Холодная или горячая война

Есть разная ложь в этом мире —

Во благо чужое и в горе другим.

Чем больше благая та ложь, тем шире

Оправданья находят людям таким.

(авторский)

***

      Ночь прошла беспокойно для немца. Рейх успел "поцеловаться" с дверью носом, выйти и обругать красноволосую русалочку с именем Берлин.       Столица ели уложил арийца спать, мирясь с новым обликом. Он пред уходом приложил холодное к синяку после встречи с дверью, боясь, что на лбу образуется и некрасивая шишка.       Утро встретило немца недоброжелательно, болями в спине и голове. Вернее сказать на внешней её части.       —Вот и доброе утро.       Начало дня для Третьего и правда оказалось никудышным, так как помимо его небольшого рассеянного образа, в резиденцию уже прилетел американец, казалось что-то кто-то его неплохо проклял. Ну как кто-то...       —Чёртова страна.. Тц, меня опозорить почти на все континенты, немыслимо! — Говорил США своему поводырю — Вашингтону, что шёл рядом с ним на расстоянии меньше метра, держа небольшой дипломат, да тяжко вздыхая от чужого безосновательного ворчания. Тот, потирая нервно переносицу попытался образумить. —Сэр, вы же сами начали это все. Нужно было быть более внимательным.       —Заткнись! От тебя никакой помощи и даже поддержки! И почему эти дуболомы рейховские не позаботились о встрече гостя?       —Скорее всего мы прилетели немного раньше, чем другие страны. Это идёт в разрез с этикетом.       —Это не освобождает их от такого наглого бездействия. Так и знал, что стоило поднимать цифры в ценах поставок для него...       —Вы слишком злопамятны. —Убеждала столица, пытаясь от быстрого темпа не потерять сваливающиеся овальные очки.

***

      Немец встрепенулся. Умыться ели успел, застегнул пуговки пиджака, да поглядел на время. Всё же иностранных гостей заприметил Берлин, начиная извиняться, да оправдываться тем, что о времени прихода те не сообщили.       —Проходите в гостевой зал, фюрер прибудет сию же секунду. Чай? Может кофе?       В отличие от страны, столица США выглядел более приветливо, пускай это и был его некий образ на публике, но тот более радовал, нежели критикующий взор Штатов, осматривающийся по сторонам. Вашингтон уже слишком долго мирился с характером хозяина, от чего сам стал податливым как губка и гордился только в экономических делах.       —Мы не откажемся от двух кружек кофе с пенкой, пожалуйста. Молока чуток, сахара ложка, все остальное кофе. Без всяких там сливок.       Получив ответ Берлин удалился, отправляя за напитком кого-то другого, первый попавшийся город, естественно забыв сообщить о предпочтениях, сам же поторопился за арийцем.       Выглядел Рейх мягко сказать неважно. Сейчас бы ему хотя бы один из своих кремиков или масочек. Единственное, что он успел одеть, так это ехидную и гордую улыбочку во все тридцать два клыка. Нужно держать лицо       —Рейх! Ей-богу, тебя уже ждут. Ты что только проснулся?!       —Иду я. Пусть пар выпустят заранее, мне меньше достанется.       Немец поправил галстук бордового оттенка, что завязан был наспех, и направился в гостевой зал. Хорошо хоть американец ничего на немецком не смыслит, можно тихо и выругаться, и обозвать для душевного спокойствия.       —Guten Tag! Рад вас видеть. А собственно по какому поводу?

***

      Как только Берлин скрылся из поля зрения, то Вашингтон мельком глянул на США, прищурив очи с досадой. Оба были близкого возраста, но отношений дружеских не имели, даже учитывая то, что США единственный его хозяин, других не было и вряд ли будут.       —Вы выглядите слегка неважно. Сделайте лицо попроще, иначе посчитают за каких-то напыщенных агрессоров. —Вздохнул он и как только увидел Рейха на горизонте, то тут же оправился, поприветствовал, не давая начать самому США. —Good morning, mr. Reich! Мы вообще к вам пожаловали обсудить некоторые детали одного договора, насколько нам известно в скором времени сюда явятся Великобритания и Франция       США лишь молча поправил свой галстук, что цвет имел совершенно противоположный Рейховскому да посмотрев на время на своих дорогих часиках, поднял безразличный взор на Рейха, процедив. —Но это "совещание" не столь важно, сколь более личная беседа. Ваша со мной.       Рейх сел напротив слушая "внимательно" и с видом удивлённого этой новости человека. Кофе несли долго, этот напиток не столь востребован у самого арийца, но скоро поднос стоял на столе.       После, Мюнхен, что принёс этот серебристый поднос, удалился, но удалился лишь за дверь навострив уши.       —Я то думал, в чём же подвох? Только мне совсем не ясно о чём вы хотите со мной говорить.       —На мой взгляд всё предельно ясно.        Фриц сделал самый настоящий, полный непонимания вид, закидывая ногу на ногу.       Интересно что у обоих имелись свидетели, только у США он открытый, а у немца просто любопытный, жутко любопытный помощник. Может это и к лучшему, кто знает что будет происходить здесь — за замкнутой дверью.       —Насколько личный этот вопрос? Могу рассказать про любимый цвет. Или тебя интересуют предпочтения? Тогда, я люблю мороженое.       —Не веди себя так, словно совсем ничего не понимаешь. То, что тебе будут говорить те две страны по поводу статьи в газете, сплошная брехня.       Рука нервно дернулась, но США держал себя в руках, затем несколько раз хрустнув фалангами проницательно заговорил. —Я помню, вы и mr. USSR снимались в одном фильме, не так ли? — Американец сразу перешёл к сути, растянулся в улыбке, получая некое свирепое удовольствие от того, что у него в рукаве имеются козыри. Он этот козырь раздобыл только вчера в самый критичный момент, буквально выхватил последний из колоды.       —Так вот.. У нас имеется на вас "маленький" компромат, который лишь уверяет, что в той статье написана чистейшая правда, пускай весь земной шар думает, что я какой-то там мальчик с идиотией, но на деле, вы, мистер Рейх, подвергаете себя серьёзной огласке~ У меня даже имеется свидетель, что заметил довольно-таки странные пятна на шее, удивительно, что они очень походили на засосы. Нет, ну быть может вы конечно испытывали новые технологии — шланг от пылесоса, это определённо звучит правдоподобней.       Вашингтон лишь молча пил кофе, заметив что оно было достаточно качественно сделано, пускай так долго и не совсем по запросам.       —Ваше слово — закон, но ты как-то слишком всерьёз воспринимаешь болтовню "свидетеля". Кто же этот загадочный человек?       Немец разочарованно опустил голову наигранно изобразив печаль. —Конечно, я снимался в фильме! Хах. Никакой личной жизни. Один раз переспишь с проституткой и уже обвиняют в том что спал с вождём коммунистической империи. Не понимаю откуда у вас такая фантазия? Может, напишите сказку о любви двух врагов?       Немец облокотился на подлокотник и подпёр голову. Был он вполне спокоен, чтобы не выдать себя. Пока смиренен США нервничать смысла нет.       —Подумать только! Интересно какие вы в фильме нашли улики романа с этим коммунистом? Ладно засосы. Но неужто вывод был сделан только потому что я с ним жил? Удивительная логика. Есть ещё что обсуждать или мы будем разбирать этот абсурд?       Американец начинал постепенно закипать, его нервы сдавали от подобной лёгкости арийца, но он держался.       —Darling, Вашингтон, покажи нашему упертому другу о каком компромате я говорю, мне нервов не хватит вести с ним светские беседы.       Столица поставил чашечку обратно на поднос и, даже сочувствуя стране напротив, достал свой дипломат, открывая его. Оказывается там были не документы, а что-то наподобие видеопроектора с небольшим экраном и худым качеством, в чемодане. Странно, но это штука как-то умудрялась работать.       —Включай на первом часу сорок седьмой минуте и тридцать шестой секунде, дорогой Вашингтон. А вы, мистер Рейх смотрите внимательно и не спорте, пока в чём-либо не уверены~       —Да что же вы мне можете показать?       Пендос расплылся в ехидной улыбочке, также облокотившись рукой на подлокотник да услышал как плёнка начал свой сеанс. По началу шёл тот самый фильм, в котором и снимался Рейх с Союзом, та самая последняя сцена, столь трогательная и.. Героическая. Но стоило пойти титрам, на этом моменте лисьи глаза США остановились на арийце, вглядываясь в каждый мускул, чтоб запечатлить его реакцию.       И вот, наконец буквы и имена прошли, и тут вновь появляется картинка, тот самый момент как прозвучала хлопушка, тот самый момент, когда Рей дал волю своим эмоциям, в свою очередь Союз показал себя совсем в другом свете, успокаивая словно собственного ребенка. Вашингтон поправил свои очки на носу, после конца эпизода, поставив запись на паузу, после чего нависла.. Тишина.       Фриц стал нервничать уже на первой же ухмылке этого подонка. Но увидев трогательную сцену очи чуть не выпали из орбит, это не должны были снять, но сделали такую подлость. Знает. Есть доказательства. Теперь несдобровать. —Deine Mutter... Was würden Sie... Бред, дал слабо эмоциям, я....       Рейх не выдержал, шестерёнки разума в голове замкнуло и тот, даже не думая, пошёл на авантюру, резко встав и взяв за воротник любопытного американца, с силой ударяя по скуле. Немцу сейчас было уже всё равно как и что ему за это будет. То что показал американский подонок выйдет в новости рано или поздно и немцу уже не отвертеться.       Да кто вообще поставил эту сцену после титров нарушая любое личностное пространство стран?!       —Только попробуй распространить это сейчас! Я уверен что тебе хорошо после этого не будет. Не покушайся на то, чего знать нельзя!       Американец явно не ожидал такого хода событий от рационального, расчетливого немца и потому лишь шире улыбнулся, отерев некоторое количество крови со скулы. Удар был не предупредительным, потому был сильным даже для арийца. Хотя, как и говорилось Рей не слаб.       —Так все же я смог сломать твою выдержку, как же прекрасно видеть в таком состоянии самого Третьего Рейха~       И тут америкос резво всек немцу в бочину, тем самым освобождая свой воротник, оправляя его да ещё на прощанье прописал ему знатного леща с кулака, роняя арийца на стол.       Послышалось "хрясь", а следом отчаянный болезненный скулёжь пса, с переломанными лапами, в вперемешку с шипением. Зуб с правой стороны был вырван. Когда третьего приложили о стол, угол ударил прямо под основание лишая немца клыка с корнем.       —А теперь послушай сюда, подстилка коммунистическая, мне откровенно плевать, что между вами. Но, увы, не плевать народу и политической жизни. Я готов каждому глотки вырвать, но лишь бы смести с пути нескольких блох, понял?~       Эталон подлости с угрозой клацнул зубами, после хватая дипломат в руки да вместе со своей столицей покидая кабинет Рейха, даже не попрощавшись.       —Geschöpf! Wenn jemand davon erfährt, zahlen Sie etwas teurer als die Gliedmaßen!       Рейх уже неосознанно стал тараторить на собственном, грубом для Штатов языке. Ариец судорожно глотал кровь выплёвывая собственный зуб. Он полностью опозорен, аргументов не имеет, а фильм увидят все без исключения. Как всё могло так вот проявиться?       На глазах выступили пресные капельки злобы, отчаяния и обиды. —Weiblich... — Впервой выругнулся бедный ариец.       Штаты же победоносно покинул резиденцию и вновь отправился в сторону частного самолёта, усаживаясь и тут же улетая из Германии.       —Вот и все сделано, милый, Вашингтон. Ах, как же я люблю видеть эти жалостливые лица, вот увидишь, он прибежит ко мне как миленький, когда его выпрут с мировой арены, а я.. Благополучно отвергну его, или же отдам в какое-нибудь "рабство". Союза стоит тоже помучить, но с ним я немного поизвращаюсь, уж больно много он мне насолил. А раз намечаются Олимпийские игры в Москве, то почему бы не устроить мне шумиху и не вывести на главные экраны эту сцену, ах, какое же огорчение будет у народа собственным гомосексуальным вождём, что лично запрещал им подобное, хи-хи.       Вашингтон лишь молча кивнул, понимая, что спорить со своим боссом совсем бесполезно, да и его безумные планы порой пугают, и пугает то, на что он готов пойти ради главенствующего места на мировой арене.

***

      Рейх уселся на пол, облокачивая голову на стену. Что ж это за бред такой? Развели на все четыре стороны. Вот тебе и клятва на клыках.       —Мюнхен! Что стоишь?! Знаю, что здесь, вату неси и спирт. Можно ещё стаканчик виски, а то я слягу. Хоть не передний...       Рейх печально вздохнул. Десна жутко кровоточила, кровь уже капала на пол. Клык лежал в руке заставляя Нациста скулить и от боли моральной. Он подставил и своего возлюбленного, уж ничего не сделать, фильм выпустят на большие экраны. Если же Третий должен пережить подобное, то как быть с коммунистом? Нужно сказать, сообщить, но стыд съедал заживо, Третий не мог взять и раскрыть. По крайней мере сегодня.       —Ты там скоро?! Сам будешь кровь с ковра оттирать. — Немец приложил принесённую вату, что быстро пропиталась кровью.       —Записать к дантисту? — Печально спросил Мюнхен.       Фриц даже содрогнулся от этого слова. До ужаса боится этих врачей и не перестанет.       —Ни в коем разе! Иди! Мне подумать надо.       Рейх зажмурился, каким бы стойким ему быть не хотелось, слёзы подступили к глазам с новой силой, теперь скатываясь к подбородку и там смешивались с каплей алой крови.       Всхлип, ещё. Он в невероятном отчаянии, Рейх впервые не знает решения проблемы и это его пугает. Столь ценная, маленькая, заострённая кость лишь напоминает о собственных словах "Да брось, я справлюсь. Клыками клянусь". Тот чувствовал себя паршиво, униженно. Прямо перед американцем арийца пробило на эмоции, за что он крупно получил физически.       —Рейх, воды? — В комнату заглянул Берлин.       —Нет, работай иди и не лезь не в своё дело. Мюнхен всё тебе расскажет, даже морочить голову себе не стану.       Тот был подавлен. Нужно было позвонить, но фриц отказался от этой возможности.

***

      В это время в Москве, в особняке Союз как сам не свой ходил из стороны в сторону, уже получив обратно документ из Германии, также оставив там свою роспись, но рука судорожно дрогнула.       —Да что такое? Почему я так.. Волнуюсь? Боюсь?...       Его сердце бешено колотилось, так, что даже обычная валериана не сразу помогла успокоить его.       —Мх.. Рейх, Рейх... Чую я, нутром своим... Что-то случилось. Агрх! Либо я просто схожу с ума...       Москва, что вновь ошивался со своим начальником, спокойно попивал чаек, наконец закончив отчёт, да радостно вскрикнул. —Наконец! В ближайшие несколько дней никаких бумаг на моей шее! Да!       Но на задумчивом лице коммуниста радости не было, отчего тот и спросил беспокойно, ведь тот тоже должен быть рад — количество документов уменьшилось. —В чем дело, товарищ Союз?..       —Да так.. Свои думки, не обращай внимания.       "—Интересно встреча у Рейха с европейскими Государствами насчёт документа уже прошла? Может рискнуть позвонить?.." — Подумал Совет, да, не сдержав беспокойства, поднёс к себе ближе телефон, хватая трубку и набирая несколько цифр.       —Соедините меня с главой Германии. — Кратенько процедил мужчина, затем услышал женский голос, что сообщил о дальнейшей готовности, заиграла красивая немецкая музыка.       —А зачем тебе туда звонить?       —Да так.. Обговорить кое-какие вопросы, все-таки скоро я должен буду уехать туда, чтоб уладить один договор...

***

      —Рейх! К телефону, Москва.       —... Я сейчас подойду, ответь.       Да уж, звонить арийцу вовсе не пришлось, звонок последовал и без его решения. Попытавшись привести себя в чувства немец наконец встал направляясь к телефону и думая как лучше соврать о прекрасной встрече.       Так бы он и соврал, но увы всё же первые слова начал Берлин.—Добрый день. Это Берлин. Я попрошу вас капельку подождать, Рейх сейчас возьмёт трубку. Просто сейчас весьма...  В плачевном состоянии.       Фриц этого не расслышал и через минуты три наконец, проглотив боль и всхлипы, ответил русскому с максимальным позитивом, что смог выжить из себя.       —Здравствуй, Союз. Если ты насчёт встречи с США, всё хорошо. Клыки на месте.       Какая наглая ложь. Даже фриц удивлялся своему актёрскому умению. Откуда же русский узнал о встрече? Это столь очевидно?       —Рейх, не ври мне. Только что Берлин сказал, что ты в плачевном состоянии... В чем дело?       Союз был крайне удивлён тому с какой подачей он к нему обратился. Неужто вчерашний разговор был.. На той же ноте? Немец вешает лапшу на уши? Так нагло и не искренне?       —Я же знаю, что встречи с США — это отдельный вид пыток, не могло все так хорошо пройти       Уверял большевик, так как сам не раз был на подобных совещаниях и собраниях, где США явно выступал не за добро и единство. Тот хороший манипулятор и безусловно хитрец. Или слова Берлина были преувеличены?       Москва лишь удобно устроился на диванчике, расслабленно прикрывая глаза.       —Мх.. С Вашингтоном и то лучше разговаривать, чем с его шизанутым боссом       —Я не лгу, просто сильно вымотался, морально. Берлин часто преувеличивает, всё прошло... Эм... Нейтрально, учитывая американский характер.       Рейх умолкнул, наблюдая за собой одну улику — почти во всех случаях буква "ш" становилась более длинными и тихими. Нацист надеялся на то, что это не столь хорошо слышно, хотя бы через трубку телефона. Сейчас хотелось раскусить язык на пополам, ложь не была везкой необходимостью.       —Всё прошло сносно, уверяю тебя. Не о чем беспокоиться. Он поугрожал, да ушёл не найдя аргументов. —Голос дрогнул. Немец не мог больше говорить, он просто не мог вешать лапшу на уши. —Мне наверное пора, дел много.       Странное шипение, что доносилось из трубки немного напрягло коммуниста, но он сослался на помехи с сетью.       —Ладно, если так.. То это хорошо. Угрожать — это его фишка, главное, что с тобой ничего не случилось.. Раз ты так вымотан, то отдохни немного.. Пусть голова придёт в норму, а уже потом принимайся за дела       Такая быстрая смена обстановки напрягала коммуниста, он чувствовал что-то неладное, но и не хотел допытывать своего, и так измотанного, любовника. Всё же немец — не шпион и анализировать бы было неправильно.       —Удачи тебе с бумаги и.. Сладких снов, если получиться, конечно.       Более сухо и как-то неуверенно проговорил большевик, подметив дрожание голоса, разбираться через телефонную трубку, пожалуй, такое себе удовольствие.       —Спасибо, да я... Пошёл. Удачи, спасибо, что позвонил.       Даже спокойной ночи не пожелал ели дотягивая последнюю фразу и падая на диван, сжимая клыки. Он ведь скоро приедет. Что Рейх сможет скрыть тогда?