Опасная вещь/ серия "Эдриан Инглиш", книга 2

 

— У Марни Старр есть алиби на ночь убийства Теда Харви, — сообщил мне Джейк на следующее утро за яичницей с беконом. — Да? Угу. — Я знаю, ты думаешь, что смерти Харви и Ливингстона связаны, — правильно истолковав мое отсутствие энтузиазма, сказал Джейк, — и я понимаю, что ты всем сердцем привязан к потерянным золотым рудникам и призрачным убийцам, но сначала не помешает ответить на простые вопросы. — Так какое у нее алиби? — проигнорировал я издевку. — Мисс Старр играла в лото. По меньшей мере десять человек засвидетельствуют, что она была в клубе «Муз» всю ночь и в конце концов ушла с очаровательным питомцем Элмера Фадда Чиа. — Джейк плеснул еще кофе в мою чашку, а затем в свою. — У твоего мальчика Кевина нет алиби. Интересно, почему Джейк не поделился этой информацией накануне вечером? Не хотел портить настроение?  — У всех остальных в лагере есть алиби? — Шоуп и Маркес просматривали планы координат или что-то в этом роде. — В полночь? — Это их история. Нет причин сомневаться в этом. Покахонтас гостила у друзей в Соноре. О'Рейли и как-там-ее-зовут-Бернис спали в лагере — не вместе, так что это не считается алиби. Девушка, Эми, отдежурила первую вахту, а потом якобы отправилась спать. —  Значит, алиби нет ни у кого, кроме Маркеса и Шоупа. Так что это ничего не значит. — Это не убедительно. — А как насчет результатов вскрытия? Лабораторные анализы? Баллистическая экспертиза? — К вчерашнему дню Биллингсли не получил отчета баллистической экспертизы. Вскрытие подтвердило, что трупом в пещере был Харви; что он, скорее всего, был убит в четверг вечером или рано утром в пятницу; и предварительно, он был убит тем же оружием, которым и Ливингстон, скорее всего, пустотелым пистолетом 22-го калибра. — Почему так долго? Джейк поднял брови.  — На самом деле вышло еще не долго. Это не кино с пятнадцатиминутной очередью в криминалистической лаборатории. Обычно результаты лабораторных анализов готовы через день-два. Учти, что это маленький городок и не особенно... срочное... дело. — То, что была использована винтовка Кевина, подтверждено? Глаза Джейка цвета меда встретились с моими.  — Не подтвердили, но из винтовки парня недавно стреляли, и гильза та. Это точно было  его оружие. — Кевин держит винтовку на оружейной полке в своем грузовике. Ее мог позаимствовать кто угодно.  — Ты предполагаешь преднамеренность? — Да, определенно. Сначала Ливингстона убивают и прячут в сарае. Почему? — И сам ответил на свой вопрос: — Потому что кто-то хотел скрыть тот факт, что он был мертв. Его машина была припаркована в городе, чтобы все думали, что он поехал в Сан-Франциско, как и планировал. И если его тело будет обнаружено, то  свяжут  с Харви. — Харви замешан в этом деле. То, что он мертв, подтверждает это. — Джейк сделал глоток кофе. — У тебя есть какое-нибудь представление о стоимости акра марихуаны на черном рынке? Я напряг маленькие серые клеточки.  — Смотря какое сырье и как продавать. Это будет зависеть от сорта... и кто реализует. — Принимая все это во внимание, есть ли приблизительное представление о том, сколько стоил этот товарный урожай? — Нет. Джейк скривил губы.  — По последним оценкам, полкило каннабиса оценивался в семьсот-девятьсот долларов. Акр посевов может принести от пятидесяти тысяч долларов до крутого миллиона. Итак, ты до сих пор считаешь, что травка не может быть мотивом? Я должен был признать, что услышанное  поколебало мою уверенность.  — Это ведь не единственный возможный мотив, верно? — Нет, но наиболее вероятный. — Джейк  сунул руку в карман фланелевой рубашки и положил бесформенный кусок металла рядом с перечницей. — Я выковырял это из столба на твоем крыльце. Это 30.06.  Как я и подозревал, причина, по которой Джейк был так лоялен к моим библиотечным исследованиям, заключалась в том, что пока я стоял к нему спиной, он занимался настоящим расследованием.  —  Значит, в нас стрелял кто-то другой? — Или тот же преступник использовал другой пистолет. — Потому что не смог получить доступ к Кевину? Джейк тяжело вздохнул. — Расскажи мне, и что, по-твоему, произошло, — сердечно предложил я и взял свою кофейную чашку. — Не знаю, что случилось. Могу только предположить. Харви договорился с покупателем. Кто-то со связями, возможно, студент местного колледжа. Ливингстон узнает, начинает угрожать. Этот неизвестный устраняет Ливингстона. Может быть, пытается подставить Харви, оставив  Ливингстона здесь, в сарае. Очевидно, что Харви и его сообщник поссорились, потому что Харви убили пять дней спустя. Четко. Логично. Я рассеянно почесал укус пчелы на руке. Посмотрел на красную отметину, и в глубине моего сознания мелькнуло крошечное воспоминание, но слова Джейка нарушили ход моих мыслей.  — Судя по тому, что удалось выяснить, Ливингстон порядочный парень. Строгий, но справедливый; я слышал эти слова примерно три раза. Худшее, что говорили – это то, что ему не хватало воображения. — Кто это сказал? — Доктор Шоуп. — Ты наводил справки о Шоупе? Джейк изучал мое лицо, как будто не мог прочитать мой тон.  — Да, я кое-что проверил. Очевидно, между ним и Британским музеем возникла какая-то проблема. Вопрос о продаже предметов старины. Я открыл рот, но Джейк решительно сказал:  — Доказательств не было, но его попросили уйти в отставку, и он ушел. Его проблемы в Беркли связаны с зарплатой. Из того, что я понял, он чувствовал, что стоит намного больше, чем ему платят. — Продажа предметов старины? Тебе не кажется, что здесь есть какая-то связь? — Какие древности можно продать или  украсть здесь? — Джейк, этого человека подозревали в... — Детка, —  прервал меня он, — тебя однажды подозревали в убийстве, помнишь? Ты был виновен? — Нет, но тебе не кажется, что это слишком большое совпадение… — А тебе не кажется, что шерифы считают слишком большим совпадением, что  ты  замешан во втором деле об убийстве? У меня не было ответа. Наконец, я спросил: — А как насчет Маркеса? — На Маркеса ничего нет. Лишь штраф за неправильную парковку около десяти лет назад. — А затем, более любезно, чем я привык, Джейк сказал: — Поедем домой, Эдриан. У меня заканчивается отпуск, и следующие несколько дней тебе не понравятся. Я уставился на него: светлые, растрепанные со сна волосы, львиные глаза, которые могли неожиданно потеплеть от веселья, твердый рот, у которого был неповторимый вкус Джейка. Что я мог сказать? Может быть, наши отношения были неопределенными, но он доказал свою дружбу дюжину раз за последнюю неделю. Он пришел мне на помощь, не дожидаясь просьбы; он провел свой отпуск, следя за тем, чтобы я не погиб, играя в детектива; черт возьми, он получил пулю, которая могла предназначаться мне. Гей или натурал, у меня никогда не было лучшего друга. Теперь он просил меня, просил не только ради меня, но и ради себя. Я слушал, как вода капает из протекающего крана в раковину медленными, полными сожаления слезами. Я кивнул.       * * * * *     У меня были самые лучшие намерения. Я намеревался пойти прямо в офис риэлтора и нанять человека в качестве смотрителя ранчо. И  проезжая мимо библиотеки, понял, что это в последний раз. Когда мисс Баттермит увидела, что я приближаюсь, она сделала трепетный жест: как сельский житель, защищающийся от сглаза. — Я надеялся... —  начал я. Мисс Баттермит сняла ключ со своей связки и протянула его с заговорщической поспешностью. Я поблагодарил ее и снова вернулся в подвал. Несмотря на нехватку времени, теперь я был убежден, что знаю, что ищу. И после нескольких лихорадочных перелистываний страниц я нашел его. В 1857 году дилижанс, следовавший из Баскинга в Сонору, был ограблен тремя мексиканскими бандитами. Дилижанс перевозил необычный груз: золото с местных рудников, направлявшееся в Сан-Франциско. Ограбление, оцененное более чем в три миллиона долларов, произошло в Сенекс-Вэлли, через несколько минут после отъезда с остановки. Двое охранников, ехавших с дробовиком, были убиты, возница  ранен. Читая это, я рассеянно почесывал укус пчелы на руке, и когда я уставился на рану, лампочка — метафизически — вспыхнула. Это была идея, которая,  ужа давно должна была осветить гулкие коридоры моего пустого мозга. Первая подсказка была прямо у меня перед глазами в тот самый первый день. Я поспешно обыскал полки, просматривая каждый том, просматривая каждую страницу, но больше ничего не смог найти об ограблении дилижанса. Перепрыгивая через две ступеньки, я загнал мисс Баттермит в угол по поводу пропавших газет. Мисс Би, казалось, была в основном озабочена порчей библиотечного имущества, но в конце концов я заставил ее сосредоточиться на моем вопросе. — Вы! — возмущенно ответила она, — вы с Кевином были последними, кто изучал эти бумаги.— Она выглядела достаточно взбешенной, чтобы тут же отозвать мой читательский билет. — Кто-нибудь еще? Кто-нибудь с места археологических раскопок? Мисс Баттермит вспомнила и покачала головой.  — Это было несколько недель назад. И не он взял их. — Кто он? — Доктор. Английский доктор. — Доктор Шоуп? — Да, он самый, —  согласилась мисс Баттермит.     * * * * *       Следуя совету мисс Баттермит, я вышел из библиотеки и направился к Ройал-хаусу. Срочность, близкая к панике, наступала мне на пятки. Я застал Мелиссу на крыльце, когда она запирала входную дверь. «ЗАКРЫТО», гласила надпись, раскачивающаяся внутри стеклянной панели. — Я не могу сейчас говорить, — сказала она, проносясь мимо меня по лестнице. Кончики ее черных волос коснулись моего лица, и я вспомнил историю о привидениях, которую она рассказала мне о первой жене Ройала. — Подожди. — Я поймал ее за руку. —  Здесь хранятся копии «Баскинг газетт»? Она нахмурилась.  — Почему ты спрашиваешь? — Потому что в библиотеке нет полного набора, и мне нужно кое-что проверить. — Это не может подождать? Кевина арестовали, а раскопки отменили. Разве ты не слышал? — Нет. — Мои пальцы сжались на ее руке, когда она начала отстраняться. Мелисса нетерпеливо сказала:  —  Сравнили пули, убившие Харви и Ливингстона, с винтовкой Кевина. Джейк намекнул, что это произойдет, но это все равно было шоком. — Я в это не верю, — сказал я автоматически. — Это факт. Еще в кузове грузовика Кевина нашли следы крови и волос. В полиции думают, что Кевин перевозил в своем пикапе  тела. — Ее черные глаза встретились с моими. — Но ты все это знаешь. — Думаешь? — Конечно. Ты и твой приятель-полицейский работали с шерифом. — Мы что?.. — Не прикидывайся дурачком. — Мелисса улыбнулась. Я никогда не замечал, какие у нее острые резцы. — Чем ты занимался, бродя по пещерам над лощиной, если не искал тело Харви? Мелисса была хорошенькой женщиной, но больше, чем привлекательность, в лице, повернутом ко мне, были сила и характер. Я не понимал ее, но в каком-то смысле восхищался ею. — Думаю, ты знаешь, что я искал, — сказал я. Мгновение спустя ее смуглую кожу залил красный оттенок.  — Я не понимаю, о чем ты говоришь. — Я говорю о голосах духов, эхом доносящихся из пещер по ночам, когда все правильные и хорошие  археологи уютно устроились в своих спальных мешках. Я говорю о Куксу на батарейках со стереофоническим звуком. Она замерла, не дрогнув ни единым мускулом. Из нее получился бы отличный игрок в покер. Я спросил:  — Ты впустишь меня в музей или нет? Она развернулась на каблуках, прошествовала обратно вверх по лестнице и отперла дверь с матовым стеклом. — У тебя есть доказательства? —  спросила она, стоя ко мне спиной. — Да, я думаю. — Инстинктивно я похлопал по карману своей джинсовой куртки. —  Я никого не убивала, — сказала она,  когда мы вошли в музей.  — Но знаешь, кто это сделал. Тогда Мелисса, наконец, повернулась ко мне лицом.  — Нет, не знаю! Если бы знала,  думаешь, я позволила бы арестовать О'Рейли? — Честно? Я не знаю. — Ну, я бы не стала! Этот парень  настоящая заноза, но.... — Тогда что случилось с саботажем? Ты хочешь сказать, что он не пытался остановить раскопки? — НИКТО НЕ ПОСТРАДАЛ! — Мелисса выкрикнула это так громко, что я ожидал, что мигнет портрет Абрахама Ройала гигантских размеров. — А как насчет собаки? — Я начинал чувствовать себя Шерлоком Холмсом из «Серебряного пламени», вечно болтающим о любопытном происшествии с собакой в ночи. — А что насчет собаки? Койоты поработали над ней. — И все же что-то в выражении ее лица было не таким, каким должно было быть. Я подумал, что Мелисса верит в легенду о Страже. Более спокойно она сказала: —  Я и не жду, что ты поймешь. — Попробуй. Она молчала. Прирожденный мученик, с нетерпением ожидающий первого горящего клейма. —  Ты взяла на себя обязанности шамана после  дедушки, не так ли? Ты много раз говорила, что веришь, что лощина священна. — О, ради бога! Жизнь священна,  — возразила Мелисса. — Я хотела остановить осквернение святой земли, но я бы не стала никого убивать ради этого. — Ты положила змею в мой почтовый ящик? — Что я сделала? — У нее отвисла челюсть. — Ты издеваешься надо мной? Я склонен был верить ей или, во всяком случае, ее выражению лица. — Могу я проверить архив газет? Мелисса посмотрела на часы. Я проверил свои. Я обещал Джейку вернуться в течение часа, а прошло уже сорок пять минут. — У меня нет  времени. Студенческий союз попросил меня организовать юридическую помощь для О'Рейли, — сказала она. — Мне нужно кое-что сделать и повидаться с людьми. — Если мы сможем доказать, кто на самом деле убил Ливингстона и Харви, юридическая помощь не понадобится. В нерешительности Мелисса посмотрела на меня, а затем повернулась, тряхнув своими черными волосами, и направилась вниз по лестнице. В подвале дома было прохладно и сухо. Мелисса зажгла фонарь, и запах керосина смешался с запахом сушеных яблок и опилок. — Какой год мы ищем? — спросила она, вытаскивая пухлую картонную коробку. Я двинулся, чтобы ей помочь. — Думаю, 1857 год. Я читал о перестрелке между мексиканскими бандитами. Партнер Ройала, Барнабас Солт, был убит. — Я знаю об этом, — сказала Мелисса.— Те же самые бандиты ограбили почтовую карету за пару недель до этого. Им попали в руки золотой песок  и слитки на пару миллионов долларов. — Должно быть, все в округе охотились за ними. — Да, но Солт и Ройал нашли их в долине Сенекс. — И в последовавшей драке бандиты и Солт были убиты. — Последовавшая драка, — передразнила она. — Я могла бы слушать тебя часами. Ты пишешь так же, как говоришь? — Ты так и не хочешь сосредоточиться здесь, не так ли? — В последовавшей драке, — сообщила мне Мелисса, — все трое бандитов были застрелены вместе со старым добрым Барнабасом Солтом. — И золото было найдено? Выражение ее лица стало совершенно пустым. — Ну, же; ну, же, — подсказал я. — Доходы, полученные нечестным путем: что с ними случилось? Она вернулась к жизни.  — Не обращай внимания на эту коробку. — Мелисса исчезла в пыльной нише и появилась снова, таща другую коробку. Трение о каменный пол разорвало хлипкую  коробку на части. Газеты рассыпались по полу. — Черт! Попробуй тут. Тут те временные рамки, которые нас интересуют. Изобретатель метода скорочтения Эвелин Вуд, не смогла бы читать быстрее на этих хрупких пожелтевших страницах. Керосиновая лампа отбрасывала мерцающие тени, которые танцевали на стене, как фигуры духов-помощников Зуни. Я продолжал наблюдать за ними краем глаза. — Постарайся быть осторожным, ладно? Они представляют историческую ценность. — Я осторожен. — Я многозначительно кивнул, когда кусок страницы  остался  в ее руке. Совсем как в старые добрые времена. — Может быть, нам стоит обратиться за помощью. — У нас нет времени. Он знает, как мы близки. Он может расколоться в любую минуту. Он. Теперь мы оба знали, за кем охотимся, хотя ни один из нас еще не облек это в слова. — Без золота? — Может быть, он нашел золото. Может быть. Может, и нет. Что такого было в золоте, что заставляло людей покидать свои дома и семьи, рисковать всем — совершать убийства — только ради одного  обещания? Золотая лихорадка, как тогда называли. В 1800-х годах началась эпидемия; и время от времени все еще случались подобные вспышки. — Что произойдет, если мы ничего не сможем найти? — спросила Мелисса после некоторого молчания. — Я не знаю. Даже если мы найдем нужную статью, это еще не доказательство. Мы должны использовать эту информацию, чтобы противостоять ему. — Ты думаешь, он расколется, потому что мы сунем ему в лицо старую газетную статью? Мы должны сделать больше, чем это. Мне следовало бы прислушаться к Мелиссе, но мое внимание привлекла статья, лежавшая передо мной. БАНДИТЫ УБИТЫ В ПЕРЕСТРЕЛКЕ, гласил заголовок. В выцветшем старомодном машинописном тексте я прочел, как на Абрахама Ройала и Барнабаса Солта напали трое известных мексиканских бандитов, которые всего несколько дней назад ограбили дилижансную линию Соноры. Завязалась перестрелка (опять это слово), и все трое негодяев были убиты, избавив честных налогоплательщиков от необходимости вешать Хуана Мартинеса, Эдуардо Маркеса и Луиса Кинтану. Трагически погиб и Барнабас Солт, давний партнер Ройала по шахте «Ред Ровер». Поиски украденной добычи продолжались. Я опустил газету. Мотылек бился о фонарь, издавая тихий отчаянный звук, пока пытался принести себя в жертву. Мелисса пристально посмотрела мне в лицо, а затем взяла бумагу из моих рук. Пока она читала, я обдумывал. Бандиты спрятали свою добычу в заброшенной шахте, но предыдущие владельцы шахты, работающие поблизости, заметили их или каким-то образом заподозрили неладное. Произошла драка, и в итоге все погибли, кроме одного человека. Один человек, который решил оставить себе с трудом заработанное золото своих соседей и друзей. — Что нам делать? — спросила Мелисса, когда закончила читать. — Думаю, пришло время вызвать полицию. — Копы! — Она выглядела возмущенной. — Ты сам сказал, что это не доказательство. Последнее, что нам нужно, это чтобы Барни Файф вляпался в это дело. — Мелисса, здесь достаточно, чтобы дать им старт. Это касается другого, не Кевина. — Нам не нужны копы для этого! Мои нервы были на пределе, я рявкнул в ответ:  — Для чего? Что ты имеешь  в виду? Арест? Он уже убил двух человек. — Твой приятель Риордан... — Не втягивай Джейка. Она опустила голову, ее волосы упали на лицо вуалью. Наконец, она пробормотала:  — Хорошо, ты победил. Я вызову полицию наверху. Затем она встала, попятилась и побежала к лестнице, взлетев по ней, как ошпаренная кошка. Мгновение спустя дверь в подвал с грохотом захлопнулась. Потребовалась наносекунда, чтобы осознать звук захлопнувшейся двери — и последовавший за этим звук: поворот ключа в замке. Я взлетел вверх, выкрикивая имя Мелиссы со всей силой и яростью, на которые был способен. Когда я добрался до верхней ступеньки, она крикнула через дверь: — Скажи спасибо, что это не фруктовый погреб! — Открой чертову дверь! — Я постучал кулаком в дверь. Массивный дуб; это было похоже на пробивание камня. Я не собирался выходить таким путем, не без римского легиона за моей спиной. — Мелисса, не будь дурой. Мелисса! — Я подергал дверную ручку. Звук ее шагов затих вдали. Я побежал обратно вниз по лестнице, которая дрожала под тяжестью моих ног. Быстрый осмотр подвала не дал особых указаний на пути к выходу. Другой двери не было. Увидел  несколько маленьких прямоугольных окон примерно в десяти футах над землей, вероятно, на уровне улицы. Оглядевшись в поисках чего-нибудь, на что можно было бы опереться, я заметил в колеблющемся свете фонаря сундук. С помощью толчков и рывков я установил его под одним из окон. Я запрыгнул на него и обнаружил, что мне все еще не хватает полметра. Я спрыгнул вниз, обыскал углы, потревожив пауков в их паутине, и вытащил ящик из-под молочных бутылок. Поставив ящик на сундук, я осторожно забрался обратно. Ящик бешено раскачивался на изогнутой крышке сундука. Присев на корточки, я балансировал, как серфер, медленно выпрямился и положил руку на подоконник. Вытерев пятно кулаком, я уставился в грязное окно. Передо мной лежала улица, залитая солнцем, и шины проносящихся мимо машин. Я подергал ржавую задвижку. Ничего. Эта чертова штука могла быть заварена намертво. Я был достаточно зол, чтобы выбить окно, но не настолько глуп. Мне нужно было что-то, что не было бы моим кулаком, чтобы пробить стекло. Молоток бы пригодился, но на это было слишком много надежды. В каком подвале не найдется лома или даже метлы? Я подумывал о том, чтобы снять рубашку и обернуть ее вокруг руки, когда в окне появилось лицо, один глаз моргал сквозь круг чистого света. Я чуть не свалился со своего насеста. Когда я успокоился и посмотрел снова, лицо исчезло из окна. — Эй! — крикнул я. — Помогите! Спрыгнув вниз, я расстегнул рубашку, перевязал руку и вскарабкался обратно наверх. Ящик качнулся, и я закачался, как персонаж мультфильма «Тайная жизнь домашних животных», обезумевший Гиджет. Пытаясь стабилизировать свой вес, я ухватился за подоконник и свободной рукой осторожно сделал предварительный замах в сторону стекла. Вторым ударом мой кулак разбил стекло. Большая часть стекла полетела на улицу, остальные осколки осыпали мое лицо и плечи. Я покачал головой, осторожно моргнул. Избавив от стекол оконную  раму, я оперся обеими руками о подоконник и подтянулся. Хотя в кино это выглядит достаточно просто, в реальной жизни не так-то просто подтянуться и пролезть через маленькое квадратное окошко. Пришлось долго извиваться и извиваться — не говоря уже о ругательствах — прежде чем мне удалось пролезть через окно и выползти на тротуар. — Ты мерзость и будешь предан смерти, твоя кровь на твоей голове, — прокричал преподобный Джон Хауди в мое потное лицо. Я моргнул, глядя на него. — Как это? — наконец, фыркнул я. Он продолжил рассказывать мне, как это сделать. Слушая вполуха, я проводил инвентаризацию, и решил, что все мои детали были в рабочем состоянии. Я сел, отряхивая стекло и паутину. — Ты... ты! — пролепетал он. Я отпрянул от огненного дыхания маленького человечка, склонившегося надо мной. — Взлом и проникновение, ты, чертово отродье сатаны, — закричал он. — Я звоню в полицию! — Взлом и выход, — парировал я, вставая на колени. — И звонок в полицию — хорошая идея. Отправьте их на ранчо «Сосновая тень». Я слышал, как он кричал о законе, пока  я хромал вниз по улице.     * * * * *     На ранчо я не обнаружил никаких признаков Джейка. Его машина была забита его вещами; мои чемоданы были упакованы и стояли прямо за дверью. Он был абсолютно серьезен насчет нашего отъезда по расписанию. Началась мобилизация. Мебель снова была покрыта пыльными чехлами, ставни были закрыты и заперты, термостат выключен, холодильник пуст. — Джейк! — позвал я, проходя по тихим комнатам. Ответа не последовало. Что-то было не так. — Джейк? Выйдя на крыльцо, я застыл, услышав отдаленный треск двух выстрелов. Это могли быть охотники, но я знал, что это не так, и не могу точно описать болезненный холод, который распространился от моего нутра к сердцу. — Он не умер, — сказал я вслух. Ничто меня не опровергло. Бутончики коровьего колокольчика звенели на ветру. Я повернулся и пошел обратно в дом, чтобы позвонить шерифам. Я не думаю, что расслышал, что сказал человек на другом конце провода. Вероятно, мне было приказано оставаться на месте, но в следующий момент, после того как я повесил трубку, я поднялся на склон холма за домом, пробежал мимо выжженного поля марихуаны, продираясь сквозь деревья и скользя и скользя по сосновым иглам горного склона, возвышающегося над лагерем в Спаниардс-Холлоу. Или, скорее, там, где раньше был лагерь. Похоже, тут произошел массовый исход, который обычно предшествует появлению гигантских муравьев из космоса. Я бродил по разоренной территории. Гигантские желтые квадраты указывали, где раньше стояли палатки, но палатки и генераторы исчезли, а единственными машинами, припаркованными у озера, были белый пикап Мелиссы, «Лендровер» и еще одна машина. Я решил, что «Лендровер», вероятно, принадлежал доктору Шоупу, поскольку он лежал рядом с ним лицом вверх. «Тот самый мужчина», — как сказала мисс Баттермит. В то время я реально подумал, что Шоуп замешан в этом деле, но теперь я задумался. Я присел на корточки рядом с его телом. Пощупал пульс на шее. Даже мертвый, он сохранял надменное выражение лица, что никак не вязалось с раной в груди. Наверное,  в конце концов, к  насильственной смерти привыкаешь, или же я слишком беспокоился о Джейке, чтобы переживать о ком-то другом. Шоуп был холоден  как камень, так что выстрелы, которые я слышал, были не теми, которые прикончили его. Поднявшись на ноги, я прищурился на солнце, сверкавшее на озере, от ослепительного света у меня защипало глаза. Зачем Джейку возвращаться сюда? Мы должны были убираться к черту из Доджа; зачем ему возвращаться в лагерь? Это было так типично для этого безмозглого болвана —  выходить из себя, думая, что у него есть ответы на все вопросы, хотя он знал только часть истории.... После пары отчаянных мгновений до меня дошло, куда все делись. Теперь мне предстояло сделать другой выбор. Я мог бы дождаться шерифов; и мог бы последовать по старой дилижансовой дороге до шахты «Ред Ровер»; или мог бы попытаться опередить, срезав путь по склону горы. Неправильное решение может стоить Джейку жизни. Если он уже не был мертв. Я побежал  вверх по склону горы, не обращая внимания ни на свою шею, ни на сердце. Мои ботинки скользили по камням и сухой траве. Мое сердце сильно колотилось, но в основном из-за выброса адреналина. Черт возьми, я подумал, что если мой насос до сих пор не вышел из строя, то, вероятно, это отсрочка на  какое-то время. Лишь бы это помогло мне вернуть Джейка целым и невредимым; это была сделка, которую я предлагал Богу. К этому времени я разобрался в большинстве деталей, например, почему Ливингстон, который, по общему мнению, был таким же прямым и верным, как стрелка компаса, должен был умереть в ту минуту, когда понял, что происходит в лагере. Что касается моего бывшего смотрителя, Харви, должно быть, он  играл в «как растет ваш сад на склоне горы» и видел, как застрелили Ливингстона. Всегда будучи парнем, нацеленным на главный шанс, он, должно быть, пытался заключить сделку. Я предполагаю, что он угрожал шантажом, вероятно, утверждая, что у него есть какие-то компрометирующие улики, фотографии. Это объяснило бы, почему его трейлер пару раз обыскивали. Я подозревал, что никаких доказательств так и не было, но в любом случае схема шантажа дала обратный эффект. Тело Ливингстона было подброшено в сарай, чтобы изобличить Харви, а сам Харви был убит и спрятан. Пока я поднимался, осматривался вокруг. Может быть, мне следовало потратить время на поиски пистолета моей бабушки. Что случится, когда я все-таки догоню их? У меня не было оружия, и у меня точно не было плана; сила моей личности не собиралась уводить нас далеко. Я сделал неловкий шаг и упал на колени. И вот, стоя на коленях, тяжело дыша и обливаясь потом, я услышал звук. Негромкий  звук, похожий на... чихание. Мое сердце загорелось и воспарило, как римская свеча. Я бы узнал эти измученные пазухи, где угодно. Проползя несколько футов, я выглянул из-за кустов. И действительно, несколько мгновений спустя сквозь ветви деревьев, затенявших тропу внизу, я мельком увидел макушки трех голов; позолоченные волосы Джейка сияли, как рыцарский шлем. Он был жив. Я подкрался, как можно тише. Мелисса шла справа от Джейка; Маркес следовал близко — хотя и не слишком — позади. Он держал винтовку, направленную им в спины. Я бы поставил деньги, что это была винтовка  30.06. — Быстрее! —  Его голос разнесся в неподвижном воздухе. Я не завидовал его задаче; даже из моего укрытия было ясно по их напряженному языку тела, что Джейк и Мелисса ждали первой возможности, чтобы наброситься на своего похитителя. Маркес тоже это знал, если судить по его напряженному белому лицу. Как, черт возьми, Джейку и Мелиссе удалось попасть в лапы Маркеса? Но разве это не было просто типично для этих проклятых личностей типа А, всегда думающих, что они знают лучше всех и считающих, что они могут справиться с любой проблемой? На четвереньках я пополз вперед. Я должен был опередить их. Это был наш лучший шанс. Но если бы я встал, Маркес заметил бы меня и, вероятно, начал стрелять. Он был напуган и в отчаянии, так что предсказать было невозможно. А в чистом горном воздухе даже звук треснувшей ветки разносился за милю. Я мог бы вернуться и дождаться шерифов. Наверное, это было самое разумное, что можно  сделать. Очевидно, это было и самым безопасным. И я был уверен, что Джейк хотел бы, чтобы я так и поступил. Я также знал, что если бы наши позиции поменялись местами, Джейк поступил бы противоположно. Я отодвинул ветки в сторону, напряженно прислушиваясь. Успокаивающе донесся голос Джейка: голос звучал спокойно, даже непринужденно.  — Значит, у тебя нет золота? Ты просто думаешь, что знаешь, где.  — Это там. — Прошло больше ста лет, приятель. С ним могло случиться все, что угодно.  — Если бы его нашел кто-то другой, это вошло бы в историю. Жена Ройала не нашла его; она умерла в нищете. — Это моя точка зрения, — сказал Джейк. Он поступал как полицейский: заставлял говорить; это отвлекало и укрепляло связь, хочет этого плохой парень или нет. — Если бы золото было там, кто-нибудь нашел бы его раньше. — Перед тем, как мой прапрадедушка был убит Ройалом и Солтом, он послал моей бабушке письмо, в котором говорилось, что золото спрятано в шахте. «Небольшое знание — опасная вещь», — я вспомнил слова доктора Шоупа, сказанные всего несколькими днями ранее. Как он был прав. — Ройал мог перевезти золото перед смертью, — презрительно сказала Мелисса. — Что означает, что ты убил двух человек ни за что. — Заткнись и иди! — в голосе Маркеса звучало раздражение. Очевидно, он действовал на ходу. Интересно, что пошло не так, как надо? Кусты поредели. Упав на живот, я, как солдат Джо из «Броска кобры», пополз по твердой земле. Это еще одна вещь, которая в кино выглядит намного проще, чем в реальной жизни. В реальной жизни передвигаться по каменистой земле, не производя никакого шума,  дело медленное и болезненное. И каким бы тихим и осторожным я ни был,  все равно боялся, что они могут услышать движение и скольжение камней, треск веток. Я же их слышал. Медленно, но верно я постепенно опережал троицу на дороге внизу. Еще несколько метров, и можно было бы снова стоять в безопасности. Тащить себя на локтях было больно; мои бедра были в синяках. Внезапно мне пришло в голову, почему это было так больно: у меня в кармане все еще был кассетный плеер Мелиссы. Когда это осознание проникло в мой усталый мозг, я почувствовал искру надежды. С новыми силами полз вперед, обдирая себя до крови о камни, сосновые шишки и корни деревьев. Голоса позади меня стихли. Вскочив на ноги, я со всех ног помчался по склону холма, а затем вниз сквозь деревья. Я добрался до шахты всего за две минуты до того, как троица появилась на тропе. У меня было как раз достаточно времени, чтобы засунуть плеер в V-образное сочленение сосновой ветки. Дрожащими руками я нажал кнопку воспроизведения и увеличил громкость, молясь, чтобы аппарат не свалился на землю. Вблизи пение звучало настолько явно синтетически, что я не мог себе представить, как оно могло кого-то обмануть, но по мере того, как я удалялся от звука, оно становилось все более жутким. Более правдоподобным. Медленно спускаясь по склону холма, я спрятался за кустами, обливаясь потом и пытаясь отдышаться. Прошло совсем немного времени, прежде чем я услышал голоса. — Так если Шоуп работал с вами, зачем его убивать? — Джейк говорил разумно. Когда они поравнялись с моим укрытием, я увидел, как глаза Джейка обшаривают склон холма, дорогу в поисках своего шанса. На секунду его глаза, казалось, нашли мои в чаще, в которой я прятался, но выражение его лица не изменилось. На его лбу темнел кровоподтек, но с ним все было в порядке. Он был жив и на ногах, и я рассчитывал, что он таким и останется. Я нащупал на земле ветку дерева, достаточно длинную и толстую, чтобы использовать ее как дубинку. — Потому что он, наконец, понял, что я... избавился от Дэна — доктора Ливингстона. И этого подонка Харви. — Избавился? Ты имеешь в виду прикончил? Мелисса сказала:  — Ты имеешь в виду, убил? Потому что так оно и было. Хладнокровное убийство, ублюдок. — Заткнись! — крикнул Маркес. — Да, заткнись, — прорычал Джейк. — Ты ранишь его чувства. Мелисса остановилась.  — Ты это слышишь? — Ее голова недоверчиво дергалась из стороны в сторону. — Что это? Как раз вовремя. Я уже начал думать, что они трое никогда не заткнутся достаточно надолго, чтобы услышать призрачные голоса, шелестящие на послеполуденном ветру. — Хватит! — выпалил Маркес, его бледное лицо блестело, очки сверкали на солнце, как глаза насекомого. — Я тоже это слышу, — сказал Джейк. — Это чертов ветер! —  Маркес ткнул в Мелиссу стволом винтовки. Она упала на колени на дорогу и закрыла лицо руками. Джейк повернулся лицом к Маркесу. Я подумал, что Маркес расстреляет  их прямо здесь и сейчас, и я встал. Однако Джейк не стал нападать, вместо этого он сказал:  — Слушай! Слышишь их? Сирены. И действительно, далекий вой сирен был слышен, эхом разносясь по горам. — Чушь собачья! Поторопись, залезай туда!   Ошарашенный  Маркес попытался поднять Мелиссу на ноги дулом винтовки. Она не поддавалась, и я не винил ее. Если он загонит их в шахту, они никогда не выйдут оттуда живыми. Не сводя настороженного взгляда с Джейка, Маркес ткнул в нее винтовкой. Внезапно Мелисса вскочила на ноги, покачнулась и повернулась лицом к Маркесу. Маркес ахнул и отступил от нее, винтовка дико дрожала. Нервируя, Джейк тоже отступил от нее. Его тело заслонило мне Мелиссу, но я мог видеть лицо Маркеса и подумал: «Сейчас или никогда». Сделав глубокий вдох, я прокричал сквозь записанное на пленку пение и отдаленный вой приближающихся сирен:  — Полиция! Бросай оружие! Маркес направил винтовку в мою сторону, и Мелисса и Джейк набросились на него. В этот момент все стало запутанным, как в одной из тех мультяшных драк, где все, что вы видите —  это гигантский клубок пыли и случайный кулак или нога. Джейк боролся за винтовку, которая выстрелила один раз в небо и один раз в лес, прежде чем отобрал ее у Маркеса. Маркес выругался и вцепился в него обеими руками, но Джейк был крупнее и привык драться. Все это время Мелисса завывала, как индейский вождь  из ковбойского кино, царапая и пиная всех, до кого могла дотянуться. Я проскользил остаток пути вниз по склону холма и обошел место действия, пытаясь понять, как помочь, не вставая на пути и не получая пулю. Увидев оскаленное лицо Мелиссы, я испытал самый сильный шок в своей жизни. Ее глаза светились красным, как в фильме  «Экзорцист». Драка длилась недолго. Джейк подобрался к Маркесу, дважды ударил его, и Маркес упал. Джейк склонился над ним, тяжело дыша. — Вставай, —  приказал он. Он удостоил меня взглядом. Всего на мгновение мрачное выражение его лица смягчилось. — Привет. Я выдавил улыбку, половина моего внимания все еще была прикована к демоническому взгляду Мелиссы. Маркес, с очками, свисающими с ушей, и с окровавленным носом попытался встать на колени. Внезапно он бросился вперед, ныряя ко входу в шахту. — Стой! —  закричал Джейк. Мелисса закричала тоже. Маркес не обернулся. Джейк выстрелил в деревянную раму шахтного отверстия. Ничуть не смутившись, Маркес протиснулся сквозь планки, все еще наполовину закрывавшие вход в шахту, и исчез внутри. — Черт побери! —  выругался Джейк. Мы помчались ко входу. Из шахты донесся истерический крик Маркеса – горловой, резкий, леденящий кровь вопль прямо как из произведений Эдгара Аллена По, который повторился, а затем резко оборвался. Последовавшая за этим тишина была более ужасной, чем этот предсмертный крик. Мы с Джейком уставились друг на друга, а потом он начал протискиваться сквозь доски. — Нет, подожди! — закричала Мелисса. Мы оба схватились за него. — Лестница пропала! —  крикнул я, обнимая его. — Он упал в шахту! —  добавила  Мелисса. Ее лицо побледнело, а глаза... они все еще светились. Я поспешно отвел взгляд. Джейк уставился на нас, как будто мы говорили на разных языках, а затем, к моему крайнему изумлению, притянул меня к себе в грубых объятиях, которые почти выбили из меня остатки дыхания. — Я твой должник, детка, —  пробормотал он мне на ухо.  Я чувствовал, как его сердце колотится от напряжения и волнения рядом с моим собственным. Это был самый прекрасный звук в мире, и я закрыл глаза, слушая его, и подумал: «Я люблю тебя». Старые новости на самом деле. Думаю, я понял это с тех пор, как уехал из Лос-Анджелеса. Наверное, именно поэтому я уехал из Лос-Анджелеса, потому что в этом не было никакого будущего. Не совсем. То, чего я хотел от жизни — и Джейк — не было тем, что он мог дать. Но почему-то в тот момент это просто не имело значения. Я едва расслышал лепет Мелиссы:  — Он, должно быть, забыл, что лестница сгнила. Хотя мы  ему сказали. Мы с Кевином заметили это, когда были здесь. Остались только две верхние ступеньки. Я знаю, что мы ему сказали. Он забыл. Должно быть, он забыл. — Может быть, он знал, —  сказал я ей. Руки Джейка крепче обхватили меня, как будто он представлял себя падающим в шахту следом за Маркесом.  — Бедный ублюдок, —  пробормотал он мне на ухо. Я кивнул, чувствуя тошноту при мысли о том, как бы несколько минут изменили ситуацию. Если бы мне потребовалось больше времени, чтобы выбраться из подвала, если бы я подождал в доме шерифов, если бы я не торопился бежать по склону холма — на дне шахты были бы скрюченные тела Джейка и Мелиссы. На самом деле, мы могли бы никогда не найти их тела, могли бы никогда не узнать, что с ними случилось. Какая милая маленькая легенда получилась бы из этого. — Никто не смог бы пережить такое  падение, —  сказала Мелисса, хотя никто из нас на самом деле ее не слушал. — Он мертв. Он должен быть. Может быть, он собирался сделать это с самого начала. Может быть... Сирены были уже близко, завывая среди деревьев, как электронные баньши. Когда на дороге появилась первая машина, Джейк отпустил меня и отступил назад. Он смущенно помассировал затылок. — Он, должно быть, мертв, —  повторила Мелисса. — Ты так не думаешь? — Да, —  сказал я. С удивлением я понял, что тени удлиняются. Еще один день, проведенный в Раю. Я посмотрел на тяжелые небеса. В воздухе чувствовался намек на дождь. На самом деле, было достаточно холодно для возможного снега. Я сильно потер нос. — Что случилось? — спросил я Джейка.— Какого черта ты вернулся сюда?  Я остановился, когда краска залила его лицо. — У меня было плохое предчувствие, —  сказал он. — Ты слишком легко сдался сегодня утром. Я знаю тебя — ну, я думал, что знаю. Я начал думать, что ты собираешься вернуться сюда и сделать что-нибудь... глупое. — Глупое? — Как в книге. Знаешь, собрать всех подозреваемых в гостиной и попытаться обманом заставить убийцу признаться. — Так ты решил сделать глупое вместо меня? Поляна внезапно наполнилась полицейскими машинами и униформой. Звуки голосов и хлопанье автомобильных дверей разносились по позднему вечеру. Джейк сказал:  — Я... э-э... —  Он прочистил горло. — Я просто оказался не в том месте и не в то время. Шоуп столкнулся с Маркесом. Он размахивал перед его лицом старой газетой. Затем Маркес ударил Шоупа. Вот тогда-то она и появилась. — Он дважды взглянул на пылающие красным белки глаз Мелиссы и воскликнул: — И, леди, что с вами? Мелисса безучастно встретила наши взгляды. Затем слабо рассмеялась и выпучила свои глаза.  

* * * * *

  — Ну, это было по-настоящему. И это было весело, — сказал Джейк. Я слегка усмехнулся. Мы стояли рядом с нашими битком набитыми машинами. Было почти темно. Тело Маркеса было извлечено из шахты несколькими часами ранее. И никаких признаков потерянного золота, если предположить, что оно действительно когда-либо было там. Мелисса, Джейк и я дали свои показания шерифам; Мелисса поспешно попрощалась с нами и поспешила позаботиться об освобождении Кевина. Джейк и я пообещали быть доступными для коронерского расследования и любых дальнейших допросов по первому требованию.  Это был долгий день, и мы могли бы подождать с отъездом до следующего утра, но Джейк торопился вернуться. Я чувствовал, что он наблюдает за мной, но когда я бросил взгляд в его сторону, он смотрел на длинный тихий дом ранчо. Окна были закрыты ставнями. Звон коровьего колокольчика повис в неподвижном холодном воздухе. На другом конце пустого двора ветряная мельница стонала от фантомных болей. Дом уже выглядел заброшенным, как будто мы никогда там не были, как будто там уже много лет никто не жил. — Может быть, мы когда-нибудь вернемся сюда, —  неожиданно сказал он. Он встретился со мной взглядом и пожал плечами. Затем  подбросил ключи, поймал их и направился к своей машине. Через плечо крикнул:  — Ты едешь за мной или я за тобой? Я открыл, потом закрыл рот и мягко спросил:  — Ты уверен, что знаешь дорогу? Он сделал паузу.  Повернулся. — Ха, — сказал он, — я же нашел тебя, не так ли?