Brain Smasher. Дело Чести.

В самолете Линоу не сомкнул глаз, он снова и снова перечитывал письмо, надеясь уловить хоть какое-нибудь послание между строк. Но все было тщетно. Маленький конспиратор ни словом не намекнул на то, что его там ждет. Приземлившись в аэропорту, Линоу взял напрокат автомобиль, приобрел карту местности и отправился в путь. Дорога предстояла неблизкая, но он был полон решимости, несмотря на усталость. На полпути спустилось колесо, и он был вынужден сделать остановку посреди трассы. Солнце уже поднялось высоко, припекая так, что за несколько минут возни с колесом и домкратом, он вымотался, словно поле перекопал саперной лопаткой. Продолжив путь уже по однообразной сельской дороге, Линоу сотни раз пожалел, что не купил в дорогу воды, его мучила жажда, и он готов был выпить первую лужу, встретившуюся на дороге. Но горячее солнце Италии иссушило землю до трещин. Видимо, дождя в этой местности не было лет триста. От духоты и усталости Линоу клонило в сон, но он не унывал, развлекая себе громким распеванием матерных частушек. Это все, что он сумел вспомнить в такой обстановке. Пейзажи сменяли друг друга, ничем практически не отличаясь, разве что цветом выращиваемых на полях культур, когда, наконец, впереди показалась деревушка, и, судя по карте, это была именно та деревня, путь в которую он держал. Линоу не представлял, какого черта Феликсу понадобилось отправлять его к этому самому черту в задницу, а потом еще вглубь на несколько километров. Поднявшись на горку, машина издала очень неприличный звук и заглохла. — Да, бляааа… Линоу попытался запустить двигатель, и лишь теперь заметил, что топливо на нуле. Как и его терпение. Он вышел из машины, со всей дури захлопнув дверцу, и пнул по колесу. — Это что, квест какой-то? Линоу прислонился к капоту автомобиля и тут же отпрыгнул. Металл нагрелся на солнце, обжигая даже через ткань одежды. Хватило же ума надеть светлые льняные брюки и рубашку, уже давно расстегнутую до самого пояса брюк. Путешественник с мольбой посмотрел в небо, смиренно прося послать на него хоть несколько капель дождя, ну или хотя бы облачко. Но природа будто не понимала его и Линоу, глядя на солнце сквозь пальцы, прикрикнул: — Если б знал, выучил бы итальянский язык, чтобы я мог хотя бы послать тебя нахрен! Мимо его лица пролетело насекомое. Линоу от испуга подпрыгнул на месте и замахал руками. Ему показалось, что оно было размером с его ботинок. Он так устал и был измучен палящим солнцем, что уже не осталось сил сопротивляться, но он видел цель и, заперев дверцу машины, пошел пешком. К счастью дорога вела под горку, и ему не пришлось особо утруждаться, чтобы спуститься к одиноко стоящему дому среди ровных рядов цветущего винограда. Он мечтал лишь об одном: дойти до этого дома, укрыться в его тени и выпить море. Вот только морем здесь даже не пахло. Свернув с дороги на тропинку, ведущую к дому, он все же сумел оценить красоту этого места и лишний раз убедиться, что их с Джисоном мечта была не так уж и недостижима. Жаль только, что для ее достижения, ему пришлось всего лишиться: Джисона больше нет, Феликс арестован, друзья в другой стране и работы теперь не видать. Это как утешительный приз. Но он его совсем не утешил. Линоу, наконец, дошел до дома и прислонился к стене, свернув за угол в тенёк. Он отдышался и пошел дальше в поисках двери, ну или хотя бы какой-нибудь жидкости. Обойдя дом, он увидел заветную дверь и постучался. Потом еще раз и еще. Никого. Тишина, как в космосе. Минхо стал смотреть по сторонам, в надежде увидеть живое существо, но увидел только бочку, стоящую у ворот, ведущих в виноградник. Туда он и направился, пока не разглядел фигуру человека в камуфляжном костюме и панаме, который стоял среди густорастущей лозы. Сердце вдруг забилось сильней, что-то внутри замерло, и голос в голове приказал идти, а ноги уже вели его навстречу к человеку, минуя бочку с такой желанной водой. Человек подрезал зеленые ветки, откидывая их на дорожку между рядами позади себя, выпрямляясь и поправляя панамку и снова ныряя в заросли листвы. Линоу не сводил с него глаз, боясь потерять ориентир, даже старался не моргать, и шел к нему по уже срезанным веткам, лежащим под его ногами, словно ковер, спотыкаясь об них и тяжело дыша. Он повторял про себя, словно мантру: «лишь бы это был не мираж», с каждым шагом приближаясь к своему, как он в тот момент подумал, спасителю. Его настолько переполняли необъяснимые эмоции, что глаза наполнились влагой. Человек замер, услышав шаги, и повернулся, на всякий случай, покрепче перехватив секатор. Их взгляды встретились, когда садовник приподнял панамку к затылку и увидел чужие глаза, полные слез. Он тут же спрятал инструмент в карман, чтобы не напугать мужчину еще больше. Линоу не смог разглядеть его лица из-за слез, душивших его, видел только размытую фигуру, но он точно знал, или скорее почувствовал, кто это. А потом услышал его голос, словно откуда-то с небес. — Вы от Феликса? Значит, он в беде. Линоу не понял, как оказался лежащим на ветках, показавшихся ему мягкой периной, а потом все поплыло перед глазами, и он успел лишь подумать остатками сознания, что он в бреду, потому что последнее что он увидел — голубое небо и склонившееся над ним взволнованное лицо Джисона… *** Когда он снова открыл глаза, услышал голос рядом с собой и подумал, что находится в раю. Иначе как объяснить, что голос этот один в один как у Хана. Адски болела голова, а во рту — словно пустыня в свой самый засушливый день. Кто-то просунул между его губ трубочку и Линоу с жадностью втянул в себя прохладную жидкость. С каждым глотком он будто возвращался на землю, чувствуя, что оживает. Что-то прохладное коснулось его лица, и он застонал. — В эти часы без головного убора на улицу выходить не стоило. Солнце печет нещадно. Утолив жажду Линоу почувствовал себя лучше и смог сфокусировать свой взгляд на загорелом лице. Он все еще не мог поверить в реальность момента и, чтобы убедиться, протянул руку к его щеке. Это действительно был Хан. — Джисони… — Голос Минхо был слаб и прозвучал как старая ржавая калитка. Парень поежился, словно боялся прикосновений. — Откуда вы знаете мое имя? Мы разве знакомы? Ликси зовет меня Сони. — Это же я — Линоу. — Линоу? — Повторил Хан, произнося имя так, словно пробует его на вкус. — Вы его друг? — Брат. Линоу начал осознавать, что Хан его не узнает и это болью отозвалось в груди. Джисон живой и невредимый, но совсем не знает, кто он такой. «А может это не он? А может, я схожу с ума?» — Брат? Подождите… Хан подскочил с места, как ужаленный, и выбежал из комнаты, оставив Ли с его мыслями наедине. Линоу смотрел на дверной проем, в котором скрылся Джисон и с замиранием в сердце ждал, когда он вернется обратно. Он находился в полном непонимании происходящего, словно в каком-то бреду. Это Хани. И он живой… Линоу испугался, что ему все померещилось, и он собрался подняться, чтобы пойти за ним, но Хан уже вернулся сам, держа в руке конверт, словно это было его самое драгоценное сокровище. — Нет-нет, нельзя. Вам сейчас лучше не вставать. — Он сел рядом с ним на стул и протянул конверт. — Ликси оставил это для вас. Линоу пытался совладать с собой, ему казалось, что он теряет рассудок и лишь до боли знакомый голос заставлял его держаться на этой земле. Хан терпеливо ждал, когда гость возьмет письмо, адресованное Линоу, но его смущал столь пристальный взгляд, и он отодвинулся. — Как такое может быть? — Чуть слышно произнес Ли. Хан подумал, что парень не расслышал его и вложил конверт в его руку. — Вы пока почитайте, а я принесу вам еды. Да? — Джисон медленно поднялся и еще раз напомнил. — Письмо. Линоу посмотрел на свою руку, которая сжала конверт, и понял, наконец, о чем говорит Хан. Справиться с шоком оказалось сложней, чем можно было себе представить. Линоу вновь посмотрел вслед уходящему парню и громко вздохнул, наполнив легкие воздухом. Голова все еще кружилась, и он навалился на стенку за спиной, с трудом подсунув под нее подушку. Распечатав конверт, вытащил сложенный вдвое лист бумаги и начал читать. «Надеюсь, ты в адеквате уже. Понимаю, что ты чувствуешь, со мной было также, когда я узнал, что наш Джисони жив. И если ты читаешь это письмо, значит, мне все же удалось провернуть аферу века. Не думай об этом слишком много, на самом деле все совсем не так, как выглядит. Я понимаю, что дальнейшие события тебя очень удивят, но ты все же постарайся сохранять ясность ума. От этого зависят наши жизни и моя свобода. Скоро ты все узнаешь, а сейчас наберись терпения и не тревожь Сони понапрасну. Он ничего не помнит, к несчастью. Мне с трудом удалось завоевать его доверие, и теперь он знает, что я его друг. Дальнейшие инструкции ты получишь от знакомого нам человека, и я повторю на всякий случай — ничему не удивляйся. И прости, что не сказал раньше. Были на то причины. Надеюсь, ты меня поймешь. Люблю тебя. Ф». Линоу еще раз перечитал письмо и понял, что все реально, но вопросов стало еще больше. Он посмотрел на дверной проем, испытывая щемящую тоску. Ему так хотелось снова услышать родной голос и увидеть любимое лицо, его глаза опять наполнились слезами, он больше не выдержал. Линоу прижал руку с письмом к груди и заплакал, из последних сил сдерживая рыдания. Когда Джисон вернулся в комнату с подносом в руках, его гость уже спал крепким сном. Он аккуратно уложил его на подушку, и все последующие часы дежурил возле его постели, меняя влажные полотенца на его голове. *** Чанбин с Хёнджином благополучно прошли таможню, и вышли из здания аэропорта. Ночной воздух Флоренции встретил парней легкой прохладой. — Кто-нибудь мне объяснит, что мы здесь делаем? — Хёнджин негодовал. — Потерпи немного. Лучше поищи знакомое лицо среди встречающих. — К черту встречающих. Давай вернемся. Линоу куда-то уехал. Мы должны что-то предпринять, чтобы вытащить Ликси. — Как раз этим мы и заняты. — В Италии? Каким образом, если Феликс в тюрьме на другой стороне мира. — О. А вот и он. — Кто? Феликс? Чанбин, цокнув языком, прикрыл на секунду глаза и глубоко вздохнул. Он весь перелет слушал нытье Джинни, и он ему порядком поднадоел, но Бинни был терпелив и спокоен до этой минуты. — Ты можешь хоть иногда думать не только о Феликсе? — Пристыдив коллегу, Бинни замолчал, встретив его печальный взгляд. И, успокоившись, похлопал парня по плечу. — Ну, ладно, прости. Мы вытащим его. Соберись. Хёнджин вздохнул и посмотрел вперед. — Какого хрена? Прямо перед ними на тротуаре, прислонившись к капоту автомобиля, стоял Айэн, собственной персоной, и улыбался. Хёнджин рванул к нему, намереваясь схватить, но Бинни успел поймать его за руку. — Притормози, красавчик. Он никуда не денется. — Ну, он же в розыске. — Не в этой стране. Парни подошли к Айэну, остановившись в шаге от него. — Добро пожаловать в солнечную Италию. Хёнджин, сжав кулаки, посмотрел в ночное небо. — Тебе отсюда звезд не видно? Могу устроить свидание с ними легким движением руки. — Побереги силы, красавчик. Садитесь в машину. — Парень не шутил. Джинни опешил. Второй раз за две минуты его назвали красавчиком два разных человека. Может это так иностранный воздух на него действует. Чтобы в этом убедиться, парень присел, всматриваясь в боковое стекло автомобиля, пока Чанбин загружал сумки в багажник. Громко цокнув языком, Джинни сел на заднее сиденье и вытер с губ размазанный соус. — Юмористы. Могли бы и сказать, что у меня на губах кетчуп. — Это был кетчуп? — Айэн сел за руль и оглянулся. — А я думал, это блеск для губ. Хёнджин скривил лицо в ухмылке и пристегнулся, когда Чанбин занял место рядом с водителем. — Куда едем? — К моему другу. Можете вздремнуть, путь не близкий. — Ага. Щас. А утром нас найдут в какой-нибудь канаве без внутренних органов. Парень рассмеялся, выезжая с парковки, и спросил у Бинни: — Он всегда такой? Бинни посмотрел на коллегу, потом на Айэна. — Вообще-то, обычно, он более дружелюбный. Но вся эта ситуация с Феликсом и неизвестность происходящего подорвали его тонкую душевную организацию. Мое терпение, кстати, тоже начинает трещать по швам. — Я понимаю. Но прошу довериться мне, я знаю, как вытащить Феликса и спасти репутацию вашего отдела и каждого из вас. Чанбин внимательно посмотрел на парня, сузив глаза. — Думаю, что выбора у нас нет. — Повернув голову к Джинни, выдохнул. — Поспи. Хёнджин, известный в узких кругах как королева драмы, откинул голову на спинку и захрапел, заставив Чанбина улыбнуться. Но спустя всего несколько минут Джинни спал, без всякого притворства. — Давно ты знаком с Феликсом? — Давненько. — Почему ты нам помогаешь? — Феликс спас жизнь моему парню. — И чтобы предотвратить дальнейшие разговоры, Айэн добавил. — Тебе тоже лучше отдохнуть. Обо всем остальном узнаете на месте. — Веди аккуратно. — Бинни кивнул головой на заднее сиденье. — Ценный груз везешь. Водитель улыбнулся искренней улыбкой, от чего на его щеках появились милые ямочки. Бинни тоже улыбнулся и, прикрыв глаза, навалился на подголовник.