Заменяешь весь мир

      Вершинин проснулся, на удивление, рано. Он хотел ещё полежать, приятно уткнувшись носом в мягкую подушку, но пустой желудок решил по-другому. Собравшись с силами и не окончательно проснувшись, Паша вышел в зал, где Костенко уже качал пресс. — Ты сегодня рано, — заметил мужчина, не прекращая упражнения, — неужели перепутал время на будильник? — И тебе доброе утро, — буркнул Вершинин и прошел к холодильнику и, открыв его, достал йогурт. Паша посмотрел на напиток и поморщился. Как-то рассказ Сергея о каннибале стал ассоциироваться с ним. Поэтому йогурт отправился на свое место, а колбаса и сыр — на стол.       К тому времени, как Вершинин, разложив бутерброды на тарелке, принялся варить кофе, Костенко вышел из душа в обмотанном на талии полотенце и встал позади Паши, заглядывая ему через плечо. Сергей немного подался вперёд и непроизвольно задел грудью парня. Паша от неожиданности вздрогнул и чуть не опрокинул турку, удачно пойманную Костенко. — Блять, не пугай так, — возмутился Паша и плечом шуточно оттолкнул мужчину. — Хорошо, в следующий раз буду громко топать перед тем как подойти, — язвительно отозвался Сергей. — Обязательно, — пробубнил себе под нос Вершинин и сел за стол, ожидая, пока Костенко доварит кофе и разольет его по кружкам.       Мужчина, все сделав, сел напротив парня и отхлебнул. Паша невольно покосился на тело Сергея. Для его лет…оно было потрясным. На смартфон Костенко пришла смс, оповещение которой чуть разбавило тишину. — Хорошо, что встал рано, — хмыкнул генерал, прочитав сообщение, — через двадцать минут выезжаем, будешь сдавать на права, а потом заскочим в институт. — Это всё так быстро делается? -с сомнением спросил Вершинин. — Нет. Но для генералов ФСБ готовы сделать всё, что угодно, — самодовольно произнёс Костенко и посмотрел на парня, оценивая реакцию на свои слова. Вершинин, на удивление, вместо того, чтобы закатить глаза, улыбнулся. — Все чаще я жалею, что ты не поставил мне свою фамилию в паспорте, — Паша усмехнулся. — Можем устроить, если хочешь, — пожал плечами генерал. — Если что случится с паспортом — так сразу перевыпускаем с новой фамилией, — парень протянул мужчине руку, предлагая сделку. — Договорились, — Сергей без раздумий пожал руку Вершинину. Паша поплыл от такого прикосновения. Господи, как же давно он не имел ни с кем контакта. Хоть к Ане иди — она-то с нетерпением ждёт. — Что-то не так? — вопросительно приподнял бровь Сергей, заметив перемену настроения на лице Паши. — А? Нет, всё ок. Слушай, а ребята тебе не звонили? Что-то давно про них ничего не слышно — сменил тему парень. — В общем-то нет. Я поручил помощникам договориться об их институтах. Лёша, вроде, поблагодарил за всех, да и всё, — слегка скучающим тоном сообщил Сергей, — Разве что твоя Аня постоянно звонит, — поморщился Костенко, — ты не подумай. Просто на работе я стараюсь вообще выходить из сети. Телефон включен на случай экстренной ситуации, — пояснил мужчина, а Паша замер. Ведь он сам звонил генералу и болтал о всякой фигне, а тот и не говорил, что против. Наоборот, вроде был доволен звонку. Блять, Костенко вообще хоть когда-нибудь можно понять? — Ааа о чем она говорила? — старался не выпасть из диалога Вершинин. — В том то и дело, что ни о чем. Как дела, как жизнь и в том роде. Звала в гости, посмотреть, как у них там что. В прошлый раз то я не заглянул, — равнодушно пожал плечами мужчина, словно его это не особо волновало. А Паша разозлился. Внезапно для себя разозлился на… Аню? Да, на неё. — Со мной не получается — решила на тебя перейти, — неожиданно жестко произнес Вершинин. По его взгляду куда то в тарелку было понятно, что он далеко в своих мыслях.       Пиздец. Вот так нагло пытаться…а что собственно пытаться? «Увести» Сергея? Так он вроде не муж парня. Но тогда почему Вершинин больше всего на свете сейчас желает высказать побольше хуйни прямо в лицо Ани. Чтобы знала всё. Неужели ревность? Паша мотнул головой, прогоняя эту мысль. Просто у него только налаживаются с кем-то общение. Вроде как даже друзьями с Костенко стали. (То, что парню все больше нравится разделять время с мужчиной и иногда засматриваться на него — лучше умолчать) А тут девушка пытается забрать и это.       Все равно не получится. Судя по эмоциям генерала во время разговора, Костенко не особо привлекает Антонова. Она ему скорее как подопечная, нежели предмет обожание или друг.       Это Паше мужчина искренне улыбается. С Пашей шутит и перекидывать подколами. С Пашей проводит свободное время — смотрит фильм, ездит по магазинам. Пашу забирает посреди ночи и успокаивает его после эмоционального срыва. С Пашей разговаривает на работе. И в конце концов, с Пашей сейчас сидит за столом в одном полотенце и разделяет завтрак.       После всех этих воспоминаний Паше в голову ударила мысль. Ясная. Чёткая. Может неприятная. Неправильная. Но живая. — Я влюбился, — одними губами произнес Вершинин и, спохватившись, поднял взгляд на место напротив. Черт, Костенко явно умеет читать по губам и все понял. Хотя ему это даже не надо — достаточно одного крайне запутанного и шокированного выражения лица Паши.       Но стул пустел, а посуды на столе уже не было. Вершинин удивлённо посмотрел по сторонам и, встав из-за стола, прошёл в зал. Костенко он нашёл в кабинете, надевающего пиджак и внимательно вчитывающегося в какие-то документы на столе. — О, отмер, — усмехнулся мужчина, заметив наблюдателя в дверях. — Да, прости, я что-то задумался, — неловко оправдался парень, опустив взгляд в пол. — Я так и понял. Примерно тогда, когда ты не отреагировал на мои слова раза три, — мужчина явно насмехался, — решил оставить тебя наедине с мыслями. Тем более, время поджимает. — Спасибо… — промямлил Паша, а сам задумался — он действительно так погрузился в воспоминания и злость к Ане, что выпал из реальности? Такое с ним бывает крайне редко, — Точно, время, прости за задержку. Я пошел собираться тогда? — Да, давай. Даю пять минут на сборы. — Так точно, генерал, — шутливо отдал честь Вершинин, приложив одну руку ребром ко лбу, а второй накрыв голову. Получилось не совсем весело, учитывая душевную нестабильность Паши. Он всё ещё не может принять, что влюбился. Да ещё и в кого — ФСБшника, прошлого врага, мужчину в конце концов. М-да. — Иди уже, — улыбнулся Костенко, и парень вышел из комнаты. «Блять, почему у меня всё идёт через жопу вечно» — подумал Паша и принялся переодеваться в уличную одежду. Ему по-хорошему сейчас надо оставить все размышления до вечера и спокойно сдать экзамен. Первый начал диалог Сергей уже когда они ехали в машине. — Смотри. Теорию сдавать не надо, поэтому сейчас будешь по городу ездить. Я нахожусь в машине вместо сотрудника ДПС. Сдаёшь на механику, не забудь про ручник. — Уже можно сказать, что я пошутил тогда про права? — безобидным тоном спросил Паша. — Ты что? — Костенко резко свернул на обочину и затормозил. Он повернулся к Пашу и жёстко посмотрел на него, стараясь прочитать по лицу мысли. — Да ладно-ладно, не волнуйся. Сдам я всё. — Блять, Паша, — выдохнул мужчина и дал парню лёгкий подзатыльник. — Эй?! — наигранно возмутился Вершинин. — Ещё одна такая шутка и ездить ты будешь исключительно на автобусе. — Да понял я, понял, — усмехнулся Паша.       Всё было готово. Вершинин сел в машину, где уже находился принимающий экзамен, Сергей устроился на заднем сиденье. Паша внимательно осмотрел салон. Где что находится. Прикинул габариты. Готов был стартовать, как ему в сиденье прилетел хороший пинок. Вершинин еле сдержался, чтобы не посмотреть удивлённо на Костенко. Блять, что-то забыл. Что-то важное.       Инспектор вежливо молчал, ожидая начала. — Поехали? — самодовольно улыбнулся Паша и снял машину с ручника. — Прошу, — спокойно кивнул инструктор, позволяя парню выехать с полигона в город.       В общем, Вершинин ехал по довольно простому маршруту. Инспектор, скорее всего, старался угодить генералу ФСБ, вот и не загонял Пашу на особо трудные улицы. Даже движение было не особо оживленным. Удивительно для Москвы.       Экзамен был успешно сдан. Инспектор пожал руку Сергею и, похвалив Пашу, постарался поскорее ретироваться с машины. — Это все так себя ведут рядом с тобой? — с сомнением спросил Вершинин. — Те, кто знают мою должность — да, — пожал плечами генерал, мол, привык, — кроме тебя, пожалуй. И друзей твоих, но их я редко вижу. — Мне можно, мы же друзья, — легко произнес Паша, а сам замер в ожидании реакции мужчины. — Конечно, — кивнул Костенко и Вершинин выдохнул. Ну хоть друзья. Этого вполне достаточно. Наверное. Парень совершенно не собирался что-либо менять в их отношениях с мужчиной. Если предпринять действия, можно нарушить то хрупкое взаимопонимание, что сейчас между ними возникло. А Паша только сейчас понял, насколько ему важен Серёжа. — Паш, — генерал положил руку на плечо Вершинину, обращая на себя внимание, — что с тобой сегодня? В трансе каком-то. — Да, прости. Мысли в голове роятся — собрать не могу, — парень неловко улыбнулся, — в институт? — Поехали, — мужчина сменил парня взглядом, прикидывая, в какой момент Вершинин попытался обмануть. В итоге сделал для себя выводы и сел в Шевроле.       Пронесло.       Как и ожидалось, Костенко с его «подопечным» ждали с самого утра. Их пригласили в кабинет ректора, угостили кофе и с большим желанием приняли Вершинина на бюджет. Впрочем, ректора немало удивили баллы Паши по ЕГЭ (которые вышли максимально приближенными к реальности), он думал, наверное, что Сергей приведёт богатенького сыночка. А тут Паша и 90 баллов за обществознание, красота…       Даже место в общаге выделили, как бы Вершинин и Костенко не отпирались. Мол, пусть будет. Если что — можете в любое время переехать.       Сергей тактично кивнул, но Паша заметил, как тот начинает раздражаться из-за излишней обходительности с ним. Да и новость про общежитие генерал скорее всего воспринял как укол в его сторону. Типо сам не сможет обеспечить жилье.       Вершинин улыбался и соглашался с ректором, стараясь произвести хорошее впечатление. Иногда, на явно негативных высказываниях генерала, ему очень хотелось пихнуть сидящего рядом на диване Сергея, но мужчина сам прекрасно держал себя в руках.       Подводя итоги, встреча прошла успешно для обеих сторон. От лица ФСБ Костенко пообещал направить лучших специалистов, которые поделятся лекциями со студентами. На дополнительные материальные средства генерал намекнул, но ничего не обещал. В общем, как всегда. Паше же представили бюджетное место со всеми льготами, обучение начиналось со следующей недели, то есть через четыре дня. Надо бы материал, любезно выданный ректором, изучить к понедельнику.       Вот оно. Окончательное начало новой жизни. Как только Паша с Сергеем вышли из института, парень порывисто повернулся и обнял мужчину, непроизвольно уткнувшись носом в шею генерала. Мужчина сначала опешил в нерешительности, но потом все же неловко похлопал парня по спине. — Спасибо, — выдохнул Вершинин. — Ну ты чего, Паш, — чуть ли не расплылся в улыбке Костенко.       Только сейчас парень заметил, где они и как непозволительно много он себе позволил. Паша отпрянул и посмотрел по сторонам. Где-то вдалеке стояла группа студентов и болтала о своём, пешеходы проходили мимо, не посмотрев на ступени института, где стояли мужчины. Пронесло. Паша расслабился. — Прости, не сдержался, — бросил он Сергею. — Все нормально, — усмехнулся мужчина и направился к автомобилю. Ему трудно было понять, что сейчас творится в голове у Вершинина, он понимал, что парень сам всё расскажет со временем. А если нет, то Костенко разговорит его. Уж что, что, а это он умеет. — Как тебе институт в целом? — поинтересовался мужчина, усевшись на место водителя и окинув взглядом здание. — Хорошо, — кивнул Вершинин, — надеюсь, надо мной так трястись не будут, как над тобой. — Это они умеют, — раздражённо подтвердил Сергей, — терпеть не могу. — Да? А мне казалось, ты наслаждаешься этим, — поддел Паша, за что получил жёсткий взгляд, — ладно-ладно, — он примирительно поднял руки, — я видел, что ты держался из последних сил. — Видел твоё намерение что-то мне сделать, — пожал плечами генерал, а парень рассмеялся. — Я настолько читаем? — Для меня — да, — улыбнулся Костенко, не отрывая взгляда от дороги.       Паша напрягся, пытаясь понять, что ещё понял Сергей. Но, судя по тому, что Вершинин только сегодня осознал всю степень своей проблемы, то мужчина вряд ли заметил. Правда, стоит быть посторонней. Все-таки с ФСБ-шником живёт.       Мужчина зарулил к какому-то ресторанчику и заказал на вынос ужин.       С этого дня начались трудовые будни. Паша вставал, умывался, завтракал вместе с Костенко и провожал его на работу. После этого парень принимался изучать полугодовой материал по праву, высшей математике и прочим предметам. Обедал Вершинин полуфабрикатами, а на ужин либо готовил что-то несложное, либо Сергей заказывал доставку.       Костенко всё так же подкалывал Пашу, а тот отвечал взаимностью и с усилием старался подавить в себе чувства к мужчине. Иной раз, когда генерал пол часа бегал по всей квартире в одном полотенце, стараясь срочно отыскать где-то оставленные документы, это было невозможно. Даже не тело мужчины привлекало в такие моменты, а эмоции. Костенко, матерясь, обещал выдать двойную смену подчиненному, не отсканировавшего бумагу, а, когда Паша иронично заметил, что полотенце явно замедляет движение, Сергей еле сдержался, чтоб не кинуть это полотенце в Вершинина. Ради таких моментов парень был готов хоть ещё раз ехать в Чернобыль.       К первому дню в университете Паша подготовился по-максимуму, но все же его слегка трясло. Он приходит в новый коллектив практически спустя два месяца учёбы. Да ещё наверняка пошли слухи, что Вершинин — генеральский «сынок». Будильник Паша поставил на пол седьмого, хотя по понедельникам пары начинались в девять.       Проснувшись, парень потянулся и сразу понял, что что-то не так. — Блять, — выдохнул Вершинин, заметив ярко выраженный утренний стояк, — сука, да чего сегодня-то? — парень сел на кровати, вспоминая, когда в последний раз его мучала такая проблема. Вспомнил только до Чернобыля. Стресс, смена места, времени, постоянная гонка за жизнь, утрата близких — всё это сыграло свою роль. И только сейчас организм оправился от пережитого.       Паша встал с постели и осторожно просочился в ванную, успев бросить Костенко «Доброе утро «. Времени было не совсем много, поэтому парень сразу скинул домашнюю одежду и нырнул под тёплую струю воды, нажав кнопку затемнения стенок кабинки.       Запрокинув голову вверх, Паша с наслаждением охватил рукой возбужденный член. Он рвано выдохнул и провел вдоль всей длины. Нужен образ. Нужны мысли. Нужна фантазия.       Вершинин нарисовал себе картину обнажённой Ани. Мысленно он приближается к ней, проводит по лицу рукой, накрывает губы своими.       Не то. Не доставляет никакого удовольствия.       На смену Антоновой пришла Юля. Девушка медленно расстёгивает замок на джинсах Паши, стягивает их вместе с боксерами и, не долго думая, охватывает губами член.       Паша простонал от наслаждения. — Извини, что без стука, — раздался голос снаружи кабинки. Вершинин замер, стараясь не выдать себя. — Я сейчас быстро найду тут кое-что, — мужчина начал хлопать шкафчиками, в поисках нужной вещи.       Образ в голове сменился, стоило только услышать этот уже родной голос с лёгкой хрипотцой. Всё время он настойчиво отгонял от себя то, что сейчас полностью заполнило мысли. Паша представил Костенко, прижимающего парня к стене в настойчивом поцелуе.       Руки мужчины оказываются под футболкой Вершинина, касаясь каждого места его тела — спины, груди, сосков.       Паша простонал стоило лишь генералу покинуть ванную. Пусть вода глушит отчаянные эмоции влюблённого парня. Ускоряя темп, Вершинин уже не мог ни думать о мужчине. Никакие Ани и Юли ему нахуй не сдались.       Костенко плавно отстраняется от парня, заглядывает к нему в глаза и еле-слышно произносит так нужные сейчас Паше слова. — Я влюблён в тебя.       Вершинин кончает с именем генерала на губах. Со стоном выдохнув, Паша запрокидывает голову, опирается спиной на стену и жадно ловит ртом капли воды. Разрядка вышла бурной, мощной. Вершинин решил не думать, из-за чего — долгого отсутствия мастурбации или образа в голове. Тёплые струи быстро смывают сперму с живота — наглядное доказательство того, что Вершинин окончательно пропал. Надо же было Костенко именно сегодня ворваться в ванную…       Паша выключает воду, выходит из душа и, обмотавшись полотенцем, идёт завтракать. Никто не должен знать о его влюблённости и его тяге к Сергею. Никто.

***

      Автомобиль останавливается около входа в институт. — Давай, Паш, удачи, — похлопал парня по плечу генерал. — Да, спасибо, — кивнул Вершинин и собрался выходить, как мужчина приостановил его. — После пар поезжай домой на такси. Идти долго, а на автобусе ехать — муторно. Деньги и ключи с собой взял? — в последние дни Сергей старался избегать финансовых вопросов, зная, как они волнуют парня. А Вершинин в свою очередь старался не замечать, что на его прикроватной тумбочке наличка после трат восполняется. — Хорошо, — парень проверил карманы рюкзака, — всё взял. — Отлично, теперь можешь идти, — усмехнулся Костенко, сразу же направив мысли в сторону работы. — До вечера, — попрощался Паша и вышел из Шевроле. Закинул рюкзак на одно плечо, он двинулся к институту.       Побродив немного по коридорам, Вершинин всё-таки нашёл (не без помощи студентов) нужную аудиторию. До звонка оставалось всего пара минут, поэтому парень зашёл в кабинет и осмотрелся. Было всего парочку свободных мест — ближе к середине и к началу аудитории. Вершинин подошёл к дальней от доски парте, где сидел какой-то студент. — Свободно? — Паша улыбнулся. — А? — парень вытащил наушник из уха. — Не занято? — Не-а, садись, — студент окончательно втянулся в диалог, — ты теперь с нами учишься? — Ага, припоздал немного, но не беда, да? — Вершинин плюхнулся на стул и достал из портфеля тетради с личными конспектами. — Это верно, — сосед кивнул, — я — Макс, кстати, — студент протянул руку, парень пожал её. — Паша. — Отлично, будем знакомы. Ты как, в общагу? — Пока что есть, где жить, но мне все равно местечко выделели. — О, слушай, так давай ко мне? У меня пока нет соседа, но обещают, что будет. Мало ли, кого поделят, а ты вроде парень нормальный. И мне будет лучше и тебе — если что случится так и общага, и я в ней, — Макс довольно улыбнулся. — Договорились, — Паша кивнул и мысленно улыбнулся открытости студента, — подойду сегодня к ректору. — О, зашибись, — обрадовался новый знакомый, — можешь просто к декану. -С ректором уже знакомство имеется, — усмехнулся парень.       После начала лекции Вершинин минут двадцать пытался вникнуть в суть, пока Макс рассказывал весёлые истории про профессора. Примерно так и проходили все пары. Когда всем разрешили идти, новый друг вскочил с места и тычками направо Пашу к ректору. — Да иду я, иду, — смеялся Вершинин.       После короткого стука, парня впустили в кабинет. — О, это Вы, здравствуйте! — спохватился ректор, откладывая какую-то папку и обращая всё внимание на засмущавшегося парня, — как Вам? Всё устраивает? — Да-да, не беспокойтесь, — улыбнулся Вершинин, — извините за беспокойство, но… — Да вы что, можете в любое заходить. — Мне бы с общежитием помочь, — перешёл к делу Паша, — можете заселить к Максиму Ставрогину? Понимаю, что это — далеко не ваша специализация, но к кому обратиться — не знаю пока что. — Не переживайте, конечно, всё устроим, — охотно кивнул ректор и записал себе за листе-заметке фамилию Макса. — Спасибо большое, — искренне поблагодарил Вершинин, — до свидания! — Всего хорошего, обращайтесь. Сергею Александровичу передавайте наилучшие пожелания.       Паша кивнул и, выйдя, закрыл за собой дверь. — Ну как? — с надеждой спросил ожидующий Ставрогин. — Договорился! — Ураа, — весело запрыгал рядом Макс, а Паша в который раз удивился жизнерадостности этого человека, — предлагаю в честь этого пропустить по кружечке пива! — Почему бы и нет? — с улыбкой согласился Вершинин.       Макс живо повел парня в «супермегакрутой» бар, находящийся «здесь, неподалёку «. — Меня там каждая мышь на кухне знает, — с гордостью заявил студент, а когда Паша недоверчиво покосился на него, поспешно добавил, — Да че ты, не ссы, все там нормально.       Парни, поблуждав по городу, спустились в подвал какого-то здания и прошли по нескольким коридорам. — Это вообще официально? — с сомнением спросил Паша. — Братан, в таких местах нет такого понятия, как закон, — усмехнулся Ставрогин и хлопнул Вершинина по плечу.        Парню всё меньше нравилась идея отправиться «отмечать поступление» с новым приятелем. На всякий случай Паша по геолокации на телефоне пробил своё местоположение, постарался запомнить его.       Лабиринт вывел студентов в средних размеров клуб, где во всю орала музыка, танцевали полупьяные молодые люди, в баре разливался непонятного происхождения алкоголь. Макс потащил Вершинина к барной стойке. — Привет, Слав, — перекричал музыку Ставрогин, здороваясь с барменом, тот вежливо кивнул, натирая бокал, — мне и другу по пиву, светлого, нефильтрованного. — Хорошо. — Здесь наливают пиво — одно из самых лучших в городе, — гордо заявил Макс и пододвинул к Вершинину только что поданную кружку. — За твоё поступление? — За поступление! — согласился Паша. Студенты чокнулись и отпили напиток, Вершинин, слизывая пену с губ, улыбнулся, — Хорошее пиво. -А я о чем?! — радостно воскликнул Макс, а затем взглядом нашёл кого-то в зале, — Я скоро вернусь, поздороваюсь со знакомым только! — Без проблем, — пожал плечами Вершинин и ещё отпил из кружки.       Паша лениво стал осматривать обитателей местного клуба. Несколько девушек двигались бёдрами в центре зала в сопровождении абсолютно нетрезвых парней, кто-то целовался со своей парой на мягких диванчиках, у некоторых в руках был кальян, у кого-то непонятно вида свёртки — Паша даже не стал задумываться над тем, что здесь могут курить. Вроде и хотелось присоединиться к танцующей толпе, но первый учебный день хорошо вымотал парня, да и компании подходящей не было. — Эй, пацанчик, есть закурить? — неожиданно раздался низкий голос за плечом, Вершинин вздрогнул от неожиданности и, развернувшись, увидел лысого мужика лет тридцати пяти и метра под два роста, с небольшой чёрной бородой и нерусскими корнями, рядом с ним стоял его приятель. — Извини, с собой нет, — Паша изобразил искреннее сожаление, похлопал себя по пустым карманам, постаравшись не идти на конфликт. — Да че ты заливаешь, — возмутился второй. — Парни, реально нет. — А если тебя сейчас встряхнем, не выпадет пачка «Winston»? — Вершинин уже начинал жалеть, что не курит. — Какие-то проблемы? — напряжённо спросил Макс, чем удивил Вершинина. — О, давно тебя не было, — амбал недобро улыбнулся, — че, по долгам расплачиваться будешь? — Все под контролем, — Ставрогин поднял вверх руки и осторожно, на грани слышимости, сказал Вершинину, — надо уходить.       Пока Макс забалтывал мужиков, Паша медленно встал с высокого стула и отошёл за знакомого. — Ладно, мужики, мы пойдём, знаете, дел много, туда-сюда, — Ставрогин улыбнулся и направился к выходу вместе с Пашей, как вдруг резко остановился. — Макс, ты чего? — пихнул его Вершинин.       Студент коснулся затылка рукой, затем медленно повернул к амбалам. — Кто. Это. Был, — отчётливо проговорил парень, сдерживая злобу, — кто блять осмелился плюнуть в меня? — Ну я. А что ты мне сделать-то можешь? — выступил мужчина, недавно просивший закурить.       Ставрогин сжал кулаки, что не понравилось Паше. Вокруг них собралась компания. За Вершининым стояли приятели Максима, перед ним — здоровенные нерусские мужики. Парень оказался в ловушке. — Что я могу? — нахохлился Ставрогин и подошёл ближе к обидчику, упрямо смотря снизу вверх, — я — здесь не последний человек, в отличии от тебя. Так что забирай свою подружку, — студент кивнул на второго амбала, — и уматывай отсюда. Чмо лысое.       Паша понял, чего добивался Ставрогин. Если первым начнёт драку мужик, то это с юридической точки зрения Максу будет выгоднее. — Чё сказал? — легко купился на уловку противник. — Вали отсюда, фраер, пока я тебе не вмазал.       В следующую секунду амбал ударил Ставрогина под дых. — Началось… — успел заметить Паша, после чего его кольцом сжали люди.       Началась массовая потасовка. Со всех сторон посыпались удары, Вершинину выбили воздух из лёгких, ударили по рёбрами и попали в нос. Потекла кровь. Защищая руками голову, парень постарался вылезти из толпы. В спину попал чей то кулак, но рюкзак смягчил удар. Какой-то урод полоснул Вершинина ножом по плечу. Пошла кровь.       Паша, еле держась на ногах, дошёл до края комнаты и, опершись на стену спиной, медленно сполз вниз, прикрывая ладонью плечо. Тёплая бордовый жидкость не переставала течь. Парня мутило, перед глазами все плыло. Вершинин нащупал в кармане телефон и, смутно видя экран смартфона, нажал кнопку вызова. — Возьми же. Пожалуйста, — прошептал Паша, чувствуя, как сознание медленно покидает его вместе с кровью. — Да, Паш? — раздался знакомый и уже родной голос мужчины. — Герцена семнадцать, корпус 2…цоколь…потасовка, — пытаясь собраться с мыслями, произнёс Вершинин, — пожалуйста, — добавил он тихо и не был уверен, слышно ли его из-за музыки и криков. — Еду, — твёрдо ответил Костенко. Паша облегчённо выдохнул и, прикрыв глаза, отключился. -С тобой все хорошо? — раздался в пустоту голос Сергея. Очнулся Паша от усиленного рупором голоса. — Это ФСБ. Просьба всем разойтись, — команда ФСБшников во главе с Костенко ворвались в помещение клуба.       Кто-то сразу отошёл от своего соперника, кого-то пришлось оттаскивать силой. Сергей толчком разделил двух дерущихся, а затем внимательно оглядел помещение. Перехватив взгляд мужчины, Вершинин слабо улыбнулся, во рту стоял металлический вкус. Костенко подлетел к парню и, встав на колени, чтобы быть на одном уровне с Вершининым, напряжённо изучил парня. — Ты как? — Жив, вроде, — усмехнулся Паша. Костенко быстро заметил ножевое ранение и принялся осторожно разглядывать рану. Парень засмущался. — Сразу скажу, я здесь не при чем, — решил заверить он генерала. — Тебя вообще можно оставить одного вне дома? — скорее тепло, чем с издевкой произнёс Костенко и порывисто обнял парня. Его немало напряг звонок Паши посреди дня, а когда он ворвался с группой бойцов, то увидел Вершинина, всего перепачканного кровью, привалившегося где-то у стены. Он испугался. Испугался, что не смог защитить парня, доверившегося ему, не смог защитить друга. После всего, что с ними приключилось, вот так потерять Вершинина ужасно не хотелось.       Паша замер в обьятьях. — Я весь в крови, — хрипло заметил он. — Мне все равно.       Парень осторожно обнял мужчину в ответ. От Костенко пахло дорогим парфюмом, так что Паша не мог ни позволить себе глубоко вдохнуть аромат. Объятья были не долги, не романтичны, как у встречающейся пары, скорее как у друзей при встрече, но уже это Пашу воодушевило. И от осознания своего безвыходных положения, в сердце возникла ноющая боль.       Мужчина отстранился от парня, ещё раз проверив его состояние. — Плечо болит? — Немного, — соврал Вершинин, резкая боль никуда не ушла с момента ранения. Сергей коротко кивнул и отошёл к своему подчинённому. — Как положение? — поинтересовался Костенко. — Сергей Александрович, троим нанесены раны средней степени… есть погибший, — генерал на этих словах поджал губу. — От чего умер? — Предположительно, удар в висок. — Ясно. Работаем по протоколу, — Костенко вернулся к Паше. — Сейчас я везу тебя в нашу больницу, затем ты объяснишь мне, как здесь всё вышло. — Угу, — тихо согласился Вершинин, — я только посижу недолго. Отдохну. — Паш? — напрягся Сергей. Ответа уже не последовало. Костенко немного панически затряс парня за плечи. Тот не пришёл в сознание.