Полосатый рейс

Лес никогда не был пустым. Повсеместно стрекотали сверчки, то и дело вскрикивали, ухали, каркали причудливые птицы, отдаленно слышался шелест листьев, иногда хруст веток. Эти звуки то нарастали, казались оглушительными, то снова притихали, будто отдаляясь. Зоро толкнул булыжник ногой, из-под укрытия разбежалась толпа жуков всевозможных форм и расцветок. Еще совсем недавно парень был вместе со своей командой, в городе. Пустынные, безлюдные улицы, в некоторых домах горел свет, но ставни были наглухо закрыты, большинство заведений не работало. Ророноа все же надеялся найти бар, выпить немного пива (или чего покрепче), расслабиться. Но результатом поисков оказалась не хмельная брага, согревающая душу, а ночная прохлада и полумрак среди деревьев. Потерялся. Хотя и здесь было не так безжизненно, как на улочках того города. На закромах бокового зрения шустро и практически бесшумно проскальзывали силуэты. Парень несколько раз останавливался, оглядываясь вокруг, точно чувствуя, что сейчас нападут. Однако он стоял несколько долгих секунд и ничего не происходило. Оранжевые, желтые, зеленые глаза исчезали во мраке. Не нападают и не помогают, только нервы лишний раз щекочут. Ну и черт с ними. Зоро попытался вспомнить недавнее руководство от Нами, что делать в таких случаях. «Топографический кретинизм-, как однажды сказала штурман с видом всезнающего мудреца, — неизлечим. Но парочку простых приемов, которые облегчат тебе жизнь, я тебе все же расскажу…» В ответ на подобное проявление заботы парень лишь раздраженно нахмурился. Ну и словечко выкинула эта рыжая ведьма. Разве она врач, чтобы ставить диагнозы? В прочем, среди многих очевидных детских советов, таких как сидеть на месте и ждать, пока найдут, или спросить дорогу у прохожих, были довольно интересные предложения. Например, большинство некрупных островов, устроены так, что если постоянно идти вниз, то можно выйти к морю. После останутся пустяки — нужно всего лишь идти вдоль берега, пока не наткнешься на свой корабль. Даже если случайно пойти в другую сторону, то рано или поздно все равно попадешь к кораблю. Беспроигрышная схема. Поэтому очень скоро Зоро забрел не на пляж, а в какое-то ущелье. Мечник озадаченно осмотрелся по сторонам, пытаясь найти причину, по которой он так оплошал. Стоит придумать что-то еще. Его окружали странные скалы, которые как будто изгибались в танце, пародируя людей и надсмехаясь над ним. Если тактика идти все время вниз не работает, значит, нужно наоборот, подняться на возвышенность и посмотреть оттуда, как пройти дальше. Парень пошел в сторону ближайшей скалы. Периодически он поднимал голову и проверял, действительно ли идет правильно, поскольку ровных троп в этих непроходимых джунглях никто не прокладывал. Белесое пятно месяца то пряталось за дымкой облаков, то выглядывало, даруя серебристый свет. Обычно луна обладало более желтоватыми оттенками, но сейчас казалась белоснежной, прямо как во сне. Только не полная и не такая яркая. И света её все же было недостаточно, чтобы не следить за тем, что происходит под ногами, разглядывая каждую кочку или кусок корня, искривившийся подобно змее. Ророноа замер, почувствовав, как кто-то приближается, в этот раз не так осторожно, неуклюже сбивая на пути ветки кустарников и громко храпя. Из кустов выскочил крупный вепрь, а вслед за ним, в один прыжок его настигло лохматое нечто, легко сбило с ног животное и нависло нам ним. Мечник лишь отступил назад, больше скрываясь в тени деревьев, в который раз за этот вечер схватившись за рукоять катаны. Его скорее всего не заметили. Хищник настиг свою добычу и ему нет смысла искать потенциальную вторую жертву. Внимательно присмотревшись, парень понял, что перед ним человек. Полудикий, но человек. Взлохмаченные волосы скорее напоминали косматую гриву, не золотистую, как принято рисовать у львов, а темно-русую, почти черную в ночном освещении. За спиной лежал хвост с кисточкой. А еще этот охотник почему-то был босиком. Вернее, в его ботинках насквозь протерлась подошва. Остальная одежда была вполне приличная, хоть и не самая чистая. Мужчина вдруг рыкнул, резко развернувшись, и встал во весь рост, быстро различив в темноте наблюдателя. Он оказался гораздо выше и шире. Его крупные руки были окровавлены, а в глазах плясали хищные огоньки. Он сделал медленный крадущийся шаг вперед, слегка приподнял верхнюю губу в оскале. Должно быть, недоволен тем, что кто-то оказался свидетелем удачной охоты. Зоро решил первым нарушить молчание. Хоть и странный, но это все же человек. Возможно, просто съел какой-то очередной дьявольский фрукт. Ну а дикое поведение…можно списать на странности. У кого не бывает странностей? Кажется, на всем Гранд Лайне нет людей без таковых. — Эй, не знаешь, как выйти к морю? — Ты мечник? — рокочущий голос не казался грозным или агрессивным. — Да, — коротко кивнул Зоро с явным недоверием, только сейчас он заметил, что уши собеседника тоже были звериными и забавно дергались. — Предлагаю такой расклад, господин мечник, — мужчина зубасто улыбнулся, почесав заросшие бакенбарды. — Этим вечером ты гостишь у меня дома, а на рассвете поможешь мне с одной работёнкой, после чего я проведу тебя в любую часть острова, — он обернулся куда-то назад, особенно громко акцентируя последние слова куда-то в чащу, будто их должен был услышать кто-то ещё. — И ужин у меня есть, — он перекинул тушу кабана через плечо без особых усилий, будто это был крупный кроль. — Что за дело? — Ророноа отпустил катану, понимая, что все же человек оказался вполне способным на нормальный разговор и не представлял угрозы, на данный момент. — Я покажу, — коротко ответил тот, махнув рукой в пригласительном жесте, и направился в самую гущу леса, прямо в те же кусты, откуда и вылез. Как он так легко ориентировался? Ни тропы, ни света, ни каких-либо опознавательных знаков. Иди наощупь куда-то вверх и надейся, что кисточка хвоста, маячившая где-то впереди, все еще видна среди зарослей. Покошенные деревья с лианами перекрывали обзор, за одежду цеплялись колючие кустарники, но затем их становилось все меньше, сменяясь высокими травянистыми растениями. Зоро обнаружил, что они идут по импровизированному кладбищу. Среди папоротников торчали покосившиеся мечи, катаны, алебарды, воткнутые в землю. Ржавые, грязные, оставленные без хозяев, их будто специально выстроили рядами. Поодаль стояла деревянная, поросшая мхом и хвощем хижина, довольно уныло она глядела крохотными окнами куда-то в землю. Неподалеку от нее кострище и пара бревен под сидения. Мужчина уселся и по-хозяйски принялся разделывать кабана. — Я паладин Креста, храбрейший Готфрид Постный, — важно произнес он, довольно ловко орудуя ножиком и дополняя работу своими же когтями. Не успел Зоро закатить глаза в преддверии очередной душераздирающей истории, как и ему нашли применение. — Не стой столбом. Видишь, вон в поленнице хворост лежит, тащи сюда и разводи огонь. — Так вот, о чем это я, — пригладил взъерошенные волосы паладин. — Я поклялся перед Крестом своей доблестью и своей жизнью, что истреблю всех чудовищ нашего святого архипелага, что наведу порядки, и только после этого могу вернуться в свой родной дом и поменять башмаки. — А Постный ты, потому что еще и пост соблюдаешь? — Это мой другой подвиг и отношения к делу сейчас не имеет, — рыцарь, сбитый с толку, насупился. — Если тебе кажется глупым, то это потому что ты явно далек от Креста, — довольно презрительно бросил он, наконец возвращаясь к теме. — Но, как видишь, я не справился со своим долгом. Вместо того, чтобы истребить чудовищ, я стал одним из них, — он развел руками, жестами очерчивая свое тело, в частности, уши, хвост, клыки. — Проклятие оборотня оказалось сильнее моей воли, и я не вижу никакого другого выхода, как пасть от меча. — И я должен помочь? — Зоро покосился с недоверием, вся ситуация действительно казалась ему глупой. Одно дело умереть на пути к цели, совершенно другое — выбрать смерть вместо нее. Лично он никогда не предпочтет смерть, никогда не откажется от мечты так легко. Черт, да потеряй он руки, ноги и глаза — это все равно не переубедит его стать сильнейшим мечником — Я не могу сражаться против оборотней и не могу сам себя убить. Я должен погибнуть в бою, как настоящий рыцарь, понимаешь? Лишь только тогда моя душа очистится и простятся все мои грехи. Поэтому я вызываю тебя на смертельный поединок, что скажешь? — Те клинки — это твоих рук дело? — Я давно ищу достойного среди людей противника, и никто не оправдал мои ожидания, — Готфрид плотоядно оскалился, облизнувшись. — Ну что скажешь? У тебя хватит силёнок меня одолеть? — то, с каким вызовом и насмешкой мужчина бросил последнюю фразу, неминуемо подожгли азарт в сердце Зоро. Но всё ещё оставался вопрос, который нельзя было игнорировать. — Так если я тебя убью, то кто мне покажет дорогу? — спросил Ророноа, задумчиво почесывая подбородок, он уже взвешивал свои шансы в бою. — Мои недоброжелатели будут весьма благодарны тебе и, думаю, выполнят эту маленькую просьбу. Зоро лишь пожал плечами. Это он про те силуэты, которые следовали за ним по пятам от самого города и на протяжении всего блуждания по лесу? Что же они раньше не вылезли помочь? Сомнительное обещание, сомнительные причины. Однако были очень веские доводы не отказывать себе в удовольствии, плотно заслонившие собой все недостатки. Поединок с опытным противником, дополнительная практика и возможность выйти на новый уровень. — Договорились. Кабанье мясо было довольно жестким и отдавало специфическим привкусом, чем-то напоминающим болотную тину. Очень не хватало пива, способного хмелевой горечью перекрыть неприятные ощущения. Наверняка Санджи придумал бы что-то получше, чем просто прожарить куски мяса на веретене до состояния пересушенной жвачки. Зоро мрачно усмехнулся своим мыслям. Чертов кок хитер, всю команду подсадил на свою стряпню. Из-за него остальная еда казалась не такой привлекательной. Мечник вошел внутрь хижины. Что внешне, что снаружи — совершенно не похоже на жилище благородного мужа. Довольно скудно и безжизненно, практически нет мебели. Только молебен в уголке, как-то напоминал, что здесь живет одухотворенный человек. Зоро уселся в дряхлом кресле, выбив собой пыль, когда плюхнулся на него, и обнял свои катаны. Он не до конца доверял новому знакомому, с которым, в добавок ко всем причудам, еще предстояло сразиться на рассвете. Проклятие оборотня действительно походило на дьявольский фрукт Зверь-Зверь, представителей коих немало встречали мугивары. Наверное, культ Креста, похожий по сути на вполне традиционное поклонение некому богу, не поддерживает тех, кто съел этот фрукт. Зачем тогда надо было вообще есть? Этот Готфрид Постный, наверное, как Луффи, тянет в рот все в подряд. За такими мыслями Ророноа и заснул чутким сном. — Проснись, самурай, — львиные глаза неестественно светились в полумраке. Из крохотного окошка струился слабый холодный свет. Имеет ли смысл так рано просыпаться? Не терпится умереть? Наверное, это какая-то романтическая требуха, которая так близка рыцарям. Они шли куда-то в гору, снова через какие-то неясные заросли и дебри. Зоро совершенно не пытался хоть как-то запомнить путь, вместо этого он рассматривал спину рыцаря перед собой, оценивал силу. Тот не поленился надеть свой доспех. В наплечниках и нагруднике он казался еще более высоким, широкоплечим. Тем не менее, Готфрид все равно умудрялся двигаться без тяжелого металлического лязга консервной банки, он был практически бесшумен. Наверное, потому что ходил босиком. На поясе висел двуручный меч — громоздкое оружие, которое больше рубит, нежели режет. Главным недостатком была инертность. Эти мечи сильно заносит, поэтому нужно время на то, что замахнуться, ударить, поменять направление, еще раз замахнуться. Достаточно просто двигаться быстрее, чтобы справиться с ним. Ророноа научился резать железо, а значит и броня не будет помехой. Да, безусловно победа потребует некоторых усилий, противник явно хорошо сложен, но Зоро просто не может проиграть. Деревья стояли неровной преградой вокруг небольшой поляны. Трава была невысокая, высохшая до желтизны, местами выглядывали мелкие пучки сиреневых цветочков, должно быть, чабрец. Впрочем, навряд ли в лесу вообще можно найти тренировочную площадку, по удобству совместимую с той же палубой корабля. Солнце медленно поднималось где-то на востоке, освещало место схватки нежным розовым светом. — Один мой меч, против одного твоего меча, — возразил паладин, когда Зоро взялся за свои катаны. Один, так один. Сначала он думал воспользоваться Вадо, но припомнил недавний сон, который не хотелось бы повторять, а потому достал Китетсу. Теперь-то жадному до крови проклятому мечу будет возможность разгуляться, а его прочность отлично сыграет против двуручника. Зоро направил острие в сторону горла противника, показывая свою готовность. Он не нападал, двигался по кругу, не позволяя зайти за спину, внимательно изучая движения. Ровное дыхание придерживало сердечный ритм на спокойной частоте. Их взгляды встретились. Паладин ринулся в атаку первым, на удивление быстро замахнувшись. Зоро сделал выпад навстречу с опережающим ударом. Двуручный меч прогремел где-то сзади. Катана скрежетнула о сталь, разорвала несколько колечек кольчуги. Быстрой победы здесь все же не будет. Атаки Готфрида были молниеносными, он потрясающе легко держал баланс и перенаправлял свой меч. Сколько физической силы для этого нужно? Ророноа отпрыгивал, уворачивался, отражая удары. Он все еще был быстрее, но предпочел не лезть на рожон, ограничиваясь пока несколькими зазубринами на и без того видавшем тягости жизни доспехе. За их противостоянием наблюдали. Он чувствовал и знал это. Клинки сцепились с металлическим лязгом. Паладин всем своим телом давил сверху, Зоро удерживал его в блоке, не позволяя себя свалить. Невыгодная позиция, рассчитанная на изнеможение, лучшим выходом будет оттолкнуть противника и сразу же контратаковать. Рыцарь вдруг освободил одну руку, не обремененную перчаткой. Он отлично справлялся с мечом и одной. Когти! Ророноа не смог так быстро сообразить защиту и в этот момент несколько игл легко проникли в бок, залезая под ребра. Вспышка боли моментально подкосила мечника и в то же время дала достаточно злости, чтобы собрать все свои силы и отпихнуть рыцаря. Двуручный меч соскользнул с катаны, врезавшись землю, и Зоро, воспользовавшись этим мимолётным помешательством, сделал быстрый выпад с колющим ударом, целясь чуть ниже солнечного сплетения, где заканчивался железный пласт панциря. Вышло не очень хорошо, но приемлемо. Пусть таким образом проткнуть кольчугу практически невозможно, зато удалось сбить чужое дыхание. — Песнь льва, — мрачно произнес Зоро, концентрируясь на Китетсу и на своей цели. Есть что-то ироничное в том, что именно сейчас он сражается против некого льва. Руки легко повторили заученное и вытренированное множество раз движение. Клинок послушался его. Треснувший нагрудник повис на бесполезных ремешках, от кольчуги остались обрезки, под ними зияла кровавая рана. Меч выпал из руки паладина, он и сам грузно свалился на колени, захлебываясь кровью. Его взгляд на секунду померк, но после загорелся каким-то неистовым пламенем. Зоро шагнул ближе. Нельзя оставлять оппонента на мучения, куда надежнее и благоразумнее снести голову одним точным и сильным ударом. — Прости, но я еще не готов умереть. — Тогда встань и сражайся. Противник упал на четвереньки в порыве подняться. Зоро подумал, это конец, но в следующую секунду укорил себя за поспешные выводы. Готфрид выгнулся в спине, сжимая в пальцах траву и землю. Его тело начало меняться и это не походило на волшебное превращение от дьявольского фрукта. Болезненная и от того пугающе быстрая трансформация, когда человек перестал быть человеком, изменившись в форме, покрывшись шерстью, когда косточки одна за другой перестроились, сместив суставы. Теперь это был огромный лев, крупнее обычных. В свете утренних лучей он не светился золотом, но отливал ржавчиной и кровью. Он не ждал, пока им налюбуются, он напал сразу. Раунд второй. Теперь Зоро сражался не против меча, но против когтей, гораздо быстрее мелькавших тут и там. Он ненароком вспомнил сражение на острове Усоппа против двух довольно противных кошаков, беспорядочно размахивавших руками. Но если те просто хотели расцарапать до неузнаваемости, то этот своей тяжелой лапой скорее мог зашибить, переломав все косточки. Он наваливался с огромной силой и практически не беспокоился о собственной сохранности. Лев периодически пропускал мелкие порезы, но не реагировал на них. Рана, полученная несколько минут назад, уже не кровоточила. Так быстро зажила? Зверь обрушился обеими лапами на катану, не боясь порезов, и вгрызся зубами в плечо Зоро, плотно сжимая челюсти до противного хруста. Мечник резанул по пальцам льва, но не с той силой, чтобы отсечь, и ударил ногой в открывшееся брюхо, отпихнув от себя животное. Плечо горело и от этой боли покалывало всю руку. Бывший паладин прыгнул еще раз, широко расставив лапы, но Ророноа уже знал, что делать. Нужен всего один удар. Он рванул вперед, падая на колено, высекая лезвием полукруг над собой. Простое движение, но его оказалось достаточно. Льва распотрошило еще в воздухе, и его грузная туша тяжело свалилась сверху. Мечник еле выбрался из-под нее, плюясь и ругаясь, весь в крови, своей и чужой. Он протер меч и, тяжело покачнувшись, оглянулся на труп. — Поединок на мечах, да? — он горько усмехнулся, устало прикрыв глаза на несколько долгих мгновений. Стоило ли идти на поводу своих чувств и принимать этот бой? Он все еще не знал, как добраться до корабля, но помнил слова Готфрида. За время поединка солнце успело подняться над горизонтом. Теперь разглядеть то, что происходит вокруг, гораздо проще. Зоро увидел в тени деревьев девушку, вальяжно сидевшую на толстой ветви. Она совершенно никуда не торопилась, лениво расчесывала свой угольный хвост небольшим гребешком из костей. Будь здесь Санджи, то он бы оценил это миловидное лицо, смуглую кожу, то, как она тягуче двигается и тихо мурлычет что-то про себя. Зоро же узнал ее по глазам. Зеленые, хитрющие, такие он точно видел ночью. — Это не ты ли отведешь меня к морю? — Я еще не решила, — девушка осталась сидеть также, как и сидела, совершенно не придав значения тому, что ее заметили.- Этот рыцарь, знаешь ли, бесил меня. Не хочу исполнять его прихоти — Я свою часть обещания выполнил. — Это была не моя сделка. — Если тебе он так не нравился, то не чувствуешь ли радость и благодарность за его смерть? — Зоро нахмурился, этот разговор уже начинал раздражать. — Ты прав, — сквозь улыбку мурчали слова. — Нас осталось мало из-за него. Слишком мало, чтобы рисковать своей жизнью. Поэтому мы прокляли его и обрекли на вечные страдания, а потом ждали такого дурачка, который смог бы убить льва, — она легко соскользнула с дерева, мягко приземлившись на траву. — Ладно, провожу тебя~ Зоро замешкался, еще раз посмотрел на бездыханное тело, лежащее неподалеку. Готфрид хоронил всех, кого одолел. — Конечно, давай я подожду, пока ты похоронишь льва, потом пока ты примешь ванну, постираешь свою одежду, обработаешь раны, — девушка лениво зевнула, закатив глаза с наигранной скукой. — Эй, очнись, он ел своих соперников. А я не собираюсь ждать полдня, пока ты соберешься, понял? Догоняй! — она прыгнула в кусты, скрываясь где-то в зарослях, не оставив выбора мечнику. Вернее, выбор был — либо он бежит следом и находит свой корабль, либо остается на месте и ждёт, как маленький ребенок, пока его найдут.