Мода без лица

Виолетта согласилась на беседу, хотя очень сильно колебалась. Ей хотелось понять, что с ней не так, почему Безликие трепетно с ней обходись, явно не только из-за кровной связи, и что будет дальше. Ей нужны были ответы. И это желание перебороло страх, но не намного. Сейчас она находилась в ванной комнате, потому что хотела привести себя в порядок. Смешно, конечно, что при данной ситуации она думала о своём внешнем виде, но это уже дело привычки. Её это по-своему успокаивало. Девочке было сказано дождаться некую Энн, медсестру, которая проведёт медосмотр. Виа была удивлена, что с ними работала медсестра, это было хорошо, ведь рядом с обычными человеком она будет чувствовать себя намного лучше. Виолетта стояла перед зеркалом и с ужасом и отвращением смотрела на своё отражение. Порванная и перепачканная в грязи и крови одежда, спутанные и растрёпанные волосы, точно гнездо на голове, несколько синяков и царапин. Да уж, видок был как у дикарки. Виолетта сняла футболку, вновь начав себя осматривать. Как раз в этот момент прозвучал стук в дверь. После чего в помещение прошла та самая рыжеволосая медсестра... Девочка вздрогнула и едва не вскрикнула, прикусив внутреннюю сторону щеки, рефлекторно прикрыла тело испорченной футболкой, сильнее согнувшись. Эта женщина... Сшитое по кусочкам и частям тело, мертво серый оттенок кожи, одного глаза не было, а второй имел чёрный белок и красную радужку, чёрная униформа и маска, закрывавшая нижнюю часть её лица. — Здравствуй. Виолетта, да? — Спокойно произнесла она, закрыв за собою дверь и положив чемоданчик на столешницу. Женщина открыла его и начала доставать всё необходимое для лечение и дальнейшего осмотра. — Не беспокойся. Я же не мужчина. Виолетта поняла, как её поведение выглядело со стороны, но всё равно испытывала страх и не хотела выпускать из рук предмет одежды, словно это хоть как-то могло её спасти. Энн глянула на девочку, пока надевала на руки латексные перчатки. — Я сначала тебя осмотрю, потом можешь помыться. — Виа промолчала, снова сжимая в ладони осколок, по которому вновь начала течь кровь. — Ты боли совсем не чувствуешь? — Поинтересовалась Энн, указав на руку. Виолетта кротко мотнула головой. Она правда не чувствовала боли. Женщина вздохнула и взяв смоченную холодной водой чистую тряпку, медленно приблизилась к девочке. Виа какое-то время не двигалась, посматривая на женщину, после неуверенно взяла осколок в другую ладонь и протянула раненную руку медсестре. Женщина без резких движений взяла её запястье и принялась смывать засохшую кровь с пореза, при этом не смотря в глаза девочки. — Расскажи что-нибудь интересное, —неожиданно предложила женщина, откладывая мокрую ткань и взяв пузырёк с перекисью водорода. Виолетта наблюдала за процессом, ощущая небольшие рвотные позывы. Она не любила вид и запах крови. Жидкость, попав на рану почти сразу начала шипеть и щипать нежную кожу. Виолетта сама тихонько зашипела, зажмурив глаза. — Знаю, неприятно, но нужно обработать. — Угу... Спасибо... — Тихо прошептала девочка. — Пока не за что, — сказав, приложила к порезу пропитанную спиртом вату, затем начала накладывать на ладонь повязку.— Когда будешь купаться, постарайся не мочить. — Поняла... Можно спросить? — Можно. — К-кто вы?.. Энн скептически посмотрела на Вию, анализируя её вопрос. Было ожидаемо, что девочка это спросит, но как ответить более деликатно? Спустя минуту ответила. — Меня зовут медсестра Энн. По образованию я врач, но из-за непреодолимых обстоятельств я стала той, кто я есть. Не пугайся, но... Я уже не совсем человек. — Женщина ощутила, как напряглась рука девочки. Ей было жалко смотреть на Вию, потерянную и бледную, как простынь. — В любом случае, я не собиралась тебе вредить. — Понятно... — Ха... Говоришь, что поняла, но ни на йоту спокойней не стала. Ещё пару минут и я уйду, потерпи, хорошо? Девочка кивнула, продолжая наблюдать за аккуратными и уверенными движениями рук медсестры. — А что вы имели ввиду, что вы не человек. — Человек, но я мертва. — Ч-что?.. — Виолетта ощутила дикий озноб, сковавший всё её тело. Как она сама не поняла, когда ощутила ледяные руки женщины? — Увы, меня убили не очень совестливые коллеги. Им не нравилось, что я соблюдала клятву Гиппократа и то, что я могла стать главной медсестрой. Они направили меня к пациенту с явными психическими отклонениями, который меня убил пожарным топором. От моих останков избавились, просто выкинув в лес. В конце концов я проснулась на хирургическом столе, надо мной нависал Слендер с чёрными нитками и иголкой, а рядом стояли два его подчинённых, с которыми, возможно, однажды встретишься. Я много деталей опустила, только суть рассказала, не хотела тебя ещё больше пугать. Виолетта была как на иголках. Ей было страшно и в то же время жаль эту женщину. Она же не виновата, что стала такой, её довели, предали, убили и просто выбросили, как ненужный мусор. Энн была человеком, но сейчас перед ней сидел и разговаривал труп. Это осознание отозвалось холодом в груди. — Мне жаль... — Уже ничего не исправить. Я давно приняла себя такой. Её речь прервал стук в дверь. Медсестра подошла к выходу, приоткрыла дверь, чтобы ей кто-то что-то передал. Энн снова закрыла дверь, держа в руках комплект одежды. — А это?.. — Тебе. Заболталась я с тобой. Давай осмотрю тебя, после сможешь помыться. Как сказала, так и сделала. Быстро осмотрев Вию и обработав небольшие царапины, оставила девочку одну. Виолетта закрылась на щеколду, после неуверенно начала раздеваться, откинув обноски в сторону. Помня напутствие Энн, во время мытья не мочила перебинтованную руку, держала ей душ. Тёплая вода стекала по нежной коже, доставляя тепло и удовольствие. Как ей этого не хватало. Это помогло хоть ненадолго забыться. Угольные чёрные волосы снова красиво блестели, кожа приобрела характерный светлый оттенок, который где-то разбавляла синева синяков. Девочка, высушившись, стала рассматривать одежду, которую ей передали. Это был аметистового цвета комплект из юбки-солнца с карманами и укороченной кофты, у которой вдоль круглого выреза горловины и открытых плеч шла дорожка чёрных блёсток. Ничего лишнего, но с изюминкой. Залюбовалась нарядом, однако кое-что её смутило. Помимо этой одежды, был ещё и комплект чёрного нижнего белья. Виолетту очень сильно насторожил тот факт, что оно ей идеально подошло. Но откуда кому-то знать размер её бёдер, объем и размер груди и форму чашечки. Не уж-то?.. Боже, она старалась не думать об этом. Просто оделась, по-прежнему отгоняя неприятные мысли. Однако Виолетта так и не выходила из ванной, ноги её просто не слушались. Хотя и сама девочка не горела желанием кого-либо видеть из Безликих. Её рассуждения с собой прервал стук в дверь. Это была Энн, принесла девочке стакан с водой разбавленной успокоительным. — Ты и так на нервах, лучше выпей. Виолетта неспешно приняла препарат из рук и выпила. — Валерьянкой пахнет. — Да, она есть в составе. Меня попросили тебя привести в гостиную. Готова? — Виа поежилась, когда подумала об этой встрече. — Я знаю, что это не моё дело, я всего лишь врач, и ты можешь мне не верить, но они не настроены враждебно, что очень большая редкость. Если так, то даже страшно представлять их враждебно настроенными. — А если я не спущусь? — Могу сказать, что никто не станет тебя калечить, а иначе зачем меня вызывать. — Да... Наверное... — Я передам, что ты пока не готова. — Нет... Я буду через пару минут. Хочу собраться с мыслями. Она кивнула и вышла, оставив девочку одну. Виолетта смотрела на перебинтованную руку и на осколок, лежавший на краю раковины, а после и на своё отражение. Бледное лицо, синяки под глазами, уставший взгляд... «Перед смертью не надышишься» — С этими мыслями, она покинула ванную, оставив осколок, о чём может позже пожалеть. Виолетта это прекрасно понимала, но в тоже время осознавала, что она не сможет скрыться... В таком случае, пусть быстрее с ней разберутся. Она неспешно и тихо спускалась по лестнице, оценивая обстановку. Она слышала голоса всех Безликих. Каждый её шаг становился менее уверенным и твёрдым. Колени дрожали, ладони потели, а глаза бегали по пространству, если надо будет бежать. Совершенно не заметила, как переступила последнюю ступень и теперь стояла в гостиной. Она медленно посмотрела в сторону, чтобы обнаружить помимо четырёх Безликих ещё одного, сидевшего в кресле. Он был похож на Слендера, но носил длинный средневековый плащ до пола, окровавленные платок на шее и перчатки, а в руках держал посох, похожий на косу с четырьмя лезвиями. Этот неизвестный тоже посмотрел на девочку. Нет, он не был похож на Слендера. От одного его взгляда пересыхало во рту, руки покрыла мелкая дрожь, по телу полз озноб, а сердце будто остановилось. Виолетта, не осознавая этого, сделала несколько шагов назад и упёрлась спиной в стену, а взгляд не отводила от монстра. Безликий сам молча смотрел на девочку, слегка приподнял косу и стукнул ею о пол. Лезвия исчезли, осталась только палка, концом которой дал моднику по голове. Тот слегка вскрикнул и начал тереть затылок, но ничего против не смел возразить. Виа всё ещё молчала, поэтому монстр обратился к ней. — Виолетта... — Она на секунду перестала дышать, когда он начал говорить. Его голос был холодным, низким, неживым, угрожающим, лишённым каких-либо эмоций. — Подойди. Я не причиню тебе вреда. — С этими словами его посох исчез, а руку, которой монстр его держал, протянул Вие. Она замерла и не двигалась. Она не знала кто это и что он вообще хочет. Поэтому предпочла держать дистанцию. — Кто вы? Мужчина опустил руку и сцепил её с другой. — Моё имя Кабадатх. Я являюсь главой этой семьи. — Отец Безликих значит. Ладно. — Я и сам не так давно о тебе узнал. — После он укоризненно посмотрел на модника. Тот в свою очередь опустил стыдливый взгляд. — Знаю, что у тебя есть вопросы. Можешь спрашивать всё, что хочешь знать. Виолетта слегка опустила голову и стала сминать в пальцах ткань юбки, обдумывая дальнейший разговор. — Почему вы решили, что я член семьи? Может я вообще левая или просто монстр какой-то, а не Безликая. — Когда я тебя нашёл, ты билась в агонии, у тебя пропало лицо, а векторами ты защищалась. И когда Энн в первый раз оказывала тебе помощь, я попросил взять немного твоей крови и проверить. Наши с тобой ДНК совпали лишь на 63%, но этого достаточно для того, чтобы утверждать о родственной связи. — Со спокойным тоном ответил палочник. — Ясно... Офф? — Насильник не обратил на девчонку внимание, продолжал курить и дымить как паровоз. — Я... Извиняюсь, что тогда поранила тебя. — Была виновата не она, Виа это прекрасно знала, но также знала, что не стоит ни с кем ссориться, если не хотела пострадать. Лучше было сгладить углы, поскольку ей придётся и с ним взаимодействовать. Насильник замер на секунду и медленно перевёл на неё взгляд, явно не ожидал подобного, но фыркнул, а когда палочник кашлянул, Оффендер, тихо прорычав, ответил. — Аргх!.. Проехали. Я тоже прошу прощения, что приставал и напугал. Тск. Это всё? — Этот вопрос уже был к старшему брату. — Что со мной будет? — Ничего. — Уверенно ответил Кабадатх. — Твой страх ясен, но нет причин боятся. Никто тебя не тронет, да, Оффендермен? — А я что? Чуть что, сразу Офф. Я уже извинился! — Начал возражать насильник, но Кабадатх уже его не слушал. — Как бы то ни было, но ты будешь жить здесь. — Ч-что? — Её глаза мгновенно округлились, а через секунду и вовсе пропали... Вместо лица был лишь белый овал. — Н-но... Я не хочу... Я не хочу убивать... Н-не хочу есть людей! Не хочу быть монстром! Не хочу! — Прокричала она, после закрыло лицо руками и медленно сползла вниз по стене, повторяя шёпотом одно и то же. Старшие за ней молча наблюдали, а о том, что бы подойти, даже речи быть не могло. Её могла накрыть истерика или паническая атака, да что угодно. Поэтому лучше оставить её. Все так думали, кроме двух младших братьев. Сплендор хотел подойти и обнять девочку, чтобы хоть немного её подбодрить, но палочник одним жестом пресёк действия весельчака. Модник начал разминать пальцы, пока слушал дрожащий голос девочки. Ему было неуютно и тревожно видеть её такой. К тому же, он ведь сказал, что она может уйти, но отец разрушил хрупкие надежды ребёнка. — Ты же говорил, что я могу уйти... — Прошипела Вия, устремив взор на модника. — Выходит... Ты врал... Враньё... Везде одно враньё... — Виолетта. — Позвал он её, но она даже его не слушала. — Нет. Я не хочу слышать никаких оправданий, я ничего не хочу слушать, просто верните меня обратно, вот и всё. — Юная леди. — Это уже был Кабадатх. — Мне жаль, но ты не сможешь этого сделать. Рано или поздно ты станешь одной из нас, этот процесс необратим. Ты не сможешь контролировать себя, ты будешь нападать и убивать ради утоления голода. Это наша природа, от инстинктов никуда не сбежишь. Виолетта закрыла уже несуществующие уши, вскочила на ноги и покинула дом. — Виолетта! Трендер хотел последовать за ней, но отец его остановил, сказав, что девочке надо побыть одной. Он был прав, Виолетта хотела побыть одна. Возможно это была единственная возможность хоть немного ощутить себя нормальной, собой. Она шла через лес, не бежала, ей было всё равно, была необходима тишина, однако шум в голове не давал её услышать. Разум снова и снова воспроизводил разговор, снова и снова надежды бились об реальность, как стекло о стену. Шла долго... Забрела далеко и глубоко в лесную чащу. Но это не имело значения, Вию всё равно найдут, где бы она не оказалась. Виолетта вышла к зеркально чистому озеру, в котором красиво отражались лесные пейзажи и величественные горы со снежными шапками. Впервые она смогла увидеть красоту природы, лично, а не на картинках и фотографиях. Виа ощутила, как её дыхание понемногу приходило в норму, а стук сердца уже не так отдавался в ушах и висках, однако на щеках так и не высохли мокрые дорожки, но девочка совершенно этого не замечала. Не отрывая взгляда, она села на землю, не заботясь о чистоте вещей, сейчас это было неважно, главное — девочка смогла вырваться, ощутить гармонию и прилив вдохновения для будущих рисунков и эскизов одежды. Эмоции готовы были вырваться наружу, она хотела кричать, хотела открыть глаза и осознать, что всего этого не было: ни Безликих, ни насилия, ни этой кровной связи. «Меня хотят поселить в том доме, а я думаю о таких мелочах...» — Старалась мыслить логично и трезво, но внутренний художник хотел выразиться и творить. В такой схватке всегда побеждал второй. Девочка снова и снова представляла то, что хотела потом нарисовать и создать, чтобы не забыть эти образы и эскизы. Уже темнело, а Вия до сих пор не двигалась с места. Возможно, была пора возвращаться, но куда? Дом Безликих - это не её дом, детдом с трудом можно назвать домом, а других вариантов и идей не было. — Виолетта? — Девочка повернула голову и стеклянными глазами посмотрела на модника, который медленно к ней подошёл. — Не против, если сяду рядом? Она пожала плечами и снова посмотрела в сторону озера. Трендер сохранял дистанцию, сидя в метре от Вии, и тоже посмотрел на лесную панораму. Минуты шли, оба молчали и смотрели на водную гладь, лишь мужчина моментами поглядывал на девочку, каждый раз убеждаясь в её измученности. — Когда я сюда пришла и увидела эту красоту, мои переживания и страхи сразу вытеснило вдохновение. Забавно, что я так легко забылась, да? Модник на это промолчал, поскольку этот вопрос не требовал настолько очевидного ответа. Виолетта просто говорила с собой, просто выражала мысли вслух. Иногда он сам так делал, в основном когда злился на Оффа и долго ворчал себе под нос. Да уж, этот тип может довести до лампочки кого угодно. — Виа? — Можешь не оправдываться... — Я знаю. Мне жаль, что так получилось. Но тебе нужно понять, что теперь для тебя жить среди людей рискованно. Если они узнают, кто ты на самом деле, то не оставят тебя. Знаю, что ты считаешь нас монстрами и маньяками, но чем же люди, которые убивают и насилуют, в таком случае отличаются? Дельный вопрос, над которым девочка правда задумалась. Действительно. Какая разница: быть убитым монстром или человеком? Если так подумать, то ничем. Убийство — это убийство, всё. Однако у людей подобное явление является результатом психических отклонений, а у Безликих в порядке вещей, наверное. — Но я не хочу убивать... — За сегодня уже который раз повторилась. — Знаю. И ты не обязана этого делать. — Угу, а Кабадатх скажет, что должна. В таком случае лучше сбегу куда-нибудь за тридевять земель. — Нет, не скажет. Сплендор тебе в пример, он никого не убил ни разу за все свои три сотни лет. — Да ну? — Виолетта, отец сказал тебе жить с нами ради твоей собственной безопасности. Ты же не глупа, прекрасно понимаешь, что предпримут люди, поняв, что ты не обычная девочка. Виа на минуту затихла, анализируя ситуацию и возможные последствия. Не хотела этого признавать, но в словах мужчины был здравый смысл, такое правда может произойти. Однако... — Почему вы беспокоитесь за меня? Мы же знакомы всего пару дней. — Так и есть. Но в отличие от людей, Безликие не бросают своих детей. Даже если они пропали без вести, семья всё равно их ищет и не успокоится, пока не найдёт, даже если это означает найти лишь тело. У нас другие порядки и моральные принципы. — Серьёзно? — Нет. Причина в другом. Как ни странно, но новым поколениям очень сложно завести детей. Офф тебе в пример. За все пятьсот лет не смог зачать ни одного ребёнка. — Тск. Вряд ли желание иметь детей сподвигло его на изнасилования. — Без комментариев. До сих пор непонятно, что в его башке творится. — Ладно, опустили тему с ним, но я до сих пор не понимаю зачем я вам. Я же не чистокровная. — Ты моя дочь, как ни крути, этого уже не изменить. Виолетта, от тебя не требуются любовь и привязанность, я это прекрасно понимаю. Ты просто будешь жить под нашей опекой, вот и всё. Не хочешь убивать и не убивай, занимайся тем, чем хочешь, только с людьми меньше контактируй — это единственная настоятельная просьба. — Как проявляется моё второе «Я»? И чего мне ожидать? — У тебя иногда пропадает лицо. Могут появляться векторы, а позже могут проснуться и инстинкты. — Девочка приподняла бровь из-за последней фразы. Модник заметил её замешательство и решил пояснить. — Инстинкты убить и утолить голод. Безликие питаются человеческим мясом, однако около половины уже отказалось от этого. В любом случае почти каждый из нас в подростком возрасте испытывал обострение голода, в этот период юному организму просто необходима человечина. Я не говорю, что тебя это ждёт, но и утверждать обратное не могу. Шансы равны. — Иными словами: я всё равно буду убивать. — Безжизненным голосом подытожила Виолетта, отведя взгляд от мужчины. — Давай утром поговорим? Уже стемнело, а ты за последние сутки ничего не ела. — Я в порядке. — Допустим, но ночевать в лесу под открытым небом и без сноровки — звучит не очень. Виолетта, тебя никто не будет трогать, мы постараемся не шуметь, но с этим будут проблемы. — В каком смысле? — В таком, что почти каждый день Офф орёт на Спленди или кто-то из нас со Слендером орёт на Оффа, а он орёт на нас. — Зачем? — Братские выяснения отношений. — Он встал с земли, отряхнув брюки, и протянул Вие руку. — Идём? Она кивнула, но руки не взяла. Прошло не достаточно времени, чтобы она могла им доверять. Трендер не стал ничего говорить, просто ждал, когда Виа последует за ним. Она сама встала и пошла за мужчиной обратно в особняк, где их двоих ждали остальные члены семьи. Девочка пробыла в лесу несколько часов, уже был глубокий вечер и она валилась с ног. Может, хоть сегодня нормально поспит, а может нет. Ей просто хотелось ненадолго отключиться. Придя в дом, их сразу встретил встревоженный весельчак с вопросами о самочувствии Вии. Она безучастно ответила, что всё нормально, после чего поднялась в отведённую ей комнату. Но по коридору её догнал модник, чтобы вручить девочке одежду: пижаму, нижнее бельё, две пары джинсов, шорты, три футболки и толстовку. Сказал, что это на первое. Виолетта была озадачена тем, что не знала откуда мужчина брал одежду, тем более был осведомлён о её размерах. — Откуда ты знаешь мои мерки? — Честно признать, когда ты спала, я осторожно снял мерки. А если тебя волнует откуда я узнал параметры для пошива нижнего белья, то у меня уже глаз намётан и смог без измерения определить объем и размер, поэтому не переживай. Девочка кивнула, опустив взгляд. Ощущала в некоторой степени смущение, когда спросила и услышала ответ. Больше ничего не говоря, ушла к себе готовиться ко сну... Заодно и одежду примерила, которая подошла идеально. Виолетта не очень верила, что можно, только взглянув на человека, узнать его мерки, но решила об этом не думать, и так голова трещала от всего, что она успела услышать за этот день. Она в течение получаса принимала ванну, в основном греясь в горячей воде и обдумывая всё. Да уж, вся её жизнь перевернулась с ног на голову, из чего ей придётся мириться со своей новой ролью. Виолетта оставила бессмысленные рассуждения, когда вода остыла, а она вылезла из ванны. Насухо вытерлась махровым полотенцем и примерила пижаму, состоящую из чёрной мешковатой футболку с графическим изображением сердца сиреневого цвета и шорт до середины бедра тоже цвета сирени. Вздохнув, с камнем на сердце Виа вышла из комнаты в направлении лестницы. Голодовка в течение нескольких суток дала о себе знать, живот неприятно крутило и сводило болезненными судорогами. На кухне никого не было, что вызвало у неё облегчение. Виолетта открыла холодильник и стала осматривать содержимое. Её взгляд упал на большую миску полную до краёв рисом с овощами. Девочка приложила немного усилий, чтобы её вытащить, после чего принялась искать тарелки. Поиски не увенчались успехом, а до верхних шкафчиков она вообще не доставала, даже если вставала на стул. — Нц. Что за подстава? — Чертыхнулась девочка, даже не подозревая, что была не одна. — Здравствуй, дитя. Виолетта вздрогнула, когда снова услышала этот голос, ей пришлось поджать губу, чтобы случайно не вскрикнуть. Виа медленно развернула голову и посмотрела прямо в "лицо" Кабадатха. — Добрый вечер. — Вполголоса поздоровалась она, продолжая смотреть на мужчину. — Ты что-то ищешь? — Не совсем, просто есть хотела. — Надеялась, что когда он узнаёт причину, то уйдёт, но нет, Кабадатх сделал пару шагов в сторону девочки и открыл один из верхних шкафов, где хранилась посуда. Взяв тарелку и кружку, протянул их Вие. Она замерла на секунду, оценивая своим цепким взглядом мужчину, который спокойно ждал, когда девочка возьмёт посуду. Виолетта неспешно протянула руки и взяла тарелку и кружку из его больших ладоней. — Эм... Спасибо. Он кивнул, спросив нужна ли ей помощь в чем-либо. Виолетта сразу отрицательно ответила, стараясь удержать самоконтроль и не показывать своего страха. Но мужчина прекрасно знал, что она его боится, но тем не менее хотел как-то наладить с ней контакт. — Если у тебя возникнут вопросы, то можешь смело обращаться. — Угу, поняла. — Виолетта старалась на него не смотреть, а сосредоточиться на еде. Кабадатх понял, что ему пока лучше уйти. — В таком случае, я пойду вздремну. Доброй ночи, дитя. — И вам того же. Какое было облегчение, когда она осталась одна. По крайней мере, она так думала, точно не знала, где все остальные Безликие. Кто спит, а кто на охоте. Но это не имело значения, нужно как можно скорее разобраться с едой. Виолетта за пару минут съела порцию риса с овощами и быстро выпила чай, который сама и заварила. До раковины она не дотягивалась, пришлось взять стул. Сложив грязную посуду в мойку, открыла тёплую воду и стала её отмывать. Минута и всё было чисто. Виолетта вздохнула и спрыгнула на пол. Должна была признать, что было чересчур некомфортно быть самой мелкой в плане бытовой работы и самозащиты в особенности. Виа потушила свет и направилась к лестнице, поднялась на второй этаж, где и была её комната. Ощущая фатальную усталость, просто рухнула на кровать, прижав к себе ноги. Виолетта почти сразу уснула в позе эмбриона... Казалось, что прошла целая вечность, но это только начало её новой жизни.