Putting out fire... With gasoline!

Still this pulsing night A plague I call a heartbeat Just be still with me You wouldn't believe what I've been through

You've been so long Well, it's been so long

      Я просыпаюсь посреди ночи от бешенного стука в ушах и заходящегося сердца. Что за яд ты успела пустить в мою кровь одним своим существованием?       Я видел отвратительный в своей неправдоподобности сон. Мир был другим. И мы были совсем другими. Мне не приходилось умывать свои руки в крови. Ты не должна была выгрызать зубами право на жизнь и свободу.       Какая омерзительная ложь. Как глупо представлять то, чего существовать не может. Нужно адаптироваться и приспосабливаться. Борись за место под солнцем или умри. И хоть в этом убеждении мы, пожалуй, были похожи.       Я всегда так или иначе добивался того, чего хотел. Положения в обществе, власти, славы, денег и женщин. Разве цена так уж важна? О, ты не поверишь, чего мне это стоило. Через что только не пришлось пройти. Вряд ли ты бы позавидовала такой судьбе. Но возможно смогла бы проникнуться? Ощутить себя в моей шкуре, понять. Увидеть во мне не смертельного врага всего твоего народа, но личность. Не абсолютное зло, но необходимость.       И что я мог сделать сейчас? Как изгладить твои воспоминания? Может быть время заставило бы их побледнеть, померкнуть в памяти. Ведь это было так давно...       Я слишком часто стал захаживать в кинотеатр. Раз за разом обнаруживались какие-то мелкие, но оттого не менее важные вопросы, которые не терпели промедления и требовали моего личного пристального внимания. Ты чувствовала, будто ходишь по лезвию ножа. Считала, что я тебя подозреваю, прощупываю почву, а потому всё отчаяннее и отчаяннее пыталась отвлечь моё внимание. В ход шли неброские, но элегантные наряды, любезности, приглашения выпить чая в твоём кабинете, долгие взгляды, в которых ненависть и страх так умело маскировались под интерес. Как будто можно обмануть того, кто и так всё знает. И сильнее отвлечь того, кто и так ни секунды не сосредоточен на том, на чем действительно стоило бы.       И раз за разом я ловил себя на непрошенной мысли, как выглядело бы твоё лицо, если бы с него ушло напряжение, разгладились морщины, оставленные страданием и горем, как преобразилась бы улыбка, стань она искренней, и изменились бы глаза, не пролей они столько жгучих ненавидящих слез.       Иногда мне казалось, что я бы мог изменить ход истории, перевернуть мир с ног на голову. О нет, сам, увы, не исправился и не изменился, я слишком хорошо знал себя, чтобы так обманываться. Но может быть я смог бы изменить тебя? Согнуть, сломать и из получившихся мелких кусочков сложить что-то новое. И ты была бы со мной.