per aspera ad astra

Всё стало восприниматься совсем трудно, все люди, слова, движения. Серёжа, будто в трансе, опустив голову, смотрит в одну точку. Приходит в себя не зная, сколько времени он так просидел. Напротив оказался Саша Парадеев, что пару секунд назад находился в зале, громко выкрикивая слова популярных русских песен, а теперь сидит здесь и громко смеётся. - Серёг, чё застыл? – Саша друга в плечо толкает. - Чёт я поплыл. – Пешков руку от тёплой бутылки пива отлепляет, скатывается вниз, головой на стол. - Смотри. – Вадим, всё это время сидящий рядом, тормошит друга, заставляя поднять голову. Прямо в тусклом проёме – Дашка. Вся такая красивая, в платье коротком, прядь волос на палец наматывает. У Пешкова перед глазами плывёт всё, он пьяный взгляд на девушке останавливает, потому что голова тяжёлая и мысли разные лезут. Даша Серёжу замечает, улыбается и ладошкой машет, уходит в зал с другими девушками. Даша красивая очень, миниатюрная, женственная и отчасти наивная. Серёжа любил называть её «Гаечкой», случайно прозвище придумал, так называет Дашу только он. Познакомились они, когда Даша у Ледового дворца стояла с сумками, невысокая и с глазами большими, парней рассматривая. Пешков приметил её сразу, с сумками помог, а после узнал, что девушка идеальной быть не может – она сестра Бессмертных. Мысли в его голове хаотично крутились, путались между собой, голову квадратной делали. В голове нарисовался русоволосый парень, с ямочками и красными щеками, глаза зажмурены, а на лице – улыбка широкая. Из всей каши можно сделать только один вывод: «Нихуя ты не натурал, Пешков» - зловеще крутились слова в голове, на языке и пьяных глазах. Один раз – не пидорас. Все мы знаем, что так думают только трусы, не способные признаться в собственной ориентации. И Пешков. Пешков не трус, а исключение. Только вот сам Пешков понимает, что к Ване Бессмертных его пиздец как тянет, душит, забирая последний воздух в лёгких, а в ушах раздаётся его смех. Кудрявый подрывается со стола резко, ударяется рукой, хоть и не замечает этого. Ошарашенные глаза с расширенными зрачками бегают по комнате, испуганных друзей в ступор ставят. Бессмертных здесь нет и быть не может. Сегодня у них пати только для Старсов и их +1. - Ууу, капитан белочку словил. – Парадеев от ступора отходит, Козакова в плечо толкает. – Ты сколько выпил, алкашня? - Шесть…восемь…не помню. – Кудрявый за голову хватается и обратно ложится, только лицом к другу. - Бессмертных привиделась? – Вадим руки за спинку широкого дивана закидывает, ухмыляется. Серёжа не говорит ничего, сложить пытается, ведь не понимает, откуда Вадим про Ваню знает. Откуда Вадим про Ваню знает, вопрос так и остался без ответа, из зала голос Даши послышался и тогда Пешков дышать вновь начал. Как он мог забыть, что Даша тоже Бессмертных? - Она на тебя так смотрит весь вечер, как ты на бутылку пива. - Она меня не любит. - Вы же всё обсудили и сошлись, нет? - Обсудили и сошлись. Вчера я видел её с тем же. – Серёжа головой на руки ложится, закрывая глаза. Хочет ли он увидеть Ваню только потому, что Даша вновь ему отказывает?

***

Тебе нравятся придурки, а мне нравится страдать, но Я боюсь в тебя влюбиться. Влюбиться.

Мокрый снег и лужи хлюпали под подошвой старых еле живых кроссовок, создавая неприятные ощущения. Ночью выпал снег, делая город намного ярче. Серёжа морщится, накидывает капюшон толстовки на голову и закуривает сигарету. Серёжа носом шмыгает, стоило бы одеваться теплее, но в последнее время ему всё равно на себя. В губах зажата тлеющая сигарета, холодные руки держат не менее холодный телефон с открытым диалогом. Бессмертных был в сети пару минут назад, сменил аватарку, Пешков, не задумавшись открывает фотографию и ловит себя на мысли, что безумно скучает по этому парню. Обычные сигареты – стали привычкой, хоть и пахло от него далеко не приятно, далеко не привычными фруктами. Он стал тем самым героем фанфика с тяжелой жизнью, который выходил на балкон с сигаретой, выдохнуть проблемы. Тяжело признать, что проблемы не исчезнут вместе с сигаретным дымом. Серёже на Ваню тяжело смотреть, стыд и неловкость перед парнем захватили весь разум. Бессмертных изменился, стал прошлым, с едкой ухмылкой и безразличным взглядом. Ваня всё ещё пиздец красивый, только Серёжа думает об этом теперь не только по пьяни. В его взгляды всё ещё не читается ничего хорошего, только агрессия и самолюбие, без насмешки. Пешков совсем не хочет осознавать, что и раньше думал о Бессмертных не совсем в дружеском ключе, особенно будучи пьяным. Ваню хотелось нахуй послать и за воротник притянуть, в искусанные губы грубо вцепиться. Грёбанные Бессмертных, такие сложные, неправильные и притягивающие. Пешкову кажется, что жизнь над ним жестоко пошутила. «У этих отношений изначально не было никакого шанса» - проносится в голове Пешкова, и он сам понимает, что не сможет себя обмануть. Только бы понять, отчего всё-таки больно где-то там – в области сердца. Серёжа Ваню не любит, а любит его младшую сестру, но, кажется, он каждый день утопает в русом, осознавая всю ситуацию и понемногу разрушая свой образ стального непробиваемого хоккеиста. Сегодня матч у Старсов в Москве, их автобус стоит на парковке, позади огромного здания, а сами хоккеисты тренируются на льду последний оставшийся час, пока соперники из другого города ещё не прибыли. Кудрявый не планирует оставаться с зеленоглазым один на один, не планирует подходить ближе положенного, он лишь хочет увидеть Ваню, поболеть за его команду, а поэтому в его руке – билет на сегодняшний матч. Вечером он должен встретиться с Дашей, и от этого легче не становилось, как было раньше. Серёжа не ждёт жалости к самому себе, ведь виноват в этой ситуации он, а не чёртов Бессмертных, что бесил до скрежета зубов и зуда в кулаках. Виноват Пешков, а не мерзкий Бессмертных. Который вовсе не мерзкий, оказывается. Пешков взял себе место в двадцатом секторе, в самой середине, чтобы никакой Ванечка Бессмертных его не заметил. Люди, косившие взгляды друг на друга, признают в высоком широком парне капитана Терний, охают в удивлении, а кто-то глаза закатывает, заметив противника Старсов. Внезапно его любопытство пробирает, кто же сделал из двух команд, тренирующихся под одной крышей, соперников. Пешков, как хоккеист, любил наблюдать за зрителями, изучать их эмоции, действия, как-то раз он поделился этим с русым, и теперь надеется, что тот не перенял привычку. Ваня обычно на соперниках сосредоточен, Пешков запомнил, и этот день не стал исключением. Серёже не стоит знать, что Бессмертных до крови губы кусает, ведь практически сразу заметил кудрявую макушку, которую узнает из тысячи. Ваня на сектора обычно не смотрит, привык прислушиваться и полностью отдавать себя хоккею, но сегодня в голове мысли навязчивые, то ли он своего состояния недавнего, то ли соперников опасаться совершенно точно стоит. Петров подлетает к другу, мельтешит перед глазами, пока капитан злиться не начал. Серёжа наблюдает внимательно, за Петровым особенное внимание, ведь с Бессмертных они как два сапога пара, всегда и везде вместе. Пешков хотел бы такого друга, но все, кто у него есть – не больше, чем так называемые «знакомые друзья». Да, именно они, потому что сближаться боится, довериться боится, вдруг предадут, а тут – друзей нет, никто предать не сможет. И хоть со своими сокомандниками они достаточно близки, особенно с Козаковым, Пешков не может вспомнить ни одного момента из своей жизни, когда называл человека «лучшим другом». Ваня о Саше рассказывает всегда с улыбкой на лице и задором в глазах, порой кудрявого хватал укол ревности, но здравый смысл был сильнее. Зато есть Даша Бессмертных, не раз разбивала сердце кудрявому, подрывала его доверие, а Серёжа каждый раз к ней возвращался, в голову и сердце пускал. Потому что любит, а если любишь – розовые очки твоё всё. От действий Даши уже становится смешно и обыденно. Серёжа не знает, любит ли он Дашу, хочет ли с ней отношений? Эти отношения уже давно перешли в отметку «должен», потому что так надо. До Даши Серёжа никогда серьёзно не любил, поэтому чувства к другим людям подобно измене. Должен ли? Ваня напряжён, это видно невооружённым взглядом. Старсы в этом сезоне не отличались частыми победами из-за чего тренер и капитан очень загонялись. Многие люди пришли поболеть за Старсов, лишь несколько человек на передних местах сидят в форме противников. Команда противников порой играли на руку Старсам, когда действовали в одиночку, броски по воротам были частными, но не точными. Шабанов катался по льду из стороны в сторону, защищая ворота, пару раз чуть не пропустил шайбу. Соперники были чуть ли не терминаторами, играли жёстко, влезая в драку со Старсами и откидывая их в бортики. После первого периода хоккеисты встретились в раздевалке, Бессмертных ходил туда-сюда, ожидая тренера. Пешков переживает за Ваню, слышал, что ему было не очень хорошо в последнее время и он остро реагировал на проигрыши. Кудрявый успел зайти в диалог с хоккеистом, тут же опомнился, а не сделает он хуже для игры? Телефон пришлось убрать, пока есть здравый смысл. Второй период начался напряжённо, с кулаками. Булаткин подлетает к бортику, смотрит на Семенюка жалобно и отправляется на скамейку для штрафников. Трибуны, будто чувствуя нужный момент, начали выкрикивать кричалку. Бессмертных легко подцепил шайбу на крюк клюшки, мимолётно осмотрелся и кинул сокоманднику, который в одно касание отпасовал защитнику. Коряков рванул между соперниками в чужую зону. Все притихли, наблюдая, как Илья старательно уводит вратаря за собой, открывая дальний угол. Шайба закатилась за ленточку ворот. 2:1. На третьем периоде их счёт сравнялся. Хоккеист Старсов проскочил мимо игрока соперников и бросил по воротам, шайба пролетела под перекладину. Гости играли агрессивно, они пользовались своей силой, а Старсы – умом и быстротой. Старсы славились своей скоростью. Матч заканчивается со счётом 3:2 в пользу Старсов. Пешков не заметил, как вместе с болельщиками подскочил со своего места. Он так давно не ходил на хоккей, не болел за команду, этих эмоций явно не хватало. Серёжа аккуратно двинулся со своего места к выходу, пройдя огромный холл и поздоровавшись с охраной, он стоял у второго корпуса. Удобно быть хоккеистом этого места, можно было легко пройти к другим командам. Пешков решился, он должен поговорить с Ваней. В раздевалке стоял шум и смех. Шабанов кричал, что готов прям в форме бежать за пивом в честь победы. Серёжу это позабавило, он остановился у раздевалки не решаясь зайти. - Макс, не веди себя так, будто это наша первая победа. – Голос Бессмертных был спокойным и с нотками усталости. - Вы видели их? Они огромные. – Петров указал рукой в стену как бы на соперников. – Я боялся, что сегодня нас пришлось бы собирать по косточкам. - Слышал у Терний скоро матч с ними будет, только в их городе. – Коломиец падает к холодной стене. - Ну помолимся за них, жаль парней всё-таки. По раздевалке пошёл гул, лишь Бессмертных в свои мысли зарылся, беспощадно кусая щёки. Пешков думал о побеге, пока его никто не застукал, и себя не узнаёт. Пешков всегда за то, чтобы всё обсуждать сразу и словами, сейчас же бежит от того, что сам натворил. Родители, бабушки с дедушками, стыдно перед ними за свою слабость. Серёжа стучит неуверенно, хоккеисты затихли. - Шеф что ли? - Он бы не стучал. Серёжа дверь от себя толкает, встречает вмиг с зелёными удивлёнными глазами. - Вань, мы можем поговорить? – Русый накинул на себя белую футболку, пошёл к выходу, задевая плечом кудрявого. – Кстати, поздравляю с победой. Пешков дверь закрывает, перед Ваней встаёт, мнётся как влюблённая девчонка. - Чего тебе? - Я хотел бы извиниться. - Извиняйся. - Вань, я очень неправильно поступил, мне очень стыдно за свои поступки. Прости, что поступил так с тобой, с твоими чувствами… - Пешкову договорить не дают, Бессмертных за грудки его хватает и к лицу чужому приближается, шепчет ядовито. - Слушай сюда. – Выплёвывает Бессмертных в лицо соперника. – Нет никаких чувств и никогда не будет. Мы друг другу – никто, просто соперники. Нас объединяет одно здание, хоккей и моя сестра. - Я тебя люблю. Русый в лице на долю секунды меняется, тут же обратно маску надевает. Глаза с угрозой наливаются красным, как и всё лицо от злости, ноздри расширены, губы плотно сжаты. Всё говорит о том, что Бессмертных злится и борется с желанием хорошенько проехаться кулаком по чужому лицу. - Никому и никогда о том, что между нами было. – Шипит русый и отпускает. – Иначе простым разговором не обойдёшься.

***

Было уже поздно, почти что семь вечера, тёмные улицы спасали яркие фонари. Стало ещё холоднее, чтобы согреться приходится прыгать, ходить кругами. Пешков сам виноват. Во всём. В том, что ему сейчас холодно. В том, что Ваня пропускал тренировки. В том, что Ваня его ненавидит намного больше, чем в прошлом. В том, что Даша позволяет себе руководить им. Компания пьяных парней крепко держатся друг за друга, пошатываясь в разные стороны и насвистывая в пути. Людей было крайне мало, это понятно, сегодня было действительно морозно. Пешков улыбается своим мыслям, понимая, что заслужил всё это, а на улице прямо как у него на душе – морозно. Кудрявого за рукав трясут сбоку, приходится оставить кучку снега под ногами и посмотреть на русую девушку. Даша потирает замёрзший нос, перекатывается с носков на пятки и взгляд отводит. Серёжа прекрасно понимает зачем его позвали и был решительно настроен. - Серёж, нужно поговорить. «Вань, мы можем поговорить?» - Говори. «Чего тебе?» - Я хотела бы извиниться. «Извиняйся» - За что? Ты ничего не сделала. - Сделала. – Даша Пешкова за руку хватает, отдаёт тепло рукавиц холодному телу. – Прости, я не люблю тебя. Ты хороший, я пыталась тебя полюбить, но не могу. Ты для меня как старший брат, как Ваня. Нет, ты даже лучше Вани. «Я не могу быть лучше Вани» - крутилось на языке. - Ты любишь его? – Оба понимают, что речь идёт о светловолосом парне с трибун. – Он же тебя бросил? - Он меня не бросал! – Вскрикнула девушка, тут же успокаиваясь. – Возникло недопонимание, сейчас мы всё решили и сошлись. Я люблю его. - Тогда желаю удачи, будь счастлива. – Серёжа руку выдёргивает и в карман куртки засовывает, оставляет Дашу один на один со своими мыслями. Даша смотрит вслед, переводит глаза на ладонь, которой пару секунд назад держала Пешкова. Серёжа ушёл, а вместе с ним запах вишни и нотки дорогого одеколона. Он шёл по бордюру, напевая под нос старенькую песню, пока руки пытались согреться в холодных карманах тонкой куртки. Было тепло, тихо и одиноко. Мигающий фонарь желал заглохнуть насовсем, оставляя частичку улицы без света. Он не стал бегать за Дашей, просить остаться друзьями и это – его маленькая победа. Грёбанные Бессмертных, так притягивающие Пешкова, бросили его в один день, не давая шанса.