Холодная или горячая война

      Немец взял русского за руку, приобняв ту желая уже направиться в торговый центр.       —Веди меня, любовь моя!       После этого умилительного, по мнению союза, жеста, последний уверенным шагом направился до торгового центра в несколько этажей, потянув своего любимого вслед за собой. На этаже их взору явились множество магазинов, пускай и с однообразным товаром, но зато в количестве и качестве практически полностью затмевающими этот факт. Все как надо, все отечественное.       Спустя минут пятнадцать ходьбы они зашли в огромное помещение и сразу же их окружили маленькие отдельные магазинчики с игрушками, с одеждой, едой, местные кафешки и прочее, прочее, прочее.       —Ну так, куда мы направимся? Здесь немного побродим, или сразу наверх?       Войдя в торговый центр немец всё быстро осмотрел и решил остаться на первом этаже.       —Пойдём сюда! Я вижу, что здесь есть тёплые, меховые изделия. Как думаешь, как бы на мне смотрелась шубка?       —Шубка? Хм… думаю, что очень даже изящно и царственно. С твоим личиком только шубки и носить! — Посмеялся большевик, также осматриваясь по сторонам. Замедлив взгляд на одной из витрин, тот аккуратно указал пальцем в сторону того отдела.       —Пойдём туда сходим. Видеться мне, там хорошие шубки висят. Уж поверь, насчёт качества я тебе точно гарантирую — не замерзнешь, котик мой, хе-хе~       Рейх направился в магазин под руку с Союзом, цепляя глазками интересные экземпляры.. Однако, обойдя мужской отдел стороной, тот начал заглядываться на женский, где в последствии и начал присматривать себе что-нибудь да по размеру. Ведь сколько бы магазинов в Москве он не обошёл — ни разу не мог найти что-нибудь на своё тощее телосложение.       —Ахах, значит ты заранее определил наши с тобой роли в семье? Хах! Так и знал, что я буду главой! — Шутливо высказался Союз, после лишь тихо посмеялся, проходя в женский отдел с шубами, да после чего плавно подвел его к экземплярам, на которые он немного, но засматривался.       —Фи! А кто сказал, что жена не может быть главной? Единственная причина, почему я быть главным не могу заключается в том, что собственные дети всё же как командира воспринимают тебя, Союз. Да и с положением мы уж видно давно всё прояснили!       Прежде всего Рейх ощупывал качества мехов, вечно на бирках смотрел чей он, синтетика ли.       —Мы можем взять несколько, и пройти в примерочную, я подержу все твои шубки и насчёт цены не волнуйся, подбери себе стоящую, что не один год сможет протянуть, так будет экономно, верно же?       Заприметив парочку наиболее к себе располагающих, Рейх стал разбирать те по фасону и цвету. Остановившись на классическом шоколадном, ближе к чёрному немец отобрал себе вариантов пять на примерку.       —Что думаешь? Может что-то сразу отбрасываем?       —Мы можем померить все. А то бывает такое, что отложишь, например, что то, что тебе совсем не понравится. А потом окажется, что на тебе она приобретает свой блеск и роскошь! Так что смотрим все. — Настоял на своём коммунист, после чего, протянул ему первую шубку, подведя к большому зеркалу, чуть ли не в самый пол, сам же встал позади, чтоб не загораживать свет и не портить насыщенность цвета одеяния.       Первая шуба была по размеру, но казалась чересчур широкой, делала фрица больше в ширину. Дело возможно и в том, что шуба не приталена, видно, сделана для людей, у которых нечего подчеркнуть. Рейх не тот, кто может относиться к этой группе, потому этот вариант даже не обсуждался. Фриц протянул шубу назад, потянувшись за второй. Та была более плавной, ложилась по талии, по длине еле-еле доходила до колен, но в целом смотрелась хорошо. Он решил оставить этот вариант как ‘крайний’, если не найдёт ничего лучше.       Третья села лучше первых двух по размеру и не меняла Рейховского объёма, разве что слегка ширила плечики. Четвертая была ещё короче второй и заканчивалась лишь на бёдрах, что правда, не были подчёркнуты этим изделием, напротив, более плоские. Пятая была самой длинной, а на талии имелся поясок. Хочешь носи с ним, хочешь без. По фигуре всё совпало, а рукава имели необычную форму. До локтя - тёплая ткань под цвет, но не из меха, а дальше широкий рукав уже меховой. Выглядело интересно. Выйдя из примерочной, он первым делом поспешил найти Союза, а затем огласить свой вердикт. —Первая мне не нравится, да и вторая, пожалуй, не то. Что думаешь?       Союз оценивающе смотрел на немца, плавно проводя взглядом по каждой шубейке, немного щуря взор, выстраивая в своей голове цепочку из всех образов, выделяя минусы и плюсы.       —Ну что ж.. Что я могу сказать?...       Откинув на диванчик те варианты, что точно не подходили — это были первые две, русский обратил внимание на три оставшиеся, после чего обратил внимание и арийца.       —Мне больше пригляделся пятый вариант, то есть самый крайний. Он показался мне необычным и креативным, что как раз можно было сказать о тебе. Креативным, экстравагантный и с долей своих странностей, думаю.. Нужно брать эту, даже по цене оптимальна, так что.. Грызть совесть тебя не должна!       —Пятый... Я тоже так думаю. Теперь ваша зима мне не помеха, я красавец в любую пору года.       Фриц позировал в будущей шубе, словно главная модель модного дома. То, что Союз имеет вкус Рейх давно знал, но так просто определиться — не легко.       —Что ж, давай её купим, раз подходит по всем параметрам.       —Отлично. Может что-то ещё хочешь присмотреть? Например, что-нибудь на твои руки… замёрзнут же, а тёплые варежки или перчатки с мехом будут очень даже кстати.       Отдал ненужные шубы девушке-консультанту, что решила подойти и спросить, все ли в пору, но получив лишь сухой кивок от мужчины, сразу же отдалилась.       —И.. Лучше это "что-нибудь" выбирать побыстрее.. Я слегка проголодался.       —Уже голоден? Хах, ну давай ка тогда возьмём перчатки. Я предпочту кожаное покрытие.       Немец подошёл к незамысловатому прилавку выбирая то, что ему хотелось. Перчатки, что пришлись в пору немец тоже забрал на кассу.       —Теперь точно к зиме готов!       —Ну ты же знаешь мой медвежий аппетит!       —А в спячку ты тоже ложишься как Мишка? Хотя я, наверное, всё же тебе мешаю со своими ночными бреднями. Да? Тяжко спать с говорящим радио. Хорошо хоть не хожу в последнее время.       Большевик тихо посмеялся, после чего подошёл к кассе, отдавая все товары, что они выбрали, да доставая кошель.       —Или ты хочешь заплатить? Только не думаю, что у тебя хватит..       Рейх опустил руку в карман, да неловко кивнул. —Я тебя разорю сегодня. Продукты купим за мои деньги, когда обменяемся. Объединение бюджета вещь необходимая, иначе я точно буду чувствовать себя неприятно.       Советский приулыбнулся, после чего расплатился с вещами, забирая пакетик, да, взяв любимого под руку, направился в продуктовый.       —Не волнуйся, продукты купишь ты. И не чувствуй такого ущемления, это все ради тебя и мне совершенно не жалко на тебя денег!       Фриц чувствовал себя так уютно в присутствии этой страны, что его даже не беспокоят косые взгляды и даже простая многолюдность, что всегда его напрягала.       —Я не принцесса в беде, а у тебя пятнадцать детей. Деньги не вечны и потому я хочу, чтобы всё было поровну и честно. Да и не хочу, чтоб другие считали, что я у тебя на шее сижу, "папика" нашёл. Чувствую же США без стеснений приклеиваться будет к любым мелочам.       —Ох, а когда же мы уезжаем в Штаты? Точно помню, что заезд планируется раньше. Собрание и "корпоратив" перед олимпиадой.       —У тебя есть вести? Мы ведь ещё и билеты не брали.       —Не беспокойся насчёт этот американского дьявола, у нас собрание должно состояться на следующей неделе, так что мы можем купить билеты завтра иль сегодня, если так для тебя это важно.       Но после большевик не смог сдержать смеха от того, что его назвали "папиком" слегка в другом понимании. —Ладно, я тебя понял. Повел себя слегка легкомысленно, но ты же знаешь, что влюбленные часто делают глупости! А насчёт США… не кипишуй, пускай я его не переношу на дух, но.. Приходится терпеть и терпеть это вновь.       —Этот Чёрт может познать то, чего не знаем, и мы оба. Он достал материалы фильма до его выхода, Союз! Нам стоит быть ещё более аккуратными. Это же что со мной будет, когда начнут придумывать истории… а каждый третий будет шептать ''Рейх приплясал себе самую огромную страну что бы... Ох... Оплатить долги? Удовлетворять свои потребности? Начать мировую с помощью ресурсов богатого любовника?''       Каждый из вариантов заставлял скривиться. На самом же деле могли говорить всё что угодно, да и не только про него самого. К Союзу могли отнестись совсем негативно.       "Советский союз приплёл к рукам сказочную фигурку, соскучившись по плотским утехам". Мысль пробрала прямо до тошноты.       —Мы точно правильно поступили?       —Мои люди точно не поведутся на такие провокации. Да... для них эта новость была шокирующей. Сам был бы удивлён, если бы мой отец, что всегда был гетеросексуален, привёл к себе другого мужика и начал говорить, что я его люблю, и что он будет жить с нами. Конечно, я б посчитал, что тут чисто выгода, потому что я знал своего отца, он был.. Не всегда честной страной, но зато почетаемой. С этим не поспоришь, потому тут.. Я бы мог ещё подумать. А в моем случае, люди уверены в моей правоте и искренности, им незачем вестись на подобное.       Пригладив плечико возлюбленного, он лишь кротко поцеловал в верхнюю часть лобика.       —Мы все правильно сделали, представь как бы мы жили.. На расстоянии? Одно лишь сплошное мучение, согласись. Мне хватило той недели, чтоб понять, что не могу без тебя. Так что.. Будь во мне уверен, я защищу нас от любых невзгод!       Рейх опустил взгляд. Хотелось верить русскому, просто верить, однако он не был уверен лично. Пусть люди возможно проникнуться пониманием, но ведь странам только повод дай.       —Я… даже не знаю, Союз, однако возможно среди некоторых нам удастся поднять твою репутацию. Почти вся Европа, Северная Америка считает тебя невеждой просто потому что русский. Возможно наше объединение даст и хороший результат. — Попробовал найти в этом что-то позитивное немец.       —Хах! Какой расизм, сначала этот америкашка заливает про толерантность, в свою очередь, не соблюдая своих же слов, подонок       Сплюнул коммунист, переменившись в лице на некоторое время, затем лишь отбив свои мысли в сторону, он посмотрел на своего возлюбленного       Вскоре они уже были с продуктами в руках.       —Пообедаем здесь? Я хочу попробовать что-то очень необычное!       —Здесь? Насколько мне помниться, кафешки находятся на втором этаже, так что.. Нам нужно туда, раз ты хочешь опробовать что-то необычное.       —Я бы хотел испробовать что-то исконно русского. Я слышал про… — Третий сделал небольшую паузу, сомневаясь в правильности произношения здешней кухни, ведь всё-таки от акцента не так уж и просто избавиться. — Боршч.. или шчи.       Это самые известные для иностранцев блюда, о них известно и Рейху. Тот находясь в России обязан их попробовать, да и что-то менее известное тоже наверняка будет вкусным.       —Надеюсь ты мне порекомендуешь что повкуснее, только не слишком жирное. — Говорил немец, уже поднимаясь по лестнице на второй этаж глядя на возлюбленного. Тот решил выветрить мысли о других странах во время отдыха, что же портить настрой раньше времени?       —Про Борщ и Щи? Ахах, ох, родной, это лишь мои гастрономические блюда, которые пытаются попробовать все иностранцы, что приезжают ко мне!       Как только они взобрались наверх то сразу же Союз посмотрел вниз, сквозь небольшое ограждение, но тут же прикрыл глаза, так как сразу же его начало немного дурить, да и он, схватив любимого посильнее за руку, повёл его быстрее к свободному столику в кафе, которое располагалось на втором этаже.       —Я постараюсь тебя удивить, не думаю, что ты пробовал такое у себя дома.       Приулыбнулся русский, усаживая арийца на стульчик, сам же идя в сторону кассы, где располагалось меню и можно было сразу же сделать сказать, что он в принципе и сделал. Заплатив в районе семидесяти одной копейки, он поблагодарил приветливую полноватую женщину, что стояла у кассы, да вернулся к возлюбленному, сев за стол напротив немца, убрав кошель в карман.       —Заинтриговал ты, Союз. Но я с удовольствием попробую всё, что ты мне закажешь. Всё же это не Китай и тушеных пауков тут не будет. Я, на деле, очень люблю пробовать новое, но не могу это делать часто. Я — за здоровый образ жизни и желаю поддерживать фигуру. Я раньше и фитнесом занимался, было и время, и желание. Запустился, видишь ли.       Немец улыбнулся и перевёл тему на более комфортную. —А чем увлекаются Россия, Беларусь, Украина? Что им нравится? Возможно из искусства или наук?       —Тц, не говорил глупости, ты в идеальной форме и я тебя люблю, так что.. Не надо мне тут. — Ухмыльнулся большевик, после чего хорошенько призадумался, потерев кончик своего подбородка. —Насколько мне помниться Россия увлекается хоккеем и футболом, а также все время лезет в мои документы без спроса, все он знать хочет. Бел.. Ох, честно даже не знаю, девушки сейчас очень эксцентричны.. Что сложно их понять. А вот Украина увлекался рисованием, да и в принципе парень творческий, по крайней мере на день рождения от него подарки были самодельные, ну и рисуночки чуть лучше других были.       Немец осмотрел интерьер кафе и оценил, то что видно все русские больше чтут комфорт, нежели элегантность и потому они вовсе не бескультурны, просто имеют свои принципы.       —Беларусь очень добра. Не боишься, что выйдет боком?       —Боюсь, конечно.. Потому иногда я хотел с ней поговорить так тет-а-тет, но никак не выходило, и она сама увиливала от разговора, ссылаясь на всякое. То её ждут друзья, то ей написал мальчик, который ей нравится, то ещё что-нибудь. Ох.. Эти мальчики, как же я боюсь, что она потом принесёт ребёнка.. Случайно. —Как-то помрачнел Союз, затем вновь обратив внимание на арийца.       —Неожиданно ты завёл эту тему.       На этих словах к ним подошла официантка с подносом, поставив две тарелочки с супом Щи, только сделанный из листьев щавеля, два расстегая, то есть пирожок с приятной рыбкой и даже без косточек и, конечно же, сладкий кисель, походивший на очень жидкое желе.       —А вот и наше угощение~       Немец обратил внимание на еду, особенно поманил аромат от горячего супа. Там ещё и сметана положена и зелёный лучок сверху посыпан — то что нужно. А разговор продолжил.       —О нет, всё же девочка она не глупая и подумает прежде. Могу предположить, что и парни у неё не абы-какие. А если и принесёт, её же это выбор, ничего не сделать. Я вот боюсь за то, чтобы она собой не жертвовала ради людей. Иль это я такой эгоист? Дело в том, что добра она ко всем. Не только к семье, но и незнакомцах. Она так просто приняла меня, которого, будем честны, ты поминал не добрым словом долгое время.       —Верно… я сам удивился как она так быстро тебя приняла.. Может быть она просто хотела подыграть всей этой ситуации, а может быть.. Правда, поступила немного безрассудно. —Немного призадумался Советский, приближая к себе тарелочку, смешивая сметану в супе. Не смог не прокомментировать это немец.       —Ммм... Ну и запах. А что это? Шчи из капусты, не Боршч... Борс... Борщ! Не похоже... И всё же булочку ты принёс, балуешь. Да и напитка я такого не видывал. Могу пробовать?       Зачем же обсуждать? Ручонки потянулись за тарелкой горячего супа, но моментом были отдёрнуты.       —Ух, горячий!       —Ну знаешь, этот пирожок очень сочный и в нем очень много рыбы, так что.. Не волнуйся так, а кисель, конечно. Я ж не зря все заказал по два, попробуй, он очень вкусный и будь осторожен, все горячее!       И.. Нет, это не капуста, это щавель — кислые листья, но такие полезные и вкусные.       Немец болей спрашивать не стал и аккуратненько придвинул тарелку. В руке оказалась ложка, а через секунду она была полна. Немец, вытянув губки подул и наконец положил ложку в рот.       —Фкфно!       Лишь попытался воскликнуть фриц и с маху всунул вторую ложку в рот. Пусть это и было вкусным, оно являлось ещё и горячим, потому Рейх поторопился проглотить содержимое, подавившись жидкостью.       Неловкость заставила его покраснеть, и откашлявшись он протёр рот салфеткой. Он давно не пробовал чего-то подобного, хоть и всегда любил кислое. Когда в чае присутствовал лимон, тот, несмотря на культуру, испив чая, вынимал и съедал всё кроме шкурки.       —Я был весьма неуклюж, извиняюсь.       —Ахах, как же это мило выглядело, не знал, что ты настолько голоден. — Не сдержал смеха русский, начиная аккуратно кушать супец, обдувая и с довольным мычанием ощущая всю кислотность и приятности блюда.       —Я рад, что тебе понравилось, но кушай аккуратно, горячий же, потом с желудком проблемы будут. — Заботливо сказал он, продолжая вкушать всю прелесть их обеда.       Рейх всё ждал, ждал, да не выделав стал улетать суп за обе щеки, порой чуток подув перед приёмом. Не оставил он ничего, в мыслях восхваляя удивительное растение в супе. Дальше пошла булочка и с ней немец слегка сбавил обороты, тут всё же стоит жевать тщательнее. Порой он запивал киселём, понемногу и вовсе переходя на свой медленный темп.       —Это просто невероятно вкусно, я удивлён! Спасибо большое!       —Не благодари, для тебя мне ничего не жалко, да и.. Раз ты иностранец, то я просто не мог не похвастаться своими национальными блюдами.       Доедая суп, Союз принялся за стаканчик киселя, который заедал расстегаем , тщательно прожевывая рыбку.       Рейху понравилось абсолютно всё, даже учитывая, что он не фанат рыбных изделий. Вкус щи был особенно невероятен и если немец не научится это готовить, то, пожалуй, будет сильно расстроен. Пробуя кисель, он заметил, что тот похож на ягодный сок, но какой-то более вязкий по консистенции. Быть может кисель и не пришёлся бы ему по душе, будь он с комочками желатина, а так всё оказалось довольно вкусным.       —Мне понравилось, до жути вкусно! Надеюсь, Беларусь этот суп тоже умеет готовить. Я не я, если не научусь. Так ведь? А ещё, спасибо за прекрасный обед, снова. Ты, как всегда, великолепен, сумел поднять настроение после похода к дантисту!       —Ну так, это уже как моя работа.. Работа супруга.       Сделал небольшой акцент на крайнем слове, после чего лишь подмигнул ему приветливо, наконец заканчивая и со своим обедом, складывая посуду в одну небольшую кучку, чтоб было удобнее её потом собрать официантка.       —Уже даже так? Как приятно. Вот это мне супруг достался. Мало того, что красив и ласков, так ещё покормит, оденет, да спать уложит. Не жених, а счастье. Обычно же как бывает любовь, романтика, а как быт начался, отсчитывай недельку и уже всё не так хорошо, как было. Кому же так ещё могло повезти, как не мне? Ну и, пожалуй, тебе!       Немец улыбнулся, да покрылся румянцем. История их любви совершенно неясная, непонятная. Гей живёт с натуралом и вечно спорит и ссориться с тем некоторое количество дней, и в какой-то момент натурал ревнует гея к женатому, после осознаёт, что вовсе не натурал и хочет всё бросить, поэтому получается скандал. Как же всё закрутилось после скандала, одному дьяволу известно. Рейх, не сдержавшись от иронии усмехнулся. —Я был бы совершенно не против твоих поцелуев, но боюсь, нас просто не поймут люди, да и целовать при всех.. Как-то.. Некультурно.       —Пойдём великолепие, а то прямо тут расцелую от нашедшего на меня на вождения!       Поднимаясь с места, Совет лишь ехидно смотрел на своего любимого, козырнув глазом, подмигнув арийцу.       —Как же такой змей как я угодил в руки чего-то поистине великолепного? Быть может, если бы наши родичи не были бы в отношениях "убить друг друга", всё могло бы начаться и раньше. Мы ведь враждовали, потому как нас просто приручили к этому. Это возможно не такое чувство. Ну... за исключением твоего волшебного перевоплощения в... Другую ориентацию.       Немец ухмыльнулся, словно лисица, увильнув поближе, там, где должна быть тень коммуниста. Он улыбался. Кто же теперь сможет понизить его гордость? Теперь она лишь идёт на взлёт, купаясь в комплиментах и внимании.       —Ах, как жаль что у вас это ещё не культурно. В Германии ты например меня на руках таскал бы и никто б даже не глянул..       —Ахах, ну сравнил, конечно, где Германия, а где я? Не смеши меня, родной. У меня люди суровые, и то на первый взгляд, а так.. На самом деле мы не такие, но.. Даже будучи лучиками солнца, мы.. Ведём себя, как сибирские мишки, это уже из века в век такое.. Сложно переустроить какие-либо устои народа.       Повернулся к хитрой лисичке, после резво подхватив его за талию, немного грубовато, но страстно прижав к себе, к своему телу, что хоть и были прикрыто зимней одеждой, но.. Тепло все равно просачивалось сквозь плотную ткань.       —Знаешь.. ко мне пришла очень странная мысль, а что если.. Россия станет геем, то.. Что мне тогда делать с ним? Принять?.. Или же ремня дать? Хмммм..       —Да, с людьми мало что сделаешь. Лишь когда поколения меняются, можно что-то внести. Нидерланды самый первый браки однополые разрешил и живут по сей день припеваючи.       Разные нации — разные особенности, под каждую нужно подстроиться. Вот Британии хорошо, он вот сколько лет правит, он знает людей своих как сорта чая на своей полочке, а я относительно молод, как страна... Ну, ты понимаешь. Да и я ещё не уверен, что могу во всём быть правым.       От философского монолога немца отвлекло движение. Как и когда его берут на руки без предупреждения лицо мелькнуло возмущением, но потом тот вновь расплылся в улыбке. Рейх — человек не тактильный и недолюбливает лишних прикосновений, но с русским это ожоги. Ожоги — которые вовсе не делают больно, а греют так, что тепло доходит до внутренностей, сердца. Вновь оно — чувство тепла.       —Союз, да пусть хоть транссексуал. Дело не в том какой пол ему нравится, а что за человек ему придётся по душе. Если добродушный парень, то что же тебе не нравится? А если это девушка, что решила просто вырвать нервы отхапав себе состояние?       —Ну.. Может быть ты и прав. — Кратко осведомил его своей мыслью о теме сына, да после прошелся ребром указательного пальца по выпирающей скуле парня, слегка улыбнувшись.       —Молодчик мой, хех.. Я сам ещё "новичок" в понимании своего народа, пожалуй, кто и знал хорошо свой народ, так это мой отец — триста лет, как-никак правил. Даже боязно представить сколько ему пришлось пережить за все это время, считая и моё появление на свет, ахаха. Ух, сколько же я бате нервов то истратил, он чуть своих седых волос не лишился, которые бережно убирал, зачесывал или вовсе окрашивал какой-то токсичной краской, ужас..       Того немного даже передернуло, после чего он обратил внимание на свои локоны, пышные и мягкие на ощупь.       —Я вот со своими совсем ничего не делаю, не считая мытья, конечно, и красавцем считаюсь на всей территории бывшей Руси!       —А я всегда был пай сыночком. Никогда не перечил, делал как нужно. Отец мне за это краски дарил, кисти, холсты. Учился я сам, он был против подобной деятельности, потому за хорошее поведение это мне разрешалось как хобби. На самом деле я не могу сказать, что он мне нравился. Тот ещё... Единственное за что благодарен, он меня в театр водил, учиться, по субботам. Это пригодилось на мировой арене, сам понимаешь.       Немец огладил чужую грудь, ели касаясь. Одно лишь прикосновение давало разряд по всему телу. Немец ели держался, чтобы в конвульсии на немецком не начать шептать "Ich liebe dich".       Такое чувство он не испытывал никогда, до этого русского и было ясно чем он так зацепил. Как долго будет гореть пламя? Вечно? Пусть это будет так.       —Без сомнений! Куда ж ещё красившее? Без изъянов, Союз. Прямо как... Статуя Давида! И то сотворён он руками человеческими, а тебя прямо... Боги.       —У тебя просто такая натура, быть послушным и получать за это то, что тебе хочется. Я же.. Просто не мог смириться с тем, что мной управляют и манипулируют, так что приходилось... Показывать свой взбученный характер отцу, но и.. Учился я не под запретом, все-таки я сын РИ, как я могу быть недорослем и недоучкой.       Но после русский аккуратно и незаметно наклонился, пройдясь носиком по мочке, а затем и по ушной раковине, поцеловав ушко, тихо обдув его тёплым дыханием, прошептал. —Хитренький, пушистый зверёк, так и завлекаешь меня своими красивыми речами и глазками.. — Тихо посмеялся Союз, выпрямившись, пройдя крупной ладонью по спинке арийца, доходя чуть ли не до самой поясницы.       —Какие же мы всё-таки разные. Я считаю, что это прекрасно, потому как мы вместе. Представь, что мы можем! Покорить торговлю, науку, все рейтинги и олимпиады. О таком не мечтали даже наши отцы, пусть они и были велики. Мы можем всё, стоит только взять цель. Ich liebe dich, до невозможности. Зависим. Болей не смогу без тебя, хочу что бы страсть пылала вечно. Ты можешь дать мне это?       Рейх дрогнул, сколько же можно терпеть? Как только коммунист наклонился к ушку, немец поймал его губы, впиваясь так беспощадно, ещё и наглея, с жадностью не отпуская того. Спина выгнулась и останавливал его лишь здравый смысл, что и заставил аккуратно отстранить. Союз даже и не ожидал, что его губами вновь овладеют нежные и мягкие губы арийца, отчего тот прикрыл глаза, прижимая любимого к себе, целуя нежно-нежно, немного орудуя язычком, но все же он понял, что немного заигрался, отстраняясь, тихо смеясь.       —Какие же мы с тобой грешники, хотя.. Я и так атеист, так что не верю во всю эту штуку.. Относительно. Но все же... Мы такие грешочки с тобой творим, что сам Иуда позавидует!       —А не боишься из-за меня в ад попасть? Это я ведь нарушил все твои устои. Был прилежным семьянином, а тут вдруг гей, хотя я больше склоняюсь к тому, что ты бисексуален.       Немец аккуратно обвёл чужое запястье, улыбнулся далёким мыслям.       —Стоим тут с тобой, два грешника! Пошли уже, а то найдётся зритель страстей двух голубей. О! В рифму сказал.       Вот думаю, что же будет через год, у меня же набор ласковых слов закончится.       —Бисексуальность? Может быть все-таки и к женщинам был неравнодушен. — Немного пожал плечами большевик, тихо ухмыльнувшись, да аккуратно повёл немца в обратном направлении, после чего начиная спускаться.       —А так.. Почему каждый раз придумывать что-то новое? Можно умело управлять старым, верно же?       —Я бы не прожил с девушкой в одном доме ни дня. Это уже не говоря о детях, которые у тебя имеются. Значит бисексуал, тебе знать лучше, но это моё личное предположение.       —Честно, я даже не могу представить рядом с тобой девушку. То ли привык, что ты со мной все время, то ли.. То, что у тебя такой мрачный и в то же время загадочный~       —Я никогда не питал любви к девушкам. Что-то оно... Совсем не то. Мне интересна мужественность, опора. Вот что-то такое. Вот ты под критерий прекрасно вписался, а теперь представь себе мужественную девушку, что служила бы мне опорой. Смешно даже как-то.       —Да, будь ты натуралом, только немного в пассивной форме, бой-бабу найти можно, правда, она тебя будет, ой, как часто лупить сковородкой по голове, ну и часто такие женщины очень.. Сильно не воспринимают нежности, прям суровая и русская матрёшка.       Не сдержав смех с этой картины, Советский попытался успокоиться, прикрыв рот, немного давая вырваться усмешке.       —У вас и такие есть? Ох, я бы, наверное, побоялся жить с такой. Даже до наших отношений: Я не плохо так язвил и оскорблял, но лицо осталось целым, я отделывался лишь взаимными фразами. Сказани я что-то "суровой матрёшке" — покойник. А если мы про любовь говорим, то бежал бы от такой сразу. Я ведь если тебя сейчас оскорблять начну, то ты попытаешься проблему решить, да успокоить меня.       Немец рассуждал и всё больше убеждался в том - какое ему сокровище досталось. Много ведь... Таких... Не таких как Союз.       Рейх окончательно запутался, у него получилось одно большое предпочтение и это не кареглазый, и не заботливый. Это всё сказано мелко и вряд ли сподвигнет встречаться и любить. У немца выявился общий критерий "Союз" и больше ничего не хотелось. Плевал ариец на мачо и ласковых мальчиков. Теперь лишь он и больше никто.       Немец шёл рядом, держа осанку, но при этом улыбаясь как подросток, который влюбился в одноклассницу до умопомрачения.       Скоро те оказались на бодрящем морозе. Все работали и потому на улице было людей не много, лишь пенсионеры, что разгуливали по городу в поисках сплетен или интересных личностей.       —Новое — хорошо забытое старое? О нет. Скоро я перейду на глубокие ассоциации. Например... Я могу сравнить тебя с... Хм... На ум ничего не идёт. Хах, видно ты несравним, Союз.       Ариец говорил это с таким мягким голосом, что это больше походило на песнь искусного барда, который убаюкивает посетителей своим пением, забирая их деньги. Но это лишь обычное сравнение.       —Помню, ты вёл ассоциацию со мной в лице мишки, видите ли я на него похож, правда, до сих пор не знаю чем. И скорее всего это навязанный европейцами стереотип, что все русские имеют при себе ручного медведя .       Немец припомнил такое прозвище и поторопился объяснить почему же это не просто стереотип.       —Ну смотри. Медведи с виду довольно милые, интересные, привлекательные, при этом мужественным и сильные, всё же звери. Даже при том, что они могут легко разорвать, питаются то не только мясом. Если медведь привяжется, то считай прелестное существо.       —Я, конечно, не отрицаю, что есть некоторые индивиды, что приручают медведей и спокойно и припеваючи с ними живут... Но ты ж ко мне.. Относил это более как.. К личности, а я скорее всего схож с этим животным, может телосложением или повадка, не знаю. Хех, но я рад, что могу дать тебе ту самую "опору" и "мужественность", о которой ты мечтал.       —Теперь сложно сказать о чём я мечтал. Видно какие-то приоритеты были, а люди такие и не подходили. Дело вряд ли в качествах или их отсутствии. Дело в том, что я полюбил тебя несметно, на веки. Взяв его руки, коммунист начал целовать каждый пальчик, грея их своим дыханием.       —Каждый пальчик мне дорог, абсолютно каждый! Ммм, я готов хоть тело все твоё исцеловать, но думаю, люди этого попросту не поймут.       Неловко посмеялся русский, вновь прижимая к себе тельце любимого, укрывая своим телом от зимнего морозного ветерка.       Подобные ласки заставили немца тепло улыбнулся, вряд ли кто-то ещё мог видеть такую улыбку. Ладони мягко легли на чужие щёки поглаживая большим пальцем. Нацист чувствовал себя старшеклассницей, что тает от того что студент подарил ей одиннадцать ромашек с ближайшей клумбы.       —Твоё внимание... Я словно купаюсь в лучах солнца, что светит только мне, лишь мне. Я заслужил, да? Заслужил внимание столь прекрасного...       Немец поцеловал, вновь. С беззаботностью, нежность. Даже если русский скажет идти за ним в пропасть и вот так вот прижмёт к себе, Рейх пойдёт не думая. Склоняясь к его губам, большевик нежно и мягко поцеловал их, немного обсасывая, затем лишь тихо-тихо прошептал. —Конечно, заслужил, заслужил, любимый!       Резво подхватил его на ручки, начиная свободно идти по улице, даже не обращая внимание на других, потершись носиком о щечку Рейха, несколько раз одарив его поцелуйчиками. Фриц закрыл очи расслаблено вздохнув. Спит ли он? Видно нет. Нельзя провести столько времени во сне. В раю? Да, скорее всего. В своём маленьком раю. В кусочке эдема на планете земля.       —Ты словно... Гиацинт, белый... Выросший среди простых одуванчиков. Как столь прекрасный цветок оказался средь них, никому не известно. Моё сердце цветёт белыми астрами, глоксиниями, каллами. Соцветие корнеплода.. Лаванда и такая же белая Лилия дурманит мою голову...       Немец устал говорить простыми словами, почему бы не попеть языком цветов?       —Как же нежны твои слова, словно капельки росы, что упали на мои щёки во время тихого шелеста зелёных и сочных листьев берёзы. Душистый аромат затмевает мой рассудок, давая путь моему сердцу, его раскрытию, его чувствам.       Тихо и аккуратно обогревая родную шейку своим тёплым и ласковым дыханием, коммунист вовсе шёл очарованный, только плотнее и плотнее прижимая к себе тельце, что нас на руках, никак не мог отцепиться от него, увильнуть.       —Ты — моё самое яркое созвездие на небосводе моей жизни, я полностью тобою очарован и каждый день считаю сколько ж новых звёзд ты меня озарил~.. А вот и волосы Вероники, что оплетают твой шарм, но они лишь бегло вновь куда-то улетели. А вот и две медведицы, о чем-то бурно говорящие, как жаль, что на небосводе нет места для меня.       —Ох! Таю, таю...! Перестань, иначе в руках останемся лишь сердце, ведь чувства мои не растают никогда. Только скажи, что не прекрасен? Скажи, кто бы ещё стал дарить мне такое наслаждение. Ты способен довести до "пика" лишь речами.       Губы соприкоснулись со щекой, поцеловал кончик носика, шею. Любовь, желание вылить всю, все чувства с головой.       —Ты мне дорог и только тебе я доверяю. Спасибо, что это взаимно. Для тебя любую прихоть выполню, только скажи. Нам стоит быть тише на виду, я заметил взгляд одной пенсионерки, будто призрака увидела...       —Да.. Тише нам и правда стоит быть, так как потом пойдут слухи, а тебе известно, что слухи дело изменчивое, черт пойми, что могут рассказать!       Принимал каждый приятный поцелуй, растягивая улыбку на своём лице, да лишь сладко и довольно мыча.       —Мне не то, что твоих речей, мне хватает лишь одного твоего присутствия и взгляда, чтоб погрузиться в пучину нирваны и глубоких чувств, ах!..       —Пойми, ведь именно ты вдохновляешь меня на речи, если бы не ты, я бы такого ни в жизни бы не сочинил. Я наконец решился, какой бог тебе покровительствует! Аполлон. Но ты вовсе не он, ты превзошёл его и потому тот прогневался и создаёт трудности на пути.       Немец оставил последний поцелуй и чуть ускорил шаг в направлении дома, всё-таки зрители присутствовали, лучше побыстрее скрыться.       —Идём, бог мой..       —Ну, ну, не приравнивай меня к божеству, я по большей части атеист. А вот если бы ты это сказал моему отцу, он тебя бы записал в фавориты. — Посмеялся мужчина, начиная лишь быстрее идти, подхватив немца за руку.       —Пойдём, пойдём, а то и детки нас с тобой ждут, да и.. Зрителей нам не надо!       —Не стал бы я его фаворитом, только потому что совратил его собственного сына. А я почему-то сомневаюсь, что он поддерживал нетрадиционную ориентацию.       Немец улыбчиво глядел куда-то сквозь пространство. Ему до жути льстило каждое слово, а на душе вот приятней некуда.       —Да, я совсем и забыл, что им и приготовить чего-нибудь нужно. Со школы ведь придут. Загулялись мы с тобой, Союз.       Вскоре те были почти у дома, осталось всего ничего.       —Точно.. Мы то с тобой сыты, а они то нет. Какой же я горе-отец совсем позабыл об этом.. — Ударил себя несильно по голове, только лишь быстрее доставая из карманов ключ от квартиры, который быстро вошёл в замочную скважину, да открыл входную дверь.       —Забегай. — Немного с помощью своей руки подтолкнул немца вперёд, заходя следом за ним и закрывая дверь.       —Не кори себя, сейчас быстренько что-то да приготовим. Продукты то купили.             Немец, войдя, стянул обувь, быстро снял пальто и вымыв руки разобрал пакеты думая, что можно приготовить не слишком долго. На глаз попались упаковки русской классики. —Что насчёт Maultaschen? Ой, то есть.. пель-ме-ней?       Фриц знал, как их готовить, в немецких блюдах есть аналог. Предпочитал после варки, обжаривать в маслице.       —Пельмени? Хах, я не прочь опробовать данное блюдо в немецком исполнении, уж больно интересен вкус, каков же он будет! — Приулыбнулся русский, уже чуть ли не подбирая слюнки, раздеваясь параллельно.       —Требую маленький поцелуй в губы в качестве "спасибо" за сегодняшнюю прогулку!       —Я сомневаюсь, что это блюдо будет сильно отличаться от вашего, но попробуем, что ж..       Немец, прослышав такой простой комплимент, прямо как по заказу ухмыльнулся.       —Что же ты скромничаешь? Тут и поцелуя мало, однако пока что, я одарю тебя лишь им. Вот потерпи до США!..       Немец подошёл к любви своей, поднялся на цыпочки и обвил руки вокруг чужой шеи. Нежные губы коснулись русской кожи, после немец, помычав, стал углублять поцелуй. Нежно, страстно.       —Ммм, мне уже не терпится уехать в США, как бы иронично это не звучало, но заняться чем-то таким прямо на территории врага, просто вызывает дрожь в теле с прибавкой адреналина!       Плавно Союз продвигался по его ротику, варьируя язычком по зубкам и скользкому язычку, руками как можно плотнее прижимая голову и поясницу немца, тем самым чуть ли не отрывая арийца от пола. Но воздух, увы, не бесконечен, так что пришлось Союзу отстраниться от столь страстных губ, начиная ловить воздух ртом.       —Ну все, все, пойдём готовить, а то.. Чего-то мы разыгрались!       —Вот видишь, как я тебя замотивировал, а? Обещаю, что подготовлю для тебя что-то из невероятно горячего, обожжёшься!       Немец послушал я и стал за плиту. Поставил воду, насыпал пельменей - пока всё как обычно. Нужно подождать пока закипят, а потом разогревать сковороду. Он улыбался самому себе, только подумав, как много всего можно будет сделать в их половой жизни. В США же просто мир разных вещей для разврата, фриц учтёт и прошлые пожелания Союза       Пока Рей стал у плиты, Союз быстренько добрался до комнаты, где благополучно переоделся в свободные штаны и слегка обтягивающую футболку, через тонкую ткань которой хорошенько виднелся рельеф его тела, да и сокращение мышц во время каких-либо действий. Пройдя на кухню, он уселся за стол, открывая свежий выпуск газеты "Правда", которую он частенько почитывал, узнавая какие-нибудь новости, конечно, весь этот шарм подчёркивала ещё и сигарета или трубка, но Советский решил воздержаться от подобного, так, как и любимый против, да и обещание, вроде как дал.       Немец далей достал сковороду, разогревая ту. Пока фарш в тесте, так он теперь будет называть пельмени, чтобы не спутать со своим по названию, закипал ариец начал искать оливковое масло.       —Где у вас масло, оливковое? Я найти никак не могу.       Немец не стал рыскать по шкафчикам, всё ещё не был уверен, что имеет право хозяйничать в этом доме.       Как пельмени закипели, нацист уменьшил огонёк и поставил таймер на минут пять.       —Оливковое?       Союз приподнялся со стула, открывая газетку в сторону, он подошёл к нижнему ящику, открывая его и доставая масло, правда, оно было подсолнечным. —У нас только такое.. Не припомню, чтоб масло из оливок возилось на моих территориях. —Жаль, очень жаль. Это, пожалуй, плохо, нужно торговать и с югом, Союз. А специи какие имеются? — Спросил немец, забирая масло подсолнечное и капая нужное количество на сковороду. Как масло начало закипать немец понизил огонь, а кастрюлю выключил, слил воду. Пельмени оказались на сковороде и стали обжариваться.       Фриц делал всё довольно быстро, как истинная хозяюшка.       —Ну... Может быть ты и прав. — Неловко прокашлялся коммунист, после чего открыл верхний ящик, доставая оттуда небольшую ёмкость с отделами для баночек с различными специями.       —У нас имеется перец чёрный молотый, соль, паприка, корица... Лавровые листья.. Хмм.. Душица... Ну ещё горчица в виде порошка       —Да, повезло тебе, что с Китаем теперь ладишь, у него специй уйма. На одной душице много не сготовишь.       Тот взял как раз баночку душици и перевернув пельмени посыпал щепотку для запаха. После засёк всего три минуты, закрыл крышку и вымыл руки приступая к помывке кастрюли.       —Когда чего-то не хватает, не грех закупать, Союз. Еда — это целое искусство! В меру конечно. Когда ешь одно и тоже - рутина кажется ещё скучней. Вы теперь у меня будете кушать и вкусно и полезно.       —Я просто несильно обращал внимание на готовку. Тем более смысл, если готовили мы однотипные блюда, да и такой хозяйки по кухне у нас не было! — Тихо посмеялся большевика, убирая обратно ёмкость со специями.       —А так да, ты прав. С Китаем дружить очень выгодно, он.. Полезный товарищ и очень хороший друг, надо бы.. Организовать с ним небольшую посиделку, может и ты с ним сможешь наладить отношения.       Через пару минут плита уже была выключена, однако сковорода всё еще была закрыта, чтобы не потерять свою температуру.       —Готово.       Немец как-то поморщился. У него с Китаем отношения не очень. Япония ранее была с ним враждебна, а Рейх поддерживал именно её.       —Не думаю, что эм.... Мне то нужно. Китай отличный партнёр, но не мне с ним ладить.       —Ах, точно.. Я ж забыл, что у тебя были какие-то взаимоотношения с ЯИ. Признаюсь, я по началу думал, что ты к ней клеился, ведь я даже и не подозревал о твоей ориентации.       Ощутив носом приятный аромат, русский тут же стал доставать тарелочки, раскладывая их на столе.       —И думаю, Кит сам будет недоволен, потому что.. При упоминании о личности твоей, он немного морщился и отводил тему на более нейтральную или ту, что приятна нам.       —Японская империя мне как сестра! — Удивлённо воскликнул немец. Неужто их отношения можно принять любовные?       —Увы, не со всеми мне суждено наладить отношения. Смотри что бы Китай от тебя не отрёкся, после открытого объявления о наших отношениях. Помнишь, мы договаривались, что наши отношения не должны влиять на работу? —Довольно серьёзно начал немец, но после переключился на еду.       —Я помню, помню. Потому я и хочу как-то.. Теснее с ним общаться, чтоб он.. Понял мою ситуацию и что я также остаюсь верен партии, как и раньше       —Думаю он войдёт в положение. Ты всё же партнёр выгодный для него, потерпит уж, твоего характерного мужчину!       Нацист усмехнулся сам себе. Да, Китай однозначно не станет даже начинать с ним общение, но и больно нужно. Пусть хоть Союзу повезёт.       —Всё будет хорошо. Просто не открывай тему личной жизни и не затрагивай меня. Всё равно мы не были намерены афишировать наши отношения. Будет всё как есть, надеюсь.       —Хорошо, наше отношения, чисто наша личная информация. — Тихо посмеялся русский, кратко поцеловав своего любимого в щёчку, немного потеревшись носиком о место поцелуя.       —Это важно, Союз. Я предпочитаю конфиденциальность. Как будто ничего и вовсе нет. Лишь такие меры возможны в присутствии других стран. Хорошо?       Нацист ловил себя на очень плохом деле: Он боялся осуждения от Европы. Тот ели выбрался из ямы, а если Европа отвернётся от немца, то он вернётся туда же.       —Скоро придут дети? — Большевик посмотрел на часы и лишь слабо отвел взгляд в сторону, после чего кивнул.       —Уже скоро, время то четыре вечера, так что.. Надеюсь, никто не решит "немного" прогуляться после школы, чтоб потом до поздна сидеть за уроками. — Немец глянул на входную дверь.       —Ты прав, но то всё же дети, они. Могут и позволить себе веселье.       —Дети, на то они и дети, что давать себе небольшое веселье, что уж тут поделать? Тогда.. Пока думаю стол не накрывать, или.. Пока можем отведать вдвоём?       Приобнял за талию Советский, несильно прижав к себе, пройдясь кончиком носа по приятным тёмным локонам.       —Давай ка лучше до их прихода переоденемся и немного поработаем, а то я так совсем никогда за работу не возьмусь.       Немец улыбнулся таким ласкам и потому ответил, таким же лёгким поцелуем. После направился на второй этаж.       Следуя за ним, коммунист аккуратно потянулся, после чего поставив руку на периллу лестнички, быстренько поднялся на второй этаж, дойдя до комнаты, где и находился его дипломат с различными бумагами, которые следует проверить и заполнить. —Бумажная рутина.. Самое ужасное в нашей работе, что только может быть.       Немец и сам не любил эту работу. А кто любит? Но делать нужно, предложения, проекты или проблемы. Всё нужно изучить и проверить.       —Я с тобой полностью солидарен. Давай, пока мои документы не присланы, я помогу тебе. У я могу разобрать всё по стопочкам, а ты дальше будешь руководить сам.       —Мх, а идея хорошая, так что думаю.. Мы можем такое провернуть и так уж и быть.. Буду не против твоей помощи, хотя я редко её прошу. — Ухмыльнулся мужчина, после чего взял все бумаги, покидая комнату.       —Жду тебя в гостиной, там достаточно огромный стол да и освещение хорошее, так что.. Там мы можем удобно расположить. —Козырнул своей улыбочкой, после с довольной лыбой спускаясь ниже, напевая какую-то мелодию.       Нацист спешно кивнул и оглянув ещё раз "кабинет Союза" он вышел о чём-то раздумывая. Это ведь высшая степень доверия, давать на просмотр свои документы!       Пока тот шёл, почему-то посчитал что гостиная на этаже втором. Потерялся, но потом додумался спуститься вниз и наконец Нашёлся.       —Прошу прощения, я что-то задумался. Мы можем приступить, если ты готов.       —А я думаю, что готов, пока я бродил. На какие под темы рассортировывать бумаги?       —Да думаю, можно приступать       Усевшись по удобней в кресле, на котором не раз зависал во время ночных рандеву с документами, после чего указал рукой на диван, что был в противоположном направлении, приглашая арийца присесть.       —Для начала разбери их на сферы — политика, экономика, духовная часть и социальная. А дальше.. А?       Но тут его внимание переключилось на маленького Эстонию, что уже вернулся домой, правда, не оповестив об этом своих родителей, но он с довольной улыбкой направлялся в сторону папы, держа что-то за спиной. Рейх, как и сказано было устроился на диване закинув ногу на ногу. Довольно просто. Главное ничего не перепутать, но только он хотел начать что-то делать, слушая коммуниста, взгляд был переведён на дитятко.       —Паааап, у меня к тебе есть просьба..       —И какая же?       —Можно ли мне.. Оставить одного.. Хорошенького и добренького зверька? Мне друг его отдал!       —И что это за зверёк?       И тут мальчишка с одним выпавшим зубиком, улыбнулся, вытаскивая из-за спины упитанную крыску¹, что мило дергала носиком и хвостиком. Малец сразу же усадил питомца на плечо отца.       —Правда, милый? Пап..?       Но Союза не на шутку передернуло, лицо исказилось в отвращении, и он со всей дури стряхнул этого крысёныша со своего плеча, впечатывая его смачно в стену, после чего сам покосился в бок, падая на пол, кувыркнувшись с подлокотника.       —Фу! Блять! Убери это отродье от меня!!       Кричал и вопил взрослый мужчина, дрожа всем телом. Пока мальчик в этот момент с ужасом подобрал своего питомца, ласково прижимая к себе и в слезах от испуга от реакции отца, закрываясь в своей комнате, скрываясь под одеялом с головой и прижимая к себе любимца.       Что ж, увидев зверька фриц был рад, что это не кот, но узрев реакцию русского широко распахнул глаза. Видно и у таких идеальных людей бывают свои страхи.       Уши скрутились в трубочку от отборного мата, а фриц не знал в какую сторону ему бежать: к рыдающему эстонцу или испуганному любимому? Вопрос решился сам собой, Эстония поспел скрыться, а немец подбежал к русскому, садясь перед тем на корточки и сжимая чужие руки, в своих.       —Тише, тише, Милый. Всё, нет больше животного. Дыши глубоко, вдыхай полной грудью. Воды? Валерьянки? — Пытался помочь всполошенный Фриц.       —Т-там.. К-крыса!!!       Дрожащей рукой, он указывал в сторону комнаты, после чего лишь схватился за область в районе сердца, что невольно начало колоть. Глаза были немного распахнуты, а глаз невольно дергался.       —О-она.. Был на моем плече.. Черт! Фу!..       Дрожь продолжала пленить тело Союза, но вдруг он постепенно стал отходить от этого тремора, отчего тело начало ныть, точнее спина, ведь грохнулся он знатно. Тихо простонав, тот лишь прикрыл глаза, изредка вздрагивая плечом, приоткрыв рот, чтоб начать говорить, но голос.. Словно осип и невозможно и звука издать.       Рейх обеспокоенно посмотрел на дверь. Забрать у ребёнка новую игрушку сейчас он не в силах, да и он снова напугает бедного видом крысы.       —Союз, тише, дыши, не кричи... Всё хорошо, её в этом доме не будет. Дыши...       Немец сам стал паниковать. Как помочь русскому? Что он может?       Немец аккуратно подсунул ему ладонь под спину параллельно поглаживая по щеке, что бы тот пришёл в себя. Посадив русского, нацист увидел ещё одну проблему.       —Подожди, секунду, я сейчас.       Тот метнулся за водой и рюмочкой первого попавшегося с градусом. Совсем немного, но имеется. Вернувшись он протянул два стакана.       Рассеянный взор немного улавливал движение арийца и то, что он протягивал ему. В первую очередь Союз опустошил рюмочку, а затем все залил и стаканом воды, после чего его дыхание постепенно ровнялось.       —Твою же мать.. Я своего отца успел увидеть.. Старый хрыщ, так и хотел.. Заманить меня в Ад, хер тебе! — Кричал он куда-то в пустоту, после чего обратил внимание на любимого, смахивая с себя холодный пот.       —Спасибо.. Что помог.. Хах.. Ты, наверно, сейчас усомниться в моей.. Кандидатуре на твоё сердце.       Слабо ухмыльнулся Союз, явно ощущая чувство прожирающего стыда, отчего его лицо краснело все более и более.       Как только русский пришёл в норму немец облегчённо выдохнул, садясь на пол рядом и облокачиваясь на коммуниста. Рюмка и стакан были отставлены в бок. Даже где-то до того прячущийся Аццо пришёл посмотреть, что же случилось.       —Всё хорошо? Или ещё нужно? Быть может валерьянки или от сердца чего-нибудь? — Спрашивал немец подсознательно решая, что лучше убедиться в норме происходящего.       —Нет, нет, все хорошо, не утруждай себя. Все хорошо, просто что-то немного сердце прихватило. — Тихо посмеялся он, после чего поднялся кое-как, опираясь одной рукой о подлокотник кресла.       —Ты смешной, Союз. Неужели ты усомнился во мне после... Паука? Или Кота? Быть может после дантиста? Союз, всё хорошо. Тем более, я уверен, что нет людей без слабостей. Дело не в том, что у тебя страх в кармашке завалялся, дело в том каков ты в отношении ко мне, к другим. Успокойся и выбей из головы. Я ни-за-что не усомнюсь в тебе.       —Секунду, я сейчас.       Рейх удалился, куда-то. На деле к Эстонии. Нужно же было и с ним дело решить. Рейх не стал рассказывать про страх отца, а объяснил Эстонии, что тот испугался почему животное не на свободе, ведь все, кто уродился в дикой природе должны оставаться там. Крыса была отпущена в окошко, а немец в скорее вернулся к коммунисту.       —Что там с Эстонией? Сильно обиделся?... Просто он так хочет домашнее животное, но я все время ему не разрешаю брать кого - то.. Потому как.. То ящерицы, то хомяки, то сурки.. Ну как-то не дают должной надежды.       Пускай Союз и помнил, как реагировал Эст на все отказы отца, то есть горой слез, но сейчас ему бы хотелось верить, что его догадки были.. Ложными.       —Мы, договорились, относительно. Но если он хочет животное, то не отстанет на протяжении долгого времени. Заведи птичку какую-нибудь, если он уж хочет собственное детище. Кота не переживу я, как и ты крысу. А вторая собака... За собакой уход не прост.       Немец постарался помочь русскому. Как жаль, они не молоды. Но грусть не в том, неизвестно сколько времени два возлюбленных проведут вместе.       —Ну что ты? Сильно ударился? Давай чуток поработаем, поедим, да спать ляжем. М? У нас ещё целая неделя мороки, а дальше пред странами предстанем. —Да, может ты и прав.. Стоит иногда подумать над тем, чего хочет собственный ребёнок. — Ухмыльнулся путевый отец, после чего прошелся аккуратно по щеке арийца, приглаживая её.       —Что такое, милый?.. Почему ты вдруг загрустил?.. Ну же, не стоит грустить, я не выдержу такого выражения на твоем милом личике..       Поцеловал кончик носа, приобняв аккуратно свое сокровище.       Немец, как только русский оказался в кресле, сел на одно колено, словно дети к Санта-Клаусу. Тот лишь печально улыбнулся, рассказывая о своих переживаниях.       —А как долго мы будем вместе? Как долго продлиться симпатия и не начнётся ли рутина? Многие люди говорят, я слышал, два года быта разрушают даже крепчайшие узы.       Тот приластился щекой к чужой прикрывая очи.       —Всё хорошо, пускай нас и будет поглощать рутина, но я не дам нашим чувствам остыть, нет. Я просто не позволю этому случится. — Поглаживая его по голове, русский продолжал тихо-тихо шептать.       —Наши дети не дадут нам заскучать, вот увидишь. Один за другим, будет покидать это место, новые переживания.. Страх, но мы сможем выстоять это вместе. Вот сейчас мы вообще собираемся посетить США, а потом может и в Париж рвануть. Да хоть куда! И никакая рутина не сможет нас сломить, ведь мы всегда сможем найти выход из этой ситуации, лишь больше подкрепляя наши отношения.       —Хорошо, раз так, то и работа не будет ужасна. Давай приступим. Чем раньше начнём, тем раньше закончим.       Рейх собрал некоторые бумаги, что разлетелись по полу, после ситуации с крысой и стал разбирать их по стопкам, которые ранее были оговорены.       Немец верил каждому слову, кивал. Да и впрямь. Что это он? Есть только нового, неизведанного. Ариец нежно поцеловал мочку уха, потом щёку, мягко улыбнувшись.       Пожалуй, и закончился лёгкий перерыв в уютной зимней Москве. Уже через неделю рутинной работы Союз с Рейхом отправятся на зимнюю олимпиаду в США. И какие убийственные события их могут ждать там, не известно. Можно лишь только предположить, что за козни строят их жизни англосаксы.