Побочный эффект

       Мерное гудение голосов в уютном кабинете Ваймака всегда действовало усыпляюще. Различные шепотки, тихое хихиканье, споры и резкие выкрики — те самые звуки, которые делали помещение «живым». Прикрыв глаза и прислушиваясь, Аарон уже не в первый раз подумал, что предматчевые собрания Лисов очень походят на деревенский рынок в каком-нибудь неразвитом штате США.        Тренер, стоя с серьезным лицом, и внимательно оглядывая собравшихся членов команды, звучным голосом продолжал свою невероятно увлекательную речь о важности победы в этом сезоне. Кевин внимательно слушал мужчину, изредка уточняя какие-то детали и делая записи в блокноте. До матча осталось не так много времени, а разработкой стратегии Лисы ещё не занимались. Ваймак показывал какие-то диаграммы и графики, а ещё отобранные Нилом видеозаписи со спорными моментами соперников из других команд.        За предыдущий сезон команда Пальметто практически всегда одерживала победу, что заставило Лисов чувствовать себя намного увереннее на игровом поле. Тренер считал, что полагаться на быстрые ноги Джостена и слепую удачу — пустая трата времени, поэтому тренировки постепенно становились все дольше и сложнее.        Кончики пальцев начинают приятно покалывать, когда Аарон предвкушает очередную победу команды, практически ощущает тяжесть нового призового кубка. В голове раздается привычный гудок сирены, который символизировал бы очередной триумф команды. Блондин мечтательно выдыхает, неуклюже переступая с ноги на ногу, стараясь сохранить равновесие, и покосился на рядом стоящего брата. Тот смотрел на команду и тренера с абсолютно бесстрастным лицом, слегка надменный и непринужденный как обычно.        — Стремно выглядишь, — шепнул Аарон, пододвигаясь ближе к близнецу. Он уже давно заметил болезненно бледное лицо Эндрю и ужасные синяки под глазами от недосыпа, — Если тебе нужна по…        — Отъебись. — прерывает его блондин, — Ты всегда так выглядишь, особенно после «пыли», но я же молчу. — прошипел сквозь зубы Эндрю. Он нервно отодвинулся от брата, ковыряя заусенец на большом пальце, продолжил упорно смотреть вперед.        Кевин, прикусив колпачок синей ручки, внимательно пересматривал очередной штрафной Воронов, попутно показывая что-то Нилу. Элисон разговорилась с Рене и Ники, поэтому эти девицы вообще не улавливали смысл сегодняшнего собрания. Дэн и Мэтт вообще не пришли, рассчитывая на недолгое уединение в их комнате.        — Таким образом, ребята, вы должны играть максимально чисто. Не стоит вступать в конфликты с противниками на поле. Я самолично за вами прослежу и ослушавшихся заставлю бегать двадцать ебаных кругов вокруг нашего университета. Что касается же… — Ваймак прервал свою размеренную речь, заметив подозрительную активность двух неугомонных близнецов. Деликатно кашлянув в кулак, сказал, — Эндрю и Аарон, что может быть важнее предстоящей весенней игры с Черепахами, позвольте поинтересоваться? Нам всем очень интересно.        Неловкая тишина длилась всего пару секунд, но этого времени вполне хватило Николасу, чтобы придумать ответ и скрыть неловкость:        — Так у этих двоих круглый год весна, — зычно хохотнул Хэммик. — Пожалуйста, продолжайте.        Волшебный эффект, произведенный этой фразой, был невероятно впечатляющим. Спустя несколько секунд послышался смех Рене и Элисон, потом подключились и Дэй с Джостеном, тренер же предпочел молчать. Всего несколько сказанных ранее слов сделали из задиристых близнецов нашкодивших котят, они одновременно опустили глаза в пол, что-то бурча между собой.        — На этом у меня все. Тренировка через три дня, и не дай Боже кто-то помрет раньше или придет обдолбанный…        — Хорошо, тренер! — послышался гул команды.

***

       Первая весенняя тренировка Лисов выдалась не столько утомительной, сколько насыщенной событиями: Николас случайно зарядил клюшкой по затылку Дэя, на что почти сразу же получил в ответ, да и вдобавок грозный взгляд тренера. Потом Нил и Рене что-то сотворили с тренировочной формой, что Ваймаку пришлось заказывать новую каждому. Эндрю то ли из-за невнимательности, то ли из-за посторонних мыслей пропустил пару голов Дэя на отрабатывании пассов, а Аарону несколько раз влетело за невыполнение разминки и «бестактность».        По свистку тренера команда собралась вокруг одной из зрительных трибун, на которой уже стоял тренер, чтобы казаться выше и каждый смог его видеть. Подождав несколько секунд, пока разогретые Лисы успокоятся, тренер сказал:        — Сегодня вы хорошо потрудились, завтра в это же время собираемся на этом чертовом поле. Я из вас весь последний дух выбью, а потом тренировочные игры с Черепахами. Прошу вас, поскорее уйдите отсюда и не мозольте мне глаза.

***

       — Точнее! — командует Эндрю, отдавая мяч обратно Аарону. Пассы всегда давались второму-Миньярду с большим трудом, потому что основной движ всегда был в зоне нападения. Блондин замахивается клюшкой и кидает мяч, тот с глухим свистом врезается в клюшку брата и катится к ногам. — Ещё!        Упрямо повторяя одно и то же действие, Миньярд начал заметно уставать, а результата никакого: брат всегда отражает любые посягательства на ворота. Вскоре он сдался, тупо прокатив по искусственной траве мяч в сторону ворот. Отвернулся и направился к выходу.        Зазвучал оглушительный гудок сирены, который во время игры был почти не слышен из-за бурлящей крови в ушах и криков фанатов. Аарон медленно оборачивается, потому что искренне не понимает произошедшее. На табло высвечено «0:1».        — Что? — внимательно всматриваясь в цифры, шепотом спрашивает блондин.        Он слышит, как шуршит под подошвой кроссовок искусственная трава поля, чувствует большую ладонь брата на своем плече, как она медленно спускается к предплечью, а затем мягко массирует запястье.        — Ты забил гол. А я не смог отразить твою атаку. — горячее дыхание Эндрю обжигает нежную кожу шеи брата.        — Н-но я ведь.        — Ц-с, видишь эти цифры на табло? Ты меня сделал. Молодец.        На секунду Аарону кажется, что на привычно бесстрастном лице Миньярда расцвела легкая улыбка — это мгновение он надолго запомнит, потому что так искренне Эндрю улыбался только ему. Сердце начинает биться где-то в глотке и, казалось, прямо сейчас разорвется на части.        — Что будет если смешать водку с энергетиком?        — Честно? Сердце к херам разорвется. Такой же эффект как от ментоса в колле.        — Эндрю, пообещай мне, что таких фокусов не будет на тренировочном матче с Черепахами.        Аарон обхватывает гибкими пальцами запястья Эндрю, слегка сжимает, смотря тому в глаза. Блондин уверенно кивает, закатывая глаза:        — Обещаю, но ты не вытворяй глупости.        — Я ж не Джостен.        — Да, ты не он. У Нила преимущество — быстрые ноги и умение прятаться.        — Как говорится «быстрые ноги пизды не бояться»?        — Именно. Потому в Ниле я уверен, а ты даже бегать блять нормально не умеешь.        — Отъебись, — пропускает сквозь плотно стиснутые зубы Аарон.        Эндрю раздраженно цокает языком, отворачивается от брата и быстрыми шагами идет к выходу, пока близнец завороженно смотрел ему вслед. «Сколько драмы — подумал он, открывая дверь в раздевалку.»

***

       Промокшая от пота форменная одежда Лисов синхронно падает на влажный от струи душа кафель. Близнецы не знали, с какого момента их так сильно тянуло друг к другу. Понимали лишь одно: это было необходимо им обоим.        Аарон не понимал, почему он не смог сдержать язык за зубами и предложил брату принять вместе душ, больше его смутило безоговорочное согласие Эндрю. Теплые капли воды падали на обнаженные тела, и каждая эта капелька каким-то невыносимым жаром отзывалась в их телах.        Эндрю не понимал, почему относится к телу Аарона, как к чему-то очень-очень хрупкому. Он мягко проводит кончиками пальцев по напряженной груди блондина, почти невесомыми движениями спускается ещё ниже, дразняще задев головку стоячего члена брата. Значительно сокращая расстояние между ними, Миньярд мягко просит:        — Повернись, — мягкими движениями обвивает талию Аарона мозолистыми руками, слегка сжимая, с минимальной силой разворачивает его лицом к белой плитке душевой. Упершись обеими руками о скользкую поверхность, второй близнец рефлекторно слегка сгибает колени и выгибается в спине, в предвкушение чего-то неизведанного. Каждое прикосновение Эндрю отзывается мурашками и дрожью во всем теле.        Эндрю набирает в ладонь душистый шампунь, аккуратно растирает в нем руки, прежде чем вновь дотронутся до тела Аарона. Аккуратно раздвигает ягодицы, смазывает указательным пальцем колечко сжимающихся мышц, прежде чем толкнуться одной фалангой внутрь. Тело брата выгибается, прижимаясь почти всем своим телом к холодной кафельной плитке, тяжело дышит и что-то неразборчиво бормочет.        — Мне нужно тебя подготовить, — комментирует Эндрю, — сомневаюсь, что у тебя вообще был подобного рода секс.        — Ясень пень не было… — стиснув зубы, шипит блондин.        Эндрю внимательно следит за движениями брата, чтобы уловить малейшие перемены. Он аккуратно вводит палец, ждал, пока тело близнеца привыкнет, прежде чем начать двигаться в постоянном темпе.        — Д-дрю, — тихо шепчет Аарон, переведя дыхание. Миньярд на время приостанавливает движение, чтобы убедиться: все хорошо, — Больше…        Легкая неловкость, которая раньше чувствовалась между ними, постепенно пропала. Пусть все, что случится останется в душе, пусть все, что случится останется в их памяти надолго. Эндрю бережно проталкивает второй палец, разведя их на манер ножниц, ждет совсем немного, потом движется в более ускоренном темпе.        Разгоряченному телу хочется ещё, кровь приливает к щекам, заставляя те покрыться плотным слоем румянца. От всего остального мира их скрывает облако пара и запотевшие зеркала раздельных душевых, ещё неплотно прикрытая дверь.        — Никого нет. — шепчет Эндрю, — Расслабься.        — Я чувствую себя обдолбанным, — утыкаясь щекой в запотевшую плитку, отрывисто шепчет Миньярд.        — Я тоже так себя чувствую. — внизу живота уже давно завязался комок возбуждения, жаром отдающего волны по всему его телу.        Достаточно растянув упругие мышцы, Эндрю скользнул пальцами по члену Аарона, собирая с того давно выступившие капельки смазки. Смазав член, Миньярд приставил его ко входу, аккуратно толкнувшись вперед. Головка члена оказалась в приятно горячей плоти, потом постепенно, давая к себе привыкнуть, вошел полностью. Дразняще Эндрю шлепнул брата по заднице, и звонкий звук шлепка эхом пронесся по душу.        Придерживая бедра близнеца, Эндрю наклонился слегка вперед, целуя россыпь родинок на напряженных плечах, начал медленно двигаться. Потом его ладонь скользнула в ладонь Аарона и сжала. Держась за руку Эндрю, как за спасительный круг, близнец стонал куда-то в кафельную плитку, двигал бедрами навстречу движениям Эндрю и чувствовал невероятный прилив адреналина.        Они поцеловались легко, трепетно и невинно, потому что Аарон с самого начала хотел поцеловать Эндрю. Следующий поцелуй стал более требовательным и жадным, прижимаясь телами друг к другу, они наслаждались своим уединением. Совсем близко с искусанными губами Аарона, Эндрю аккуратно оттянул волосы на его затылке свободной рукой, опираясь лишь на собственные ноги. Лизнув острым языком ушную раковину брата, тихо просипел:        — Мы явно обдолбаны.        Спустившись ниже, поцеловал нежную шею, прикусив зубами. Совсем скоро на этом месте останется небольшой след. Метка Эндрю — знак того, что Аарон теперь полностью и безоговорочно принадлежит ему.        — Как-то по-собственнически, не находишь?        — Имею право, — тихо прошипел Эндрю.        Увеличив темп движений, Миньярд теперь уже выбивал стоны из близнеца. Они совсем близко, сейчас они одно целое и, кажется, то одни на целой планете. Вскоре движения становятся ритмичными и размеренными, Эндрю ловил особый кайф от стонов брата, внимательно вслушивался, разделял в своей голове звуки шлепков тел друг о друга и стоны Аарона, доносящиеся также совсем близко «Блять! Блять! Блять!»        — Д-дрю…        — Ар…        Они шепчут имена друг друга, льнут друг другу и дарят своё тепо. Обхватив рукой член Аарона, он начал ритмично со своими движениями двигать рукой. Грудь близнеца хаотично вздымалась от тяжести вдохов и выдохов, каждый новый стон сбивал дыхание. «У меня такой одышки даже после двадцати кругового марафона вокруг университета не было, — подумал Аарон, — что же творит со мной этот черт…»        Прижавшись максимально близко к Миньярду, Эндрю с шумным стоном кончил в брата, попутно доводя того до предела. Обмякшее тело Аарона стало податливым и послушным, смыв часть спермы с живота и кафеля, Эндрю принялся чистить близнеца от собственного семени. У того перед глазами уже давно плясали звезды, обхватив рукой шею Эндрю, тот покорно извивался, как этого требовал близнец и пытался нормализовать дыхание.        Ноги начали подводить, и сразу же после того, как Миньярд закончил, Аарон, опираясь рукой о влажную стенку душа, постепенно осел на ещ теплую плитку. Подхватив хрупкое разогретое тело блондина, Эндрю закутал того в полотенце и вышел из душа.        — Дрю, пусть все то, что происходило в душе — навсегда останется в нем, хорошо? — шепотом добавил, — Не думал, что от «пыли» может быть такая побочка…        — Хорошо, — кивает Эндрю, заходя в помещение раздевалки.        Там, возле своего шкафчика, перебирав свою форму и аккуратно складывая вещи, стоял Николас Хэммик. При виде близнецов он улыбнулся во все тридцать два, кивнул в сторону двери в душевую и сказал:        — Эх, весна.        Переглянувшись между собой, братья одновременно сказали:        — Блять! Иди нахуй!        Только Эндрю — с бесстрастным лицом, какое было ему присуще с максимальной отстраненностью, а Аарон — густо краснея.