Госпожа Генеральный Инспектор

      Как могла она, Долорес Амбридж, просто мечтать о сокращении учебных часов?! Немыслимо! Просто немыслимо. Да, Долорес?       Минерва МакГонагалл просто виртуозно вплетала в расписание Долорес ещё и часы новой должности Генерального Инспектора. Заместитель Директора и её бывшая ученица сидели почти всю ночь, сверяя расписание Долорес с остальными предметниками. В какой свой свободный час она может посетить другую аудиторию и проверить «компетентность преподавателя» и провести «аттестационную проверку»?       И это лишь гора огромного айсберга, на которую согласилась Долорес по своей, нет, не глупости, по своей неосторожности.       Фадж просто утопил её в работе здесь, чтобы мыслей не оставалось. Никаких. Он, по сути, убивает сразу двух мантикор. Если у Долорес получится сместить Дамблдора со своего насиженного места (ему покидать пост не в первой, ха!), то вероятнее, Директором станет она. И времени на Министерство у неё не будет. А если не получится — он придумает причину её уволить.       Что ж, ладно, да, она пришла к выводу ещё недавно, что быть Директором тоже не плохо. Да, в Министерстве у неё были свои наработанные связи, уважение, репутация, она знала тёмные секреты некоторых личностей и тоже умела использовать какие-то рыгачи давления. Здесь придётся начинать заново, но оно того стоит, так ведь?       Но всё же… Как много работы! Помимо посещения уроков, стоит ещё проверить документацию, соответствие составленному и утвержденному плану занятий (если он вообще есть, Минерва утверждает что да, но как-то сконфужено). Сравнить прошлогодние планы и нынешние, узнать причины изменений; обговорить и утвердить очередной новый Декрет, по которому все преподаватели должны досрочно сдать квалификационный экзамен. Даже если у кого-то из них он был в прошлом году! А это значит ей надо ещё и будет собрать документы от самих преподавателей и отправить их в разные Гильдии, дождаться ответа от этих Гильдий.       Сама Минерва, которой рассказали о всеобщем квалификационном экзамене по секрету, тоже не особо рада. Очередная квалификация означает увеличение нагрузки на самих преподавателей, им же нужно время на подготовку к экзаменам, по материалам за семь лет. Ведь многие ведут как младшие, средние, так и старшие курсы.       То есть… нужно разгрузить их часы на следующий месяц, и перенести что-то на другой месяц, а как это обосновать? Весь утвержденный план, всё расписание летит к Мордреду! Мерлин, за что?!       И сама Минерва тоже понимает. Долорес, её бывшая ученица тут почти не причём. Так велит Министр, чтоб у него чирий вырос в неприличном месте! Какая его укусила пикси, думает Минерва?       А Долорес, о, Долорес знает эту белобрысую пикси и очень хорошо! И их невероятный план «Смести Дамблдора, представив его общественности маразматиком и некомпетентным директором»!       И Долорес даже знает, зачем все эти проверки. Ну, установит она официально алкоголизм Трелони (а как, простите, справляться с проклятием провидицы?), ну так она о нём ещё с первого дня знает. Ну придерётся она к молодой Синистре, мол, а точно вы Мастера получили, а почему так рано, а покажите ваши планетарные рассчёты, а вы что, детей по своей программе учите, а почему у вас отклонения от плана занятий, ах пого-о-ода! Ну пойдёт Долорес к Залих, выяснять почему дети (какая неожиданность!) так плохо все языки мира знают, а вы точно компетентный преподаватель? А справляетесь? Вдруг появится тот же Хагрид и она, конечно, уличит его в полнейшей некомпетентности (ладно, стоит сказать, это надо было сделать ещё давно). Ну и? Как-то маловато для смещения для поста с Директора.       — Поэтому, Долорес, на тебе лежит крайне ответственная задача… мне жаль это говорить, но… пятый курс должен завалить экзамены. И тогда у нас будет возможность… — дальше Амбридж не слушала. Нет, она догадывалась, чего от неё хотят. Важно покивала, согласилась с Министром, а сама… нет, она не дура. Самого Дамблдора можно убрать и другим способом! Уж каким — она придумает. А детей лишать светлого будущего она не будет. У неё сдадут экзамены все. И на высший балл. Уж об этом она позаботится, о теории то она ух как позаботится, они весь тест наизусть знать будут!       Да и тем более, сама Долорес просто прекрасно понимает, что изменить, например, экзаменационную систему не получится, как хочет Фадж. А иначе как простите, завалить экзамен?! Только если убрать тесты, или сделать практические задания более весомыми, и давать за них больше баллов. А как? По его одной прихоти? Это независимая коллегия и половина волшебников в ней — либо знакомы с Дамблдором и в очень тёплых с ним отношениях, либо против самого министра. Вот и получается… простая арифмантика.       Например, та же Гризельда Марчбэнкс, которая выступила против и даже подала в отставку, в знак протеста против введения поста Инспектора Хогвартса. О чём, кстати, было в статье, что читала Долорес.       О, конечно, на неё нашлась управа в виде «предполагаемых связях с подрывными организациями гоблинов», и да, поэтому она вышла из Визенгамота, на неё надавили и она ушла.       А ещё Долорес помнила всех в лицо, и конечно не упустила из виду, как та приветливо махала Альбусу Дамблдору на слушании дела Поттера!!!       И пусть, пусть этой противной глухой бабке больше не место в судебной палате, но она крепко вцепилась в место главы Волшебной экзаменационной комиссии. И будет, как минимум, всех настраивать против нововведений (уж хотя бы в этом они с Долорес солидарны, а так достаточно мерзкая и чопорная особа).       Так что план Фаджа, озвученный ранее в кабинете — заведомо провальный. Против него все, пока только он сам об этом не знает. Ну а как привлечь такую непростую фигуру как Люциус Малфой в свои ряды, ох, ну на этот счёт Долорес что-нибудь придумает.       — Дорогая, поспите, хотя бы час. — размышления, и довольно мрачные, прерывает МакГонагалл.       — Кхе… я думаю, это уже не имеет смысла. Приму душ и отправлюсь до начала занятий, пожалуй, в Больничное крыло. Сегодня раньше времени как-то не хочется связываться с большой бумажной волокитой.       — Я Вас уверяю, дорогая, Вы управитесь в вотчине Поппи очень быстро… Кстати, бодроперцовое зелье Снейпа очень бодрит, и принимать его можно не только при простуде. Спросите Поппи, она Вам расскажет.       — Спасибо, профессор МакГонагалл, доброго… утра, полагаю.       — Доброго-доброго, — усталый вдох сменяется такой же усталой улыбкой. — Приходите, если ещё что-то понадобится. Новый план занятий я передам Вам позже.       Что ж, день обещает быть трудным…

***

      — У меня тут медицинские карты на всех моих учеников ещё с того самого дня, как я сюда устроилась, уже даже не помню сколько лет назад. Они хранятся здесь. — шкаф в кабинете целительницы с чарами вечного расширения пространства выглядит… внушающе. Хотя бы скопление тысяч и тысяч папок. — Обычно я записываю симптомы, травмы, способ лечения. Каждые полгода все эти данные передаются в Мунго. В общем, у меня с документами всё чисто, Долорес.       — А как ведётся… учёт? Просто сообщаю тебе, что некорректный учёт чреват серьезным искажением данных о результатах финансово-хозяйственной деятельности организации, что приведёт к отсутствию возможности подтвердить законность поступления медикаментов, зелья и оборудования. И плановые инвентаризации у вас когда и как происходят?       — Чего?       — Постоянный контроль наличия и количества медпрепаратов, расходных материалов. А если недостача зелья, украл его кто из Ваших студентов, или оно просрочилось? Как оформляются поступления, расходования, списания лекарственных зелий, расходных материалов, у тебя же есть расходники?       — Дак… нету особо, душечка. А интервазация твоя, сейчас достану… — медиведьма полезла в недры своего стола, за которым сейчас и сидела Долорес. — Во-о-от… тетрадки за последние пять лет, тут я записываю когда мне Снейп приготовил зелья и отдал. Какие я использовала, какие выбросила, но то редко бывает. Которые нельзя сварить у нас, заказываем в Мунго, но до того и дошло один раз всего на моей памяти, чтоб мы сами не смогли.       — Когда же? — Мерлин, тут в одном Больничном крыле работы на год вперёд хватит…       — Так года три-четыре назад, пришлось из Мунго заказывать ингредиенты некоторые, дети болели непонятно чем. Никогда такого не видела. — это для тебя, Поппи, непонятно, а Долорес своими глазами видела засекреченный документ о Василиске в Школе, который необыкновенным образом (интересно, как так?) увидел и Люциус Малфой (неожиданно, правда?), и поспособствовал смещению Дамблдора с поста Директора. Не надолго, но наличие прецендента, ого-го!       — Зелья… Покажи мне, пожалуйста, инструкцию, по которой ты рассчитываешь дозировку. Согласно Положению, она должна у тебя быть. — очередная толстая тетрадка за 1994 год закрылась. Долорес увидела достаточно.       — Зелья вот, в отдельном шкафу, каждое подписано. Защиту ставил Флитвик. Некоторые, особо ходовые я прошу варить Снейпа. — Пришлось вставать, осматривать очередной шкаф.       — Что насчёт дозировок? И точно ли соблюдены все условия хранения?       — Так… всё в голове, деточка. Или ты думаешь я за столько лет работы не могу выучить, сколько капель кроветворного надо дать, или сколько укрепляющего бальзама нужно для одинацтилетки и семнадцатилетнего? Ну а про хранение, конечно, у меня есть отдельно зачарованные полки с нужной температурой.       — Сделаю вид, что я не слышала твой ответ про дозировки. Пожалуйста, возьми Положение, тут всё прописано, ознакомься с ним, я приду и составлю итоговый отчёт задним числом, ладно? Не я это всё составляла, и будь моя воля, я вообще бы повысила тебе зарплату из-за испытываемого стресса.       — Полно, деточка! Я и не держу на тебя обид. Мне хватит двух недель, чтобы подтереть задницу Министерству и сделать так, как они хотят. А ты пока присядь, я тебе чаю налью, с бодроперцовым, а то видок у тебя…       — Бессоная ночь сказывается, благодарю. — Долорес села на ближайший обшарпанный стул, кстати, ревизию мебели тоже стоит провести. В бюджет школы закладывается определенная сумма на покупку этой новой мебели. Но это уже не сегодня, итак голова гудит…       — А я у тебя первая в списке? А дальше что, на занятия пойдёшь или отменили? — чай как раз заварился. Медиведьма достала из своего шкафа флакончик, капнула пару капель в одну из чашек и отдала Долорес.       — Да кто мне отменит их, Поппи! Я сама настояла на том, чтобы не переносить часы. Иначе под конец года я сама свихнусь, закрывая пропуски, да и детям это на пользу не пойдёт.       — Так это какая нагрузка, Мерлин!       — Большая. — мрачно и устало отозвалась Долорес, отпивая чай из кружки одним глотком.       — Да уж, — протянула медиведьма, поджимая губы. — Большая…       — Кхе-кхе… Мерлин… я уже и забыла, какое жгучее это… Агуа… агуаменти. — из палочки в пустую кружку налилась вода. — Но бодрит — не то слово.       — Это да, зато не уснёшь в полной тишине на проверочной работе.       — Там уснёшь, ещё бы! Только и слышен гул голосов, пытающихся списать друг у друга, да если бы они верно это делали! Я же даже специально надеваю обувь на каблуках, чтобы они слышали моё приближение, когда я в класс возвращаюсь, так ведь нет, находятся индивидуумы…       Так и пролетел оставшийся час перед занятиями у пятого курса, в перемывании костей всем и вся. Долорес жаловалась на непомерную нагрузку, возросшие часы, сложных учеников, срывающих все занятия, полнейшее отсутствие дисциплины! А Поппи Помфри в этот момент жаловалась на то, что из выделенных на Больничное крыло галеонов она едва видит треть, что большая часть её работы — это травмы после квиддича, что скоро холода и её ждут бессонные ночи и варка бодроперцового, а под конец года к ней обязательно повадятся старшекурсники, чтобы выпросить зелья, улучшающие память. Кто самый смелый, тот потащится к Снейпу, варить их самостоятельно.       Снейп… его тоже надо проверить особо тщательно. Но нет, не для отчёта, а так, для души!

      ***

      После похода в Больничное крыло по расписанию у неё стояло второе занятие с её самыми сложными детьми. Отчасти, да, потому что там был Поттер.       — На первом занятии мы с вами писали проверочную работу, дабы я убедилась в наличии у вас хоть каких-нибудь основ. С сожалением хочу отметить, что многие, за редким исключением справились на оценку вроде «Удовлетворительно», тех, кто получил оценку ниже, я уже проинструктировала лично. — первым в её списке на «личную беседу» стоял Поттер, который сдал пустой пергамент со словами «зачем портить бумагу». С ним, конечно, не совсем удалось поговорить, Долорес перенесла встречу на свободный день, а теперь у неё прибавилось работы и она даже не знает, как выделить время, чтобы поговорить с мальчишкой. Но, ладно, это насущное. Сейчас о другом. — Также, если на какой-то теме у кого-то возникнут вопросы или какого-либо рода непонимание, пожалуйста, не стесняйтесь подходить самостоятельно. После прохождения очередного блока мы с вами будем писать очередные проверочные и я буду смотреть, насколько хорошо вы усвоили тот или иной материал. — Амбридж разгуливала туда сюда по небольшой платформе, руки её были скрещены на груди, щёки чуть пылали жаром, и она то и дело поглядывала на стопку работ на своём столе. — Честное слово, когда я проверяла работы Пуффендуя, не говоря уже о Слизерине и Когтевране, я была в полном восторге. И с вами я ждала не меньшего упорства, такого же результата, но что ж, вышло так, как вышло. И мы будем с вами активно нарабатывать упущенный материал, который непременно встретится у вас в экзаменах. Я очень надеюсь, что в конце года я увижу прогресс в области ваших теоретических знаний и вы успешно напишите итоговый тест, составленный лично мной, списать с прошлых работ не получится, предупреждаю сразу, так что вам действительно придётся упорно учиться, дамы и господа, итак, начнём. Цели этого курса…       Долорес взяла огрызок мела, чтобы написать всё самостоятельно. Через некоторое время на доске дети могли увидеть следующее:

      

ЦЕЛИ КУРСА

1. Уяснение принципов, лежащих в основе защитной магии.

2. Умение распознавать ситуации, в которых защитная магия может легально использоваться.

3. Размещение и рассмотрение использования защитной магии в контексте практического применения.

      — А теперь, после того, как вы записали цели, прошу открыть первую главу книги Уилберта Слинкхарда «Теория защитной магии», там приведены основы для начинающих. — когда Долорес подняла глаза со страницы учебника, то увидела поднятую вверх руку. На мантии девушки значилось имя и фамилия, и Долорес сразу вспомнила проверочную работу, к слову сказать, написанную просто идеально. — У вас, мисс Грейнджер, есть вопросы?       — Да, профессор, мэм. У меня вопросы к прописанным Вами целям.       — Какая именно часть вам непонятна, мисс Грейнджер?       — Та, которая отсутствует, — съязвила Гермиона, скрестив руки на груди. — Почему ничего здесь не сказано про практику?       — Мисс Грейнджер, о какой практике может идти речь, если ваши сокурсники, и не только по факультету не могут распознать простейшую связку заклинаний, не говоря уже о том, чтобы составить её самостоятельно. Я надеюсь, что пока вы не изучите отличие Каве инимикум от Антрума, (а уж тем более сглаза от порчи!) если вы помните, задание со звёздочкой, изучаемое в конце четвёртого курса, так вот, во входном тесте его смогли сделать всего двадцать человек со всех факультетов. И что вы прикажете, мисс Грейнджер, допустить только этих людей до практических занятий?       — Но у вас даже не указано в целях, научить нас…       — Мисс Грейнджер, я твёрдо убеждена, что полученной вами ранее практики более чем достаточно. Вам всем даже продемонстрировали сильнейшие в мире заклинание против одиночной цели — Аваду Кедавру. Заклинание, на использование которого нужна лицензия, а если таковой нет, то что, вы можете ответить мне, нет, мисс Грейнджер, не вы, например, о, Лилия Мун, прекрасно, ответьте, пожалуйста, что будет с волшебником, использовавшим это заклинание.       — Я…       — Пожалуйста, встаньте при ответе. Да, вот так.       — Э-э, ну, волшебник, он… попадёт в Азкабан?       — Отчасти вы правы, но я спрашиваю в каком случае он попадёт в Азкабан? Видите, вы даже понятия не имеете в каких случаях, кем и против кого, разрешено применять это заклинание, а когда за его использование вам светит Азкабан на нижних уровнях. И я вам отвечу, дети, каждое отдельное использование некоторого, особого спектра заклинаний и чар в обязательном порядке рассматривается судьёй, и если нет лицензии, то Судом, а в некоторых случаях и верховным Судом. Этот список из трёх пунктов вы все знаете. Но вы можете использовать и кухонное заклинание для нарезки продуктов, и никто не посмотрит, если вы используете его по назначению, но при этом использование на другом человеке при превышении самообороны, или, не дай Мерлин, с умыслом убийства, даже это кухонное заклинание будет рассмотрено в Суде и выяснены все обстоятельства, умыслы, мотивы и итоги.       — Но разве суть Защиты от Тёмных Искусств в том, чтобы практиковать защитные заклинания?       — Мисс Грейнджер, отвечая на ваш вопрос. Вы уже знаете достаточно щитов, чтобы отразить большую часть заклинаний, направленных в вашу сторону, и в практике на моих уроках они не нуждаются. А если окажется, что ваших умений недостаточно, то придётся посещать дополнительные факультативы, для отстающих. Специфичные же проклятия, по типу «Адского пламени» и наиболее мощные аналоги дело последнего курса и вашего дальнейшего обучения в других, Высших заведениях, по типу Боевой Гильдии, куда вы, я надеюсь, поступите, если вас так интересует практика в этом направлении. Надеюсь, я ответила на ваш вопрос и мы можем начать с первого принципа. Для того, чтобы защищаться от Тёмных Искусств, совсем не обязательно изучать…

***

      Пикси раздери эту несносную девку, Мерлин, дети даже не знают правильное движение для заклинания Протего Максима, которое отражает большую часть проклятий и является основным защитным щитом, но уже хотят бежать практиковаться!       А третья цель, третья цель?! Размещение и рассмотрение использования защитной магии в контексте практического применения.

      Они что, слепые? Конечно, практика будет! И конечно, Долорес, как могла, намекнула, что в дальнейшем, после того, как она убедится, что дети в состоянии хотя бы палочку правильно держать, то тогда и только тогда допустит их к практике под видом факультатива для изучения программы прошлых курсов. Сейчас же их знания — отрывочны. Они знают всё, как они думают, о боевоей магии, об самом использовании трёх непростительных они знают больше, чем о механике!       Могут они ответить, почему Круциатас вызывает судороги, тошноту, а при длительном воздействии вызывает галлюцинации, как оно воздействует на тело? И почему пущенный Круциатас после Авада Кедавры запускал сердце обратно? Поди дети и подробностей то таких не знают!       Нет, нет и ещё раз нет. Никакой практики, пока не перепишут ей весь учебник! И даже потом, только тренировочные палочки, только бы, мантикора дери, не убились бы! Пятый курс, немыслимо!