Я заслонил тебе Солнце

      Альфред забежал в комнату и судорожно закрыл двери на засов, после чего прислонился спиной к дверям. Ушибленные рёбра вновь предательски заныли, парень сполз на пол. Он просидел неподвижно несколько минут, прислонив пальцы к губам. Переварить только что пережитые события было тяжело. Мальчик мысленно возвращался то к погоне, то к демонстрации силы вампира, то к его поцелую. Он был счастлив остаться наедине с собой, хотя бы в мнимой безопасности. Разобраться со своими чувствами не представлялось возможным. Юноша благодарил Небеса за то, что у него получилось вымолить шанс выжить и убежать из замка, забыть всё как страшный сон. Но вместе с тем ловил себя на мысли, что Герберта он никогда не сможет выкинуть из памяти. Потому что не хотел. Студент никогда ни с кем не целовался, потому что не считал это чем-то важным, если между партнёрами нет любви. Но вампира он точно не любил, однако их близость растекалась по телу, словно электрический ток. Даже сейчас он проматывал в сознании поцелуй снова и снова: как был шокирован, как решил поддаться, как растаял под когтями Виконта. Было очень стыдно. И приятно. Наверное, именно так чувствуют себя все грешники, когда впервые отдаются порокам? Не зря же в церкви вечно повторяют «Запретный плод сладок».                                                Нужно спасти Сару       Альфред вспомнил, ради кого он вообще оказался в логове нечисти. Образ нежной девушки плавно возникал перед глазами. Для него она была самым чистым существом на свете, и он не простит себе, если не сможет спасти свою возлюбленную. Её же он как раз любил? Конечно да! Иначе быть не может. Они встретились не случайно. Это было его судьбой, его испытанием. Пусть студент никогда не осознавал себя как прекрасного рыцаря, но обязательно должен был им стать. Ради Сары. Воплотить в жизнь сказочный сюжет, отобрать у монстра принцессу. Тогда чары рассеются, и она полюбит его в ответ. Они вместе убегут. Альфред станет профессором в Университете Кенигсберга, женится на Саре Шагал, заведёт семью и умрёт глубоким старцем в окружении родни. Это то, к чему должен стремиться порядочный юноша, а молодой человек, несомненно, считал себя именно таким. Ходят ли порядочные юноши на бал с другими мужчинами? Нет, но ведь это было необходимой жертвой!       Ну, вот когда все, наконец, встало на свои места, Альфред тяжело поднялся с пола. Времени было в обрез, нужно было привести себя в порядок. Парень, хромая на раненную ногу, дошёл до ванной, но вдруг услышал пронзительный храп со стороны кресла. Профессор Амброзиуз мирно спал, держа в руках один из томов, одолженных в Графской библиотеке.       - Профессор! Проснитесь! – никакой реакции. Парень стал трясти старика за плечи, но эффект был ровно такой же. Вдруг юноша просто упал навзничь и стал глухо рыдать, упёршись лбом в коленку учёного. Ему очень не хватало поддержки, а пожилой учитель уже давно заменял студенту отца. Геройство Альфреда сменялось отчаянием так быстро, будто они танцевали вальс. Он очень хотел быть сильным, но слишком устал даже для того, чтобы стоять на ногах.       -Ом… Хмм.. Оу! – Профессор наконец вернулся из царства Морфея, отряхнулся, словно филин и заметил всхлипывающего парня, - Мальчик мой! Что случилось? – Учёный помог юноше подняться и увидел окровавленные пятна на одежде.       - Я даже не знаю, с чего начать. Я разговаривал с сыном Графа…       - Он тебя не укусил?!       - Нет, но он меня… избил, - о поцелуе Альфред решил промолчать. Ни к чему вообще кому-либо в мире знать об этом, - Я смог с ним договориться. У нас есть шанс сбежать и забрать Сару с собой! Я пойду на Бал и выкраду её прямо у них из-под носа. Но надо действовать очень быстро.       Амброзиус задумался, поправляя взъерошенные усы:       - Тебе нужна помощь, сынок? – Альфред отрицательно покачал головой.       - Вам нужно уходить, прямо сейчас. Все готовятся к танцам. Вы сможете вернуться в деревню и подготовить экипаж? – Престарелый учёный суетливо набирал ванну для юноши. Несмотря на явную близость к маразму, временами он действительно вёл себя как заботливый дедушка.       - Я без сомнений смогу устроить то, о чём ты просишь. Но ты уверен, что справишься один? – К сожалению, студент совсем не был уверен в этом, но выбора не было.       - Не знаю, но нам придётся бежать очень быстро, - сказал молодой человек, стаскивая с себя пиджак, - Я думаю, что в вашем возрасте такая погоня будет лишней. Лучше подстраховаться.       - Ты говоришь логичные вещи, Альфред, хотя я ещё достаточно крепок, чтобы задать жару этим кровососам. И я так и не получил хотя бы один экземпляр…       Парень вспомнил, как взлетел к потолку в гостиной, и грустно посмотрел на Профессора.       - Слишком опасно, мы плохо подготовились к экспедиции. Да и будь здесь один вампир, а не толпа… Вы сами говорили, что любой опыт должен быть безопасен для человека его проводящего! – Амброзиус довольно усмехнулся и подал полотенце собеседнику.       - Ты хорошо слушал мои лекции, юноша. Иди, умывайся, а потом обсудим наш план поподробнее.       Альфред кивнул и молча пошёл в ванную. Когда-то белоснежная рубашка покрылась пылью и грязью и прилипла к застывшей крови на груди. Парень, шипя от боли, отлеплял от себя ткань. То же самое пришлось повторить с бриджами. Полностью раздевшись, он, наконец, осмотрел свои раны. Это были не просто царапины, как ему раньше казалось. Когти вампира были достаточно острыми, чтобы не почувствовать боль в момент захвата, но на деле глубоко впились в мышцы. Об аптечке в замке, где не жил ни один человек, можно было только мечтать, поэтому юноша, взяв волю в кулак, просто опустился в горячую воду. Сначала тело щипало, но потом, привыкнув к ощущениям, он смыл с себя остатки крови. На бортике лежала губка. Такая же дурацкая губка, какую Сара бережно хранила у себя в комнате. Забавно, как подобные мелочи меняют жизнь.       Альфред окунулся в воду с головой, смыл с себя все проблемы пережитого дня и твердо решил – пора действовать.       Когда студент вышел из ванной, Амброзиус уже ждал его, недовольно сложив руки на груди. На кровати лежал какой-то большой сверток, а сверху чёрная открытка, от которой через всю комнату шёл запах мускуса, свечей и хвои. Альфред прочитал послание:             «Ты же не собирался прийти на танцы в своём пиджачке, Mon Cheri?»       - Молодой человек, извольте объяснить? – Юноша только тяжело вздохнул. Но в душе он улыбался. «Всё продумал, демон…»              Пока Альфред одевался, они обсудили с Профессором план. Студенту нужно было явиться на бал под покровительством Герберта,  это хоть какая-то гарантия, что никто иной на его жизнь не покусится. Амброзиус отправится в путь с минуты на минуту, и подготовит лошадей. Задачей парня останется только… увести Сару на глазах нескольких десятков голодных вампиров.       - Профессор! Надо договориться ещё кое о чём, - сказал Альфред, застегивая рубашку, которая сидела на нём как влитая. Смотрелось красиво. То ли как на свадьбу, то ли на похороны,  – Если мы с Сарой не вернёмся до рассвета, уезжайте. Расскажите миру, что мы пережили.       Старик растрогался, дергано утер нос и обнял студента.       - Мы вместе расскажем, мой мальчик! Храни тебя Господь, - затем он надел шляпу, последний раз взглянул на парня и вышел из комнаты. «Я буду верить в это до последнего, Профессор» - подумал Альфред.       Тем временем он почти закончил одеваться. Подарок от Герберта был действительно великолепен. Черная рубашка с красивыми вышитыми узорами, брюки из похожей ткани и лакированные сапоги до середины голени. Образ дополнял бархатный бордовый камзол с  вензелями и пуговицами и аккуратное чёрное жабо.       Студент пристально рассматривал себя в зеркало. Он переключил внимание с костюма на себя в целом и подумал, что резко стал взрослее выглядеть. Дело было не в одежде, не в росте. Просто взгляд теперь был острым и глубоким, прорисовались скулы, а на лбу между бровей проглядывала едва заметная морщинка.       От размышлений его отвлек грубый стук в дверь и знакомое мычание. Это Куколь, пришёл проводить его к парадному входу в зал. Альфред в последний раз поправил волосы, выпрямил спину и направился к выходу из комнаты.              Куколь вёл юношу по многочисленным коридорам замка и, чем дольше они шли, тем больше Альфред замечал, что обстановка становится всё пышнее и аккуратнее. Пыли практически не было, везде зажжены свечи, развешаны гербы.  В конце они оказались в очень просторной комнате с узкими готическими окнами, которая служила центральным входом в бальный зал. В ней уже находилось большое количество гостей, и, что было не утешительно, все они поголовно были вампирами. Их одежда была похожа на маскарадную, она принадлежала разным эпохам и культурам, но при этом, что мужчины, что женщины – все выглядели роскошно. Если бы не когти, неестественные оттенки глаз и всеобщая заинтересованность его персоной, можно было бы подумать, что это обычный дорогой приём.       Студент заметил, что остался без сопровождения Куколя, и гости с неприкрытой наглостью рассматривали мальчишку.       Внезапно перед глазами мелькнула яркая фиолетовая вспышка, на плечи легла тяжелая ткань плаща. Слева от парня, будто по мановению волшебной палочки, материализовался Герберт, который властно ограждал своего партнера от иных посягательств, кроме его собственных.       - Наше расставание хоть и было почти мимолётным, но я успел соскучиться, Mon Cheri, - ласково сказал вампир, оглаживая юношу по подбородку. Он хотел нежно поцеловать мальчишку в щеку, но Альфред лишь смущенно отвернулся от него.       - Я не мог не сдержать своего обещания. От тебя жду того же, - Младший Кролок несколько оскорбился такому поведению. Будто бы вся проделанная работа шла черту под хвост.       - Ах, я совсем запамятовал, - вампир состроил иронично серьёзное лицо, -  Между нами исключительно деловые отношения, а твой язык у меня во рту был частью скрепления сделки, надо полагать.       Альфреду больше не было не по себе, даже учитывая тот факт, что он единственное живое существо вокруг с такими красными щеками. Он, наконец, был тверд в своих эмоциях, и ничто не могло сбить его с пути. Да и, в конце концов, можно не вести себя по свински с тем, кто даёт тебе попытку не расставаться с жизнью этим вечером. Да, они целовались, ему это понравилось, и это был неоспоримый факт, и пора было его признать.       Юноша резко повернулся к Герберту, щелкнул каблуками и, вытянув одну руку вдоль корпуса, другую  положил ладонью на сердце – сделал глубокий поклон.       - Герберт Фон Кролок, уважаемый Виконт этого замка, я в очередной раз, приношу свои извинения за неподобающее к тебе отношение и грубое поведение. Я постараюсь скрасить твой вечер настолько – насколько мне позволит небольшая ограниченность во времени, - затем студент протянул вампиру руку, предлагая пойти дальше. Брови Герберта аккуратно поползи вверх, ему польстила реакция мальчишки на его замечание.       - Я всё понял, прелестнейший, надо было с самого начала с тобой не церемониться, - промурлыкал вампир, ведя своего избранника под руку.              У самых дверей стоял хозяин замка – Граф Фон Кролок, собственной персоной, и расслабленно беседовал с Сарой Шагал. Девушка практически висела на руке Хозяина Ночи и с нежной улыбкой ловила каждое слово Графа:       - Сначала я представлю наших дорогих гостей друг другу, Сара. Со мной в зал войдут представители высшей аристократии, кто практически равен мне по титулу и положению, а так же мой сын. Дальше, ты, моя утренняя звезда, - сказал вампир, поправляя оборки на красном платье девушки, - спустишься по лестнице ко мне, это будет обозначать начало танцев, ровно полночь. Мы проведём обряд посвящения, а дальше… нас ждёт вечность, - поцеловал руку девушки, - для нас двоих.       - Граф, я хочу спеть сегодня на Балу! Мои родители  всегда говорили, что ночью петь нельзя,  что это грешно, - Сара смущенно захихикала, - но ведь тут такое не возбраняется?       Старший Фон Кролок притянул девушку к себе за талию, сказав прямо на ухо:       - Дитя, всё, что угодно, чтобы ты и дальше радовала мой взор.              В двух метрах от этого действа стояли Альфред и Герберт. Хозяин замка вместе со своей рыженькой жертвой, в целом, даже не заметили кого-то рядом. И слава Богу. Если бы они увидели лицо студента, который дышал почти так же шумно, как кузнечные мехи, и дергающуюся от ярости нижнюю губу, то это как минимум стало бы началом весьма неловкой ситуации.       К сожалению, от взора Виконта это не утаилось, и он достаточно больно ущипнул своего партнёра за пятую точку, а до того, как тот успел вскрикнуть – сам завел беседу.       - Сара! Наша юная маргаритка, это платье тебе ну очень к лицу! Неужели это тот самый китайский шёлк, отец? – Герберт решил, что необходимо помочь своему подопечному, а то его маленький спектакль кончится, так и не начавшись. Он аккуратно забалтывал своего отца всяческой ерундой, что в целом тяжело давалось, Старший Кролок знал своего сына вдоль и поперёк. Так что одной Вечности было известно, когда он заподозрит, что что-то затевается за его спиной.       Альфред отвёл Сару на несколько шагов прочь от их партнеров:       - Сара, я наконец тебя нашёл! Слушай, у меня есть план…       Но девушка абсолютно не замечала студента, только улыбалась во весь рот и рассматривала залу.       - Альфред, я так рада, что ты решил остаться! Ты только представь, нам теперь никто ничего не будет запрещать! Мы свободны, перед нами весь мир! - юноша взял девушку за руки.       - Неужели ты ничего не понимаешь? Они же просто убьют тебя! Накинутся всей толпой и…  и тебя уже не будет! – Сара поморщилась, недоверчиво глядя на парня.       - Граф сказал, что это будет прекраснейший момент в моей жизни, полный таких невообразимых чувств, которые я бы и за всю жизнь не испытала. А потом – Вечность. Вечность для любви, только для нас двоих. Я этого хочу, пойми уже. Хватит меня спасать!       - Но я сам… сам положу мир к твоим ногам! Только пойдём со…              Альфред не успел договорить, как внезапно подлетевший Герберт, галантно увёл парня от отцовской жертвы:       - Прошу прошения, Госпожа Шагал, я украду обратно своего кавалера? – сказал  вампир, вежливо пожимая ладонь девушки.              Тут двери в Бальный Зал открылись, ослепляя всех присутствующих светом от гигантской люстры под потолком. На контрасте с общими сумерками замка, казалось, что сейчас не полночь, а полдень.       Как и обещал Граф Фон Кролок, вампиры из зала наверху чинно, парами, спускались по лестнице, где их громко представлял глашатай, затем они встраивались в общий полукруг гостей. Когда все вампиры покинули верхний этаж, настала очередь Герберта и Альфреда. Виконт лучезарно улыбался каждому присутствующему, студент просто старался держаться спокойно. Он успел заметить, что однополые пары здесь были абсолютно не в новинку, что придавало парнишке уверенности в том, как они выглядят на общем фоне.              «Герберт Фон Кролок, Виконт этих земель, законный наследник Хозяина Ночи, и его фаворит…»              Но юноша уже не слушал, перед ним стояло слишком много задач одновременно: уговорить Сару пойти с ним, развлекать Герберта и быстро придумать, как стать незаметным в зале полным вампиров, чье внимание целиком направлено на него.       В глубине души, он уже сомневался в успешности переговоров с девушкой. Она была без ума от Графа и все его аргументы для неё – пустой звук. Ну а что тогда делать? Бежать одному, оставив её на растерзание чудовищам? Нет, он будет с ней до конца.        Тут молодой человек снова оказался укрытым полой лилового плаща, а затем почувствовал нежное прикосновение губ к своей шее. Он замер, ждал, что произойдёт дальше. Может, и его обманули? Альфред думал, не пойдёт ли вслед укус. Но нет. Виконт продолжал оставлять мимолетные поцелуи на шее, осторожно терся носом о контур челюсти и ласково шептал:       - Не хочу, чтобы ты грустил в такой вечер. Вдруг он у тебя последний? Или последний для нас? – Юношу эти слова огрели, будто бы дубиной по голове. Он единомоментно признался себе в том, что совсем не хотел прощаться с Гербертом. А ведь при удачном исходе событий, всё будет именно так. И почему ему жаль расставаться со своим же убийцей? Если он найдёт его после побега – он мертвец. Ну, ничего не поделать… у них действительно же был этот вечер. Сейчас. Альфред мысленно снял с тормозов все свои предвзятости и сомнения, он собирался получить от этого часа всё, а потом навсегда оставить в памяти все подробности, каждый момент, будто бы в игрушечном шаре со снегом, пересматривая снова и снова, но только так, чтобы никто не увидел его маленькой слабости.             Студент бегло чмокнул вампира в губы и, Герберт, сочтя это за приглашение, в момент закружил парнишку в танце. Оркестр с живой музыкой не заставлял себя ждать и начал подыгрывать в такт их движениям, а через пару кругов, вальс уже носил по залу абсолютно всех гостей.                                    И на лестнице сверху, наконец, вышла Сара.