Вечер под луной

— Дай свой номер телефона, — вроде бы ничего выходящего за рамки я не спросил, но почему тогда потребовалось собрать всю свою уверенность? Вообще, общение с немногословным, тихим подростком было подобно глотку свежего воздуха в мире, полном затхлого запаха крови. И это было так по забытому сложно, ведь я не слышал его мыслей, и мне приходилось, как совершенно обычному человеку, пытаться своими силами угадать, то значат те или иные жесты, действия. Что скрывается за словами. После десятков лет в мире открытых книг это казалось чем-то невероятным, и захватило меня с головой. И не менее важным было то, что находясь рядом с ним, мне не приходилось держать под жёстким контролем вампира во мне, пусть даже мельком помышляющего о том, чтобы выпить кровь человека рядом. Это было совершенно фантастическое чувство, объяснение которому я и не пытался найти, приняв как очередную данность. Увлёкся. Кажется, своим вопросом застал парня врасплох, он даже споткнулся. Но устоял, а я, рассчитывавший его подхватить, если бы он начал падать, почувствовал себя глупо, но хорошо сохранил невозмутимость. Харри медленно поднял на меня взгляд, и рассеяно улыбнулся: — Видишь ли, в моей старой школе телефоны иметь при себе не разрешалось, ужас да. А потом переезд, куча дел, много проблем, связанных с ними. Но я собирался, как только обустроюсь, купить его себе. Я осмыслил его слова с неким трудом. Подросток, у которого нет телефона. Нонсенс! И ладно бы только это, но, Харри прилетел в совершенно другую страну, после смерти своего отца что похоже являлся единственным родственником, и все это он проделал без связи! И конечно это можно оправдать заскоками его школы, но у всего должен быть предел. Беря себя в руке, решил уточнить: — Стационарный телефон в доме у тебя есть? Хочу убедиться, что он сможет позвонить в случае чего. Жить подростку в одиночестве на окраине города это ведь не шутка. — Не знаю, — Харри почему-то отвернулся от меня. А, это было смущение. В какой-то мере это было даже мило, чем только усилило мою тревогу. У меня укрепилось понимание необходимости за ним приглядывать. Подросток, ещё совсем ребёнок, по сути, оставшейся в одиночестве. — Понял. Я заеду за тобой завтра утром, семь сорок тебя устроит? Сейчас это меньшее что я могу сделать для почти незнакомого мне парня. Харри, до этого пытавшийся открыть дверь, и выронил ключи, видимо моё предложение сильно выбивалось из его привычной картины мира. Я легко поймал связку. Какой он, однако, впечатлительный. Парень осторожно взял ключи, будто бы боясь, что я их не отдам или выкину что-нибудь странное. А может и не без основания? Ты себя со стороны то видел? Собственный голос, обретший саркастические ноты, мне не свойственный в обычной жизни, больно уколол за живое, как бы иронично это не звучало от мертвеца. — Не стоит, — сжимая ключи белыми пальцами, Харри отказался от моего предложения. — Завтра тоже дождь обещали, — я был намерен стоять в этом вопросе до конца. — У меня есть зонт. Какой упрямец. Настолько неуверен во мне, что предпочитает промозглым серым утром пешком под дождем пройти несколько километров? — Мне не сложно, мы живём почти рядом. А с зонтом, заболеешь ещё. В голове всплыли слова самого Харри, когда он объяснял девчонке, почему выбрал не её, а мою помощь. Это что, самодовольство? Как необычно. Давно я не испытывал столь широкий спектр эмоций просто от общения с простым подростком. — Ну, если не в тягость, — перебирая связку, неуверенно протянул Харри, смотря на меня так, словно я должен был в следующий момент отказаться от своих слов. Мысли о собственных странных эмоциях были тут же позабыты. Наблюдая как от открывает дверь, я довольно улыбнулся: — Тогда до завтра. — Да, Эдвард, осторожно по пути домой. Что это? О, верно, он впервые назвал меня по имени за этот день. И почему я придал этому такое значение? Может потому что только у Харри за всю мою жизнь, получается, произнести его с такими своеобразными тянущими интонациями как-то по особенному гипнотического голоса. Дверь захлопнулась, а мне подумалось, что если бы парень был змеёй, я бы оказался перед ним беспомощней кролика. Эта мысль показалась такой простой и одновременно такой неестественной. Чтобы я, вампир, хищник, стоящий на вершине пищевой цепи, задумывался о таком? Ироничная и пугающая своей естественностью мысль. Что-то было не так, но я не мог понять, что именно. Ещё несколько секунд посверлив взглядом закрытую дверь, и прислушиваясь к тихому копошению за ней, развернулся. В машине сохранились слабые отголоски запаха Харри, и я непозволительно долго просто сидел в ней, даже вернувшись, не стремясь выходить. Оказалось, что вся семья собралась дома. Даже Карлайл сидел на привычном месте, кресле во главе небольшого кофейного столика. Похоже, под каким-то не вызывающим сомнений предлогом покинул больницу раньше обычного. Похоже, ждали только меня, ведь стоило зайти в гостиную, отец объявил о начале внеочередного собрания, посвященного, как и ожидалось, новым лицам в городе. В прошлом мы уже говорили об этом, как только стало точно известно о приезде двух жителей, однако тогда мы сошлись на том, что пока сами их не увидим, выводов делать не стоит. Как по мне, мы слишком драматизировали. Но так думал только я. Сейчас на лицах большинства застыло выражение напряжения. И лишь Эсми с Элис были расслаблены. Только если мама была в принципе спокойной, то Элис с завидным упорством вспоминала сюжет книги, заданной к прочтению на литературе и старалась на меня не смотреть. Я понимающе отводил своё внимание от её мыслей. — Итак, теперь все в сборе, что скажете? — отец с любопытством ждал наших выводов. Уточнять было не обязательно. Первой высказалась Розали. Я уже знал её мысли, а потому заранее тяжело вздохнул. — Не нравится мне эта девчонка, — отец посмотрел на неё, но сбавить обороты не попросил, — пахнет от неё странно. Да они оба подозрительные, не понимаю, зачем кому-то переезжать в такое место, как Форкс, да не просто так, а из Лондона? Согласитесь, это ненормально. Эмметт как всегда тут же согласно кивнул. Я уже хотел возразить, но вовремя закрыл рот. Привлекать лишнее внимание к своему неестественному, повышенному интересу, я не собирался. — А какие они вообще, эти ребята? — Эсми склонила голову к плечу. — Да обычные дети, — проворчал Эмметт, — хотя, согласен с Розали, парень какой-то мутный. — А вот мне он понравился, такой спокойный и рассудительный, к тому же с ним подружился Эдвард, — не согласилась провидица. Она полулежала на диване, откинувшись на обнимающего её Джаспера. Он кстати выглядел не в пример лучше, чем в последнюю нашу встречу. Успел поохотиться. — Да? — вкинул брови Карлайл, с нескрываемым удивлением глянув на меня. Ну да, его нерадивый одиночка сын нашёл себе друга человека, неслыханное дело… Разумеется он так не думал, а следовало бы. И просто был искренне приятно удивлён. Я промолчал. — От запаха его крови во мне не просыпается жажда, — чтобы понять, как Хейл озабочен этим вопросом, мне даже прислушиваться к мыслям не было необходимости. — Это звучит как очередная причина, почему они подозрительны. Одну так и тянет укусить, другой же странный, — упрямство Розали в этом вопросе начинало раздражать, но я не позволял таким чувствам даже шанса. Ведь я её понимал, она очень переживает за нас, за нас всех, просто не хочет этого так явно показывать. — Эдвард, ты больше всех общался с ними, что скажешь? — Элис перевела общее внимание на меня. В её мыслях была какая-то неразбериха, и у меня не было выбора, кроме как попытаться от них абстрагироваться. Пытаться понять, что происходит у неё в голове? Нет уж, без меня. — За исключением запахов, самые обычные подростки, — пожимаю плечами. О том, что мысли их читать я не способен, решил молчать до поры до времени. К тому же, они кажется, между собой никак не связаны, и причины, почему их разумы от меня закрыты, тоже кажутся мне разными. Не знаю, как это облечь в слова, просто на уровне ощущений. Но понимая, что этого мало, решаю признаться в почти совершенном грехе: — Скажу откровенно, если бы не оказывающий странное влияние запах Певерелла, сегодня Свон могла умереть, не дождавшись окончания нашего совместного урока, — практически упавшим до шепота голосом проговорил. Признаваться в своей слабости, особенно перед Карлайлом было мучительно стыдно. Я сгорбился, и, наверное, действительно выглядел жалко в этот момент, раз даже Розали придержала не только свои слова, но и мысли. — Я тебя понимаю, не представляю толком, как ты вытерпел час с ней в одном помещении. Мне даже на расстоянии невыносимо становится, — попытался поддержать меня Джаспер. — Спасибо Джас, но моей вины это не уменьшит. Я чуть не сорвался. — Но ведь сдержался, — Эсми поднялась и встала за мной, положив свои руки на мои плечи, чуть их сжав. — Если нам так сложно из-за этой девчонки, не лучшей ли мыслью будет просто уехать? Предложение Розали, выглядящее на первый взгляд разумно, правильно и просто встретило непонятное сопротивление. Хотя о чём это я? Всем нам просто очень не хотелось покидать ставший за несколько лет родным город. Даже с пониманием того, что рано или поздно, но уехать придётся, иначе люди начнут замечать нашу неизменность с годами, хотелось бы оттянуть этот момент как можно сильней. — Всем одинаково плохо от запаха дочери шерифа? — отец внимательно осмотрел нас. В его мыслях я не уловил ни капли осуждения, только радость что я смог устоять и кажущееся бесконечным тепло. Но на лице у него ни одна мысль или эмоция не отразилась. Он был собран и серьёзен. — Не знаю что там, у Джаспера с Эдвардом, но по мне она хоть и отличается от остальных, но разница не слишком сильная и особых проблем не доставляет, — подтверждая слова Эмметта, Элис решительно кивнула, как и неохотно согласившаяся Розали. — Возможно после того как я поохотился мне станет легче, — не слишком уверенно отозвался Джаспер, и подумав, добавил, — да, вероятно мне должно стать лучше. Опять все взгляды устремлены на меня. — Думаю я и дальше смогу держать себя в руках, пусть мне и сложно это объяснить, но запах Певерелла перебивает всякое желание. Элис прикрыла на миг глаза, чтобы тут же заверить всех, что я действительно в состоянии справиться. Самым ключевым для меня в этот момент стало то, что провидица не скрывала ничего. Признаться честно до этого момента я сам не до конца верил в то, что говорил… — Я верю в тебя, — Эсми взъерошила мне волосы, улыбнувшись успокаивающе, — вы действительно подружились? — Ну, я надеюсь с ним подружиться, — мне было сложно устоять перед словами матери и её искреннем доброжелательным настроем. — Я думаю у них все получить! Эдвард даже вызвался завтра заехать за Харри по пути в школу, — сдала меня с потрохами Элис, только улыбнувшись на мой гневный взгляд. — Как необычно, — отец посмотрел на меня так, словно бы видел в первый раз. В его мыслях я успел уловить толику надежды. Да, его сын, возможно, наконец-то перестанет быть один, обзаведясь другом. В этой ситуации даже на то, что это простой человеческий подросток можно будет закрыть глаза. — Кхм, — сконфуженно прокашлялся, в смущении зыркнув на довольно скалящеюся Элис, — давайте закроем эту тему, окей? — Хорошо. К слову, пожалуйста, обратите внимание, что дом на горе неподалеку приобрёл именно Певерелл. Потому, на охоте, старайтесь в его сторону больше не ходить. Конечно, маловероятно, но вдруг столкнётесь в лесу или он надет тела животных. Это было бы нежелательно. Со словами отца все согласились. Плодить в людских головах лишние сомнения нам совсем не улыбалось. А я неожиданно почувствовал небывалое облегчение от понимания, что теперь парень в относительной безопасности. На этом и завершилось наше маленькое собрание. Вывод по двум подросткам был расплывчат, но все решили, раз я прочитав их мысли не нашёл ничего странного или опасного, то можно пока не дёргаться. Мне стало совестно, что я им вру. Но, с другой стороны, какую опасность могут нести два ребенка? Ну не смешно ли? Этой ночью мы с отцом вышли на охоту. Запах крови животных, после Свон, казался чем-то неприятным и малоаппетитным. Но я загнал эти мысли в самый далёкий уголок сознания, приказав им не высовываться. Я скривился от того, что даже на расстоянии девчонка мешает мне жить. Опять эти мысли, я развеял очень привлекательную картинку того, как под покровом тьмы пробираюсь в её дом. — Эдвард? Отец коснулся моего плеча, и я непроизвольно вздрогнул. — Да? — прищурился, смотря на чуть горящие желтые глаза. — Что случилось? — обеспокоенно спросил Карлайл, что заметил моё раздраженное состояние. — Думаю надо поскорее приступать. Отец только кивнул. Я знал, что тот переживает, но также отчётливо понимал, что он позволит мне разбираться со своими проблемами самому коли я не попрошу помощи. Рассвет встретил с облегчением. И дело даже не в том, что мне натерпелось встретиться с Харри и ночь казалась бесконечной. В назначенное время я подъехал к его дому. Он был двухэтажным. Вчера я его толком не рассматривал, был дождь, да и было мне не до этого. Но сейчас, когда он возвышался надо мной, утопая в белом тумане, я рассмотрел его внимательней. Дом создавал неприветливое, мрачное впечатления, казался пустым и нежилым. Свет не горел ни в одном из немногочисленных окон, что своими тёмными провалами пристально следили за мной. Ступая по вымощенной камнем дороге, я разглядывал жилище своего «друга», как странно даже думать так о ком-то, и всё больше приходил к выводу, что будь мы классическими вампирами из представлений людей, то жили бы в чём-то подобном. Выкрашенные в белый стены только добавляли мертвенности, из-за того что из облизывал туман. Мансарды в доме не было, что отвечало на вопрос о странных сроках сноса старого дома и возведения нового. Собираясь позвонить в дверь, замер на мгновение, собираясь с мыслями. И в этот момент Харри сам вышел ко мне. Я сразу почувствовал изменения, произошедшие с ним. Словно поддерживая странное, тревожное настроение, налетел ветер, ударивший в спину, заставивший Харри недовольно поморщиться, прикрывая глаза. Если до этого я чувствовал стену, отгораживающую меня от его мыслей, она была громадной, невообразимой и непреодолимой. Но она была. То теперь стоя рядом я не чувствовал вообще ничего. Словно и не стоял он сейчас рядом, и не смотрел на меня этими пустыми глазами, не отражающими ни единой эмоции. Пристально всмотревшись в его лицо, я заметил, как в чёрных волосах блеснуло что-то яркое. Серьга? Действительно, вот и второе изменение. Точно не могу сказать, но вчера я не замечал ничего подобного. Не утверждаю, что придерживаюсь мнения, что парни не могут носить нечто подобное, однако встречал мало людей, на которых это смотрелось бы уместно. Похоже, Харри и тут умудрялся выделяться. — Доброе утро, — прерывая молчание, улыбнулся. Я был искренне рад видеть своего «друга». Да, пожалуй, так и есть. — Ага, и тебе привет. Видимо для него утро, знаменующее начало нового, длинного, дня, было чем-то из разряда необходимой жертвы. Ладно, возможно если бы я мог спать, считал так же. — Выспался? Я поймал на себе его взгляд, а себя на мысли что стоит быть более благоразумным и перестать разглядывать его столь бессовестным образом. — Скорее да, чем нет, — потер он глаз. Видимо в своих первоначальных предположениях я оказался прав, и парень с удовольствием проигнорировал бы необходимость подъема в такую рань. Усадив Харри в свою машину, сам задумался. Что-то я упускал. Тут меня осенила мысль, и я поспешил озвучить её. — Хм, понятно, не холодно? Я сегодня не грел машину. Это для меня температура воздуха не важна, но Харри человек, и может замерзнуть из-за моей невнимательности! От таких мыслей я вновь приказал себе собраться. Ничего не случится, я буду внимателен. — Спасибо за беспокойство, всё хорошо, — покачал он головой. Молчание, судя по всему, Харри нисколько не напрягало. Отвернувшись, он следил за проносящимися за окном пейзажами. Я рассудил что в этом нет ничего плохого а даже наоборот. Поговорить-то можно с кем угодно, но вот найти человека, с которым даже молчание не в тягость, это надо постараться. На протяжении всей поездки мой взгляд метался между дорогой впереди, я отбросил свой прежний способ езды, он может напугать или даже подвергнуть опасности Харри. Я думал поездка пройдёт спокойно. Но его слова были столь неожиданными и воспринялись моим мозгом очевидно в превратном смысле, какого дьявола я такое даже предположил, что руки на руле дрогнули. — Эдвард, у тебя есть планы на сегодняшний вечер? Конечно, Харри не имеет в виду ничего такого и это просто речевой оборот меня смутил. — Нет. — Могу я просить тебя, помочь мне? Хотел пройтись по магазинам, докупить некоторые мелочи, но сейчас понимаю что сам, без знающего сопровождающего, буду очень долго плутать. До жути страшное чувство охватило меня ещё при первых его словах, когда он начал с моего имени. Опять я оказался напуганным и на всё готовым кроликом перед змеем. Потом наваждение спало, а чувство готовности никуда не делось. Но оно уже не несло в себе такого ненормального характера, просто, если мой единственный друг просит о помощи, а мне это ничего не стоит, как я могу отказать. — С радостью покажу тебе город, вечером или можно сразу после школы? — Спасибо, — думается мне, это была одна из самых тёплых улыбок, что за наше недолгое знакомство я от него получил. Очень надеюсь, что это только пока и вскоре станет обычным делом — мелькнула не прошеная мысль. Мы приехали. Множество детей, собравшихся на стоянке, успели оценить наше появление, и их головы уже успели наполниться сотней предположений «как так вышло». Жаль, нет ручки и блокнота, некоторые из их мыслей достойны экранизации не то, что записи. Но была и обратная сторона медали — сильное отличие от нормы, влечёт за собой часто не только повышенный интерес, но и негативное восприятие события и соответствующую оценку с реакцией. Так что, когда задумавшийся о чём-то Харри, не обративший внимание на то, что мы приехали, не поспешил покинуть машину, я тихо порадовался. — У тебя сейчас что? — Хм. Чуть заметно вздрогнув, парень посмотрел сначала на меня, потом до него как я понял дошёл смысл вопроса, и он извлёк из кармана чёрных брюк сложенный лист, оказавшийся его расписанием. — Политология. Жаль. Очень жаль. У меня литература. У нас вообще будут возможности пересечься? Пользуясь возможностью, ещё раз подробно изучил расписание Харри, при этом оказавшись с ним достаточно близко, неторопливо, смакуя каждое мгновение, вдохнул. Так, соберись Эдвард Каллен, это может быть очень странно! — Сегодня у нас только два совпадения, химия и история… В остальные дни тоже было не очень густо по совпадениям. Я перевёл взгляд на замершего Харри. Сначала даже не понял, что привлекло внимание. Но потом… Быстрее чем смог подумать о том, какая это плохая идея, я со всей возможной бережностью достал из волос так и замершего парня, чёрное перо. Оно почти сливалось с его волосами, и я сам с трудом его разглядел. — У тебя тут перышко? — видя, как напрягся Харри, видимо на каком-то инстинктивном уровне чувствует от меня как от вампира опасность, постарался придать голосу мягкость и успокоить его. При этом сохранив в ситуации остатки нормальности и будничности. — Держишь дома птицу? Вывод напрашивался сам собой. Сегодня к запомнившемуся мне запаху добавились отголоски ещё чьего-то. — Да, ворон. Машинально спрятал находку в карман, мысль сохранить была неожиданная, но противоречия не вызвала, а значит ничего такого в этом нет. — Мы можем съездить в магазины после уроков? — медленно, словно думая, что я резко открещусь от своих слов, поинтересовался Харри. Я только утвердительно кивнул. Успокоившись, мой друг спохватился, и вознамерился покинуть машину. Я сдержался, чтобы не улыбнуться картине того, как он в очередной раз пытается отстегнуть ремень, и как он жил до этого. Обидеть его своим смехом мне совершенно перспектива не улыбалась. Чёртовы дети. Когда я открыл перед Харри дверь, просто проявляя заботу о более слабом существе, ничего более, они разумеется не оставили это без внимания. Теперь появляющиеся у них мысли мне не хотелось записывать, а вот оторвать те головы, в которых они появлялись… — Доброе утро, — справа от моего друга появилась девчонка. Моё раздражение вышло на совершенно иной уровень. — Ты проколол ухо? Тебе идёт. Пока я боролся с вампиром внутри, тут же пожелавшим воплотить ранее придуманный, замечательный план в жизнь, Свон времени зря не теряла. Но тут я даже готов с ней согласиться. — Польщен, благодарю. Парень ей улыбнулся, а я скрипнул зубами. Когда вчера вечером я клялся и божился, что смогу вытерпеть, я имел в виду жажду выпить её кровь, что сейчас меня почти не трогала, ведь Харри стоял между нами, и думать об этом становилось просто невозможно, а не жажду прибить её просто так, не для еды. Меня прошиб холодный пот. Самое ужасное, что такая мысль с каждой нашей встречей всё меньше и меньше получала причин, почему «нет». В школе я скинул куртку, подумав, что пора её сменить, всё-таки холодает, а она достаточно лёгкая. А потом я повернулся, чтобы зацепиться взглядом за значительно выделяющуюся из толпы фигуру Харри. Тяжело сглотнул. Тут же скрывая и взгляд и смущение. До этого парень ходил в мешковатой толстовке, и оценить его фигуру было невозможно в полной мере. Что ж, всё, что мне остается это проклясть себя всеми возможными способами. А потом повторить тоже самое, только в более жёсткой форме, в адрес всех подростков вокруг, что в своих фантазиях куда как менее сдержанны. Попытался сосредоточиться на других, более нормальных вещах, чем пялиться на фигуру друга… Когда Харри успел достать леденец? Щелчок его пальцев, перед лицом замершей, не то в шоке не то в немом поклонении Свон, Харри огляделся. Как я полагаю, где кабинет он не запомнил. Ну что же, мой выход. Мы разлучились, но его образ, тщательно обласканный вниманием в мыслях чёртовых детишек вокруг, продолжал преследовать меня. В какой-то момент меня выловила Элис и, схватив за руку, так что чуть кости не хрустнули, что очень показательно, порекомендовала самому уже пойти либо на улицу, подышать воздухом, либо на успокоение души в компанию Певерелла. Слова её оказались провидческими, что совершенно нормально. У меня была химия. К моему счастью Харри сам сел ко мне. Теперь, когда он был рядом я даже смог отпустить с миром парочку шептавшихся в другом конце класса девчонок. Примерно в середине урока, когда учитель дал самостоятельное задание, я с интересом посмотрел в тетрадь замершего рядом Харри. Там я столкнулся с приятным почерком, красиво писать перьевой ручкой это надо долго и упорно практиковаться, а это даёт интересную пищу для размышлений, а подняв взгляд, встретился с глазами человека, очевидно, в химии не разбирающегося. Скрыв за рукой, на которую облокотил голову усмешку, не злую, но лукавую, чуть повернул свою тетрадь. Одними губами произнесённая благодарность, принесла диковинное удовлетворение. Обед пришлось просто перетерпеть. Харри был уведен прямо у меня из-под носа. Я посоветовался с другими, и они были не против, пригласить его к нам за стол. Только Розали для вида поворчала, хотя мысленно и она была согласна. Но я опоздал. И Харри теперь сидел в шумной компании подростков. Вместе с девчонкой… На истории меня чуть не постигла очередная неудача в лице Кроули. Я вошёл в класс и сразу же нашёл глазами макушку Харри, и только потом с недовольством лицезрел, как на моё место садится другой. Я отчётливо слышал и его слова, с предложением знакомства, и мысли, после которых я не убил его на месте только из-за страха тем самым напугать находящегося в непосредственной близости Харри. К тому же если бы я прикончил Кроули, кровь могла бы попасть на парня рядом, а я знаю, сколько мороки её потом отстирывать. Не буду доставлять ему такие хлопоты. — Кроули, мне кажется, тебя ждёт Келли, вы же всегда сидите вместе, — от моих слов сама Келли вздрогнула, и смущённо потупилась. Да, я не стал сдерживать себя и усмехнулся. Да и Харри, как мне показалось, был моему появлению более чем рад. — Да, я сегодня тут посижу. Бесит. — Если честно я сам рассчитывал соседствовать сейчас с Эдвардом... Опять он назвал меня по имени, и я готов пойти на что угодно. Это явно не очень здорово… Чёрт, да что со мной, в самом деле! Просто приятно, когда ещё кто-то кроме членов твоей семьи обращается к тебе без формальностей. — В прошлой школе на истории мы больше делали упор на Англию и Шотландию, так что сейчас у меня могут возникнуть проблемы с перестройкой на США, но он, — указал на меня он, — согласился мне помочь. — Я бы тоже мог… Кроули собирался было продолжить, но я знал, что это уже победа. До чего я в самом деле докатился, спорю с ребёнком. — Себе сначала помоги. Раздалось откуда-то из класса и подростки вокруг дружно рассмеялись. Для них было только в радость засмеять кого-то из своих. Как кость для собаки или свежая кровь для вампира. Я смог, наконец, сесть. Кроули конечно ещё что-то мямлил, но мой взгляд, секундный, но достаточно красноречивый, отбил у него желание пытаться завладеть вниманием Харри. — Значит с историей помочь? Удержаться, и не спросить сил просто не было. — Ты всё слышал, — вернувшись к учебнику, парень рядом потерял интерес к происходящему вокруг. На меня тоже перестали обращать внимание. Будь я на пару-тройку десятков лет помладше, наверное, оскорбился таким пренебрежением. Но я воспринял это философски, пользуясь возможностью, поддался странному желанию и со всей внимательностью изучил его профиль. А волосы у него всё-таки оказались длинными. И чёрными как ночь или перья ворона. С бледной кожей это особенно контрастирует. Может он замёрз? Тот такой белый. Мне сложно сказать, какая сейчас вокруг температура. Урок был скучным. Как и все они. Но теперь его значительно скрашивал едва слышно дышащий рядом Харри. Не знаю, чем бы закончился внезапный блиц опрос от нашего преподавателя, если бы у Харри было зрение похуже, а я не сообразил открыть нужную страницу. Внимательно следя за мыслями мистера Уокера, убедился, что моих действий он из-за невнимательности не заметил. Я ему в деды гожусь, так что каждый раз наблюдая, как ещё молодой учитель строго строит учеников, и меня в том числе, задумываюсь о том, что совершенно устал от игры в ребёнка. В особенности от постоянной необходимости слушаться «старших». Но всё когда-нибудь кончается, и история не была исключением. По пути к машине мне пришлось стать свидетелем не очень вдохновляющего разговора. А так же по пути позаботиться о том, чтобы некоторые особенно смелые и верящие в чудо ученики и ученицы не столкнулись с Харри. От сцен в воображении некоторых, пересмотревших фильмов и зачитавшихся книгами мне становилось смешно до неприличия. М-да, это поколение ещё можно спасти, но для этого нужно очень многое сделать, и вряд ли этим кто займётся, а потому считаем его пропащим. — Ты сейчас куда? — Стенли полная несбыточных надежд и мечтаний, спешила завлечь новенького в свои планы. — Мы хотели сходить все вместе в кафе. Хочешь с нами? Белла, ты как? — Благодарю за приглашение, но сегодня у меня уже есть планы. Я даже не заметил, как задержал так-то не нужное мне дыхание, дело привычки. Хм, я что, переживал из-за того что возможно сегодня не покажу Харри город, или ещё хуже, это сделает кто-то другой? Деликатно подхватив под руку, к облегчению, не сопротивляющегося парня, увёл его. А то от мыслей подростков, направленных на него мне становилось некомфортно. Я привык, что такие фантазии частенько затрагивали меня, но не думал, что в разы омерзительнее будет увидеть в них моего друга. Уловил отголоски мыслей Элис, желающей мне удачи, и Джаспера, негодующего по поводу эмоций, целый день овладевающих школой. — Итак, куда сначала? — Мне нужна канцелярия. Но, может, просто проведёшь небольшую экскурсию? Форкс был небольшим городком, так что мы быстро посетили все самые интересные или важные места. Первым в условном плане посещения стал небольшой магазин канцелярии, который держала семейная пара Грин. Добрейшие люди. Но, как по мне слишком рассеянные, из-за чего у них часто бывали проблемы с налоговой декларацией и отчётами. По крайней мере, именно такие печальные мысли часто витали у них в головах. Я бывало, порывался им помочь, но они только добродушно посмеивались, заявляя, что стремление похвальное, но лучше бы мне пойти учиться, или заглянуть к ним на чашку чая. Очередной минус, мне теперь всегда будет семнадцать, и восприниматься я буду в большинстве случаев как семнадцатилетний. А ведь мы почти ровесники. Поздоровавшись с миссис Грин, или как она просила себя называть, Бетти, подошёл к Харри. — Не знаешь с чего начать? Очередная странность если честно, он выглядел так, словно впервые занимается чем-то подобным. — Тебе кто-нибудь говорил, что подкрадываться к людям неприлично? Нет? Отлично, люблю быть первым. Буркнув это, решительно настроенный Харри пошёл выбирать себе тетрадки. Комично? Да, и я не сдержал смех, это было совершенно очаровательно. В отличие от долгих метаний по поводу — быть или не быть альбому у него в имуществе, когда дело дошло до покупки продуктов, Харри действовал гораздо проще и без особых сомнений. — Любишь яблоки? Сложив то, что я наблюдал два обеда подряд, а именно яблочный сок в обоих случаях, и то, что первым делом именно их он пошёл брать, сделал несложный вывод. — Угу. Даже не удивился, когда в поле моего зрения возникла Свон. — Привет, и вы тут! — девочка радостно помахала рукой, подходя всё ближе. Не надо уметь читать мысли, чтобы догадаться — настроена она серьёзно и простыми дежурными приветствиями дело не ограничится. Вампир внутри остервенело зарычал, предлагая растерзать помеху на месте. И только случайно коснувшийся меня Харри, стоявший рядом, привёл в чувства. В очередной раз спасая девчонке её жалкую жизнь. — Здравствуй, неожиданная встреча. Я никак не мог предвидеть, что мой друг окажется слишком вежливым, чтобы отказать. А Свон слишком наглой, чтобы предложить. Но как результат, мы отправились поесть в кафе напротив. От еды я отказался. Уселся вполоборота, чтобы сосредоточить максимальное внимание на Харри рядом, а не на девчонке напротив. В очередной раз горько пожалел, что не могу читать именно его мысли. Ну почему он решил, что я могу сейчас его бросить тут одного? Заметил, видно, что девчонка мне, мягко выражаясь, не очень нравится. Но оставить их наедине… Это точно не та жертва, на которую я готов пойти, лишь бы избавиться от Свон в поле зрения. — Вегетарианец? — Кто, прости? — Ну, мясо не ешь. Вот я стараюсь меньше есть пищу животного происхождения, мне просто жалко всех тех, кого для её приготовления замучили. А если да? То наверняка весть, что его друг пьёт кровь, пускай и не людей, точно приведёт его в ужас. Да его в любом случае это напугает, да и не собираюсь же я рассказывать! Но что за бред в голову лезет постоянно. Мой мысленный спор пресёкся моментально, стоило только встретиться с тёмными глазами. Смотрели они как всегда спокойно и отстраненно. И от одной только мысли что в них может поселиться страх при взгляде на меня, монстра в шкуре человека, стало физически плохо. — Нет, просто суп хочу. Но твоё стремление защитить окружающий мир похвально. Это была последняя реплика из их диалога, что добралась до моего сознания, резко окунувшегося в пучину своих тёмных мыслей. Кажущееся бесконечным щебетание девчонки рядом только ухудшало настроение. Я пытался быть снисходительным. Она просто мелкая девчонка, не подозревающая о том, сколь сильно могла пошатнуть основы жизни вампирского клана своим приездом, не будь судьба милосердна. И не реши одновременно с ней переехать Харри… Да, если бы не рядом сидящий парень, всё рано или поздно закончилось бы печально, во всех смыслах. И для всех участвующих. Я даже не стал скрывать свою улыбку, когда мы распрощались с девчонкой. — Почему из всех городов именно Форкс? Любишь дождь? Любопытство давно оплело меня паутиной интереса. И сейчас я решил хотя бы немного его утолить. Харри, до этого полностью увлеченный разглядыванием проносящихся за окном видов, медленно повернул голову в мою сторону. — Прошу прощения? — Хах, ты переехал в самый дождливый город Америки, я подумал, может тебе нравится дождь. — Думаю, я одинаково не люблю любую погоду. А Форкс как место жительства, и вовсе выбирал не я, — улыбка на его лице появилась, но была неуверенной. Я уже достаточно пожил, видя эмоции людей, и то, как они отражались на их лицах. А потому секундную борьбу, после которой улыбка, адресованная мне, стала минимум на пару градусов теплее, я смог заметить. Стало очень горестно и неприятно от самого себя, ведь сейчас, следуя принципам поведения современных детей, мне следует сделать самое логичное предположение. — Родители? Было тяжело это говорить. Когда слова уже сорвались с языка, я подумал, что хотя бы с Харри я могу, хоть немного, приоткрыть себя настоящего, не закрываясь реакциями и ответами, которые следует ждать от наивного и простого подростка семнадцати лет. Ведь ничего критичного это не изменит! Да, идиот, что за глупые оправдания! То, что играешь подростка, не обязывает тебя быть полным кретином! Неужели настолько вжился в роль, что даже думать начинаешь подобно всяким переполненным максимализма и прочей чуши детям! Вместо ожидаемого огорчения я с замиранием не бьющегося сердца, увидел только безразличие. — Да, отец, не думаю, что он думал о погоде, когда выбирал город. А что касается вас? Реакция сбила с толку. Не исключено, конечно, что у них были плохие отношения. Но я в это лезть, пока не пригласят, не буду. — Хм? Суть его последних слов осталась за гранью моего понимания. — Успел наслушаться рассказов от ребят. И я сомневаюсь, что в их словах было что-то хорошее, но я счастлив уже от того, что даже после таких историй, ты согласился сесть в мою машину. Клянусь, твоего доверия я постараюсь не предать. — Вы же тоже сюда недавно переехали. Как тебе здесь? С радостью бы рассказал как мне здесь. Но переживаю, что тебя может это спугнуть… — Уже два года живём, а всё ещё новенькие. Мой приёмный отец врач, Карлайл Каллен, и он захотел работать в местной больнице. Ума не приложу почему. До этого мы жили на Аляске, там очень красивые виды. Даже скучаю по ним. А ты, что скажешь о Лондоне, ты же, кажется оттуда? — Там было шумно, и всегда много машин на улицах. Хотя, в детстве я скорее жил в его пригороде. Но там было просто скучно и однообразно. Зато в Шотландии просто чудесно. Особенно зимой. С особенным, таким чистым теплом говорил он о своей школе, что я сразу же сообразил, где же был его настоящий дом. Это стало дополнительным кирпичиком в фундамент мысли, что с отцом он не ладил. —… природа как отдельный вид восхитительного. Например, школа, в которой я учился, была рядом с лесом. И, конечно же, профессора настоятельно не рекомендовали в него ходить, но было очень мало ребят, за семь лет так ни разу туда не залезших. — Не сомневаюсь. Семь лет, учился в какой-то особой школе? Сразу воспользовавшись возможностью, продолжил отдалять тему разговора от темы семьи. — Да, частная школа, там ещё мой отец учился, и мама тоже. Семейный подряд считай, — прогадал, но, ничего страшного, — самое чудесное на мой взгляд, что это не просто школа, а буквально средневековый замок. Наверное, моё лицо хорошо отразило спектр моего недоумения. Что же это за школа такая? Надо будет поискать в интернете. А потом Харри впервые с момента нашего знакомства рассмеялся при мне. Я так и застыл, как завороженный вслушиваясь в тихий смех. За этим меня и поймали. Он только прищурился, а мне тут же захотелось оправдаться. Что я и сделал, самым глупым в данной ситуации способом — правдой. — Просто подумал, что у тебя красивый смех. Харри на пару секунд оцепенел, а потом, наверное, переварив мои глупые и необдуманные слова, осторожно, в отличие от меня, тщательно подбирая, что скажет, произнёс: — Оу, благодарю, наверное, да. Было видно, что его мои слова сбили с толку и порядком смутили. Отвернувшись к окну вновь, Харри показал, что дальше мы говорить не будем. Отлично, это должно не дать мне сболтнуть очередную глупость. Не обращая внимания, на слабое, но упрямое сопротивление, помог парню донести пакеты до дома. Не способен я позволить ему при мне таскать что-то тяжелое. Он ведь выглядит таким хрупким! — До завтра. — И тебе хорошего дня, — вяло махнув рукой, Харри как мне показалось, с облегчением скользнул в дом, закрывая дверь. Будь менее навязчивым — попинала меня совесть, я к ней прислушался. Ведь действительно, ему сейчас трудно приходится. Незнакомое место, люди, так словно мало было, ещё и потихоньку слетающий с катушек вампир. Парню точно не позавидуешь. На следующий день всё было спокойно и размеренно. Жизнь как я тогда подумал, начала постепенно возвращать себе обычность, а переполох, связанный с новыми лицами, пошёл на спад. В последнее мне особенно хотелось верить но, увы, в отличие от, вполне себе, заурядной Свон, Харри был личностью исключительной. Он был достаточно эксцентричным, чтобы вызывать излишнее внимания, и в той же мере оторванным от реальности, чтобы этого не замечать или же не придавать значения. Ну, вот кто, скажите на милость, будет пол урока сидеть тише мыши, а потом как вступит в яростный спор с преподавателем по философии. Который к такому напору был не готов, но быстро реабилитировался, и уже под конец урока, выдохшись, пригласил за чашкой чая, вместо занятия по физкультуре, продолжить сию дискуссию. Об этой его выходке я узнал из мыслей подростков вокруг и был в смятении. То ли радоваться, что под мяч, успевшей прославиться на этом поприще, Свон не попадёт. То ли тяжело вздыхать, сетуя на непоседливость и излишне пропитанные анархизмом идеалы современной молодёжи. Я выбрал первое, и отправился на поиски своего друга. Мы были разлучены уже больше двух часов, а ещё я встретил девчонку, опасно близко встретил. И присутствие Харри в досягаемой близости, было мне необходимо как воздух живым людям. У учителя философии до этого был последний урок на сегодня, так что я без труда нашёл их в пустом кабинете. К своему глубокому изумлению, вместо громкого спора, мистер Гордон был всем известен своей приверженностью определённых, консервативных взглядов, я попал в разгар весьма мирной беседы за партией в шахматы. Я вежливо ответил на кивок преподавателя, и встал рядом с парнем, не отвлекая обоих. Взгляд на доску. Видно, что Харри в силу неопытности и спешки, тоже возрастной, проигрывал. Закусив губу, и запустив в волосы руку, он даже перестал как-либо отвечать на реплики собеседника. Только хмурясь и глядя на доску. И учитель удовлетворённо улыбнулся, со значением заявив, что против опыта и знаний никакая молодость и горячность не играет. А что касается громких и смелых заявлений, сделанных ранее, столь образованным молодым человеком. Он может даже обдумает их, позже. Показалось, что старый преподаватель насмехается над Харри, и мне стало от этого очень неприятно. Каждый может ошибаться, но он всего лишь ребёнок. Может, вам, мистер Гордон, нужен противник вашего уровня? — Рад, что вы обдумаете мои слова, — тихий и вкрадчивый голос Харри вырвал из тёмных мыслей, — может заодно и над этим поразмыслите. Я сразу заметил, как изменился в лице учитель, и тоже внимательней посмотрел сначала на Харри. Он, совершенно переменился, откинувшись на спинку стула и закинув ногу на ногу, с ласковой усмешкой да прищурив чёрные глаза, хитро глядел на учителя. Потом я перевёл взгляд на доску. Шах и мат. Без вариантов и иных толкований, мистера Гордона только что обвели вокруг аккуратного пальца, с чёрным кольцом, а он только и мог, что до самого конца верить в своё превосходство над оппонентом. В голове мужчины на короткий миг воцарился хаос из попыток вспомнить все те моменты, когда он пропускал истинные мотивы своего соперника. А потом он искренне рассмеялся. — Хорошо, парень, я принимаю твою версию. Это не значит, что я с ней согласен, и она не имеет в себе огрех, но право на существование это у неё не отнимает. Харри только слегка улыбнулся, снова из змея, загнавшего наивного кролика в угол, став милым подростком. — Ждал меня? — мы вышли в пустой коридор. У нас, было, несколько минут тишины, прежде чем под трель звонка, дети выползут из кабинетов. — Да, — просто отвечаю, зачем спрашивать об очевидном. — Мне интересно узнать, почему. Но что-то подсказывает, внятного ответа я не получу. А в таком случае остальное меня не интересует. Безмятежно кивнул своим мыслям Харри, удивительно чётко уловив мой настрой по этому вопросу. — Твоя проницательность поразительна, — коротко дал понять, что он в своих рассуждениях подобрался очень близко к истине. Он только прикрыл глаза. Так бы, мирно и тихо, и закончилась эта суматошная неделя. Если бы в субботу я случайно не узнал, что Харри покинул город… Не знаю, что точно меня тогда толкнуло на эти безрассудные действия. Но я сломя голову и, не замечая ничего вокруг, мне очень повезло, и по пути никого не встретил, примчался к его дому. Долго прислушивался, потом собрал наглость в кулак и, забравшись на дерево, заглянул в окна не только первого этажа. Его действительно не было дома. Прокрутил в голове всё, что узнал из мыслей и разговоров. Получалось что ранним утром, кто-то видел, как с горной дороги выезжало такси. Обычная, ничем не примечательная жёлтая машина. Только вот очевидцев того, как она приехала в город, а в Форксе таких отродясь не было, тоже не было. Именно поэтому произошедшее тут же превратилось в очередной слух и как лесной пожар, распространилось по городу. В таком случае, угрюмо опустился на траву под одним из деревьев, выбрал хорошее место, я вижу дом, а меня не видно, буду ждать. Если один из моих вариантов верен. А их пока немного: вышел в лес погулять, поехал в тот же Порт-Анджелес, за покупками. Скоро или к вечеру должен вернуться. Ну, документы он из школы же не забрал, постарался себя успокоить. Но стало только хуже. К так неожиданно объявившемуся чувству потери, добавился ещё и страх что он покинул город навсегда. А навсегда, это ведь очень долго. К вечеру я окончательно понял, что если Харри нас покинет, я этого не вынесу. В груди поселилась тревога. А вдруг один из моих первых вариантов был верен, и с ним просто что-то случилось? Ночь была полна метаний и долгих торгов с самим собой. Она была бесконечно длинной и мучительно одинокой. Луна, своим холодным и таким безразличным до мирских проблем светом озаряла застывший в опустошении дом, уже не казавшийся мрачным. Скорее брошенным и необжитым. И такого же одинокого вампира, не знающего, потерял ли он своего первого, единственного и оказалось успевшего стать очень дорогим друга… Да, Певерелл дико быстро стал не то что знакомым или другом, необходимой частью моей жизни после смерти. Утренний туман встретил с облегчением. Мне всё ещё было страшно, очень забытое ощущение, но я, с трудом, принял окончательное решение. Если к вечеру сегодняшнего дня не объявиться, я сам найду его. Чего бы это мне стоило. Вампиры не спят. К сожалению. К счастью. Впервые я так подумал, встрепенувшись, так как услышал пока ещё слабое, но с каждой секундой, становившееся всё громче гудение мотора и шелест шин по асфальту. Я затаился. Наблюдая, как к дому подъезжает жёлтая машина такси, и из неё выходит чуть встрёпанный, но вполне здоровый, живой и спокойный Харри. С рюкзаком на плече, он попрощался с водителем, и с сомнением, опасливо осмотревшись, наверное мой взгляд был слишком пристальным, направился к дому.