Общажный кошмар

      «Блядство», — подумал Чайлд, когда после допитого виски открывал водку.       На столе красовались пивные банки, две опустошенные бутылки, тарелки и пакеты из-под охотничьих колбасок.       Кэйа и Тома сидели на полу. Игра в карты была в самом разгаре — на кону стояла нижняя койка. Тома отвоевывал ее, потому что изначально это было его место, и сегодня он решил заночевать в общежитии. Кэйа же яростно боролся, потому что последнее, чего ему хотелось после двух литров коньяка, так это покорять второй ярус.              — Иди к себе домой и спи хоть в подъезде! — кричал он, выбрасывая семёрку пик. — Твоего здесь ничего нет!       Тома раздражённо выкинул шестёрку бубен.       — По бумагам я все ещё вас сосед, а значит и место это тоже моё! В конце концов, ты юрист, разве я не говорю на языке закона?!       Кэйа подкинул десятку червей.       — Не помню ни одного закона, который был бы на стороне дезертиров.       Тома бросил туз.       — Ты принял мои извинения, разве нет?!              Кэйа отбился козырной дамой.       — Тебя обманули.       Тома — валет.       — Ты пил мой коньяк!       Кэйа — три короля.       — А так развонялся, будто твою кровь.       Тома — три туза.       — Ты давно её выпил, кровосос!..       Они уже давно не играли, а просто ругались и в пьяном угаре швырялись картами.       Чайлд потер виски. Водка пошла премерзко — нутро горело, а голова раскалывалась. Вопли Томы и Кэйи сводили его с ума. Когда же они набросились друг на друга и едва не начали драться, Чайлд схватил обоих за воротник, толкнул Кэйю на свою кровать, а Тому на постель Кэйи.              — Наверху лягу я. А теперь, пожалуйста, закройте наконец ебальники и ложитесь спать.       — Герой!.. — Кэйа едва не заплакал. — Я говорил, что ты лучший сосед, о котором можно только мечтать?..       Но Чайлд лишь закатил глаза, кинул обоим по пледу, затем снял рубашку и накинул на себя полотенце. Ему хотелось смыть алкогольный запах и по возможности протрезветь под холодной струёй.       — А как же проверка? — прозевал Тома.       Чайлд тяжко выдохнул.       — Плевать. Просто не откроем. Мне херово. И вам тоже. Не хочу в таком состоянии видеть недовольную морду Сяо.       Тома взбил подушку под головой и хихикнул.       — Он все ещё в студсовете?       — Всё ещё…       — А ведь он вступил туда, когда мы заканчивали старшие классы… У него уже аспирантура. Неужели он не устал?       — Разве что только от этой жизни.       Чайлд убрал мусор со стола. Бутылки он запихнул в дорожную сумку и вынес на балкон от греха подальше. Затем парень собрался в душ и подошёл к двери, но Тома опять его затормозил.       — Судя по твоему тону, он ни чуть не изменился.       — С чего бы? — усмехнулся Чайлд. — Всё такой же маленький и злобный огр.       — Да ладно тебе…       — Я врать буду? Помню, как в детстве с друзьями вызывали матерящегося гнома, а он не приходил. Если бы знал, что годы спустя этот самый гремлин будет терроризировать меня в студсовете, дал бы себе по башке…       Чайлд открыл дверь и тотчас захотел провалиться сквозь землю.       Перед ним, занеся кулак для стука, стоял хмурый Сяо.       Интересно, как громко он говорил?       Но, судя по Чжун Ли, стоящему за спиной Сяо и прикрывающему смех ладонью, дверь была картонной и слышно было достаточно.       Чайлд глупо заулыбался и попытался выкрутиться.       — Добрейший вечерочек! Сяо, приятель, ты так похорошел за те пять часов, что мы не виделись! Дай угадаю, что в тебе изменилось… Ты, кажется, подрос, да?       — Никогда не перестану удивляться, какая же ты гнида.       Сяо резко пихнул парня и прошёл в комнату. У Чайлда чесались кулаки толкнуть его в ответ, но он только стиснул зубы и вымученно улыбнулся.       — И я тоже рад тебя видеть…       — Почему у вас с порога воняет тухлыми яйцами?       — До тебя здесь пахло клубникой.       — Ты слишком разговорчив для того, кого сегодня выселят.       Кэйа и Тома одновременно вскочили с кроватей. Они, переглянувшись, с завороженными пьяными лицами смотрели за Сяо и в унисон проговорили тихое «здрасте». Чайлд молился, чтобы эти двое продолжали молчать. Перегар от них мог убить несчастных проверяющих, а выносить трупы у парня уже не было сил.       — Я же сказал, мы никого не будем выселять, — Чжун Ли стоял в дверях и снисходительно наблюдал за Сяо, всматривающимся в каждый угол. — Просто небольшая проверка на пожарную безопасность и чистоту.       Но Сяо явно так не считал. Он выглядел как зверь, готовый рвать и метать, да и желание убийства исходило от него настолько ясно, что всех присутствующих пробрал холодок. К счастью, таким серьёзным здесь был только он. Расслабленный и слегка уставший вид Чжун Ли немного успокоил дрожь под коленями Чайлда. Тот впервые за вечер почувствовал себя в своей тарелке.       Ну или это алкоголь наконец ударил в голову.       — Нервная работенка, не так ли? — сказал Чайлд, невинно улыбаясь и протягивая руку Чжун Ли. — Я Чайлд. В том году вы замещали практику по истории у моей группы, помните?       — Честно говоря, не очень, — Чжун Ли охотно ответил на рукопожатие. — Но тебя я запомнил.       — Оу. Правда? Почему же?..       — Потому что до тебя мне ещё никто с серьёзным лицом не заявлял, что холодная война — это война, которая была зимой.       Кэйа начал кашлять — настолько сильно он сдерживал смех.       — Что же, я слабоват в истории, — Чайлд неловко почесал затылок. — Значит, теперь ты наш новый председатель? Что же, могу только пожелать успехов и плодотворной работы.       — Благодарю. Мне это действительно необходимо…       — А что так?       Чжун Ли слегка смутился.       — Я плохо осваиваюсь на новых местах. Боюсь, что набью много шишек, прежде чем начну достойно работать.       — Ну, все мы с чего-то начинали…       — И все же не думаю, что справлюсь лучше Райден…       Чайлда опять перетрясло. Он натянул лёгкую ухмылочку, принял самый дружелюбный вид и похлопал Чжун Ли по плечу.       — Председатель, нужно мыслить позитивнее. У тебя под рукой целый студсовет! Считай, твоя свита. Не стесняйся просить нашей помощи.       — Да, знаю, я уже немного привык…       — Вот и славно! Между нами говоря, я лично готов прийти к тебе на помощь. Ты только обращайся. В любое время. Сделаю все, что в моих силах.       — Вот как, — Чжун Ли слегка смутился. — Не знаю, чем заслужил такое, но спасибо. Ты сейчас серьёзно?..       — Серьёзнее некуда! — Чайлд продолжал наступать и гордо постучал себе в грудь. — Перед тобой самый надежный человек из всего студсовета! Да что там, из всего общежития! После Гань Юй, конечно, она чёртова машина… Но я ничуть не хуже. Если тебе что-то понадобится, то ты знаешь, на кого положиться. Я всегда буду у тебя под рукой. Но только и ты не подведи меня, идёт?       Трезвый Чайлд сотню раз подумал бы прежде, чем взболтнуть такое. Ему даже не надо было смотреть на Кэйю, чтобы понять, как тот готов взорваться от смеха в любой момент. Однако алкоголь начал действовать, а ему только предстояло убедить председателя в своей адекватности и быстрее избавиться от проверки.       Тем не менее, Чайлд говорил довольно искренне. Лёгкая улыбка на лице Чжун Ли была подтверждением того, что тот был тронут.       — Хорошо, спасибо. Я постараюсь. И буду иметь ввиду.       — Имейте ввиду, что он настолько надёжный, что не ходит ни на одно наше собрание, — Сяо, закончивший с пожарной проверкой, делал опись мебели и записывал количество стульев в толстый блокнот. — Спросите, чем занимается этот надёжный человек, когда мы пашем, как проклятые.       В свое оправдание Чайлд было открыл рот, но Чжун Ли его опередил.       — Гань Юй сказала, что после занятий Чайлд ходит на плавание и освобождается только к вечеру. Так ведь?..       Кэйю прорвало.       Он отвернулся к стене, нырнул лицом в подушку и, завывая, застучал кулаком по матрасу. «Плаванием в море пива!», — проскулил он, но, к счастью, лишь Тома и Чайлд были в силах разобрать его пьяную истерику.       Гань Юй действительно делала для них слишком много. Стоило как-нибудь её отблагодарить. Только отмазка у неё очень странная — Чайлд не появлялся на плавании с конца второго курса.       Сяо и Чжун Ли косо смотрели на мокрого от слез Кэйю.       — Все так! — Чайлд поспешил перевести внимание на себя. — После занятий я правда занят в секции… В студсовет заглядываю по возможности… Как сегодня например. А тебя, председатель, как раз не было.       — Да, к сожалению, — Чжун Ли виновато опустил глаза. — Я пишу диссертацию, а сегодня у меня была назначена встреча с научным руководителем. Немного не подрассчитал… Обычно я укладываюсь вовремя. Обещаю, в следующий раз такого не повторится.       Чайлду стало немного совестно. В конце концов, он прогуливал месяцами просто так, а председатель пропустил всего раз и то потому что был занят делом. Будь здесь Гань Юй, она бы точно врезала Чайлду за неуместные упрёки.       Но здесь был только Сяо, готовый разорвать Чайлда в клочья.       — Завтра я пойду к тренеру Скирк и разузнаю о твоей посещаемости.       — Да хоть к заведующему спорткомплексом! — Тома больше не мог молчать. — Можешь не верить Чайлду, но сомневаться в докладах Гань Юй, вашего самого верного заместителя… Это слишком низко даже для тебя.       Сяо надломил карандаш.       — Что ты сказал?..       Тома нервно сглотнул.       — То, что можешь пойти к заведующему…       — Позже.       — Что-то там про Гань Юй…       — Ты обозвал меня низким.       — Я?!       — Ты сказал: «это низко даже для тебя». Значит, я коротышка, да?       Тома вообще не понял, как все к этому пришло. У него забегали глаза, он не знал, куда деваться от гнева Сяо и его «потрясающей» дедукции.       Чжун Ли тяжело вздохнул.       — Сяо, ты закончил осмотр? Все нормально?       — Закончил, — сквозь зубы процедил он. — Тут чисто.       — В коридоре и блоке тоже… Тогда идём на шестой этаж.       — Председатель, я сказал, что тут чисто, а не то что все нормально.       Чжун Ли даже не сразу нашёлся, что ответить.       — И что это значит?       — Тут слишком чисто, а это не нормально. У них даже тараканов нет. Клянусь, что-то не так.       Сяо подошёл к Чайлду. Он пристально посмотрел ему в глаза.              — Дыхни.       Даже Кэйа, смеявшийся без остановки, вмиг притих и внимательно смотрел за шоу.       Чайлд ухмыльнулся.       — Мне наклониться или табуретку подставишь?..       Сяо стремглав прижал Чайлда к стене. Он замахнулся блокнотом, целясь прямо в лицо, но в последний момент Чжун Ли поймал его за запястье и оттащил назад.       — Да что на тебя нашло?!       — А на тебя?! — Сяо резко вырвался. — Этот тип вообще краев не видит! Стоит здесь, хамит, вешает лапшу на уши, а ты и не против! Тебя предупреждали — ему нельзя верить. Чжун Ли, этот бездельник не заслуживает такого отношения. Ты с ним по-хорошему, а он сядет к тебе на шею и обставит так, что жить не захочется!..       Покрасневшие от злости Кэйа и Тома подскочили с кроватей и закатили рукава, намереваясь эту самую жизнь Сяо укоротить.       Поднялся гомон.       Начался скандал.       Чайлд даже не был удивлён. Хотел по привычке взять попкорн.       Какая же проверка без ругни в его-то комнате?..       Только вот Чжун Ли, устало прикрывшему глаза и потирающему переносицу, такие шоу очевидно были в новинку.       — Добро пожаловать, председатель! — Чайлд дружески похлопал его по спине. — Как видишь, общага у нас дружная, все друг за друга горой!..       — Мне жаль, — Чжун Ли все больше мрачнел. — Мы с Сяо уже шесть часов на ногах, а сделали только половину. Когда мы обходили пятый этаж, он стучал в свою же комнату и злился, что ему не открывают. Не принимай его выходку близко к сердцу. Он просто устал…       Дело было в шляпе.       Чайлд убедился, что завоевал расположение Чжун Ли. Он с улыбкой заверил его, что все в порядке, хотя мысленно пообещал когда-нибудь вернуть долг Сяо.       — Слушай, председатель, почему я никогда не видел тебя в нашем корпусе?       Чжун Ли не отрывал взгляда от ожесточенной перепалки Сяо, Кэйи и Томы, но разнимать их не спешил.       — Я переехал сюда летом.       — Зачем? — усмехнулся Чайлд. — Неужели наш скромный студенческий закуток может потягаться с уютной квартиркой?       — Не может, — грустно вздохнул Чжун Ли. — Но с недавних пор я не могу платить за неё…       Казалось, возмущенные вопли Сяо доносились до самой вахты.       — Вы что делаете?! — свирепо вопил он, будучи в неописуемом шоке. — Вы серьёзно нарываетесь!.. Да я вас сейчас всех разнесу! Я пережил диплом! Думаете, я с вами не справлюсь?.. Да отвалите, полудурки!..       Тома и Кэйа, сорвавшие голоса от разборок с ним, не выдержали, подхватили парня за руки и приподняли над полом. Вырывающегося Сяо они волочили без труда, как мешок с картошкой.       Весьма буйной картошкой.       Сяо пнул Тому в колено. Кэйе же достался укус в плечо.       Дотащив его до окна, парни выпихнули Сяо на балкон. Он отчаянно сражался, однако Тома крепко держал дверь, пока Кэйа подпирал её табуреткой.       Чжун Ли хотел вмешаться, но Чайлд успокоил его.       — Не нервничай, председатель. Они так снимают стресс.       Пока Сяо предпринимал безнадежные попытки выбраться, Кэйа и Тома успели познакомиться с Чжун Ли и переброситься с ним парой слов.       — Не воспринимайте слова Сяо всерьёз, — заверил его Тома. — Наш Чайлд парень хоть куда! С ним не пропадёте…       Чайлд треснул себя по лбу.       Они его сватают что ли?..       — Он немного дурачок, но могло быть и хуже, — подхватил повеселевший Кэйа. — А ещё он очень хозяйственный, и руки у него золотые! Будет беречь вас, как зеницу ока!..       Господь всемогущий, они правда его сватают!..       Чжун Ли не совсем понял, о чем говорили эти двое. Он странно взглянул на Кэйю, и Чайлд с ужасом решил, что председатель мало-помалу догадывался о причине их красноречия.       Кэйа хитро улыбнулся, похлопал Чайлда по плечу, и взял инициативу в свои руки.       — Всё в порядке, председатель? Вы будто приведение увидели.       — Ничего особенного, — Чжун Ли повертел головой. — Я вдруг вспомнил, как Ху Тао и ещё пара человек рассказывали мне о странном пареньке с повязкой из нашего корпуса.       Кэйа ухмыльнулся и гордо убрал упавшую чёлку с прикрытого глаза.       — Рискну предположить, что это про меня.       — Мне тоже так кажется.       — И вы тоже считаете это странным?       Чжун Ли почесал затылок и лишь пожал плечами.       — Вовсе нет. Всякое бывает. Я не очень слежу за модой…       — Это не мода, а необходимость! — Кэйа скрестил руки и притворился, что негодует. — Я бы не носил это, если бы не один случай…       — Случай?..       — Никогда не открывайте пиво глазом, председатель.       Чжун Ли смутился.       Чайлд пихнул Кэйю в бок. Тот немного смягчился, хитрая полуулыбка вновь заиграла на его смуглом лице.       — Ладно — ладно, не нервничайте. Просто травма детства…       Стало ещё хуже. Чжун Ли вдруг страшно покраснел и принялся горячо извиняться. Кэйа, явно не ожидавший такого, сказал, что все в порядке, но делу это никак не помогло. Чжун Ли не знал, куда отвести взгляд, и просто пошёл освобождать притихшего Сяо, хотя сам очевидно сгорал от стыда.       Чайлд, видя, что разговор свернул куда-то не туда, отвесил Кэйе подзатыльник и решил больше никогда не доверять ему разрулить ситуацию.              — Прекрати извиняться, председатель, — Чайлд вновь поспешил успокоить его и даже помог ему отпереть Сяо. — Это он так по-идиотски шутит.       Но Чжун Ли так и не нашёлся, что ответить.       Зато Сяо, наконец вырвавшийся из плена захламленного балкона, подготовил целый манифест.       Молчаливый манифест.       Он не сказал ни слова, победно смотрел прямо в глаза Чайлду и вдруг бросил к его ногам дорожную сумку.       Ту самую сумку, в которую Чайлд сложил бутылки и выставил на балкон.       Раздался задорный звон стекла. Пара бутылок выкатилась на пол.       Теперь краснел уже Чайлд.       Кэйа притворно откашлялся. Тома смотрел из угла в угол, будто не имел никакого отношения к происходящему.       В комнате повисло гнетущее молчание.       Сяо даже не дрогнул в лице. Он будто с самого начала пришёл именно за этими несчастными бутылками, чтобы поймать Чайлда с поличным, а потому во взгляде не было ни капли удивления.       — Мне сразу написать докладную или попытаешься объясниться?       Чайлд мельком взглянул на Чжун Ли. Тот внимательно смотрел на сумку, не проронив ни слова в защиту или наказание.       Шансы оправдаться ещё есть.       — Без проблем, — Чайлд распихал руки по карманам и принял самый неприкаянный вид. — Сяо, дружок, тут все намного проще, чем кажется…       — Я тоже думаю, что тут только одно объяснение. А ты что думаешь, председатель?       Чжун Ли долго смотрел в одну точку, а потом произнёс:       — Они, что, разделались со всем этим втроём?       Сяо чуть не пискнул от удивления.       — В… В смысле?              — Тут же ящика два, не меньше… И это все за один вечер?       — Чжун Ли!       Чжун Ли откашлялся и извинился. Выражение его лица стало серьёзнее, и он быстро достал из папки в руках три чистых листа.              — Объяснительную на имя декана, пожалуйста. Сегодня десятое, — он со строгим видом протянул бумагу Чайлду. — Конкретно ты пишешь на имя проректора.       Парень почувствовал, как засосало под ложечкой, и как злорадный взгляд Сяо прожигал дыру в его затылке.       — Постой, а почему…       — Не знаю, не спрашивай. Это была одна из первых просьб Райден перед уходом.       — Так и сказала?!       Чжун Ли утвердительно кивнул.       Какая беспардонная дама! Умудрилась добраться до него, будучи в отставке!       Чайлд сглотнул и завертел головой, упорно отказываясь прикасаться к листам.       — Подожди, председатель, не руби с плеча. Я же сказал, все не так, как выглядит…       — Извини, Чайлд, но, по-моему, тут все предельно понятно.       — Знаешь, вытворять такое перед самой проверкой — слишком тупо даже для тебя, — вмешался Сяо. — Ты так бросаешь всем вызов или что?       Чайлд уже не знал, какие слова ему подобрать, чтобы избежать нового выговора и по возможности отмазать товарищей. Откуда он мог знать, что Сяо каким-то образом окажется на балконе и заглянет в эту дурацкую сумку?..       — Никого он не вызывал, — недовольно бросил Тома. — Накинулись на него, как стая голодных гиен… Дайте мне все объяснить!       Чайлд выдохнул, но вдруг вспомнил, как недавно Кэйа попытался рулить, и, прикусив губу, уже приготовился вновь сокрушаться со стыда. Но терять было нечего.       Тома достал бутылку из-под водки и пошёл в сторону Сяо. Выглядело так, будто он собрался дать тому по голове. Сяо напрягся и приготовился отбиваться, но парень лишь подвинул его в сторону и открыл холодильник. Под недоуменные взгляды присутствующих Тома быстро замешал что-то похожее на тесто, выбросил комок на клеенку и начал раскатывать его бутылкой.       —Вот, как-то так.       В комнате с целой толпой повисла звенящая тишина.       «Спасибо, Тома! — Чайлд едва не зашёлся в истерике. — Теперь нам точно пиздец».       Чжун Ли глубоко вдохнул, прикрыл глаза и старательно растер виски. Смертельно уставший, он и без того походил на выжатый лимон, а минутка кулинарии от Томы и вовсе стала контрольным в голову.       Одним прекрасным вечером Чжун Ли точно час-другой подумает о том, чем вообще занимается в этой жизни и, возможно, переосмыслит свои приоритеты.       Сейчас же у него нет сил даже стоять.       Сяо просто помассировал точку между бровями.       — Стыдно признаться, но если бы ваша жизнь была выступлением в цирке — я бы купил место в первом ряду…       — Присаживайся! — Кэйа энергично похлопал ладонью по кровати. — Здесь прекрасный вид.       У Сяо задергались жвалы.       —Понять не могу, вы наглые или тупые?..       — Но так все и было! — слёзно клялся Тома.       — Чем докажешь?       — Хочешь поговорить о доказательствах? Ну давай, — нападал уже Кэйа. — Прежде всего, ты не имел права копаться в чужих сумках.       — Больно мне надо ворошить твои носки, — Сяо нахмурился и скрестил руки на груди. — Она была открыта.       Кэйа довольно ухмылялся.       — Докажи.       — Каким образом?       — Тем же самым, которым ты хотел обвинить нас в пьянстве.       — Думаешь, кто-то поверит, что вы собирали бутылки, чтобы использовать каждую как скалку?       — Думаешь, я поверю, что ты не рылся в наших вещах? — Кэйа вскинул бровями. — А вдруг это ты подкинул те самые бутылки в эту сумку?       Сяо окончательно вышел из себя. Кэйа же впервые не мог нарадоваться тому, что на юридическом пребывал не зря.       — Ты совсем бредишь?       — Говорю по факту.       — По факту вы все чёртовы пьяницы.       — Факт пьянства должен зафиксировать вытрезвитель или другие надлежащие органы. Ну, знаешь, взять анализ крови или алкотестер…       — Я почувствовал перегар, пока поднимался по лестнице. О каких тестах ты мне тут рассказываешь?       — Я пью капли от сердца, содержащие спирт.       — Ты пьёшь чистый спирт!..       — Прекратите, — Чжун Ли строго отрезал обоих. — Не надо устраивать здесь час суда. Правила есть правила. Напишите объяснительные, и разойдемся на этом.       Делать было нечего.       Парни быстро отписали объяснительные, вышедшие от силы в два предложения. Свой лист Чайлд отдал с большой неохотой. Голова кружилась с такой силой, будто его сутки вертели на каруселях. Он даже не был уверен, написал ли на бумаге или на столе, но уже предвкушал второй выговор и гарантированный вылет из студсовета.              Чжун Ли взглянул на подавленного Чайлда и собрался что-то сказать, как вдруг громкий треск из недр коридора заставил всех вздрогнуть.       Внезапный шум громом сотряс этаж. Следом за ним раздалось тихое и страдальческое: «Вот же блять, ну как всегда!».       Чайлд был готов поклясться, что голос принадлежал Альбедо.       Сяо тотчас помчался в коридор. Чжун Ли приказал избавиться от бутылок, пожелал всем спокойной ночи и также быстро ретировался.       Чайлд запер дверь. В голове все перемешалось. Он ещё с минуту тупо пялился на дверной замок и постарался примерно вообразить, что будет дальше.       Кэйа положил руку ему на плечо.       — Ты пытался, приятель.       Парень грустно выдохнул.       — Синьора порвет меня на британский флаг.       Кэйа виновато почесал затылок и с жалостью смотрел на друга.       — Забей.       Чайлд кивнул.       — Само собой, не плакать же…       На часах была половина первого. Тома уснул час назад и уже минут пятнадцать сотрясал храпом стены. Кэйа подсел к Чайлду. Оба молча смотрели новый супергеройский фильм. Интересного было мало, а алкоголя выпито много. Кэйа положил голову на плечо парню и уже через мгновения тихо сопел ему под ухо. Чайлд смотрел сквозь экран.       Фильм был ему не интересен — он думал только о том, как скоро его вызовут на ковёр. Точно не завтра. Или завтра, но ближе к вечеру? Из общежития после второго выговора не выселят, но путь в студсовет ему наверняка заказан.       «Плевать на студсовет», — подумал Чайлд и сделал глоток пива.       Когда-то ему было необходимо туда попасть, но с тех пор прошло три курса. Смысла находиться там больше не было. И контингент там довольно сомнительный. Чего стоит одна Ке Цин с её занудством и мелочный Сяо. Чайлд спихнул Кэйю с плеча, поднялся и в раздумьях начал ходить взад – вперёд.       — Хватит топать, ложись спать — пробормотал ему Тома сквозь сон, но тот не обратил на него никакого внимания.       Если подумать, то Чайлд, вроде бы, понравился новому председателю. Не будь рядом с ним Сяо, парень расчехлил бы все свое обаяние и непременно замял бы это дело. Ладно, с обаянием он немного перегнул. А вот неопытность Чжун Ли в делах управленческих здорово ему бы подсобила.       Чайлд остановился посреди комнаты и решительно посмотрел в окно.       Собственно, что мешает ему сделать это прямо сейчас?       Не долго думая, парень завернул в сторону двери, но тотчас затормозил и задумчиво взъерошил рыжие волосы на затылке.       А в какой комнате живёт Чжун Ли?..       Чайлд быстренько прикинул, кто мог бы знать его «адрес». Список кандидатов не радовал. Гань Юй? Определенно, но та наверняка давно спит. Спит, как и любой другой адекватный в час ночи. Волновало ли это Чайлда?       Ни сколько.       Он мыслил так, как мыслит по-настоящему пьяный человек.       Перебрав в голове ещё половину студсовета, путем потрясающих умозаключений Чайлд решил, что лучшим вариантом будет Скарамуш. Он хоть и был в три раза злобнее Сяо, но всегда был в курсе всего.       Только, захочет ли он хотя бы говорить с Чайлдом?       Парень хрустнул пальцами и сжал кулаки.       Захочет. Куда денется.       В конце концов, он же не за деньгами идёт — ему всего лишь нужен кто-то, кто сказал бы комнату председателя.       Чайлд коснулся ручки, и в эту же секунду в дверь тихонько постучали.       По ту сторону его встретил Чжун Ли. Едва тот открыл рот, как Чайлд щелкнул пальцами и бросил ему в лицо один единственный вопрос:       — Где ты живёшь?       Парень был слишком пьян, чтобы понять, почему Чжун Ли вздрогнул и растерянно смотрел на него.       — Рядом, — в замешательстве проронил тот. — А тебе зачем?..       — Хочу прийти к тебе, неужели не понятно?       Чжун Ли смущённо опустил глаза.       — Напомни, зачем?..       — Хотел договориться…       — Ясно… Может, договоримся тут?       Вид у него был совсем отличный от того, в каком он предстал перед Чайлдом накануне. Слегка растрепанный, одетый в безразмерную белую футболку и бриджи по колено, Чжун Ли выглядел так, будто дрался за одежду на растаможке.       Короче, мало чем отличался от коренного жителя общаги. Тем временем до Чайлда потихоньку доходило. Когда парень наконец-то понял, что происходит, то смачно ударил себя по лбу и залился краской до кончиков ушей.       — Извини, председатель, я слегка не в себе…       — Бывает.       — Давление скачет туда — сюда, сам понимаешь…       — Я все прекрасно понимаю.       И Чжун Ли, пришедший не с пустыми руками, протянул Чайлду три коряво исписанных листа.       — Видишь ли, я сказал вам не то число. Сегодня одиннадцатое… В общем, нужно переписать.       Чайлд медленно взял листы в руки и тупо уставился на свой пляшущий почерк.       — Да-да, обязательно, — бормотал он, все ещё не веря в происходящее. — Только мои товарищи уже видят десятый сон, не очень хотелось бы их поднимать… Может, оно подождёт до завтра?       Чжун Ли кивнул.       — Так и быть. С утра занесешь в студсовет. Кстати, о чем ты хотел поговорить?..       Решение сказать все прямо пришло к Чайлду в самую последнюю очередь. Он долго думал о том, что может провернуть, дабы Чжун Ли повёлся на его авантюру, но все это требовало слишком больших сил.       И трезвого состояния.       Да и, признаться, интриги — не его сильная сторона. Чайлд с его воинственным характером всегда действовал по ситуации, а плести паутины из психологических ловушек...       Помилуйте. Он же не какой-то там Кэйа.       Чайлд глубоко вдохнул.       — Слушай, председатель, а мы не могли бы как-то замять это дело?       — Что значит «замять»?       — Совершим сделку, например.       Чжун Ли скрестил руки и усмехнулся.       — И что же ты хочешь предложить?       Чайлд ждал этих слов.       Парень мельком осмотрел комнату и, убедившись, что его соседи действительно спят, начал действовать.       Он выпрямил спину, отвёл плечи назад, расстегнул верхнюю пуговицу и сделал шаг к Чжун Ли. Расстояние между ними потихоньку сокращалось. Медленно разогревался воздух.       Дикое смущение и жгучий румянец выступили на щеках Чжун Ли.       Картина была очень неловкой.       Он постарался отойти в сторону, но Чайлд властно закрыл путь к отступлению рукой. Парень ясно дал понять, что не позволит ему сбежать.       Чжун Ли сам не заметил, как вдруг упёрся лопатками в стену. Он не знал, куда деть глаза, пока Чайлд приближается к нему всем телом и медленно склоняется над его шеей.              Парень кончиками пальцев провел по волосам шокированного Чжун Ли. Он заглянул ему в глаза, остановил губы прямо около его уха, затем прошептал так глубоко, так соблазнительно и тихо, что слова ещё долго певучим эхо звучали в голове:       — Два пакета гречки. И полпалки колбасы.       Чжун Ли так и поперхнулся.       — А почему полпалки?       — У меня больше нет…       Получив в ответ лишь тяжёлый вздох, Чайлд поднял ставки до пакета сосисок и банки домашней тушёнки.       — Ещё вчера я урвал сахар по акции, но, председатель, это уже совсем грабёж…       — Оставь себе, — Чжун Ли решительно оттолкнул парня от себя. — Сам только затарился — на месяц хватит… И вообще, как я уже говорил, правила для всех одинаковые. Даже если ты в студсовете — это не освобождает тебя от ответа.       — Да будет тебе, — настойчиво продолжал Чайлд. — Сделай исключение…       — Если я буду исключать всех подряд — вы тут все сопьетесь.       — О, значит, ты уже кого-то прикрывал, да?       — Не значит. Просто ты не первый об этом просишь.       — А если бы просила какая-нибудь Ке Цин, то ты бы её помиловал?       — Боже, Чайлд…              — Ну скажи, помиловал бы?!       На что надеялся Чжун Ли, когда заявился к нему на порог?       Пожалуй, этого не знал даже он сам. Чайлд прилип к нему, как банный лист.       Каждый следующий отказ и протест раззадоривали его пуще прежнего. Когда Чжун Ли попытался уйти, Чайлд вновь отрезал ему дорогу. Правда, уже не тем смущающим способом, которым он остановил его, когда пытался соблазнить гречкой, но не менее действенным. Парень забил ему голову так сильно, что непоколебимость Чжун Ли наконец-то дала трещину.       — По-хорошему, я мог бы оставить это на твоей совести, — утомленно произнёс он, — если бы только рядом со мной не было Сяо.       — Председатель, неужели ты боишься этого клопа?       — Никого я не боюсь. И Сяо не клоп. Все-таки, мы работали вместе. Получается, он всем раздавал по заслугам, а я свожу наши труды на нет.       — Думаешь, Сяо заметит пропажу трех дурацких объяснительных?       — Конкретно ваши летописи он хотел оформить в рамочку и повесить в холле. Я даже не знаю, чем мне оправдать твое прощение…       — Тем, что я буду доставать тебя, пока ты не согласишься. Один единственный раз, обещаю! Больше я тебя не потревожу…       Настойчивость Чайлда действительно оказалась чем-то за гранью добра и зла. Чжун Ли умирал от недосыпа и едва стоял на ногах. Не держись он за стены от усталости, то ни за что бы не пал под гнетом щенячьих синих глаз и звонкой, бьющей по мозгам болтовни.       — Завтра я буду очень загружен, — проговорил Чжун Ли севшим голосом. — Если никого не пришлю и не приду сам — значит забыл. Но имей ввиду: ты взял в долг. Если тебе так важно не получать выговоров, то постарайся меньше косячить, а не рассчитывать на мое милосердие.       — Да как можно, председатель! — обрадованный Чайлд смял листы и швырнул комок в корзину за дверью. — Думаешь, я бы стал злоупотреблять чьим-то положением?.. Неужели ты все-таки поверил россказням Сяо?..       — Я серьезно, Чайлд. Ты взрослый человек, я не могу и не хочу кому-то что-то запрещать, но, правда, постарайся больше не попадаться.       Дело было в шляпе.       Чайлд, не верящий в свою удачу, сердечно поблагодарил Чжун Ли. Он вновь клятвенно пообещал не доставлять проблем и по возможности помогать новому председателю поддерживать порядок в общежитии.       — Кстати, — невзначай поинтересовался Чайлд, — ты сказал, что живешь неподалеку… Насколько неподалеку?       Чжун Ли облокотился о дверной косяк, скрестил руки и ухмыльнулся.       — Ближе, чем ты можешь себе вообразить.       — Так ты скажешь или…?       — Не скажу. Пусть это будет твоим стимулом держать себя в руках.       Парень решил завтра же выведать все у Гань Юй, но Чжун Ли действовал наперед.       — Даже не пытайся спрашивать соседей — меня переселили вчера, так что никто еще не в курсе.       — Слежка меня не заводит, председатель…       — Очень жаль. Но ты все равно рано или поздно узнаешь, а до тех пор хотя бы веди себя тихо. Я плохо сплю, а из вашей комнаты слышен каждый скрип… Если не намерен прекращать ваши культурные собрания, то хотя бы дай мне спать.       Чайлд пропустил смешок.       — Да не волнуйся, дам я тебе…       — Что?       — Спать, председатель. Хороших снов!              Чжун Ли кивнул, пожелал парню спокойной ночи в ответ и ушел уже окончательно. Щелкнув замком, Чайлд прижался спиной к двери и скатился вниз, как кусок тающего масла с ножа. Ноги стали ватными. Страшно зудела голова. Парень горячими ладонями растер лицо и попутно благодарил небеса за то, что никто из знакомых не застал этого шоу. Чайлд делал много неловких вещей в своей жизни. Представление, которое он разыграл перед Чжун Ли — не самое стыдное. Тем не менее, ему было бы противно знать, что кто-то еще застал этот цирк…       — Проясни, что ты ему хотел там дать?..       Вслед за сиплым голосом Кэйи из темноты послышался смех Томы. Кэйа подхватил инициативу, и уже через минуту парни разрывались от хохота.       Видимо, никто из них не спал.       Под истерический гогот любимых соседей, Чайлд молча забрался на верхнюю койку и накрылся одеялом с головой. Как хорошо, что он не включал свет. Парни много видели в этой жизни, но Чайлд не хотел добавлять к этому списку свое красное от смущения лицо.       — Какой ты пёс перед ним, — страдальчески произнес Кэйа.       — Да завались ты, — пробурчал Чайлд и упал лицом в подушку.       Жаль, что он не может задохнуться.       — И вообще, могли бы сказать спасибо…       — Спасибо, что жертвуешь ради нас своей девственностью! — сквозь слезы проронил Тома. — Страна тебя не забудет.       Чайлд глубоко вдохнул.       И где его сигареты, когда они так нужны?..       Не жизнь, а сплошное расстройство.