а Семён, тайно влюблённый в очаровательную инопланетянку, остался остался сидеть рядом и мечтательно вздыхать. – Что, опять не признался? - спросил его шёпотом Пионер, пока девочки проводили распевку. – А как я могу ей признаться? Маша ведь – айдол, настоящая звезда на своей космической станции, собирающая целые стадионы. А кто такой я? Обычный одиночка и хиккан... – Ты неправ, парень! - хлопнул его по плечу Пионер, – ты - это я, а «я» звучит гордо! Соберись с духом и скажи ей то, что должен! И пока его более ранняя версия осталась собираться с духом, готовясь к признанию, двойник Семёна отправился дальше планово бездельничать, а по дороге в столовую у него вдруг возникла отличная идея. – Слушай, давай сгоняем в медпункт, пока Виолка охотится за рыжухами по всему лагерю? – предложил он Толяну, в одиночестве скучавшему за пустым столиком. – В аптечке припрятана бутылка «Столичной», так что сможем устроить небольшой банкет. – Было бы неплохо! – облизнулся до ушей толстый пионер, – но вдруг медсестра вернётся пораньше? – Не вернётся – Алиса и Улька никогда не сдадутся добровольно, так что минимум пару часов у нас есть. Ну и, как говориться, кто не рискует – тот не пьёт шампанское! И «Столичную» тоже... В окрестностях медпункта было тихо, Виолетты нигде поблизости не наблюдалось, так что, прихватив с собой стограммовые стаканы, друзья двинулись в медпункт. – Всё чисто, заходи! - кивнул двойник Семёна Толику, обследовав местность, и толстый пионер пробрался в лазарет вслед за товарищем, боязливо оглядываясь по сторонам. Внутри произошла небольшая перепланировка – кушетка была передвинута в центр комнаты, возле неё появилась подвешенная на стойке резиновая грелка, от которой вниз свисала тонкая трубочка, но настенная аптечка осталась на прежнем месте. – Это что – капельница? – спросил Толян, глядя на покачивающуюся грелку. – Нет, это кружка Эсмарха, – со знанием дела пояснил Пионер (в медицине он разбирался слабо, зато до попадания в «Совёнок» регулярно коротал вечера на порносайтах). – Это такая большая клизма, в неё помещается до двух литров. Наверное, Виола наших воришек лечить собралась. Наивная женщина! Чтобы Алиса, да на клизму согласилась – никогда такого не будет, ей гордость не позволит! Отогнав фантазии об подвергнутой столь унизительной процедуре Двачевской, двойник Семёна вытащил из аптечки поллитровую бутылку «Столичной» и поставил её на стол. «В который раз я её уже выпью? Каждую смену самовосстанавливается – неразменная бутылочка!» - мысленно улыбнулся он, и наполнив оба стакана до половины, протянул один из них Толику. – Ну что же, за нас и за «Совёнок»! Водочка оказалась хороша. Крепкая и чуть сладковатая, она быстро била в голову, и скудная закуска в виде аскорбинки никак не могла ей помешать. – Ох, хорошо пошла! - улыбнулся Толик, прислонившись к стойке с подвешенной кружкой Эсмарха и выливая в рот уже второй стакан «Столичной», – а теперь давай выпьем за выздоровление Алисы и Ульяны! – За Алискину задницу! – со смехом провозгласил тост Пионер, и уже собирался осушить его одним глотком, как вдруг за окном мелькнул знакомый силуэт в белом халате. – Атас! Виолка! Толик заметался по комнате со стаканом, словно подстреленный заяц, но его товарищ, к счастью, не растерялся. Он наскоро сунул бутылку за горшок с фикусом, водку выплеснул в кружку Эсмарха и быстро юркнул под кровать, утянув за собой и Толяна. – А как же водочка.. – начал было жаловаться толстый пионер, но двойник Семёна сразу его перебил. – О водочке думает! Тут бы хоть самим в живых остаться – у Виолы знаешь, какой нюх? Она же мединститут заканчивала, спирт за километр чует! Толик хотел спросить что-то ещё, но тут дверь домика распахнулась и в комнтату вошла Виолетта. На лице медсестры играла счастливая улыбка победителя, а рядом с ней, скрючившись, ковыляла заплаканная Алиса. Увидев кружку Эсмарха, пионерка побледнела, а её глаза стали круглыми, как блюдца. – Вы мне что, клизму ставить будете?! Не надо! Я не хочу!!! – Прости, милочка, но у тебя особо нет выбора, – хищно улыбнулась медсестра, натягивая резиновые перчатки, – и я советовала бы не сопротивляться. Но если ты не ляжешь на кушеточку добровольно – что ж, придётся попросить Сёму и Толика, чтобы они тебя придержали, пока будем ставить клизмочку – один за руки, другой за ноги, - Виола порозовела и смущённо хихикнула, словно сама мысль об этом её возбуждала. Не могла же она знать, что прямо сейчас двойник Семёна и Толик, затаив дыхание, смотрят на них из-под кровати! – Садистка! - прошипела Алиса, но на кушетку, тем не менее, легла, а медсестра приспустила с девушки трусики и обильно смазала её попку вазелином. Алиса наградила брюнетку новой россыпью ругательств, но Виола этого вовсе не замечала – весело напевая, она ввела два пальчика в задний проход подопытной и принялась разрабатывать его изнутри. – Ай! - сдавленно пискнула пионерка, а медсестра тем временем придвинула ближе стойку с кружкой Эсмарха и налила в ёмкость заранее отмеренную порцию воды, не обратив никакого внимания на жидкость, уже плескавшуюся на дне. – Так мы же в неё водку вылили.. - начал было шептать Толик, но Пионер быстро зажал толстяку рот. – Тихо! Виола, может, ещё бы нас и помиловала, а вот Алиска точно убьёт, если узнает, что мы её голую задницу видели! Аргумент был серьёзным, так что Толян сразу замолчал и во все глаза уставился на начинающуюся процедуру. Медсестра закончила все приготовления, раздвинула ягодицы своей жертвы и аккуратно вставила пластмассовый носик шланга ей в попку. – Мммм! - жалобно замычала Двачевская, чувствуя, как инородный предмет проникает в её анус, но Виолетту это только рассмешило. – Конфеты, значит, вы кушать любите, а потерпеть немножко не любите! Ничего, сейчас поскулишь, зато потом станет легче. Медсестра с садистской улыбочкой похлопала рыжую по заду, открыла краник и вода с тихим журчанием потекла в кишечник пионерки. – Ой, холодно! - резко дёрнулась девушка, даже не догадывающаяся, что в её задницу сейчас вливаются сто грамм отличнейшей «Столичной», разведённые двумя литрами воды. «Интересно», - подумал двойник Семёна, – «подействует ли на неё алкоголь, введённый в организм настолько необычным путём?..» – Хватит, хватит! Я больше не могу! - заныла Алиса, когда грелка опустела примерно на половину, но медсестра была непреклонна. – Потерпи. Нужно влить ещё хотя бы пол литра... – Пол литра?! Да я уже сейчас еле держусь!.. Время шло, живот Двачевской округлился настолько, словно пионерка была на третьем месяце беременности, и лишь тогда Виола была, наконец, удовлетворена. – Вот, теперь хорошо! Сейчас вставим тебе пробочку, чтобы было легче удержать клизмочку в себе.. «Мне не послышалось?» - удивился Пионер, а медсестра тем временем достала из аптечки блестящую от смазки анальную пробку, и слегка надавив, протолкнула её в задницу Алисы. – Ай-яй-яй! «Есть пробитие! Хорошо хоть рыжая не знает, что в неё засунули вовсе не медицинский прибор, а игрушку из секс-шопа...» Прошло пять минут. Двачевская беспокойно ёрзала, зажмурившись и жалобно скуля, а Виола с довольной улыбкой гладила её животик круговыми движениями. – Да сколько же ещё ждать?! – Иди, если хочешь, я тебя не держу, - небрежно кивнула медсестра и вытащила из пионерки анальную пробку со звонким чпоком. – Ой! - взвизгнула Алиса и пулей вылетела из медпункта, на ходу натягивая трусики. «Странно, водка почему-то на неё не подействовала»... – Эх, скучно, - тем временем заметила вслух Виолетта, прикрыв за пациенткой дверь. – Вот если бы мальчики конфет объелись – им бы я оказала незабываемый уход! И медсестра так томно вздохнула, что двойник Семёна твёрдо решил не вылезать из-под кровати никогда. Помечтав ещё немного, брюнетка начала готовить процедуру для своей следующей жертвы – перестелила пелёнку на кушетке, сменила насадку на шланге и долила ещё воды в кружку Эсмарха. В это время в дверь неуверенно постучали и в медпункт на полусогнутых ногах шагнула Алиса. – Я пришла забрать свой галстук... – Бери. Ну что, полегчало? - спросила у неё Виолетта, не оборачиваясь. – А? Ага.. - рассеяно пробормотала пионерка, – теперь ооочень хорошо.. – Вот и замечательно! - улыбнулась медсестра, даже не обратив внимания на то, что рыжая девушка смогла пройти сквозь дверь только с третьего раза... «Кажется, водочка подействовала!» - улыбнулся Пионер. «Берегись, честной народ, пьяная ДваЧе идёт!» Тем временем Маша Ole-Ole и Мику закончили свою репетицию и синеволосая пионерка ушла на прогулку, что-то весело напевая, а вот стигия и Семён остались наводить порядок в кружке – поливать цветы, раскладывать по местам инструменты и натирать паркет до блеска. Точнее, всё это делала Маша, Семён же только сидел на диване и с вожделением посматривал на оттопыреный задок блондинки, пока она мыла пол. Даже рассеянная и невнимательная Мику знала, что Семёну нравиться их инопланетная гостья, поэтому девочка специально оставила их наедине. Но пионеру никак не хватало мужества признаться в своих чувствах, и он решил отложить этот разговор на потом. «Всё равно ведь меня отвергнут, так что лучше будет, если это произойдёт как можно позже». Тем временем Маша встала с четверенек, подняла ведро и собиралась уже уходить, как вдруг дверь домика с грохотом распахнулась и в музыкальный кружок ввалилась Алиса. – Привет любителям классической музыки! - помахала друзьям рукой рыжая и прошествовала в помещение, чуть не свалившись через порожек. – О, Элис Крофт, расхитительница столовых! - засмеялся Семён, – мы думали, ты сегодня не придёшь. – Привет, Алиса! Тебе уже полегчало? - спросила Маша, обратив внимание на то, что Двачевская ведёт себя как-то странно... – Хе-хе, я здорова, как корова! - залилась смехом девушка, качаясь, словно маятник, – а вот вам, похоже, не помешает небольшое ускорение, а то так и будете ходить вокруг да около... – Какое ускорение? Алис, ты точно в порядке? - начала с опаской пятиться стигия, но Двачевская толкнула стигию на рояль и привалила её сверху своим телом. – Ахаха, ты такая миленькая! – залилась смехом пионерка, тиская мягкие Машины щёчки, - этот парень точно болван, если до сих пор тебя не трахнул! «Да она же в задницу пьяная..» - подумала Маша, даже не догадываясь, насколько она сейчас близка к истине, а Алиса тем временем принялась гладить её животик. – Когда меня «лечила» эта садистка, я случайно представила тебя на своём месте – заплаканную, беспомощную, с наполненным водой пузиком, – и так возбудилась, что еле дотерпела до конца процедуры... Ну почему не ты объелась этих ирисок вместе с нами? Нечестно, что твоим лучшим подругам ставят клизмы, а тебе – нет... «Это потому, что я никогда не ворую конфеты, в отличии от некоторых» - подумала Маша, но сейчас она была бы готова даже на клизму, если бы это могло остановить Алису. Тем временем рыжей пионерке уже надоело тискать свою жертву сквозь ткань, и она начала расстёгивать её рубашку. – Что ты творишь? Не надо! На нас же Сёма смотрит! - сопротивлялась стигия, но Двачевская её словно не слышала. – Такая бледная.. надо будет тебя хорошенько прожарить на солнышке! - заметила она, и отбросив рубашку инопланетянки в сторону, принялась искать замочек её бюстгальтера. – Нееет, только не снимай лифчик!!! - запищала Маша, густо покраснев и пытаясь хоть как-то прикрыть свою грудь, но резинка шлёпнула и бюстгальтер слетел на пол, выпустив на свободу две шикарные сиськи с нежно-розовыми сосочками. – Вау, какую красоту ты здесь прячешь! - улыбнулась Двачевская и принялась мять грудь стигии, с каждым разом сдавливая её всё сильнее, а потом нагнулась и поцеловала затвердевший от удовольствия сосок девушки. – Ау! - вскрикнула блондинка, судорожно выгибаясь всем телом, но пионерка крепко держала её, засасывая правую сиську, а левую ритмично сжимая ладонью. Через минуту такого интенсивного массажа из неё выступило несколько капель молока, которые Алиса сразу слизнула. – Вкусняшка... Осталось только попробовать, везде ли ты такая вкусная! И оставляя засосы по всему телу своей жертвы, она начала постепенно смещаться к животику. – Щекотно! - завизжала Маша, чувствуя, как горячий язычок Двачевской проникает ей в пупок. Пытаясь помешать обезумевшей пионерке спуститься ещё ниже, стигия рефлекторно прижала ножки к животу, чем сыграла точно по нотам Алисы – все прелести стигии теперь были выставлены, как на витрине, а сквозь намокшую от любовных соков ткань трусиков отчётливо просвечивались аккуратные половые губки. – Сёма, помоги! Уйми эту ненормальную! Ах.. - визжала Маша, и Семён, до этого смотревший на происходящее как заворожённый, негнущимся шагом подошёл к роялю, и присев рядом, начал легонько гладить киску стигии сквозь бельё. Именно тогда девушка отчётливо поняла, что помощи ждать неоткуда. – Алиса, Сёма, что вы творите? А если сюда Мику зайдёт?! - визжала она, отчаянно трепыхаясь. – А Мику тут при чём? Хочешь попробовать вчетвером? – подмигнула своей жертве Двачевская, и слегка приподяв блондинку за ножки, одним рывком стянула с неё трусики. «Нет, теперь же он всё увидит! ВСЁ УВИДИТ!!!» - зажмурилась Маша, покраснев уже по самые ушки. – Какая гладенькая! - тем временем улыбалась рыжая бесстыдница, рассматривая выбритую киску подруги, – и уже достаточно мокрая, чтобы как следует поиграть! Двачевская чувственно погладила промежность жертвы, вызвав целую серию стонов с её стороны, а потом слегка оттянула кожицу и ввела один пальчик внутрь. – Ай! - вскрикнула Маша, – не надо, не надо, я согласная! Я схожу к медсестре, я запишусь на клизму, только не делайте этого! – Сходишь к Виоле? Нет, не заслуживает эта шлюха такого развлечения, – обиженно надулась пьяная пионерка, трахая киску стигии уже двумя пальцами. – А вот если мы все вместе заберёмся ночью в медпункт, то с Семёнычем сами поставим тебе клизмочку – поиграем в доктора «по-взрослому»! И, видимо, репетируя предстоящую игру, мизинчик Алисы проник в попу инопланетянки. – Ау! Девушка издала странный полувсхлип-полустон и отчаянно задрыгала ножками. Это тоже было её ошибкой – оставив в покое блестящие от смазки дырочки блондинки, Двачевская обхватила её за ноги чуть повыше щиколоток и широко развела их в стороны. – Рапортую: девочка смазана, разогрета, готова к использованию! Можешь приступать! - отчиталась рыжая пионерка перед Семёном, но парень даже не пошевелился – он немигающим взглядом смотрел на голенькую Машу и не мог поверить, что всё это происходит в реальности. – Тебе что, дополнительное приглашение надо? - строго одёрнула его Алиса, и лишь тогда Семён словно проснулся. Полностью взобравшись на рояль, он упёрся в него руками, нависая над стигией, и спустил шорты, выпустив на свободу огромный вставший член. «Какой большой!» - вздрогнула Маша, когда тот начал неотвратимо приближаться к её заветной щёлочке. В синих глазах девушки под полупрозрачным визором застыло такое выражение беспомощности и мольбы, что пионеру стало её даже немного жалко, но остановиться он уже не мог. Пунцовые щёчки, сбитое дыхание, расширенные от испуга зрачки – стигия была такой соблазнительной, что удержаться оказалось невозможно. – Прости меня, малышка, - улыбнулся Семён, нагнулся и жарко поцеловал её в губы. Маша что-то неразборчиво замычала и замотала головой, но на поцелуй ответила, послушно приоткрыв ротик. Парень сразу же воспользовался этим и засосал её по-французски, ласково играя с язычком партнёрши. «Ах... как же крепко Сёма меня целует... неужели я и правда ему нравлюсь?» - удивлялась инопланетянка, пока Семён бессовестно трахал её рот языком, как бы подготавливая девушку к основному действу. Почувствовав, что стигия немного расслабилась, пионер несильно надавил головкой члена на её скользкую от смазки киску и начал медленно входить. Блондинка сдавленно замычала и затрепыхалась всем телом, но Двачевская крепко держала её за ноги и шансов освободиться у Маши не было никаких. «Нет, мне этот парень очень симпатичен, и я допускала, что могу с ним переспать, но не так же быстро... Ах! И не на глазах у лучшей подруги!» Когда головка полностью скрылась между Машиных половых губ, а сама девушка уже стала задыхаться от нехватки кислорода, Семён разомкнул их бесконечно долгий поцелуй и наконец позволил ей сделать вдох. – Хаааах... - с наслаждением втянула в себя воздух стигия, но в это же время член пионера начал медленно двигаться в её киске, от чего следующие вздохи стигии стали ещё громче и слаще. – Ахх! Ау! Оу! - застонала она, а парень продолжал вгонять в неё свой причиндал, набирая темп и с каждым разом проникая всё глубже. Убедившись, что блондинка уже точно не сбежит, Алиса отпустила Машины ножки и принялась мять и жамкать её пухлую грудь, а кончики умелых пальчиков гитаристки тем временем крутили и пощипывали затвердевшие сосочки стигии, заставляя её скулить всё громче. – Будь женственнее! Не сдерживайся! - посмеиваясь, советовала ей Алиса, хотя девушка и так уже кричала, словно актриса из дешёвого порнофильма. «Что же вы со мной делаете... Ах! Я... я же сейчас растекусь, как мороженка!» Зажатая между двух разгорячённых тел, Маша беспомощно дрыгала ножками, попадая по клавишам рояля, от чего тот издавал какие-то странные, совершенно несвязные звуки, как будто его тоже насиловали во все щели. – Хе-хе, симфония любви! - смеялась одуревшая Двачевская, пока стоны стигии становились всё громче в преддверии мощнейшего оргазма. «Ах! Сёмочка! Алиса! Я сейчас...» – Кьяааа!.. – закричала инопланетянка, чувствуя, как её накрывает волна чистого насаждения. Девушка судорожно дёрнулась и обмякла, уставившись в потолок невидящим взглядом. Перед глазами плыли оранжевые круги, сердце бешено стучало, а всё вокруг плыло, как в тумане. «Ох, вот это ощущения...» - подумала Маша, и даже не вскрикнула, когда Семён приподнял её за бёдра, несколько раз брутально натянул до упора и кончил внутрь, заполнив киску девушки густым горячим семенем. «Так много... и такое тёплое». Закончив своё дело, пионер очень чувственно поцеловал стигию в губы и отстранился, позволяя ей немного отдышаться. Алиса тоже перестала мять затисканные сиськи подруги, и блондинка постепенно начала приходить в себя. «Теперь главное – чтобы эта рыжая бесстыдница не отправила нас на второй круг, после него я уже точно ходить не смогу... Наверное, надо будет ей пошликать, чтобы Алиса тоже кончила и наконец-то отключилась». Но когда Маша смогла приподняться на локтях и немного осмотреться, оказалось, что удовлетворять Двачевскую им с Семёном уже не придётся. Алиса сама умудрилась довести себя до оргазма свободной рукой и теперь сладко посапывала, свернувшись на рояле клубочком, а мокрая ладошка до сих пор оставалась у неё между ног. «Заснула... Какая же она миленькая, когда не помогает кого-то насиловать...» – погладила Маша подругу по животику. Вместе с Семёном они перетащили сонную пионерку на стоявший у стены диванчик, а вернувшейся к тому времени Мику Маша шёпотом объяснила, что рыжая устала после процедур в медпункте и нуждается в отдыхе. Звучало подобное объяснение неубедительно, но, к счастью, Мику поверила в него и заботливо укрыла Алису шерстяным пледом. А вот Пионер и Толик уже второй час сидели под кроватью в медпункте и никак не могли дождаться, когда Виола отправится на поиски Ульянки. Медсестра переставляла стойку с кружкой Эсмарха то ближе, то дальше, а несколько и раз сама ложилась на кушетку кверху задницей, спустив джинсы и сладко постанывая. Возможно, она просто дурачилась от нечего делать, но двойнику Семёна почему-то казалось, что лишь усилием воли пошлая медсестричка удерживается, чтобы не поставить клизму самой себе. «Жалко, что вся водка ушла на Алису. Залить бы два стакана в Виолку – она так опьянеет, что отсюда можно было бы удрать без проблем». Но накачать брюнетку алкоголем столь экстравагантным способом не представлялось возможным, так что удрать узникам медпункта пока не удалось. Когда в середине третьего часа их заточения в дверь постучали, пионеры было подумали, что это Алиса пришла жаловаться на похмелье после недавней процедуры, но на пороге оказалось Ольга Дмитриевна. Вожатая привела с собой хнычущую Ульянку и передала её с рук на руки Виоле. – А вот и ты, милочка! – улыбнулась медсестра, уложила Ульяну на кушетку и начала расстёгивать её шорты. – Эй, эй, нечего меня раздевать у всех на виду! - возмутилась девочка. – У кого на виду? - очень удивилась медсестра. – В этой комнате, кроме нас, никого нет. – А я говорю, что есть! - настаивала на своём Ульянка, прикрывая ладонью задницу и неуклюже подтягивая шорты. Пионер почувствовал, как у него по спине пробежал холодок. «Не могла же эта пакостница нас заметить...» – Ну и где же твои «наблюдатели»? - тем временем насмешливо спросила Виола, натягивая латексную перчатку. – Под кроватью сидят, можете сами посмотреть! «Зараза мелкая, одной клизмой ты не отделаешься!». – Ну да, конечно! - засмеялась медсестра. – Пока я загляну под кровать, ты сразу бросишься наутёк! Нет, так не пойдёт. Но Ульяна продолжала так усиленно сопротивляться, что Виола всё-таки не выдержала и на секунду наклонилась возле кровати... – Кадия пала! Бежим! Толик пролетел мимо удивлённой медсестры, словно распрямившаяся пружина, а вот Пионер всё-таки успел, несмотря на спешку, прихватить спрятанную за фикусом бутылку с собой. Сопровождал беглецов ехидный смех лежащей на кушетке Ульянки, а вот медсестра.. за эти несколько секунд на её лице сменился весь спектр эмоций. Вначале она побледнела, потом покраснела, а затем на губах возникла похотливая улыбка. – Стойте, воришки! Алкаши недобитые! Вы хоть знаете, что я с вами сделаю, если поймаю?! – Знаем, поэтому и бежим! - ответил Пионер, и больше ни разу не оглянулся, пока они с Толиком не скрылись в лесу.