Wings

— Хей, Сонхва, ты что, порченный? — со всех сторон раздался громкий смех, оглушая растерянного мальчика. Он старался сдержать слёзы обиды и непонимания, как дети, его друзья между прочим, могут быть так жестоки. Пак Сонхва с детства был особенным — из его спины росли прекрасные крылья вороного цвета. Мальчик их очень сильно любил, так как они были очень мягкими и прекрасными. С самого детства мама говорила ему скрывать их, чего Сонхва никак не хотел понять. Почему он должен скрывать такую красоту? И вот, ответ на свой вопрос он получил в 14 лет, когда решил, что он достаточно доверяет своим одноклассникам и друзьям, а потому снял кофту, позволяющую скрывать крылья под собой, и показал им свою особенность. Только вот реакция была совершенно противоположной от той, что ожидал Пак. — Пак, ты отвратителен. Ты урод. — раздался голос его лучшего друга, Ли Ечана, который подошёл ближе. Хва начал кричать от пронзившей его спину боли: Ечан в наглую вырвал перо из правого крыла подростка. Парень понял, что то, что для людей необычно — для них уродливо.

***

Сонхва 20 лет, и он проходит стажировку в корейском агентстве KQ Entertainment. Он несколько лет занимался танцами ради своей мечты стать айдолом. И вот сейчас уже осень, они снимают свой дебютный клип, записывают песни для альбома. Хоть изначально Хва хотел стать рэпером и даже готовился к этой позиции, роль вокалиста его полностью устраивала. Тем более, он нередко слышал похвалы других мемберов о том, что его голос весьма мелодичен. Даже Чонхо, их главный вокалист хвалил пение хёна. Тайну Сонхва не знал никто, кроме менеджера группы. Ему, к сожалению, пришлось всё рассказать, не мог же будущий айдол скрывать такое хотя бы от своего начальства. С ним уже существовала договорённость о том, что для парня будет отдельное место для переодевания, так как он не хотел, чтобы его новые товарищи, с которыми ему работать и работать, знали о его уродливости. Пак постоянно находил отмазки, чтобы не переодеваться со всеми. То он вещи забыл в другом месте, то ему надо отойти поговорить с мамой, то ещё что-нибудь. На вопросы ребят, почему он носит преимущественно свободную одежду, он либо не отвечал, либо говорил, что ему прохладно или что ему так удобнее. Для Сонхва надеть что-то облегающее без специального корсета, который сделали специально для него, чтобы была возможность скрыть крылья хотя бы немного, было практически равно самоубийству. Единственное время, когда Сонхва мог не скрывать свои крылья — времена после тренировок. Он всегда оставался в студии под предлогом доработать пару мелочей, которые были хоть и незаметны, но раздражали парня своей неидеальностью. На это его коллеги лишь пожимали плечами и желали сильно не уматываться. Некоторые, например, Уён или Хонджун, постоянно пытались его обнять, но Пак уходил от этого жеста. Парни на это шутили, что Хва настоящий ледяной принц. И в принципе, в какой-то степени это действительно походило на правду. Красивое лицо с утонченными чертами, сверкающие глаза, ровный стан, здоровая худоба — как будто бы хён был принцем какого-то королевства. А холодность объяснялась отсутствием тактильности, нежеланием проявлять хоть каплю лишних эмоций. А сам Сонхва понимал, что его холодность берёт корни со времён школы, о которых его друзьям было совсем не обязательно знать. Так что своё прозвище «ледяного принца» парень получил заслуженно. И когда все уходили, этот образ спадал, являя миру немного треснутого юношу, тяготимого большой тайною. Иногда Хва специально даже дверь закрывал в зал, чтобы быть уверенным, что точно ни одна душа не увидит его испорченность. Он снимал кофту или футболку, снимал корсет и распускал свои прекрасные крылья. Каждый раз он нежно оглаживал почти каждое пёрышко, чувствуя сильный трепет от этих прикосновений. Иногда он рвался рассказать кому-нибудь о своей тайне, хоть кому-нибудь, потому что держать это в тайне с каждым днём становилось труднее и труднее. Особенно от его коллег, друзей, почти семьи. Сложно было скрывать от Ким Хонджуна, их лидера, который старался знать всё о каждом участнике. Иногда он замечал задумчивость и грусть Хва и, конечно же спрашивал, всё ли в порядке, на что всегда получал ответ: да, всё хорошо, Джуни, просто задумался о прошлом. Ким никогда не спрашивал, что же такого было в том прошлом, за что Пак ему было чрезмерно благодарен. После разминки крыльев, Сонхва всегда затягивает корсет обратно, натягивает футболку или кофту и выходит из студии, направляясь в сторону общежития. Каждый поход по улице для него являлся огромным стрессом, ведь несмотря на все меры предосторожности, принимаемые парнем, он постоянно боялся, что вот, идут люди, бросают на него взгляд и сразу понимают, какой он урод на самом деле, невзирая на королевскую внешность. Каждый невзначай брошенный взгляд Хва принимал на свою персону, а потому старался ходить с опущенной головой. В таком положении он мог лишь чувствовать взгляды, но не видеть их, что чуть снижало волнение, пусть почти и незначительно. Обычно по этой причине Пак старался не ходить по улице один, а в компании с кем-то, отвлекаясь на порой пустую болтовню, которая помогала не думать о большом количестве людей вокруг.

***

— Сонхва-хён, почему ты не ходишь больше на занятия? Что, стыдно переодеваться со всеми? А ведь ты и раньше при нас никогда не переодевался. — нападки Ечана теперь везде преследовали мальчика. Его бывший друг не забыл об особенности Сонхва и продолжал постоянно намекать ему на это, собирая кучу заинтересованных взглядов, направленных на них. — Ечан, пожалуйста, прекрати. У тебя сейчас урок, так иди на него. — Пак как мог сдерживал свои эмоции, стараясь показать, что ему совершенно безразлично, что говорит ему младший. Тот лишь гадко ухмыльнулся и, наклонившись поближе к хёну, крепко его обнял, особенно сильно стискивая руки в зоне лопаток, где как раз были основания крыльев. Хва хотел взвыть от боли, которую причинило сие действие со стороны Ли. Всё-таки он был ещё подростком, а его крылья как у птенцов — нежными, поэтому любое неосторожное движение причиняло неописуемую боль. Как только Ечан скрылся с классом в спортивном зале, Сонхва позволил себе осесть вдоль стены на пол, причиняя себе ещё большую боль от трения крыльев об стенку. Он не понимал такого отношения к себе, хоть и помнил ту самую мысль, проскочившую в его голове в день раскрытия тайны. По щекам мальчика потекло что-то тёплое, и тот, прикоснувшись правой рукой к щеке, обнаружил, что снова плачет. Люди слишком жестоки в этом мире.

***

В голове Сонхва всплыл именно этот день. Вспоминая его, на глаза парня снова наворачивались слёзы. Пусть это были события шестилетней давности, они всё ещё причиняли достаточное количество боли. Гневно смахнув уже грозящиеся скатиться из глаз слёзы, он ускорил шаг и всё-таки дошёл до общежития, сразу же натягивая на лицо улыбку, чтобы другим не портить настроение. Сразу же, как только Пак появился в общей гостиной, его чуть не сбил Уён, который был очень рад видеть друга. Хён кое-как избежал объятий с ним, оставляя младшего с надутыми от обиды губами, и прошёл на кухню за стаканом воды. Почувствовав спиной 7 заинтересованных взглядов, Хва обернулся и произнёс: — Я просто очень сильно хочу пить, ребят, всё в порядке. Парень сделал ударение на последних словах, увидев проницательные и сканирующие взгляды Хонджуна и Ёсана. Кан посмотрел с недоверчивым прищуром, но всё же отвёл взгляд, а Ким продолжил смотреть, но уже значительно мягче. Вздохнув, Сонхва почти залпом осушил стакан с водой и присоединился к вечерней посиделке ребят, почти сразу вливаясь в разговор ни о чём.