Цок-цок-цок.

08.09.1998 год.

Вдох-выдох. Цок-цок-цок. Просматривая почту, как обычно (хотя после пропажи Гермионы, Виарель досталось от Тёмного Лорда и «как обычно», странное выражение в данном случае), Виарель, неожиданно для себя, нашла письмо от Пэнси — эмблема Долоховых на конверте. Содержание письма короткое, ёмкое, как обычно. Даже во время учебы она не отличалась красноречием и постоянно не могла дотянуть до нужного количества слов в эссе. «Ви! Тони разрешил мне написать тебе. Я беременна. Это так смешно звучит, кажется. Ты когда нибудь думала о том, что наши дети будут ровесниками? Там кажется и Вее скоро рожать, да? Как твои малыши? С любовью, твоя Пэнс» Виарель хмыкнула и откинулась на спинку кресла. Должно ли ей быть грустно? Некогда такие сильные и независимые Ви, Веа, Пэнс и Дафна — сейчас все нянчатся (или будут) с детьми. Что с ними? Она не узнаем саму себя. Она обещала себе. Каждый раз, когда отец высылал в неё луч Круцио, она обещала себе. Что станет только лучше. Что никогда не прогнётся под мужчинами. Но как быстро пролетело время… Дафна всегда хотела стать мамой. Ещё курса с третьего она фанатела по Блейзу и только она сейчас наслаждается жизнью. С малышом и любящим мужем. Ви и Веа — с ними и так всё понятно. Одинаковая судьба, но не совместная. А Пэнси… Возможно ей и сейчас хорошо. Но… Она не хотела никогда стать матерью. Зависеть от мужчин не в её стиле. Ни от Тео, ни от Долохова. Но в этой жизни всё как обычно. Всё наоборот.

***

08.09.1998 год.

Виарель ещё давно запланировала сводить Алантею в музей, после того, как девочке понравилось рассматривать животные фигуры в полный рост. Но увы — волшебных музеев в Англии не было, поэтому пришлось поехать в магловский. Трансгрессии Алантея переносила хорошо (что очень странно для двухлетней малышки!), поэтому повезло обойтись без магловского транспорта. Музей какой-то детский, там много детских игрушек и их история — какие игрушки были раньше, какие сейчас. Можно было поиграть. Но до музея они так и не дошли. Яркий свет, крики, взрывы. Боль, кажется. Виарель чувствует, как пульсирует метка и кольцо. Мягкая ручка Алантеи выскальзывает из хватки…

***

Драко обедал, когда почувствовал, как брачное кольцо с силой сжимается. Виарель в опасности. Не потребовалось много времени, чтобы накинуть плащ и трансгрессировать по кольцу. Магловская небольшая площадь, выложенная булыжником. Драко успел заметить детские аттракционы, здание с вывеской «Музей» и фонтан. По среди улицы было сборище маглов, что склонились над чем-то. Растолкав их, он ужаснулся — у Виарель рана на ноге. — Мы уже вызвали скорую, мистер! Какой-то назойливый магл. — С ней была девочка! Где она? — Её забрали люди в белых капюшонах… — Сука! — Он схватил Виарель на руки и трансгрессировал. Мунго. Белые стены раздражали, персонал и пациенты откровенно бесили. — Срочно! Крикнул на весь зал, отчего сбежались аж трое колдомедиков. Передав жену им в руки, трансгрессировал вновь. В Малфой-меноре тут же добрался до спален этих немощных. Пытать. Узнать, где она. Где они её держат. Плача и задыхаясь собственной кровью, Лаванда чуть ли не магией клялась — понятия не имеет. Но говорит, что Гермиона передавала другим девушкам записки. Допытав её до отключки, направился в соседнюю комнату. Луна отличилась стойкостью — пытать до потери сознания не было времени, поэтому он ограничился двадцатью минутами и направился к камину. Срочное собрание, все со своими рабынями. Драко пытал каждую, узнавал от каждой по крупице — Аббот рыдала о том, что знает только о том, что Колин Криви жив, Турпин, смотрела глазами, полными страха и понимая, что жизни скоро придёт конец — «Билл и Чарли почти пробились к Пожирателям, но это слухи». А вот Чанг, выдала самое полезное, за что тут же была вознаграждена прекращением пытки — «хозяин Патил с ними заодно… Прошу, только не убивай меня!» У Макнейра забрали палочку и обездвижили, Драко пытал его, но Макнейр клялся что верен. Драко ворвался в его разум. Нужно действовать быстро, нельзя медлить, иначе Алантею могут убить. Но легилименция может занять целый день… Под утро Драко, всё-таки узнает — Макнейр влюбился в какую-то кузину Долгопупса, поэтому помогает им, чтобы получить её любовь. Жалок. Однако местонахождение штаба тоже узнает — какой-то ущербный район Англии. Докладывает Лорду. Он займется Макнейром сам, а Драко выдает два отряда для захвата Штаба. Остальные прибудут позже, если будут нужны. — Драко, — перехватывая друга, появляется Тео. Растрепанный и взболмоченный, — тебе письмо. — Это важно сейчас, Тео? — голос срывается на крик. Стресс. — За Алантею требуют пятнадцать рабынь с первого аукциона. — Блять. Не обращая внимания уходит к точке аппарации. Он и ещё сорок бойцов. Старые магловские деревянные дама, явно обжиты. В окнах на первом этаже горит свет, хоть прорваться сквозь магический барьер вокруг пришлось. Учитывая, что у него в отряде есть то, кто специализируется на этом — проблемы не составило. Тут же поставили антиаппарационные чары. Следующий час — бойня. Кровавая. Орден Феникса, так называемая светлая сторона, была уже не против того, чтобы грешить Тёмной магией и убийствами. Пожиратели без разбора кидали Аваду, зеленые лучи виднелись и там, и тут. Некоторые девушки-рабыни, которых забрали с бала, кричали и пытались спрятаться — но на них кидали обездвиживающие и некоторые Пожиратели трансгрессировали их. Надо найти Грейнджер и Алантею. Блять. Справа Долохов сражался с Монтгомери. Блять. Взобрался по лестнице. Плач. — Мистер Малфой! Я нашел её! Роули держал на руках плачущую Алантею. Плачущую и испуганную. Но невредимую. — Аппарируй. Защищай своей жизнью, Роули. Он кивнул и быстро убежал, выдернув палочку из мантии. Драко прошел дальше. Прямо перед ним явилась Грейнджер. — Опусти палочку, Малфой. — Ещё чего, Грейнджер. Всё, на что способен Ордена Феникса — красть двухлетних детей у матерей? — На войне все средства хороши… Инкарцеро! Петрификус Таталос! Экспелиарумус! Заклинание одно за другим. Но, Грейнджер, Драко в этой теме — третий год, а ты пять минут. Буквально второе его заклинание попало в неё, погружая в беспамятство.

***

Виарель ходила от стены к стене. Её давно выписали из Мунго, там она провела буквально час. Но Драко до сих пор не видела, не смотря на то, что прошли уже сутки. И Алантеи тоже. Тео передал ей, что Драко пытал рабынь, а всю ночь допрашивал Макнейра, тот оказался предателем. Тёмного Лорда она не видела и в Малфой мэноре он не появлялся, по словам домовика. Виарель не могла найти себя. Что, если она тогда в последний раз увидела Алантею? Была она ей дочерью или нет — Виарель любила её. — Хозяйка! Спуститесь в Зал, пожалуйста! — Лид помешал её раздумьям. Она протянула ему руку. — Перемести меня. Плач. Первое, что она услышала, был плач. — Мама! Виарель подбежала к Роули. Алантея. Заплаканная, с красным лицом, в помятом платье, косички уже не те. Но она жива, здорова… — Спасибо, Торфинн. — К вашим услугам, миссис Малфой. Алантея вцепилась в Виарель, как в спасательный круг.