Они желают жить

И, в предсмертном томленье Озираясь назад, Убегают олени, Нарываясь на залп. Кто-то дуло наводит На невинную грудь... Все былое уходит, - Пусть придет что-нибудь. © В.С. Высоцкий

      Подпольная арена не была каким-то выдающимся бункером, всего-навсего обычным зданием, где могли бы проводить обычные матчи. Раздевалки, кабинеты, душевые, места для зрителей - все это не было чем-то необыкновенным. Но внутри, словно бы это место было проклято, постоянно царил полумрак. Рыжий этой фишки не понимал. Экономить на свете, когда в этом месте собирается больше зрителей, чем на матч по боксу, казалось бессмысленным.       Теперь у приглушенного света есть смысл. Он как будто усиливает напряжённую обстановку, в которой передвигается их процессия. Линь, как предводитель колонны, нервничает сильнее всех. Хэ, как главная фигура парада излучает уверенность и продолжает улыбаться на публику, а Рыжий, что плетётся в хвосте, строит недовольную рожу, как те люди, которые ничего не видят с задних рядов.       Хэ не спрашивает куда они идут и почему проходят места со зрителями, углубляясь дальше в здание, проходя мимо раздевалок, пункта медицинской помощи, которая халатна до невозможности, и душевых. Они идут все дальше, и Рыжему, мягко говоря, это не по душе. Потому что он начинает чуять в воздухе ту опасность, с которой никогда не мог справится. Его кулаков и ярости было недостаточно.       Может, от этого осознания или от опасности, что витала вокруг, но Рыжий отчетливо ощутил тяжесть и холод пистолета за спиной. – Мы почти пришли. Ещё немного, господин Хэ, - лепетал Линь без прежней бравады, к которой привык Рыжий.       Поразительно, как подстраиваются люди под других. Пресмыкаются перед теми, кто по их мнению выше, и командует теми, кто не достоин их внимания. Выглядят лучше перед теми, кто им нравятся, и ещё лучше перед теми, кого терпеть не могут. У них меняется все: голос, манера речи, жесты, выражения. Рыжему сложно это понять. Он один из тех людей, которые очень редки и которые ведут себя со всеми одинаково.       Одинаково недовольно.       Всей этой ситуацией Рыжий тоже недоволен. Но идёт за Хэ твёрдым шагом. Он ведь подписал контракт. Ещё Рыжий готов признать для себя, что он не только подписался на это, но и обещал. Однако назвать Хэ своим другом у Рыжего даже в мыслях не получалось.       У Рыжего были друзья. Теперь других быть просто не может. – Я так понимаю, мы пришли? - спрашивает Хэ, когда Линь выводит их через заднюю дверь на подземную парковку. Она почти вся заставлена машинами.       Рыжему парковки не нравятся. На одной такой его знатно побили, а недавняя парковка, на которой они были с Хэ, тоже не добавляла приятных воспоминаний. Его вырвало. – Да, он в машине. Я вас отведу. Пойдёмте, - говорит Линь и ускоряется.       Рыжий снова равняется с Хэ и тихо ворчит: – Это хреновый план. – Знаю. Дай мне свой пистолет и держись позади. – Я не буду прятаться за твоей спиной, - сквозь зубы шипит Рыжий, но все же незаметно передаёт Хэ пистолет.       Без оружия ему сразу становится легче дышать и двигаться. Но тень беспокойства ложится на острые черты лица. Ведь воспоминания о сегодняшней ночи ещё свежи и Рыжий отчетливо помнит, словно видел сам, как Хэ впервые убил из пистолета. – Ты нормально? - хмуро спрашивает Рыжий, не удержавшись.       Хэ Тянь впервые за все это время, что они идут, смотрит в карие глаза. И Рыжий не видит там ничего нормального, несмотря на улыбку.       Тянь не боится убивать. Он готов отобрать чужую жизнь. Но это не значит, что парень этого хочет. Именно сейчас Рыжий отчетливо понимает, смотря в чужие глаза, в чем разница между убийцей и человеком, отобравшим чужую жизнь.       Убийца хочет убить. Ему привлекает власть над чужой жизнью, ему нравится дарить смерть и знать, что он не причина. Или же убийца настолько привык, что стал равнодушен к чужой жизни, и теперь даже не задумывается о содеянном.       Но те, кому приходится убивать... Нет, Рыжий понимает отчетливо, они - не убийцы. Они такие же жертвы, что с удовольствием сбежали бы, но не могут себе этого позволить. Потому что на самом деле тоже хотят жить.       Хэ Тянь хочет жить. Рыжий тоже хочет жить, несмотря на то, что жизнь его - дерьмо на палочке.       Возможно, в этом вся природа человеческая. Надежда. Надежда не даёт нам распрощаться с жизнью. Потому что, если в твоей жизни хоть пару мгновений было прекрасно, ты будешь помнить их, и в тебе будет теплиться надежда, что если ты поживёшь ещё немного, вытерпишь ещё капельку... Да, надежда не даёт окончательно распрощаться с жизнью таким людям как Хэ и Рыжик. Страх тут не причём. – Держись позади, - только и отвечает Тянь. - Подстрахуешь тылы.       Они идут ещё какое-то время по парковке за спешащим Линем. Рыжий идёт чуть позади, так что не сразу замечает, но сразу слышит, что что-то не так. Хэ Тянь же сразу замечает, как на них, не сбавляя скорость, выезжает машина.       Он кричит: – В сторону!       Рыжий не успевает опомнится, как Хэ дергает его за плечи в сторону припаркованных машин. Мимо тут же проносится автомобиль на большой скорости, что по инерции проезжает ещё какое-то время, а потом тормозит, позволяя людям, что были внутри, выбежать и открыть огонь. – Черт, это Самураи, чтоб их, - психует Хэ ледяным голосом. Ему невыносимо, что он ошибся и подверг Рыжика опасности.       Хэ отвечает пару выстрелами и утягивает Рыжего куда-то дальше вглубь. Они бегут, пригибаясь. – Ты знаешь, как отсюда выбраться? - спрашивает Тянь, когда над их головами снова прозвенела ещё одна пуля, пролетая сквозь стекло машины.       Хэ стреляет быстро и, кажется, будто он почти не целиться. Кто-то вдалеке вскрикивает. Слышатся проклятия сборища гневных голосов. – Да, я знаю один выход, - в Рыжего стреляли всего один раз, хотя слышать перестрелки ему приходилось часто, поэтому голос его становится звучнее. - Иди за мной!       Они несутся между машинами на большой скорости. У Рыжего, который не привык к подобному, появляется смутное ощущение, что его уже подстрелили. Просто у него столько адреналина, что он не замечает этого.       Однако вот перед взором появляется та самая дверь, которую Рыжий уже не чаял увидеть. На секунду. Всего на секунду Рыжий расслабляется и замедлят шаг. Но этого хватает, чтобы его поймали в прицел.       Выстрел раздаётся с оглушительной силой, но Рыжий чувствует боль только от падения на правый бок, когда приземляется между двумя машинами. Рыжий парень оборачивается и с ужасом в глазах видит, что к нему падает Тянь, после того, как стреляет в кого-то. – Тянь! - кричит Рыжий в ужасе, утягивая его подальше между машин.       Словно в кошмаре Рыжий видит, что левая ладонь его вся в крови, но боли он не чувствует. Это не его кровь. – Тянь, твою мать, тебя ранили! - голос Рыжего дрожит и срывается.       Но Хэ кажется ни чуть не напуган. Разве что только бледнеет сильнее, да болезненно морщится. Он говорит: – Все нормально. Это плечо... Нам нужно уходить.       Голос у Тяня по-прежнему ледяной, но в нем отчетливо проступает боль. Его слова немного Рыжего отрезвляют, так же как и выстрелы, что разбивают окно машины над их головами, осыпая их стёклами. – Хорошо. Я тебя выведу. Держись, - говори это Рыжий решительно, но голос его дрожит.       Он забирает пистолет из рук Хэ, помогает ему встать, и они снова ускоряются по направлению к выходу. К их счастью, у самой двери припарковался большущий внедорожник, что позволило Рыжему не отвлекаться на одну из нападавших сторон, а отстрелить тех, что были по правую руку.       Возможно, он даже кого-то убил. Но сейчас Рыжего это не волновало ни капли. Он думал только о том, что должен вывести Тяня отсюда. Ему необходимо увести его прочь.       Улица встретила их кромешной тьмой, в которой только фонари да вывески круглосуточных магазинов были источниками света. На небе не было видно ни луны, ни звёзд. – Где наша машина? - рычит Рыжий, у которого от пережитого из головы вылетело все напрочь, кроме желания спасти Хэ. – У парка, - с болью хрипит Тянь и, превозмогая себя, старается торопиться. – Ещё, блять, ближе поставить не мог? - психует Рыжий от чего Хэ только улыбается.       Тяня уже даже не удивляет, что на грани смерти Рыжий может заставить его улыбнуться. Наоборот, это кажется единственно правильным.       Когда они скрываются за углом ближайшего магазина, до их ушей доносится грохот двери и чужой топот. Рыжий думает, что эти суки приставучее пиявок и клещей. Он, блять, их ненавидит!       Хэ Тянь честно не знает, где они и как передвигаются. Ему кажется, что они бродят кругами-квадратами между зданиями, проходя в тех местах, которые кажется ему тупиковыми. Рыжий явно знает, что делает, а младшему Хэ остаётся только доверится. Потому что он как никогда понимает, что скоро станет лишь балластом, если не хладным трупом. В серых глазах темнеет, ноги и руки слабеют и только места, где Рыжий придерживает его, будто горят живительным огнём. – Настырные ублюдки, - рычит Рыжий, когда им в очередной раз приходится останавливаться, чтоб переждать. – Да, Самураи такие, - усмехается Хэ и хочется посмеяться, но новая волна боли простреливает плечо. - Аргх!.. – Бля, не говори ничего, - тут же шипит Рыжий, всматриваясь в чужую рану.       Из-за кожаного пальто трудно рассмотрит что-либо, да и сам Рыжий такой нервный, что помощник из него никудышный. Поэтому для начала им надо выбраться отсюда туда, где он сможет спокойно осмотреть Тяня. – Пошли, осталось немного.       Они сворачивают ещё пару раз и Рыжий наконец-то замечает их машину через дорогу. – Тянь, не вздумай отрубаться. Нам надо быстро перейти. Слышишь, блять?       Хэ кивает, и Рыжий с ужасом для себя замечает, что он стал ещё бледнее. Он почти весь вес раненого взваливает на себя, чтобы быстро перейти дорогу. Но уже на середине Рыжий понимает, что ничего у них не выйдет.       Из тьмы парка медленно выходит силуэт человека. Рыжий скорее неосознанно, нежели осознанно выходит вперед, отодвигая раненого Тяня назад. Он готов встретить все пули, что полетят в него, лишь бы они он долетели до Хэ.       Рыжему даже не страшно. Он не боится смерти, ведь так часто с ней встречался. Чаще, чем с самой жизнью. Самураев он не боится тем более.       Но из тьмы выходят не Самураи. В свет уличного фонаря выступает кое-кто похуже. Потому что с этим человеком смерть - не самое страшное, что тебя ждёт. – Змей...       И в ту же секунду, как Рыжий понимает, с кем они столкнулись, на дорогу с визгом тормозов выезжает машина и чуть ли не сбивает их. Их заталкивают внутрь, несмотря на яростное сопротивление со стороны Рыжего.       Все, что Рыжий помнит дальше - боль и тьма. Последняя накрывает его подобно пуховому одеялу в холодную ночь. Но даже в этой кромешной приятной тьме одна мысль по-прежнему заставляет сердце Рыжего бешено биться - мысль о раненном Тяне.