С чистого листа

Утром Лиам проснулся и все тело ныло и болело от того, что он провел эту ночь на камнях в сырой пещере. С трудом поднявшись, он вышел из пещеры и взглянул на небо, которое затянуло серыми, как зола, тучами. Ему все ещё не хотелось видеть Эйри, не хотелось возвращаться, но другого выхода толком не было. С тяжким вздохом Лиам побрел обратно, но по дороге заплутал в лесу и вышел к горе, чтобы лучше сориентироваться. Сквозь тускло-зеленые ветви деревьев он вдруг увидел знакомую фигуру светло-песочного цвета, которая проскочила в кустах и скрылась вдруг в пещере в горе. Лиам даже подпрыгнул от удивления и заторопился в след за фигурой. У него не было сомнений в том, что это Эйри. Итак, догадки Лиама подтвердились, когда войдя в пещеру он увидел свет, удаляющийся от него вглубь коридора. Лиам не спеша и очень тихо прокрался за светом. Фигура повернула за угол и скрылась в комнате, где на полу была замочная скважина. Рюкзак прокрался следом. – Лиа-а-ам! — вдруг позвал Эйри громко, и рюкзак второй раз подпрыгнул от неожиданности. Светильник явно услышал шум за спиной и обернулся. Их с Лиамом взгляды встретились. — Эйри, привет, — растерянно поздоровался Лиам. — Да, — сказал Эйри тоже очень удивлённо, он явно не ожидал, что как только он крикнет имя друга, тот сразу появится за его спиной. С минуту они стояли молча, и затем Лиам сделал робкий шаг в сторону Эйри. — Что ты тут делаешь? — уже менее сковано сказал он, даже с некоторым напором. — Тебя... искал, — признался Эйри и его голос дрогнул. — Понятно, — тихо кивнул Лиам. — Ты... эээ... Как бы сказать... Ты до сих пор расстроен? — Да. Определенно. Я обижен на тебя, — твердо сказал Лиам, — но я думаю, что терять мне уже нечего. Месяц, два, три не важно. Без разницы сколько я здесь буду. Ничего не поменяется. Я уже мертв. И все же, мы переживаем и эти месяцы. — Ты прав. — Ох, как же я ненавижу этот дождь!.. — Тише Лиам, я заметил, что когда кричишь в этой пещере, то камушки падают сверху. — И в правду, — согласился Лиам, глянув мельком на пару мелких камней. — Знаешь, Эйри, хотя я и в обиде на тебя, я тоже хочу извиниться. Всё-таки вчера я наговорил тебе много плохих слов. — Да... это было неприятно, — Эйри нахмурился. — Я знаю, что ты помогаешь мне искренне и ты действительно многое сделал для меня. Так что прости меня. — Я тебе прощаю, не бери в голову. Ох... эээ... гипс снял? — Моя нога уже здорова, — кивнул Лиам. — Это прекрасно. Пойдем обратно, — предложил Эйри. Лиам довольно быстрым шагом направился к выходу и этой комнаты, но Эйри чуть помедлил и они нечаянно столкнулись. С тяжёлым звуком Лиам повалился на пол, а Эйри тихим металлическим ударом приземлился рядом. Эхо мигом проскочило по потолку и пара довольно крупных камней и кусков глины упали на пол, разбиваясь на более мелкие крошки. Лиам помог другу подняться и вместе они пошли домой. То ли непогода, то ли плохое настроение, то ли ночь, проведенная на полу пещеры так сказалась на здоровье Лиама, но уже через три дня он занемог. Лёжа в кровати он часто вздыхал и вскоре начал кашлять. Насморк тоже пришел чуть позже. Простуду в обычном мире легко вылечить за пару дней, но что делать в таких диких условиях Лиам не знал. Зато Эйри знал, и хоть сам он сказал, что болел крайне редко в этом мире да и в жизни, но помочь сможет. В дождь и слякоть он без колебаний шел на улицу и искал нужные растения для своего друга. Но спустя всего три такие вылазки он тоже начал кашлять и вскоре они оба лежали в кроватях. К счастью, Лиам уже пошел на поправку и теперь готовил сиропы и супы уже для Эйри. В один день припасы трав все же закончились и Лиаму теперь самому пришлось идти искать целебные растения. Эйри объяснил, где найти алтей и облепиху. Серым утром Лиам отправился с одной из корзинок к нужному месту, но ливень застал его прямо в момент сбора трав. Он был вынужден спрятаться от дождя в пещере в горе, потому что бежать до дома было слишком далеко. Лиам достал факел и зажег его огнивом из кремния и пирита. Эти две вещи недавно сделал и подарил ему Эйри на всякий случай. От скуки Лиам расхаживал туда-сюда по пещере и забрел в комнату со скважиной. Присев рядом с отверстием в полу, он вздохнул. Свет от факела чуть пошатнулся, и по стенам побежали светлые полоски. На секунду Лиам лучше разглядел что находится внутри скважины. Он и до этого видел ее, когда они с Эйри впервые пришли к этому месту. Она внутри была причудливой, со множеством разных шестерёнок. Но сейчас кое-что изменилось. Когда ливень закончился, Лиам вернулся домой. — Привет Лиам... эээ... не промок? — Немного. Но я переждал ливень в одной из пещер, — ответил Лиам. — Кстати вот нужные травы. Ну и... — Спасибо, — Эйри поднялся с кровати и взял из рук Лиама корзинку. — Ты хотел что-то ещё сказать? — Да. В скважину в полу, кажется, попали камни. — Камни? Откуда? Я помню мы заглядывали туда, там ничего не было. — Я и сам не знаю! Но если она засорилась, то мы не сможем вставить ключ или типо того. — Да, ты прав. Если это место и впрямь связано с твоим возвращением, то это проблема. — Нужно почистить скважину. Через неделю Эйри уже полностью поправился, как и Лаим, и вместе они пошли в пещеру. Камни средних размеров было вытащить легко. С мелкими и крупными – уже сложнее. Крохотные норовили укатиться вглубь механизма, а большие застревали между спиралек, пружинок и шестерёнок. "У нас были старинные часы дома. Я разбирал их, и тогда, в детстве, механизм казался сложным и непонятным" — вспоминал Эйри. — Но эта скважина точно ни с чем не сравнится. К чему тут все эти примудрости?" На самом деле всю кропотливую работу выполнял Эйри. Именно он мог разжечь внутри себя огонь и светить вглубь механизма. Лиам же приносил Эйри еду, следил за домом. Но главной задачей рюкзака было изготовление горючего масла. Лиам добывал тростник на опасном, топком болоте и затем, следуя рецепту, старательно готовил масло. Так они и работали вдвоем, разумеется, не забывая про отдых. Вечерами они засыпали под музыку кассеты и привычные стуки дождя. Частенько устраивали выходные и спали весь день. Эйри лежал на полу пещеры. Сощурив свой единственный глаз он с трудом мог разглядеть последний камень, который застрял между двумя самыми дальними шестеренками. Пыхтя и вздыхая, Эйри наклонился ещё ниже, и край его "шляпки" впился в твердый пол, принося дискомфорт. Лиам стоял рядом молча. В данной ситуации он не мог ничем помочь своему другу. Он мог лишь наблюдать за работай, нервно сжав кулаки. — Чёрт он... он провалился ещё глубже, — сказал Эйри, отслоняясь от пола. — О нет... — процедил Лиам сквозь зубы. Ему было досадно, что он не мог ничего сделать, чтобы помочь. — Сейчас я попробую достать его двумя палочками. Лиам, мне нужна твоя помощь. — Моя? Но... — Подойди сюда. Лиам сел на пол рядом и тоже заглянул внутрь скважины. Свет от огня в голове Эйри осветил самые дальние уголки механизма и небольшой камень, застрявший в глубине. Эйри вручил другу длинную палочку. — Я поддеваю камень с одной стороны, а ты толкаешь его с другой, понял? — Да, — кивнул Лиам. Оба они легли на пол и переглянувшись, словно пожелав друг другу удачи мысленно, устремили свои взгляды вниз. Каждая секунда была вечностью, пока они находились в таком неудобном положении. Палочки работали почти синхронно, словно Эйри и Лиам управляли ими силой мысли и эта мысль была у них одна на две головы Камень, казалось, сросся с механизмом, как будто он всегда был частью этой машины. Он ни в какую не поддавался манипуляциям Лиама и Эйри, сколько бы они не ковыряли его палкой. Капельки пота падали и падали со лба, когда Лиам в очередной раз сощурился, чтобы увидеть злополучный булыжник. Он был напряжён и сосредоточен как никогда. Палочка предательски хрустнула и моментально застряла на том же месте, где и камень. – Черт! — процедил Лиам от досады и неожиданности. Он взглянул на Эйри, который только неоднозначно скривил губы. — Ничего страшного, — сказал наконец он, глядя на друга. — Но она тоже там застряла! — возразил Лиам. — Может, оно и к лучшему, — неожиданно заявил Эйри. — Жди меня здесь я мигом вернусь. Вскоре он, как и обещал, вернулся, принеся с собой деревянную глубокую ложку. "Эйри, и что ты предлагаешь с этим делать?" — хотел спросить Лиам, но решил на этот раз доверить все своему другу. — Надави на палочку, которая застряла, а я поймаю вылетевший камень этой ложкой, — сказал Эйри со вполне серьезным видом. — Ладно, — согласился Лиам не без доли сомнения. Так они и сделали. Всю свою силу и эмоции Лиам направил на эту палочку. Он даже не боялся, что она сломается, потому что ему было уже все равно, что будет потом. Со звонким стуком камень выскочил из скважины и прокатился по полу. Эйри облегчённо выдохнул, а Лиам обрадовано улыбнулся. — Мы сделали это, Эйри! — Лиаму очень хотелось вскрикнуть от радости, но шуметь в этой пещере не стоило. — Да, это было не просто... Но мы оба хорошо потрудились. Скважину было решено закрыть миской, которую Эйри захватил с собой заранее, чтобы камни, упавшие вдруг с потолка не провалились внутрь. Когда Лиам и Эйри вышли из пещеры они оба подняли головы к небу. На вечернем небосклоне, среди серых мазков краски по холсту — облаков, виднелся голубой кусочек чистого неба. Оттуда выглядывали лучи солнца, которое уже клонилось к горизонту. Трава блестела розоватым бархатом этого нежного, но яркого и радостного света. Вдруг все, что раньше казалось просто серым, засияло разными оттенками. Свежий воздух был пропитан запахом, какой обычно бывает на берегу лесной реки в низине. Лиам чувствовал самое теплое и светлое чувство на душе, какого не ощущал уже долгое время. На каждом кофейном кустике, на каждом серо-зеленом листочке, сверкали капельки недавнего дождя. Когда Лиам и Эйри шли по полю, эти маленькие шарики холодной воды капали на землю и им на ноги. Но несмотря на сырость находиться среди невысоких голубоватых кустов кофе было приятно. — Когда выходит солнце, даже мысли светлее становятся, — с улыбкой заметил Лиам. — У тебя так же? — Хм... Ну если представить, что мысли имеют цвет, то наверное да. Хотя не думаю что это зависит от погоды. — А какого цвета твои мысли, Эйри? — спросил Лиам, оборачиваясь чтобы взглянуть на приятеля который немного отстал. — Это трудный вопрос, но наверное, они такого же цвета как... эээ... я. — А мои... Мои хм... Светло-голубые с лучами солнца, как тот кусочек неба, — Лиам указал на место без облаков. — Кстати, мы не туда идём. — Стоп, как не туда? — Лиам остановился и огляделся. — Ой... И в правду, дом в другой стороне. Ну ничего, зато сейчас ещё раз по полю пройдемся. —Все бы ничего, но кажется сейчас будет дождь, — заметил Эйри, обращая внимание на небо, которое стало темным. Как и сказал светильник, дождь не заставил себя долго ждать. И когда они были примерно на середине кофейного поля, он бызнул с неба градом сверкающих на солнце капель. Все засверкало, захрустело, затрепетало. Каждый листик куста точно ожил и затанцевал под ритмичные звуки дождя. Не было ничего прекраснее наблюдать, как встречаются две совершенно разные погоды, и как в вместе они превращаются во что-то прекрасное, во что-то такое, на что обычно долго любуются и то, чего ждёт каждый. На грязной земле оставались два ряда следов. Лиам не прикрывался руками от дождя. Он просто двигался вперед, и ему было неважно, намокнет он или нет. Он шел бы пешком, но хотелось бежать. Далеко-далеко за горизонт. Бежать, бежать и, может, когда-нибудь достигнуть дома. Эйри бежал позади. Он очень старался догнать друга. Дождь был переменчив. Он словно не мог разобраться, кем он хочет быть – ливнем или маленьким дождичком. Но вот постепенно он стал утихать, когда Лиам и Эйри почти достигли конца поля. И вдруг на серо-голубой холст неба точно неаккуратный художник нечаянно разлил цветные краски, сквозь тучи виднелась радуга. Тот самый радостный маленький беззаботный ребенок, дитя сурового дождя и ласкового солнца. Лиам остановился всего на секунду словно радуга была вовсе не радугой, а знаком "стоп". Он глубоко вдохнул свежий воздух, не в силах оторвать взгляд ни на минуту. Он обернулся к Эйри. — Смотри, раду... — это все, что успел сказать Лиам, прежде чем бегущий сзади Эйри, не успев затормозить, врезался в его спину. Вместе они повалились на сырую траву. — Опять мы упали, — засмеялся Лиам когда они оба уселись на траве пытаясь отдышаться после бега. — Да... — с улыбкой протянул Эйри. — Такое постоянно происходит. — Все потому что ты очень неуклюж, — пошутил Лиам. — Уж точно неуклюжее... Я не более уклюж... Как это сформулировать. Дай минуту подумать, — сказал Эйри с серьёзностью, которая заставила Лиама прыснуть со смеху. — Так вот, — продолжил Эйри, — я не менее неуклюж, чем ты. — Да конечно, — ухмыльнулся Лиам, поднимая одну бровь. — Давай признаем что мы оба неуклюжие эээ... как мешки с картошкой. Вместе они рассмеялась. — Так почему ты остановился? — наконец спросил Эйри. — Как? Неужели ты не заметил, что на небе? Эйри наконец тоже посмотрел вверх. Все вокруг стихло, и только запоздалые капельки дождя изредка падали на землю. — Тут редко бывает радуга, — сказал Эйри и разноцветная искорка счастья мелькнула в его глазу. Радуга недолго держалась на небе, и как только начало темнеть, она ушла, но оставила после себя приятные и яркие воспоминания. И когда Лиам засыпал, он думал о том, как здорово было бы увидеть это прекрасное дитя солнца и дождя вновь.