Цепляясь за диких тварей, что нас вырастили

Ей следовало бы считать себя счастливой. "Это партия, о которой и мечтать не смела бы ни одна девушка", — твердят служанки, возясь с её волосами перед прибытием. "Ведь вся крепость была уверена, что ты умрёшь старой девой." Санса слушает молча. Она знает: эти женщины принадлежат Ланнистерам. Женщины Мирцеллы, которые куда охотнее причесывали бы золотую девочку Ланнистер, чем "вторую по значимости" дочь Старков. Они шепчут о том, что уже через год Санса наверняка родит ребёнка, о том, что принц Оберин известен множеством любовников — и мужчин, и женщин, — и что его возлюбленная родила ему четырёх дочерей. — Он не посмеет взять тебя силой, — лепечут они, наполняя таз водой. Санса вздрагивает, хотя воздух в каюте душный и тяжёлый. — Говорят, он однажды разделил ложе с возлюбленной, оруженосцем и ещё парой шлюх. — Чего ты ждала от дорнийца? — восклицает другая с презрением. — Наслаждения ты не найдёшь, но хоть дети будут законными. — Берегись его возлюбленной, — шепчет третья, дёргая за выбившийся локон. "Какая ещё верность Железному трону?" — думает Санса. "Что может быть лучше, чем женитьба на опозоренной дочери предателя?" Она помнит письмо принца Дорана — “избавить королевскую семью от досадного бремени”. Джофри сам с удовольствием читал его вслух, пока она дрожала на холодном мраморе тронного зала. — В письме говорится, что ты — бремя, — сиял Джофри, его зелёные глаза сверкали. — "Пусть Дорн продемонстрирует верность Железному трону, избавив вас от этого, послухам, крайне утомительного бремени." Он рассмеялся, и раскатистое эхо смеха королевской гвардии звенело в ушах Сансы, оставляя её ошеломлённой и холодной, пока она стояла на коленях. — Ты знаешь, что это значит? — детский голосок Джоффри звучал с восторгом. — Он будет брать тебя каждую ночь, как последнюю шлюху. Сир Блунт! Ударь дорнийскую шлюху! … Теперь, стоя на палубе и вдыхая горячий воздух Дорна, Санса снова слышит в ушах отголоски того дня. Каждый удар воды об борт корабля —сильное сжатие желудка. Всё путешествие её мучила морская болезнь, но теперь, когда на горизонте золотым маревом поднимается Солнечное Копьё, ей нужно собраться и выйти. "Дорн не может быть хуже Королевской Гавани," твердит она себе, но с каждым шёпотом служанок её надежда тает. Она не хочет замуж. Не хочет принца. Она хочет домой. В простой, почти детский мир, где отец жив, а вся семья собрана в Винтерфелле. Но пути назад нет — только вперёд. Они надели на неё старое платье, слишком тесное в талии и стягивающее грудь так, что ткань подчеркивала её бедную фигуру. Служанки неодобрительно щурились, пока тянули корсет, и опустили воротник чуть ниже, чем было нужно —на манер дорнийской моды. Санса вся горела от смущения. — В Солнечном Копье тебе сошьют новые наряды, — сказала одна из женщин напоследок. Санса не оглянулась, выходя. Эти шпионки Серсеи не утешили её ни разу за всю дорогу — и, уходя, она не собиралась прощаться с ними и взглядом. На палубе её встретил Сир Арис Окхарт в ослепительно-белом плаще Королевской гвардии. Когда-то его рука сжималась в кулак, врезаясь в её живот по приказу Джоффри. Он делал это мягче других, почти не оставляя синяков. Но воспоминание всё равно жгло. — Леди Санса, — поклонился он. — Думаете, Вам понравится Дорн, Сир Арис? — тихо спросила она. — Моя обязанность не в том, чтобы получать удовольствие от Дорна, а в том, чтобы защищать принцессу Мирцеллу, — ответил он, и в его глазах мелькнуло нечто похожее на вину. — Меня будет защищать принц Оберин, — сказала Санса. Наверное, человек по прозвищу Красный Змей не позволит никому обидеть то, что принадлежит ему, как бы он сам к ней ни относился. — Санса, иди сюда! Посмотри на дельфинов! — воскликнула Мирцелла. Принцесса стояла у борта, протянув руки к блестящему морю, а рядом её кузина Розамунд визжала от восторга, когда из-под волн выныривали гладкие серые тела. Дельфины плясали в воздухе, разбрызгивая капли, и их щёлканье звучало почти как смех. Мирцелла и Розамунд хихикали, и губы Сансы дрогнули в слабой улыбке. — Девочки, — позвала их септа Эглантина, подходя сзади. — Мы приближаемся. Принцесса, помните о своём положении. В Дорне на Вас возлагаются огромные надежды. Ваш жених должен найти Вас достойной. — Я исполню свой долг, — твёрдо сказала Мирцелла, и в её зелёных глазах Санса увидела искру, которая заставила её сердце сжаться. Она сильнее меня, подумала она. … На берегу толпились люди, а пыльный ветер бил в лицо. Санса чувствовала себя чужой среди оживлённой толпы. К ним подошла темноволосая девушка в алом платье, с серьгами из золота и янтаря. — Принцесса Мирцелла. А Вы, должно быть, принцесса Санса. Я Арианна Мартелл, наследница Дорна, — сказала она, и её тёмные глаза задержались на Сансе чуть дольше, чем на остальных. Санса сделала реверанс. Корсет впился ей в рёбра так сильно, что она выдохнула сквозь зубы от боли. — Нам предстоит стать хорошими подругами, — тепло сказала Арианна, и её улыбка показалась Сансе искренней. — Это настоящая честь, принцесса Арианна, — пробормотала Санса, кланяясь так низко, как позволял тугой корсет. — Благодарю, но скоро, надеюсь, нам не понадобятся эти церемонии. Мы станем хорошими подругами, — повторила наследница Дорна с тёплой улыбкой. Она махнула рукой, и к ним подошли рыцари в плащах с эмблемой солнца и копья. — Помогите нашим гостям с вещами. Взгляд Арианны снова задержался на Сансе. — Вам нужны новые платья, — заметила она. — Лучшие дорнийские ткани для наших новых принцесс. — Вы слишком добры, принцесса Арианна, — тихо ответила Санса. — Я лишь исполняю свой долг, — спокойно сказала Арианна. — Пойдёмте, я провожу вас к моему брату. Тристан не может дождаться встречи с Вами, принцесса Мирцелла. — Я тоже жду этой встречи, — вежливо ответила Мирцелла. Санса шла рядом с Арианной, наблюдая, как улицы Солнечного Копья заполняют люди: бронзовые и смуглые, они смеялись, болтали, дрались понарошку, размахивая деревянными мечами. Зной давил на плечи, пот стекал по спине, а воздух был таким сухим, что казалось, дыхание царапает горло. Принцесса Мирцелла сияла, словно героиня сказки. Её золотистая кожа светилась, зелёные глаза искрились, а Тристан, смутившись, раскраснелся, когда она назвала своё имя. Он был ровесником Сансы — высокий, с чёрными волосами, сияющими на солнце. Настоящая противоположность Мирцелле. Арианна мягко коснулась руки Сансы. — Санса, пойдём со мной. Пусть мой брат познакомится со своей невестой. —Это честь, принцесса, — ответила Санса. — Зови меня просто Арианна, — улыбнулась та. Её украшенные драгоценностями пальцы скользнули по локтю Сансы. — Вы хорошо себя чувствуете? — спросила она. — Морская болезнь… Прошу прощения, я выгляжу недостойно, — пробормотала Санса. — Холодная ванна и новые платья всё исправят, — сказала Арианна и провела пальцами по сухим рыжим локонам Сансы. — И несколько заботливых служанок. Санса лишь кивнула. Они миновали шумный рынок, где дымились жаровни с рыбой и креветками, на верёвках звенели раковины, превращённые в подвески, и тянулись шёлковые навесы, под которыми продавали лимонные пирожные. У Сансы пересохло во рту, и она впервые за долгое время ощутила голод. Когда карета подъехала к Солнечному Копью, ворота поднялись с глухим грохотом. Двор был полон людей, и Санса с трудом следовала за Мирцеллой и её свитой, стараясь держаться прямо, как полагается принцессе. — А вот и мои кузины: леди Обара, леди Нимерия и леди Тиена, — представила Арианна. Горло Сансы пересохло. Это были дочери её будущего мужа. Старшая выглядела лет на тридцать — вдвое старше самой Сансы. — Какая у тебя прекрасная коса, — сказала Тиена, белокожая блондинка с мягким голосом. Она шагнула к Сансе и обняла её. От неё пахло чем‑то чистым и сладким. — В Дорне мало рыжеволосых девушек. И блондинок тоже, но теперь нас стало больше. — Это честь для меня, — тихо сказала Санса. — Ты будешь нашей новой матерью, — с мягким смешком сказала Тиена. — Как же мы можем не полюбить тебя? Обара лишь хмуро кивнула. Нимерия спасла неловкий момент, поклонившись с безупречным достоинством. — Надеюсь, мы станем хорошими подругами, — сказала Санса, стараясь быть искренней. — Конечно, — ответила Нимерия с лёгкой улыбкой. После короткой экскурсии по залам Солнечного Копья, уставшая и разомлевшая от жары, Санса наконец добралась до своих покоев. Вскоре в дверь постучали. — Принцесса Арианна велела мне помочь вам подготовиться ко сну, — произнесла служанка. — Меня зовут Седра. Она была ровесницей Сансы, с приятным лицом и тихим голосом. Когда Седра принесла тёплую воду для купания, Санса чуть не задремала прямо в ванне, утомлённая длинным днём. Вода приятно жгла кожу, смывая соль и пыль дороги. Позже, когда Седра аккуратно распутывала её волосы, Санса наконец осмелилась задать вопрос, который терзал её весь день: — Где принц Оберин? — Он был в Водных садах с принцем Дораном, — ответила Седра. — Но завтра оба будут на торжественном пиру. Принц решил, что в день приезда вам и так слишком много волнений. — Это… очень любезно с его стороны, — удивлённо сказала Санса. — Он хороший человек, — уверенно сказала Седра. — Думаю, вы поладите. Его любят все в Дорне. Санса сжала пальцы на подоле ночной рубашки и надеялась изо всех сил: пусть он окажется добрым, пусть этот брак не станет для неё худшим кошмаром.