per aspera ad astra

На город вечер опустился незаметно. Пару часов назад солнце вовсе перестало освещать до следующего дня, за окном кружил по воздуху снег, вновь растает завтра, не дав слепить снеговика. Окошки, словно звёзды, зажглись ярким и тусклым светом, во многих квартирах мигали цветные огоньки. В каждом окошке своя жизнь. Свет только зажгли – человек только пришёл с работы и намеревается отдохнуть. Тусклый свет – укачивают ребёнка или играют в игры на компьютере. Яркий свет во всех окнах – день продолжается и не спешит заканчиваться. Тёмные пустые окна выглядят безжизненно, будто внутри квартиры холодно и одиноко. За одними из таких окон был Ваня Бессмертных, глядевший в чужие окна, как в них пропадал и появлялся свет. В окнах напротив гирлянда цвета меняет, свет на бумажные снежинки бросает. Сегодня уже тридцатое число, у Вани впервые нет новогоднего настроения, время летело со скоростью света, будто сбегая от самого хорошего, поэтому он даже не заметил, что в квартире ни ёлки, ни каких-либо других украшений к празднику. Он так привык к пустоте в своей квартире, что даже не удосужился включить свет, хотя приехал три часа назад. Так даже лучше, потому что в темноте мысли разные, удушающие, в голову лезут. Бессмертных с самого себя смеётся, всё это схоже на моральный мазохизм, Пешков убивает его внутри, мучает и не отпускает. Ваня думал, стоит Пешкову отказать – все придуманные чувства исчезнут. Стало лишь хуже, русый не спал всю ночь и эту, похоже, не будет. В голове раз за разом проносится «Я тебя люблю» голосом Серёжи, у Вани ком в горле, потому что верить больше ему не может. Русый любит, когда всё происходит по его сценарию, когда его слушают, когда ему подчиняются. Серёжа растоптал его. Ваня чувствует себя использованным. Всё недолгое время их «союза» в воздухе витала любовь, искры в глазах, трепетные касания и короткие нежные поцелуи. Серёжа вычеркнул всё это и самого Ваню из своей жизни, стоило Даше глазами похлопать и слезу пустить, а у Вани вселенское разочарование. Неужели ему всё это показалось? Всё, что было? Ваня в любви признался, хоть и не на трезвую голову, потому что Пешков всегда надежды ложные подавал, и Даша так невовремя рассталась с тем парнем. Пешков слился, Ваню стороной обходил, пока Даша в очередной раз его не бросила. Бессмертных на диван присел, локтями на колени облокотился. Голосом Серёжи слова любви в ушах звучат, произнесенные в тот день, когда Даша с тем блондином сошлась. Ваня чуть не сдался тогда, стоило в карие глаза посмотреть, но чувство вновь быть брошенным преследовало его вместе с любым упоминанием Пешкова. Он кулак чуть расслабляет и в воздухе брелок в виде клюшки повисает. Этому брелку приличное количество лет и выглядит он соответствующе, столько же, сколько они с Пешковым знакомы. Ваня в детстве чересчур стеснительным был, миловидным, первым заговорить боялся, а к нему с дружбой никто не бежал. Захотел он хоккеем профессионально заняться, а не с братом в хоккейной коробке недалеко от дома. Мама поддерживала сына во всём, сама привела его в неизведанный дворец ледового спорта, встретилась с мужчиной, который Ваню на каток позвал, навыки его оценить. Ваня от неожиданности замялся, красным цветом залился и не двигался, неловко было перед незнакомым мужчиной красоваться. Будущий тренер, отличный мужик, его чуть ли не за руку на лёд вёл, поддерживал словесно, а ведь мог не церемониться, сразу послать. На льду заканчивали тренировку примерно Ваниного возраста мальчишки, с ними был второй тренер. Мальчики ещё только учились, получали много замечаний, Бессмертных следил за каждым из них по отдельности до конца тренировки. Был один из всех мальчишек, что русого заинтересовал – сосредоточенный, уверенный, не получивший ни одного замечания. Позже они встретились у раздевалки, Бессмертных узнал того мальчика сразу, было в нём что-то притягательное. Мальчик с тёмными кудрявыми волосами, он был серьёзней всех, молча собирался, лишь изредка делая замечания своим друзьям, те его покорно слушались, отчего у маленького Вани спёрло дух. Русый всё время у раздевалки простоял, голову под пристальными карими глазами опустил. Кудрявого из раздевалки низенькая девочка с пышными светлыми волосами встретила, розовую заколку со своих волос юному хоккеисту подарила. - На удачу. У девочки щёки покраснели, её чувства к хоккеисту были слишком очевидными. Кудряшка покрутил в пальцах заколку с кошкой, рассмотрел со всех сторон и застегнул ей прядь, что глаз закрывала. - Спасибо. Ваня после этого неизвестного кудряшку видел ещё пару раз, недолго, пару минут от силы. Кудряшка был непреклонен, и, кажется, русого вовсе не запомнил. Следующая их нормальная встреча произошла через полгода, когда тренер поставил две команды одного возраста против друг друга. Бессмертных узнал о совместной тренировке за пару дней до неё, вспоминал кареглазого, тот день с розовой заколкой, захотелось тоже что-то подарить. У Вани друзья появились благодаря хоккею, самым главным стал Саша Петров, пришёл чуть раньше русого. Они с Сашей были похожи, это стало причиной для начала их дружбы. С остальными не особо ладилось, но до них Бессмертных не было никакого дела. С Сашей было весело и интересно, ему хватало Саши, и не хватало кудряшки, который так плотно у мальчика в голове поселился. В день первого импровизированного матча Ваня наконец узнал имя кудряшки – Серёжа Пешков. Их поставили друг напротив друга, Ваня держался из-за всех сил, чтобы не выдать свою радость этому событию. Серёжа Пешков со своего места изучающе смотрел на русого, скользил по лицу, телу, будто оценивая, Ваня заметил его взгляд мгновенно и замялся, пытаясь скрыться от карих глаз. Он хотел равняться на Пешкова, одногодка производил на него фурор. Ваня пугался и восхищался Пешковым, смотрел на него с искрами в глазах, когда удавалось одним глазом за их тренировкой наблюдать. Его пару раз ловили, отправляли в раздевалку, а Бессмертных всё равно приходил, снова и снова. Ваня по сей день не мог объяснить тяги к кудрявому, боялся себе признаться, что с первой встречи к Пешкову неровно дышит. К Пешкову, что ненавистные взгляды каждую встречу кидал, и Ваня отвечал тем же. Серёжа растоптал его. Растоптал не нынешнего Ваню, а того, из прошлого, оставив сидеть в одиночестве и разочаровании. Серёжа удалялся в раздевалку, попутно держась за бок и корчась от ноющей боли. Он был зол и расстроен из-за проигрыша, а несносный мальчишка за ним делал атмосферу ещё более невыносимой. – Перестань делать вид самоуверенного профессионала, ты смешон. И Серёжа оставляет Ваню одного на скамейке с брелоком в виде клюшки в ладони. На самом деле, Ваня просто хотел подружиться.

***

Тридцать первое декабря. Остались считанные часы до нового года. Сегодня по улицам огромной Москвы разгуливали Дед Морозы со Снегурочками, к некоторым подбегали фотографироваться люди, Ваня наблюдал за всем этим со стороны, хотелось почувствовать новогоднее настроение. Весь день шёл снег, гирлянды висели на чужих окнах и на улицах, было достаточно тепло, и на душе тоже. Ваня из подавленного состояния не вылезает, ходит весь серьёзный, с сестрой огрызается. Никто его состояния не заметил, даже мама, которая, кажись, чувствовала его больше всех. Сейчас все заняты и никому нет дела до чужих проблем, Вань. В зале стоит высокая живая ёлка, с новогодними шариками, гирляндой и звездой на верхушке. Сестра, в свои почти восемнадцать, радовалась новому году, как и прежде – в детстве. Она кружилась в танце под громкую музыку, переключала огоньки на гирлянде и поглядывала на часы, время шло медленно, Даша, грустно вздыхая, села на диван. Отец был строг ко всем праздникам и не к праздникам тоже, сегодня он остался дома и засел в своём кабинете, не на секунду, не отвлекаясь от работы. Мама с утра на кухне, возится с различными блюдами, Даша ходит помогать ей, Ваню иногда просят что-то принести или подать. Бессмертных хотел бы помочь матери, но в готовке он полный ноль, остаётся молча дожидаться праздника. Ваня перестал видеть смысл в этом празднике, когда попрощался с Дед Морозом, детские ожидания были разрушены, стало не так интересно. Теперь ему двадцать, праздник стал обыденностью, с одними и теми же действиями каждый год. - Вань, ты сегодня весь день хмурый. Первым человеком, обративший внимание на его погасшее настроение была сестра, Ваня скривился в неискренней улыбке, зная, что Даша просто так не отстанет. Сестре явно не стоит знать, что русый испытывает совершенно не дружеские чувства к её бывшему парню. - Новогоднего настроения нет. - Я вижу, ты поникший весь. Неужели в душе теплее не становится, смотря на все украшения и семейную обстановку? Бессмертных чувствует, что сегодняшний разговор может стать откровенным и семейным, таких разговоров у них за всю жизнь было немного, обычно они перекидываются парочкой фраз или спорят. Ваня с сестрой пообщаться хочет, как никак всё же любит её, только открываться никому не хочется, а значит и разговора не получится. Никто не должен знать, что перед глазами в очередной раз чужие мягкие кудряшки красуются, внутри тепло становится – стоит только подумать о нём. - Было бы значительно проще, если бы мечты и желания на новый год сбывались. - Ты влюбился? Уголки губ вниз сползли, руки в движении остановились, Даша смотрит пристально. Неужто сестра давно всё поняла и специально к Пешкову лезла, Ваню позлить? - Ты влюбился. – Полушёпотом делает вывод сестра. – В Пешкова, да? Я видела, как ты смотрел на него. - Даш, хватит придумывать. – Бессмертных ладонь к голове приложил и откинулся назад. – Как он на него посмотрел! - Вань, я не буду осуждать тебя. Ты всегда на Серёжу по-особенному смотрел, даже, когда о нашем с ним общении узнал, требовал прекратить. Даже тогда у тебя искры в глазах были, неуверенность какая-то. Даша на брата посмотрела, ближе пододвинулась. Ваня продолжал лежать, смотрел пустыми глазами в потолок, повисла тишина. - Вань, я знаю тебя, ты мой брат. - Какого тебе узнать, что я в твоего парня влюблён? - Серёжа не мой парень, мы расстались недавно окончательно. - Он тебя просил не бросать его, клялся в вечной любви и счастливой жизни? - Нет, он молча ушёл. Серёжа не любит меня, я для него – привязанность. - А мне надежды подавал, чаще всего по пьяни, а потом он променял меня на тебя. - И пожалел. - Пешков не жалеет, никогда не пожалеет. - Он празднует новый год в одиночестве. Думаешь, заслужил?

***

Только бы не этот новый год в одиночестве Если честно, очень не хочется.

На часах за двенадцать ночи, тусклый свет освещал всю квартиру, показывал всё самое важное – одинокий стол и выпивка. На улице выкрики людей долетают до восьмого этажа, салют на улице взрывается, красивые узоры рисуя в небе, чтобы одиноким людям в алкоголе не забыться. Где-то там, на восьмом этаже, за столом одинокий Сергей Пешков вторую бутылку шампанского открывает – новый год всё-таки. Его звали родственники, звали друзья, Серёжа никуда не пошёл, знал, что нигде его не ждали. Мама за нового мужчину замуж вышла полгода назад, этот новый год они с его родственниками празднуют. А Серёжа там кто? Лишь сынок своей матери и кумир племянников того самого мужа. Ему с чужими людьми сложно всегда было, всегда нужно найти комфортную точку, как это было с его друзьями. И Ваней Бессмертных. К друзьям он не пошёл, потому что у них у всех есть кто поважнее. Серёжа будет как белая ворона, сидеть один в тёмном углу, заливать в себя алкоголь, пока не заснёт. Серёжа на трезвую голову никогда не признается, но он завидует дружбе Бессмертных и Петрова. Эти двое, как две капли воды. Серёжа хочет найти такого друга, но совсем скоро ему двадцать один, шансы найти лучшего друга близятся к нулю. Похоже, и этот новый год В одиночестве. Всё из-за его характера, считает Серёжа. Он знает себя лучше всех, знает, как с ним непросто и знает, что может очень сильно обидеть. Он обидел Ваню, посмеялся над его чувствами, только потому что хотел ухватиться за Дашу. Даша вошла в привычку, являлась обыденностью, Пешков не хотел с ней прощаться. До одного момента. Серёжа не знает, как объяснить их отношения с Бессмертных. Серёжа не гомофоб, но себя с парнем представить не может, поэтому к Даше побежал, о чём пожалел спустя время. Только его никто больше не ждал, зелёные глаза для него больше не искрились, не был слышен естественный звонкий смех на всю квартиру. Пешков чувствует себя настоящем долбаёбом, ведь позволил себе отпустить Ваню и продолжать бегать за Дашей. Одинокую тишину нарушает звонок в дверь. Он застывает с выпивкой в руках, ждёт, пока позвонят ещё раз. Не мог же он так быстро белочку поймать? В дверь звонят ещё дважды, Серёжа в прихожую на носочках вышел, он крепкий сильный мужчина, но иногда лучше делать вид, что дома никого нет. За дверью копошения, стук в дверь и знакомый голос пронизывает до костей: - Серёж, я слышу, ты дома. У Серёжи перед глазами плывет то ли от выпитого алкоголя, то ли от волнения. От парня за дверью руки трястись начали, сердце готовится выпрыгнуть из груди. Он боится, что всё это – сон, а настоящий Ваня сейчас веселится с друзьями и ненавидит Пешкова. - Серёж? Пешков в себя приходит, срывается к двери, умудряясь ударится рукой. Небольшая боль ничто по сравнению с ощущениями внутри себя от прихода русого. В проёме испуганные две пары глаз, русые растрёпанные волосы и тёмные отросшие кудряшки. От Серёжи очевидно алкоголем пахнет, но Ваня на это внимания не обращает, заталкивает парня в квартиру. Пешков столбом стоит, пытается с реальностью связь словить, случайно касаясь холодной Ваниной руки. Ваня Пешкова вглубь квартиры толкает, на пути скидывая с себя мокрые кеды. Бессмертных на шею кудрявого ладонь кладёт, погладил с осторожность, не прерывая зрительного контакта. У Вани глаза искрятся, всю нежность Пешкову отдают, кареглазый пошевелиться боится, потому что Ваня нереальный. Они погрузились в ночную темноту, тусклый светильник освещает небольшую часть комнаты так, что видны лишь силуэты друг друга. Атмосфера особенная, объединяющая, специальная для любования любимым человеком под свет фонарей на улице и взрывные звуки запустившегося салюта. Казалось, время остановилось, как и дыхание парней. Бессмертных ладонь в кудрявые волосы запускает, отдаёт самого себя и показывает полное доверие. Ваня глаза прикрывает, вытянутые губы к Пешкову медленно тянет и касается, приоткрывая рот. Серёжа в себя приходит, Ваню к себе за талию притягивает и не отпускает. Нельзя отпустить. Этот поцелуй выходит самым нежным, что у них был среди всех поцелуев во время порывов страсти. Русый выглядит уверенно, но Серёжа понимает, что нервничает не он один. Они сомкнулись в трепетном волнительном поцелуи, боясь лишний раз пошевельнуться. Губы Пешкова были со вкусом полусладкого шампанского, этот вкус дурманил и сводил с ума, заставлял углубить поцелуй. Они оторвались друг от друга, оба приводили в порядок дыхание, краснели и не решались заговорить. Русый откашлялся, поправил растрёпанные волосы и полез в карман джинсов. Он вынул что-то из кармана, вытянул руку в сторону Пешкова и зрительно показал ему сделать то же самое. На руку упал небольшой предмет, который Серёжа узнал мгновенно. - Твой брелок? Ваня помотал головой. – Твой брелок. - Я не понимаю. - Я обратил на тебя впервые внимание, когда мама привела меня к тренеру. Я искал тебя взглядом повсюду, пока не увидел в раздевалке, тебе тогда девочка подарила свою заколку, и я захотел тоже сделать тебе подарок. Мы играли друг против друга, твоя команда проиграла, ты рассердился на меня. - Вы играли нечестно, я после вас неделю на каток не выходил. - Я не знал про их план, мы с Сашей только вдвоем общались. В общем, этот брелок изначально предназначался тебе. Пешков голову опустил на знакомый брелок, сколько раз кудрявый видел его у Бессмертных. Он ощущает себя полным придурком за то, что тогда сорвался на маленького Ваню, который хотел подружиться и сделать приятно. - Прости, я полный дурак. – Серёжа в милую родинку под носом целует и в ключицы родные зарывается, вдыхая такой знакомый аромат шоколада. - Можно я останусь с тобой, Серёж? - Оставайся со мной навсегда, Ванюш.