Альтернативная история

Эмили несколько опешила от услышанного. Как же она могла забыть о ходе сюжета! Уже совсем скоро Гарри должен найти дневник, который сейчас у неё, убить Василиска, а вместе с этим и воспоминание Тома Реддла. Ей срочно нужно было что-то делать. Во-первых, она не могла себе позволить изменить ход истории, во-вторых, ей надо поговорить с Томом, ведь скоро у неё не будет возможности писать ему. Из-за всех этих забот отработка у Снейпа забылась, а сама Эмили направилась в срочном порядке в свои покои. От каменных стен эхом отражалось цоканье небольших каблучков девушки. Она так торопилась в подземелья, что нога соскользнула и Эмили уже зажмурилась, представляя как кубарем покатится по этой длинной, твёрдой лестнице. К счастью, она почувствовала как упёрлась во что-то мягкое, но плотное, а плечи с еле-еле прослеживаемой нежностью держали чьи-то руки. – Куда ты так торопишься, и почему тебя не было на отработке? - лицо выражало строгое недовольство, хотя глаза смотрели с той же мягкостью, что и всегда. – Ох, прости. Случилось кое-что важное и я спешу, чтобы разобраться. Я готова отработать вдвое больше, только позволь пропустить сегодняшнюю отработку, пожалуйста. — Меня вызвал Дамблдор, так что я не смог бы быть на отработке, поэтому спеши куда хотела, но будь осторожна. – Спасибо, спасибо, спасибо! - Трижды прокричала девушка, заключая Северуса в буквально сногсшибающие объятия. – Ой, подожди! Я почему, собственно, спешила. Ты представь, эта троица что-то задумала. Они собирались в туалете для девочек делать Оборотное зелье. – Что? Ты уверена? - Северус не понимал мотивов такого поступка Эмили. Всё же в эту троицу входил её родной брат, и раньше она старалась относиться к нему с снисхождением. — Да, пойдём скорее, пока они не ушли - схватив за руку, потащила его вверх по лестнице. Они дошли до туалета и притаились чуть поодаль от него. Снейп хотел было что-то спросить, как Эмили шикнула на него и указала пальцем на ребят, озирающихся по сторонам. Когда троица скрылась за высокими колоннами сводчатой арки, Эмили придвинулась ближе, чтобы Северус тоже мог услышать о чём те говорят: – Гермиона, а как ты собралась зелье это готовить? – Да-да, и где мы достанем ингредиенты? – Я, как обычно, уже давно обо всё позаботилась. От вас будет требоваться только достать по волоску тех, кто нам понадобится. Дальше слушать они не стали. Северус, словно тень проплыл и появился за спинами троицы. – Минус 40 очков гриффиндору. Скоро отбой и вы должны лежать в своих кроватях. Так что вы здесь делаете? - слова звучали неумолимо, беспощадно, холодно и строго, словно выносился приговор. Ребята застыли в страхе, разинув рот. Они не знали, что успел услышать декан Слизерина, но были уверены, что одним снятием баллов им точно не отделаться. – П-профессор Снейп... А-а мы.. – Я, конечно, знал, что вы не отличаетесь приверженностью к правилам, но не мог представить, что настолько. Ваша наглость пересекает все границы, особенно в вашем случае, мистер Поттер. – Мы случайно, мы были в библиотеке и немного увлеклись чтением, а сейчас как раз направлялись в комнаты. Ведь до отбоя ещё осталось несколько минут. – Не надо лгать мне — выделяя и растягивая каждое слово, возвышаясь над и без того дрожащим Гарри, отчеканил едкий профессор — Я прекрасно знаю, что вы собирались делать и какое зелье готовить. – Зелье я хотела готовить только ради научного интереса, у нас не было никаких плохих намерений, простите нас - подала голос Гермиона, отчаянно пытаясь смягчись ситуацию – Да ладно? - гаденьким голосом усмехнулась Эмили - быть может ты тогда объяснишь, кто вам должен был понадобиться и с какой целью? Не так ли, профессор Снейп? – Ваша троица всегда нарушает правила и лезет не в своё дело, поэтому я согласен с мисс Эмили, было бы правильным решением добиться от вас правды - от этой реплики глаза Эмили лукаво сузились, а уголки губ поджались в намёке на улыбку – Профессор Снейп, но это не справедливо! У нас ещё было время до отбоя, так какая разница чем мы занимались? - от безвыходности похрабрел Гарри – Повторю для таких недогадливых как вы, мистер Поттер - схватил за шкирку Гарри, словно нашкодившего щенка и потащил куда-то по коридору – вы, наконец, ответите за игнорирование правил школы и, поверьте, на этот раз ваша напускная слава вас не спасёт. – Профессор, мне взять этих двоих? Как-никак они тоже нарушали правила - взяла за запястье Рона и Гермиону, в глазах которых смешалась ненависть с отчаянием. – Будьте добры, Эмили — с мягкостью обратился мужчина. Пусть то было не заметно, но на лице расплылась улыбка, а на душе разливалось злорадство, когда она с некоторым усилием тащила за собой своих главных неприятелей. – Какая же ты подлая, все вы Слизеринцы такие! - бурчал Уизли, периодически пытаясь вырвать руку из цепкой хватки. – Такие безнравственные, склизкие и отвратительные - вторила ему Грейнджер – Минус 10 очков Гриффиндору. Вы приведёте свой факультет к отрицательному показателю очков, пока не научитесь уважать установленные правила и других людей - остро прервал оскорбления – Не знала, что ты такие слова тебе известны, - запнулась и продолжила тише, поскольку стоило выражаться более мягко - глупое создание. «Профессор Снейп, я ведь просила вас зайти к директору. Почему же вы так долго?» - послышался скрипучий, но звонкий голосок профессора Макгонагалл. Её брови уже начали хмуриться при виде Гарри, Рона и Гермионы, очевидно, вляпавшихся в очередную передрягу, из которой ей в сотый раз придётся их вытаскивать. С тяжёлым вздохом, в котором прочитывалась вселенская усталость и обречённость, она продолжила: «Что бы они не натворили, я с этим разберусь. И прослежу, чтобы они сейчас же вернулись в свои комнаты. А вас, - замялась, смерив мужчину несколько жалостливым, но настойчивым взглядом, – прошу поторопиться к Дамблдору, он вас очень ждёт». Облачённая во всё чёрное фигура резко развернулась в давно приевшейся манере и быстро удалилась, размахивая мантией, которая не успевала за быстрым шагом. Девушка же поспешно удалилась, ведь ей ещё оставалось завершить несколько неотложных дел. Пока её каблучки отчеканивали каждый шаг, в голове она осознавала очевидное: «Конечно, они легко отделаются, не считая вычтенных очков. Хотя так даже лучше будет. Мало ли они не успели бы сделать всё, что нужно. Мне сейчас вовсе не нужны изменения в сюжете. Хотя видеть их разочарованные и искажённые от испуга лица было безусловно приятно». Вскоре Эмили забежала в свою комнату и впопыхах схватила дневник, начав выводить чуть кривоватым, но изящным почерком слова: Том, привет, это срочно. Здравствуй, что случилось? Скоро я не смогу писать тебе, можем ли мы встретиться и поговорить? Не совсем понимаю, но я не против. Как на счёт тайной комнаты? Да, я тоже хотела предложить. Сегодня ровно в полночь. К чему такая спешка, разве у тебя не будут проблемы? Я позабочусь о том, чтобы всё прошло гладко, я ведь не просто так попала на Слизерин. Тем более я сказала, что это срочно! Прости, мне пора. Чтож... До встречи. Эмили захлопнула дневник и нервно вскочила с кровати. Ноги стали носить её из угла в угол. В голове была метель из мыслей, ей нужно было продумать всё. Чтобы было проще понять дальнейшие действия она стала проговаривать их вслух: «Уже сейчас мне нужно подбросить дневник. Возможно, скоро придут гриффиндорцы. Так что на всё про всё у меня есть лишь 20 минут. Как же пробраться незамеченной? Если я снова встречусь с деканом — это ещё пол беды, но попадусь Филчу — мне конец. Думай, есть же какой-то выход! Ты должна была продумать всё заранее, но ты упивалась мелким счастьем. Вот теперь пожинай плоды. Точно! Мантия невидимка отца, одолжу на время и верну! Отлично, теперь срочно к Гарри. Хорошо, что пароль помню. Спасибо моей фанатичности по книге». Излюбленный способ Эмили — озвучивать свои мысли, и он всегда помогает вспомнить то, что нужно. Девушка сорвалась с места и снова помчалась по злосчастным ступенькам, оступаясь и чуть ли не падая. Наконец, перед глазами появился свет, который ослепил глаза. Зажмурившись, нога не попала на ступеньку и она неудачно упала, ободрав коленку. «Нет времени на сопли» - прошипела от неприятных ощущений. Времени и правда не было , поэтому она побежала дальше по длинным коридорам Хогвартса, то и дело озираясь по сторонам — не хватало ещё лишних глаз. И вот она завернула в сторону гостиной Гриффиндора. Слух уловил какой-то шорох, поэтому, поспешно произнеся тихое «Поросячий пятачок» быстро прошмыгнула в помещение. К сожалению, она не помнила точного нахождения комнаты Гарри, из-за чего пришлось потерять столь драгоценное время. Как же парадоксально само его естество! Оно ужасно изменчиво и по воле случая меняет свои свойства. В одном - оно тянется невыносимо, как тягучая резина, в ином — мчится быстрее стрелы, выпущенной умелым стрелком, и на данный момент оно было таковым. Позже ей удалось пробраться в комнату и положить дневник на стол, рядом с остальными учебниками, чтобы его появление не слишком выделялось, но при этом заметил его наличие только сам Гарри. Порывшись в вещах, она также быстро нашла и мантию: «Вот дурень, а если бы нашёл кто-то не тот? Надо же было додуматься прятать в настолько очевидном месте». За дверью послышались весёлые голоса - гриффиндорцы начали возвращаться в свои комнаты. Эмили быстро накинула мантию, вновь цокая от глупости её владельца, и отправилась в подземелья, так как теперь времени было достаточно. Вновь сидя у себя на кровати, она думала о разговоре, что же ей сказать? Как бы объясниться, чтобы не раскрыть то, что она знает все события будущего...? К счастью, в голову пришла пара подходящих идей, однако она также хотела и просто поговорить, ведь на данный момент он был одним из немногих, кто мог её понять. Чтобы скоротать время, которого было достаточно до встречи, решила почитать что-нибудь. На глаза попалась книга по зельеварению старших курсов. Особенно она зачиталась о напитке «живой смерти». Сложное приготовление и достаточно непростой набор ингредиентов заинтересовал девушку. Разбирая приготовление в учебнике, умудрилась найти несколько изъянов, хотя не стала придавать этому сильное значение, ведь на данный момент ей нельзя было увлечься и проворонить момент, когда нужно будет идти. За чтением и изучением зелий время пролетело незаметно. Эмили взяла палочку, накинула мантию. Девушка без проблем дошла до женского туалета и скинула мантию. Она не знала что именно нужно сказать на перселтанге, поэтому сказала самое простое, пришедшее на ум, «Откройся»: «Ауаеех аах ссс сеутхаа». И всё как в книге: Раковины раздвинулись и открыли проход. Волнение захлестнуло с головой, тело пробило мелкой дрожью, но Эмили смогла взять себя в руки и шагнула в пропасть. Спустя минуту не самой приятной поездочки её выбросило в помещение, пол которого был усыпан костями. «Мерзость» - скривилась девушка. Путь до самой Тайной комнаты был неизвестен, поэтому идти пришлось по наитию. Она вышла в подземелье с множеством горгулий в виде змей, несколько длинное подобие коридора и силуэт вдали. – Том? Это я, Эмили. – Рад тебя видеть. – Ох, Том я должна многое тебе рассказать. - несколько спешно сказала девушка. – Я обязательно тебя выслушаю, но прежде расскажи к чему такая спешка? И постарайся не тараторить, твоя речь от этого краше не становится. – Хорошо. На самом деле это сущий пустяк. К сожалению, преподаватель заметил у меня твой дневник и сказал отдать. Я, конечно, попросила позволить мне немного им попользоваться, но время уже истекло. Поэтому боялась, что не смогу с тобой связаться, если не предупрежу. – Твоё волнение не к месту, мы ведь уже видели ранее. – Ты говоришь о тех снах? – Правильней сказать, видениях. – Значит, мы ещё сможем общаться? – Да, хоть и не так часто. Так что ты хотела рассказать? – А... Если честно, ничего хорошего. Почему-то в последнее время всё идёт наперекосяк. И даже обратиться не к кому, не считая тебя. Видишь ли, мне нужно поддерживать хорошие отношения с братом, это ведь естественно. Однако мои сокурсники то и дело, что осуждают, шепчутся за спиной. И столько всего творится, столько всего нужно сделать... - в голосе звучала усталость и разочарование, неясное в чём. – Ничего, в жизни бывает много ситуаций, с которыми на первый взгляд невозможно справиться. Но тебе стоит быть готовой ко всем сюрпризам, которые тебе уготовила судьба, и быть сильной хотя бы перед собой. А я всегда постараюсь тебе помочь. – Ты можешь помочь... Да. Тогда помоги мне обрести контроль над собой, контроль над своей силой. Она не даёт мне покоя... Я тебе говорила про это «нечто». У меня есть такая сила, но я даже не могу её контролировать. Но что больше пугает, это её природа. Каждый раз внутри меня плещется тьма, она окутывает разум, застилая его пеленой. Притупляя здравые мысли, она пробуждает искреннюю ненависть, первородный гнев и желание... Уничтожить, причинить боль, отомстить. И внутри такая странная смесь. Я не хочу причинить боль тем, кто этого не заслуживает. Однако я также хочу обладать этой силой, превосходить, опережать и чтобы каждый признал меня. Чтобы я не теснилась в тени «Мальчика-который-выжил», чтобы каждый знал моё имя, знал и уважал! Прошу, скажи... Нормально, что во мне это вообще есть? Это ведь не плохо, ничего страшного, что у меня такие двойственные желания? Скажи, Том... – Эмили, послушай то, что я сейчас скажу. Нет такого человека, который был бы без изъяна. И нет такого человека, который смирился бы с этой несправедливостью. Однако не каждый имеет возможность ей противиться. У тебя же есть сила, чтобы противостоять. Но ты боишься своей силы, только потому, что пока она для тебя чужеродная. Стоит тебе обрести над ней контроль и ты будешь магом совершенно на ином уровне, нежели сейчас. Я хочу показать тебе кое-что, доказывающее мои слова. После этих слов он заговорил на парселтанге. Эмили была в замешательстве, поэтому она упустила смысл сказанного. Но вскоре после них пол под ногами начал слабо трястись, а изо рта каменной статуи выполз Василиск. Девушка сначала было оцепенела при виде этой огромной твари, но потом вернулась в реальность. Бежать было поздно, пасть уже была в метре от неё, поэтому Эмили предприняла отчаянное, но достаточно надёжное решение. Слова вырвались на парселтанге сами собой и... Василиск замер. Он сначала что-то прорычал, но, закрыв пасть, склонил перед ней голову. В его глазах не было ничего, что говорило бы о враждебности. И Эмили решилась приблизиться к нему, вытянув руку. Василиск на этот жест только упёрся головой в протянутую ладонь и слабо фыркнул. Вспоминая битву Гарри с Василиском, ей пришли на ум некоторые вопросы. Которые она поспешила задать Тому. – Том, что это значит? Почему Василиск не атаковал? Ты ведь ничего не говорил, чтобы его унять. Почему он так... послушен? – А это и есть. Того, что ты сама пока не знаешь и не осознаёшь, но имеешь. Я не могу сказать тебе всё сейчас. Но придёт время и истина откроется тебе. Могу лишь посоветовать книгу, которая тебе поможет в пути контроля своей магической мощью. Она называется «Fusce venenatis. Aliquam sit amet massa ex». – Подожди, что не осознаю, но имею? Конечно, спасибо за совет, но почему ты не договариваешь, о чём ты вообще? – Повторюсь, я не могу рассказать. Время ещё не пришло и ты слишком нетерпелива. Для начала научись контролировать эмоции и разберись в себе, только потом задавай вопросы. - Эмили осеклась – Я поняла. Ещё раз спасибо, но тебе не кажется, что это слишком? Всё равно что заново учиться магии самостоятельно. – Эмили, не сомневайся в собственных способностях, тебе ведь не хочется быть жалкой, не так ли? Очевидно то, что тебе это удастся без особых усилий. Есть много факторов, которые доказывают в тебе некую предрасположенность к этому — то же послушание Василиска. Так что не волнуйся. А если возникнут сложности, то ты можешь всегда спросить у меня, и я с радостью тебе помогу. – Спасибо, Том... Ты многое для меня сделал. – Я сам рад, что встретил тебя, моя Principem Tenebrarum. – Что, прости? – Оно так тебе подходит — усмехнулся Реддл. – Это не смешно - не смогла сдержать улыбку и тоже рассмеялась – Ладно-ладно, это и впрямь забавно. Только правда не зови меня так, это странно звучит. – Не обещаю. – Мне стоит возвращаться, прости. – Я понимаю, сам ведь здесь учился. Хотя, конечно, жаль, что не можем поговорить подольше. До встречи, Principem Tenebrarum. – До встречи, Том. Эмили благополучно добралась до своих покоев и, наконец-то, уснула со спокойной душой. Перед сном она подумала, что всё чуть прояснилось и дальше будет лучше. Утро и было таковым. Проснулась девушка не такой бодрой, как обычно, из-за ночных похождений. Но чувствовала себя свежо, особенно, благодаря лёгкой прохладе, присущей подземельям. Так как время поджимало и стоило торопиться на занятия, Эмили решила не утруждаться с выбором одежды: простая атласная рубашка тёмно-зелёного цвета, широкие чёрные брюки прямого кроя и туфли на небольшом каблучке. Волосы она расчесала и собрала в низкий хвост, что добавляло образу чопорности и строгой изящности. Накинув поверх мантию, взяла всё необходимое и пошла на первый урок. На гербологии всё было тихо, никто не шептался, Грейнджер сидела тихо, видимо, ей хватило прошлого выпада Эмили, и всё было на удивление хорошо. Под конец урока, ей на стол с задних парт прилетел скомканный свёрток бумаги. Развернув его, она с трудом разбирала кривой, как у 8 летнего ребёнка, почерк: «Если не хочешь проблем, приходи после трансфигурации к гостиной Слизерина». Лицо изобразило отвращение и ядовитую насмешку. Чтобы угрожать Эмили нужно быть либо храбрецом, либо глупцом, в данном случае подходил последний вариант. «И что на этот раз? Я посмотрела на кого-то как-то не по-слизерински? Эти недоумки даже не понимают к кому лезут. Ну ничего, разберёмся». Девушка вовсе не испугалась этой «угрозы» и уж тем более не волновалась. Разве что было немного жаль, что надежды на хотя бы пару спокойных дней не сбылись. На трансфигурации глаза Эмилии тщательно изучали учеников. Она смотрела и выжидала, когда кто-то посмотрит на неё с уже знакомым презрением и недоверием. Как назло, никто не хотел на неё смотреть, если её взгляд и замечали, то сразу прятались в учебник или тетрадь, на что Эмили закатила глаза: «жалкие трусы». Так весь урок и прошёл, в ожидании того, что личность этих глупцов раскроется. Чего, к сожалению, не случилось. Эмили гордо и чуть спешно шагает по коридорам Хогвартса, она не хочет тратить на них своё время, так ещё и следующий урок — зельеварение, поэтому опоздать не хочется. «Будет словесная перепалка, сначала будут кидаться необоснованными обвинениями, потом пустыми оскорблениями. А когда поймут, что на мне это не действует, уйдут ни с чем. Нет, они могут попытаться кинуть в меня Депульсо какое-нибудь или Жалящее заклинание, максимум — Слагулус Эрукто. Но это всё отбить можно типичным Протего или просто увернуться. В общем, ничего интересного». Наконец, стала вырисовываться уже печально известная фигура, которая стояла в крайне нахальной позе и, судя по всему, надеялась на сладкую расправу над оппоненткой. – Давно не виделись, Дин — выплюнула его имя девушка. – Явилась, я уж думал, что струсила Что? И это говорит тот, кто весь урок боялся мне в глаза посмотреть. Не думаешь, что после этого ты выглядишь жалко? – Ты лжёшь! Ты всегда лжёшь! - было видно, что слова его задели. Он свирепел на глазах – Да? И когда же я лгала последний раз? Дай-ка вспомнить... - Эмили подпёрла рукой подбородок и карикатурно нахмурила брови, будто сильно задумалась – Точно! На второй день обучения здесь я соврала, что сделала домашнее задание. А больше и не припомню. – Т-ты! Ты — пыхтел Дин — А что ты тогда делала вчера незадолго до отбоя у гриффиндорской гостиной? Может, ты вовсе не та, за кого себя выдаёшь? – Мерлин, вот и что ты хочешь услышать? Я прошла мимо их гостиной и уже предательница, изменщица и всё такое? – А ты не отвечай вопросом на вопрос. Думаешь, самая умная тут? Вообще-то - Дина жёстко перебили заливистым смехом. – Да! Вот именно, что я самая умная среди вас недоумков. Вы просто завидуете и пытаетесь придать своей персоне хоть каплю важности через унижение тех, кто вам не по зубам. Это ужасно смешно! Вы поступаете низко, подло и просто тупо тем, что не приводите аргументы, а сыплете пустыми обвинениями. Более того, пришёл тут со своей свитой, а я одна. И ты правда думаешь, что находишься в подходящем положении, чтобы меня обвинять? – Слушай ты, изменчивая сука! Вообще непонятно откуда взялась. Думаешь, раз сестра самого Поттера, то самая главная, а на самом деле ты просто не понимаешь где твоё место. Мы тебе покажем, если словами не понимаешь - сказав это, он достал палочку, а трое парней, возможно, со старших курсов подошли и встали вровень с Дином. В Эмили полетела золотая вспышка света, которая была с легкостью отбита. Двое парней кинули чары Баубиллиус, которые отрикошетили в них же. Эмили сузила глаза и с язвительной улыбкой, походившей больше на оскал, прошипела: «Как ничтожно, это всё на что вы способны?». Руки Дина стало мелко потряхивать, он поджал губы и выкрикнул: «Какая же ты мерзкая, эгоистичная и самовлюблённая! Хуже своего братца, да ты меркнешь на его фоне». Эти слова пусть и не значительно, но задели девушку. Она терпеть не могла людей, обладающих в большинстве своём лишь такими качествами. Вдруг она несколько задумалась: «Зачем так говорить? Я, конечно, понимаю, что они хотят меня задеть, обидеть. Но разве это не перебор, им самим-то было бы приятно слышать подобное? В своём мире, если можно его так называть, я всегда была на первом плане. Папа сделал всё, чтобы я не чувствовала себя пустым местом, что бы я не сомневалась в значимости собственного существования. А что теперь? В этом чёртов мире у меня есть братец, которого знает вся магическая Британия, и из-за него у меня нет ничего! Все относятся с подозрением, с ненавистью и нет здесь таких людей, которые дорожили бы мной... По-настоящему дорожили... Почему так? Ну почему я не могла быть простой волшебницей и не бороться каждый день за право существовать!? Мне вообще это всё не нужно, да плевать мне на всех и на мнение каждой сошки, которая даже не осознаёт невзрачность и ничтожность собственной персоны». Девушка уже какое-то время молча стояла и не предпринимала никаких действий. Дин посчитал, что наконец-то задел её и стал донимать ещё больше: «Дура самовлюблённая, да кому ты нужна! Никому!» В этот же миг Эмили застыла, взгляд её опустел, стал словно безжизненным, и был направлен куда-то вперёд. Сама она оказалась в огромном, тёмном и до ужаса пустом пространстве, где эхом отдалось её хриплое, с разливающейся горечью: «Никому?»...