the abyss

синоптики обещают дождь. впрочем, прогулка планируется недолгой: на автобусе до центра и обратно. но что-то явно идёт не по плану, когда по нужному расписанию никто не приезжает. а спустя время подходит переполненный троллейбус. и вроде даже хочется выдохнуть, потому что не пришлось бы очень долго идти до места назначения. но невозможно сделать хотя бы вдох. заходя в транспорт, йеджун теряет всякую связь со свежим воздухом. и таким образом ему можно пожелать удачи в выполнении одной небольшой цели — добраться до открытого окна. но бабушка, стоящая рядом, явно не настроена положительно уступить дорогу молодому человеку, поэтому поворачивается к нему спиной, ударяя тяжёлыми пакетами по колену, даже не дослушав просьбу чуть отойти. в течение нескольких часов парень был полотно прижат к заднему окну. да и народ убавляется не быстро, скорее наоборот — люди всё больше и больше заходят. йеджун был готов лезть на потолок, даже на крышу троллейбуса. и всё же нужно было вызывать такси! чтобы выйти на нужной остановке, приходится приложить не мало усилий, например — попросить расступиться растолкать людей. уже ближе к закату йеджун находится в нужном ему месте. осталось немного. дождя всё ещё не было, но в любом случае вечерняя прогулка отменяется. и в этот раз он поедет на такси. спустя пару минут находится и здание кондитерской, а пальцы с трудом набирают сложный пароль на телефоне. парень пропускает в очереди маму с ребёнком: девочка с радостными глазами и низким поклоном благодарит доброго человека и просит у мамы большой шоколадный торт. пропускает старушку, которая долго ищет деньги на дне своей сумки. но йеджун не сердится и даже не переживает. возможно бабушка так спешит, чтобы скорее обрадовать своих внуков, что с сияющими глазами смотрят, как упаковывают чизкейк. когда йеджун показывает свой заказ, который он нашёл на сайте заведения, то ему отказывают, сказав, что этих пирожных больше нет в наличии. как и, впрочем, во всём городе. ладно. йеджуну в принципе никогда не везло. тогда он просит имбирное печенье и небольшой тортик — гостей много не будет. на удивление за время ожидания до оплаты покупки телефон даже не разрядился. так что, выходя из магазина, парень с улыбкой уже направляется домой. только для начала нужно зайти на почту, чтобы получить подарок от ёнмина, что отправил его ещё вчера и по его словам там явно что-то интересное. выходя из здания почты, йеджун заворачивает на другую улицу, где не горят фонари. ощущение, что он бродит по городу из какого-нибудь фильма ужасов. но насладиться собственным страхом не успевает из-за тихого звона уведомления. но и здесь парень отвлекается от экрана — на окликающий его незнакомый мужской голос. — молодой человек, подскажите, пожалуйста, где здесь находится ближайшая аптека? парень вздрагивает, с ним заговорил человек не очень опрятный с виду, а из хорошей такой царапины на его щеке течёт алая кровь, видно давно. руки его перепачканы в грязи и крови, чьей только? да и сам он одет странно, говорит хрипло, словно до этого был на концерте любимой группы и пытался её перекричать. йеджун может быть даже помог, если бы сейчас был день, а не явно тёмный вечер, да и кажется дождь всё-таки начинается — с неба падает парочка капель. он бы правда подсказал, если бы только знал этот район. он сам здесь ради одной единственной кондитерской берущей на себя оригинальное оформление сладостей. в одной руке йеджун держит телефон, а в другой — пакет со сладостями для него и сону и конверт, который должен был быть открыт только дома. но йеджун, конечно, уже снял печать. мужчина всё ближе и ближе приближается, идёт как будто к своей жертве. йеджун даже думает, что нужно бежать. и как только незнакомец уже стоит в паре метрах от него самого, джун лишь поворачивается, собираясь бежать как можно скорее отсюда. где-то с другого конца улицы бегут несколько человек, что-то кричат. но в этом хаосе голосов не возможно понять что-то действительно разборчивое или хотя бы на знакомом языке. йеджун так и не убегает с абсолютно странной улицы и успевает подметить, что незнакомец, нашедший его, выглядит очень напугано. в какой-то момент мужчина хватает его за плечи своими грязными руками, пачкая новую одежду, а джун оказывается повёрнут лицом к бегущим людям. его мёртвой хваткой держат, шепча что-то на ухо. разобрать «помоги» получается не сразу — только когда проглядываются ножи в руках толпы. насколько они острые — знать не хочется. если это какая-нибудь шутка или проверка на прочность от слабоумных людей, то можно смело заявлять, что йеджун смотрит прямо в глаза смерти, но крепко приклеенный к асфальту. смотрит и едва дышит, когда кинжал летит в его сторону. он почти не замечает, насколько шумно касаются луж босые ступни людей, как разлетаются брызги в разные стороны, задевая чужую одежду. и как исчезают руки незнакомца с его тела. через мгновение йеджун падает на колени. и даже не понимает, что чувствует и что происходит. тело становится тяжёлым для ослабевших ног. из лёгких вовсе выходит весь воздух, а из горла не выходит ни единого звука. тёплая кровь вытекает откуда-то изнутри, пачкая одежду, образуя на ней огромные ярко-красные пятна. позже йеджун падает на мокрый от ливня асфальт, глядя на то, как неизвестный мужчина убегает в другом направлении, откуда пришёл. даже не повернулся проверить состояние парня. в глазах всё плывёт, в ушах звенит, а тело начинает трястись. как жаль, что торт оказывается испорчен дождём, а фотографии из письма ёнмина, сделанные на совместном отдыхе, размывает вода. вскоре в небольшой открытке сохраняется только одна надпись: «с днём рождения, любимый йеджуни!» как жаль, что он так и не успел увидеть её и пролежал безжизненный на дождливой улице до того, как его нашли. как его нашли, так и увезли в морг. последнее, что он услышал, прежде чем его рассудок окончательно помутнел, была странная, громко брошенная скрывшейся толпой, фраза: «слава красной королеве!»