Глава 1 - Город дождя
13 сентября 2022 г., 01:06
Да ладно - ну уснул вчера в опилках, Да ладно - в челюсть врезали ногой, Да ладно - потащили на носилках, - Скажи еще спасибо, что - живой! © В.С. Высоцкий
Как это получилось вопрос. Все в этом городе - один сплошной вопрос, который никто не осмеливается задать. Почему каждый день слышен вой сирен? Почему вчера владелец лавки ворчал на кассира подростка, а утром из разбитой витрины доносилась только гнетущая тишина? Почему крысы с третьей улицы так разжирели? Ни один из этих вопросов не будет задан и не найдёт ответа. Потому что этот город - город немых людей. В нем остаются только самые сильные или самые выносливые. Других этот город перемалывает, прессует и стирает в порошок, как загубленные тачки. Глупо рассчитывать на жалость. Добрые люди быстро выдыхаются здесь, теряясь в лабиринтах, которые плетёт им немой город. Выжить для них - равносильно предательству самих себя. Или самоубийству. Рыжий - не самоубийца и не добряк. Он здесь родился и знает, что здесь же умрет. Особо не рассчитывает дожить до старости. Хочет лишь спокойно провести те дни, что у него есть. Вмешиваться, совать свой нос куда не надо - не про него и его жизнь. У Рыжего и так достаточно шрамов и свежих рубцов, что на теле, что в душе. Поэтому он перешагивает. В закоулке почти впритык к его двери лежит парень. В вечерних сумерках сложно понять, жив он или подох. Рыжего не устроит ни один из вариантов. Ведь если жив, значит за ним придут, потревожат тихий и самый дальний угол восемьдесят восьмой улицы. А если подох, то труп ещё долго будет тут лежать, опять же потому что это самое дальнее и самое забытое богом и дьяволом пристанище, в котором проще найти крысу, чем встретить здешнего жителя. Поэтому Рыжий решает забить. Перешагивает через длиннющее тело парня, который неизвестно как попал к его дому. Ключи со скрежетом входят в замок и с таким же скрежетом проворачиваются. Дверь натужно визжит, да так, что кажется будто никогда не откроется. Она и правда с трудом поддаётся, но Рыжий - парень упрямый - все же отворяет проход в свой жалкий угол, который бы большинство назвало каморкой, а не домом. Внутри тесно и негде развернуться: справа койка с дохлым матрасом, слева маленькая кухня и туалет. Под кроватью лежат коробки с вещами, а у изголовья кровати в углу уместились таз с порошком, утюгом, мылом и сумочкой с гигиеническими принадлежностями вроде бритвы, щетки и пасты. Маленький коридорчик между всем этим мог бы позволять спокойно улечься разве что ребёнку, но никак не Рыжему, которому уже перевалило за двадцать. Единственный плюс этого жилища был в том, что потолки оказались все же высоки и Рыжему со своими 181 сантиметрами не нужно хотя бы пригибаться, словно горбуну, каждый раз заходя домой. Когда Рыжий зашёл, то сразу провернул ручку крана и из него наружу хлынула ржавая вода. Немытые третий день волосы Рыжего и то выглядели чище, хотя он этого не знал. Сегодня на работе не было времени взглянуть в зеркало, а дома своего отражения у него не было. Ему казалось, что это даже хорошо, - видеть своё лицо раз в два-три дня. Так не было ощущения того, что он постоянно ходит побитый. Зачем на это лишний раз обращать внимания самому, если даже у прохожих это не вызывает волнения? Они к этому привыкли. Рыжий к этому привык. Когда вода протекает хоть как-то, приходится умываться водой цвета грязного песка. Песка измазанного в глине. Но Рыжему нормально - такая вода хорошо подходит, чтоб хоть как-нибудь освежить тело после тяжелого рабочего дня. Сложнее уже, когда приходишь после второй работы: там уже такую воду использовать опасно для жизни. Мокрое тело не даёт с первого раза надеть серую кофту от чего Рыжий бесится, изламывая брови в напряжении. Поэтому он не сразу слышит начинающий набирать обороты ливень. За дверью дождь набирает мощь. Появляется ощущение, что потоки небесной воды хотят пробить асфальт, покрыть его трещинами и выбоинами. Рыжему не по себе. Он хмурится недовольно, различая те капли, что бьют по земле, и те капли, что приземляются на тело снаружи. Чуткий слух - одна из врожденных способностей Рыжего, которая часто приносит проблемы. Вот и сейчас ему было бы лучше этого не слышать. На плитку с грохотом приземлилась кастрюля. В неё Рыжий с раздражением выливает питьевую воду из бутылки, что поражала своей кристальной чистотой в этом богом забытом месте. Хотя на самом деле здесь не было грязно. Теснота и старость присутствовали в этом помещении. Здесь не было ничего нового или нетронутого, но нигде не скапливалась пыль, грязь и мусор. Пусть не идеально, но здесь поддерживали порядок. Рыжий терпеть не мог уборку, но беспорядок и грязь ненавидел ещё больше. В какой-то момент вода закипела и продолжала закипать, выплёскиваться, а Рыжий не обращал на это никакого внимания. Он хмуро глядел в пол, а желваки на его челюсти четко вырисовывались. Со стороны казалось что он в любой момент взорвется от злости. Рыжий не был добрым или самоубийцей. Однако он был ещё хуже - Рыжий был мучим вопросами. Парень не понимал, недоумевал, бесился от того, что именно к его двери занесло это длиннющее тело. Он хотел знать, кто подстроил такую шутку, от которой его тошнит. От которой его выворачивает наизнанку. Выходило же только рычать: – Ненавижу это место. Дверь наружу под бешеным напором Рыжего раскрылась в этот раз гораздо быстрей. На земле по-прежнему лежало это длиннющее тело. Только в этот раз оно было насквозь промокшее: и так плохо различимое лицо полностью скрылось за промокшими чёрными прядями. Рыжий кряхтел и ворчал пока затаскивал к себе домой это тело. Комната, что и до этого казалось крошечной теперь стала совсем тесной. У Рыжего не получалось развернуться с телом в руках. Пришлось закинуть прямо с порога на кровать эту мокрую потрепанную тушу. От такого веса дряхлое лежбище жалобно заскулило, но хозяин не мог ничем ей помочь. Он себе-то не знал как помочь, потому что опять полез туда, куда не следовало. Дохлый матрас, словно изголодавшаяся земля после засухи, моментально пропитался дождевой водой. А длиннющее тело даже не шелохнулось. Казалось, что он умер. Но Рыжий знал, что он жив. Крови вокруг почти не было. Она покидала тело лишь из пары ножевых порезов, да скапливалась в наливающихся синяках, которые пестрели синими, фиолетовыми, красными и темно-синими, которые обещали стать ближе к чёрному оттенку. Рыжий парня кое-как раздел и осмотрел, раны обработал аккуратно и со знанием дела. В его голове по-прежнему было много вопросов, начиная с простого «кто его так отделал?» и заканчивая самым сложным «нахрена я это делаю?». Поэтому он не сразу заметил яркую эмблему, в которой явно прочитал проблемы для себя. На правой лопатке у длиннющего тела из подворотни вырисовывался красно-золотой лотос в обрамлении чёрного дракона. Красивая, утонченная работа, на которую заходил большой шрам будто от удара ножом или даже мечом, завораживала взгляд. Дракон, охраняющий свой цветок. Дракон, оберегающий своё сокровище. Пятая улица города - пятая по силе группировка Мэн Тэн. Те самые люди, которые охраняют свою территорию и бизнес ревностнее кого бы то ни было. Те люди, для которых убить проще, чем сходить в сортир. И один из этих людей лежал на убитой койке Рыжего, который от осознания своего промаха начал закипать. – Блядский боже, за что? Рыжий так вышел из себя, что ещё минут тридцать не мог вернуться к своему пациенту. Он сварил лапшу с овощами, съел ее и только потом вернулся к осмотру одного из членов группировки Мэн Тэн. Рыжему пришлось есть стоя, а обрабатывать раны на коленях. Он осознавал, что спать ему придётся на полу, что также не улучшало его настроения. А когда он увидел рожу этого хмыря...то рожей его назвать больше язык не поворачивался. У бандитов таких смазливых мордах не бывает. Такие только у проститутов в красных домах имеются. Потому что люди с такими лицами быстро идут в расход, если связей не имеют. И похоже, этому с ними повезло. Потому как в их группировку просто так никого не принимают. Целые легенды ходили про их жесткие обряды посвящения и жесткую иерархию. Этого смазливого парня отделали хорошо и неплохо так полоснули щеку ножом. Рану на лице пришлось долго обрабатывать. И Рыжий ни за что не признается, что засмотрелся. Засмотрелся на длинные черные ресницы, ровные изогнутые брови и бледные губы, которые имели какую-то странно привлекательную форму, не являясь чересчур пухлыми или чересчур тонкими. Щёк у парня на лице почти не было, выделялись только режущие скулы, которые, наверняка, делали его лицо, когда он бодрствовал, резким и может даже отталкивающим. Но сейчас, пока он был без сознания... Рыжий не признается, что засмотрелся. Но объективно признает, что такое лицо сложно игнорировать - такую редкую красоту человека, внешне похожего на ангела. Даже когда он морщился во сне от боли. Всю ночь пришлось проваляться на голом полу, укрывшись курткой. Плечи в проем между кроватью и кухонными шкафами не влезали и Рыжий отлежал все бока, пока старался хоть как-то вздремнуть. Немного у него получилось, но большую часть времени он всматривался в свою кровать в темноте и подсчитывал: – Три пореза на руках, один на лице и два на ногах. Назревающие синяки по всему телу, особенно в районе солнечного сплетения. Сломанные рёбра в двух или может трёх местах. Возможно, трещины в кости правой ноги... Татуировка группировки Мэн Тэн на лопатке. Смазливая морда... Избитая туша. Все это повторялось Рыжим из раза в раз внутри своего сознания и обязательно заканчивалось вопросом: – Вот нахрена, блядский боже? В конце концов у него получилось заснуть под утро более менее крепко. Будильник будит на работу так же противно как обычно. Все кажется чертовски нормальным, кроме тьмы и пыли под кроватью. Не на это Рыжий должен смотреть по утрам. Не это он должен слышать: – Я думал, меня спасёт какая-нибудь милая девушка. Как в маньхуа. Янтарные глаза поднимаются и сталкиваются с прищуренными серыми глазами. Рыжий не сразу понимает, что это такое. Точнее, кто это. Но узнает порез и длинные чёрные ресницы. Думает: «Нет, черты лица не режут взгляд». Не понимает, нахрена. А эта смазливая морда продолжает: – Надеюсь, у тебя есть сестра. Мне такие глазки нравятся.
