Танец теней

Таверна "Пьяная крыса", что одним своим названием располагает к людям низшего звена, вечерами похожа на сущий ад для любителей посидеть, тихо выпить, да поглазеть на полу-раздетых официанток исподлобья. Красные от духоты, мокрые от пролитого пива и встельку пьяные босяки - они лучше любого шутовского концерта привлекают к себе чересчур много внимания, за что их так ценит Бонг. Хоть ему уже почти шестой десяток и беспробудные попойки уже позади, в таких местах куда проще "залечь на дно", дней на шесть , пока очередной патруль городской гвардии не будет проезжать мимолётом до более крупных деревень. Мало места, много людей, и что самое смешное, владелец – истинной природы джентльмен. Конфликты решает через двух тупых бугаёв, похожих больше на плод любви быка и человека, за последний месяц тут ни разу не погибло ни одного пьянчуги. Редкость для здешних "бухло-замков". –Что, дедуля, не начистили тебе ещё рожу, пока ждал? – еле расслышал знакомый голос Бонг, как к нему сразу же подсел тощий, солидно замаскированный мужчина. Коротковолосый, грязный, но "чужака" для этих мест в нём выдавало хитро спрятанное зелёное кольцо на среднем пальце левой руки, под длинным рукавом тканевой рубахи оливкового цвета. Штаны были подвязаны верёвкой, что даже местным крестьянам казалось "не первого сорта". –Людей моей профессии даже пьяная деревенщина обходит стороной. А трезвая, так и вовсе оббегает, кланясь, как ссаный жрец. — Бонг, в свою очередь, человеком был крепким, но в силу своего прошлого выглядел на десяток старше. Тёмная накидка перекрывала весь обзор на ладно-сшитые доспехи грязевого цвета, прочные, лёгкие, и, хоть и не скажешь с виду, довольно дорогие, из редкой кожи куруба*. Порой невольно думаешь "Дедок, у тебя золота хватит на собственную деревню, на кой тебе эта грязная работа?". –Твоя правда. Слушай, я вижу твою рожу уже второй десяток лет...–мужчина прервался неуклюже, глядя в сторону хозяина заведения, сразу виляя пальцами, заказывая выпивку. Пара оборотов кистью, два пальца вверх,указательный и средний и сжатый кулак означали "Две медовухи по-крепче", такой банальный заказ знал даже ребёнок в этой деревне. Проще говоря, маскировался сий джентльмен профессионально, настойчиво изображая случайного собутыльника – Ты родился таким мрачным или в детстве тебя палками лупили, пока не возненавидешь Виерро? На последнем слове седые брови Бонга свелись куда пуще, словно вампиру в нос сунули "Чесочный хер"**. Он ненавидел это королевство не без причины! И каждое упоминание о том, где он сейчас проживает, да охотится, заставляло старика сжимать зубы, как голодный кайот. Дело было десять с половиной лет назад, когда крестьяне жили зажиточно, а их хозяева куда более. Крестьяне? Зажиточно? Это не бред сумасшедшего, а заслуги Его Величества... –Ох, сука, у меня сейчас сердце лопнет. Почему именно в этот день твоя мать подхватила гязовую хворь?*** –Не ругайся, отец, мы в Святая Святых! Дёрганный, высокий, с короткой светлой бородкой мужичок шептался со своей дочерью, явно отличную манерами от стоящего рядом родителя. Женщина, наоборот, невысокая, подтянутая, худая – совсем не скажешь, что пошла в отца. Их одежды не отличались от остальных ничем, кроме цвета, оба облачены в синюю и красную мантию, уж таков дресскод на королевском слушании. Да, с виду больше похоже на храм, чем на тронный зал. Он сиял, восседая на широком, красном троне. Манеры вынуждали скрывать заработанную усталость за маской бодрствования, дабы простой люд ничего не заподозрил. Красноволосый, как его трон. Молодой, как луна этим месяцем, и совершенно сдержанный человек, ему стукнуло всего двадцать, когда тяжкое бремя правления свалилось на его голову. Сероглазый взгляд сверлил остаток очереди, стоявший в двух десятках метров от трона, Раэль, ведь, просто ненавидил публичные слушания. –Мой господин, прошу вашему величию узреть и услышать! Кастель Марр и Фенлина Марр, торговцы! - звонкий, надоедающий, но молодой голос лорда Исеншеля вновь заставил Раэля взбодриться, уже на рефлексе вынуждая приподнять правую руку, таким жестом приглашая пару склониться. Они, как ни странно, так и сделали, от чего у девы неуклюже спал капюшон. В симметричном кругу, по углам гигантского тронного зала, стояли представители самых разных орденов: Плаща, Алой Гвардии, Черепа и даже Чаши, для них великой честью быть избранными для охраны короля в такой людный день. По правую руку от красноволосого юнца гордо стоял Сир Гудэзэйн из Криптолита, он же "Щит владыки", невероятно высокий и массивный бугай, лет так сорок, чьё лицо накрепко закрывало забрало шлема. Капитан Алой Гвардии, герой войны против Озерных Пиратов, и просто мечта любой дворянинки. Облаченный в красную кирасу, яркий красный плащ с позолотцем, в буровых доспехах, сиял гвардеец не хуже того, кого охранял, это точно. Увы, али к счастью, мало кому из простолюдинов удавалось заглянуть под толстый шлем в форме птицы этого великана. –В..владыка... - сначала неуверенно пробубнел склонившийся мужичок, но затем, словно резанный заорал. - Владыка! Это честь для моей семьи! – от такого ора, один из рыцарей, что стоял у входа, потянулся к своему клинку, но затем передумал. Король, в свою очередь, от удивления приподнял красновласую правую бровь, затем делая вид, что ничего не было. – Извольте. – своим тихим, разбавленным эхом голосом промолвил юноша, вынуждая просящего куда больше разнервничаться. –Наш участок.. Его постоянно сжигают, словно.. Слов-вно это их развлечение! Я н-не знаю кто, но даже стража ничего не может сделать. - переодически запирясь тараторил мужчина, даже не поднимая взгляда, словно боясь от этой ситуации надуть в подаренную мантию. Подобная весть, судя по всему, владыку не впечатлила, но что-то в его мимике выдавало лёгкий задор. –Бонг. – вновь высказал Раэль, наконец, меняя позу, разминая затёкший зад. С невероятно низкой задержкой, из круга стражников, стоящих, по большей части впритык стенам, сделал шаг совершенно отличительный человек, не облаченный в тяжкие латы, без отточенных телодвижений, присущих рыцарям, его лёгкий шаг даже не был слышан, учитывая массивное эхо Зала Власти. –Подойди. – не ясно почему, властитель общался кратко, но чересчур уверенно. Это ударение на второй слог являлось его присущей чертой, к который привыкли уже даже самые зелёные гвардейцы в гигантском помещении. Наконец, незнакомец со странной кличкой, торопливо зашагал, в конце-концов совершенно правильно заняв место у отца и дочери, так же склонившись, но вглядываясь в сверлящие глаза Раэля. Десяток лет назад Бонг явно выглядел моложе, но в той же одёжке, словно в семейной реликвии – всё тот же прочный доспех и длинный плащ. –Этот человек, властью данной мне, проходит испытание Рубина****. И именно он избавит вас от напасти, либо вернётся с позорной неудачей.–юноша, договорив, указал ладонью на кланящегося головореза, ведь показывать пальцем, даже владыке, было страшным оскорблением. Сам же Бонг не торопился глагольствовать, человеком тот был тихим, но невероятно профессиональным в своём деле.