Лю Цингэ успел

      Ло Бинхе продолжал удерживать иглу зубами, глядя в глаза шишу Лю. Если опустить взгляд ниже, то можно увидеть истончившиеся белесые шрамы. Ло Бинхе почти не помнит, как нанёс эту рану, но помнит, как вкладывал внутренности внутрь раскрытой грудной клетки, ощетинившейся обломками белых рёбер. Даже совершенствующимся оправиться от таких ранений суждено далеко не всегда. Да что там! Не каждый выжить сможет. А этот человек теперь стоит, расправив широкие плечи, вздёрнув гордую голову, и нечитаемо смотрит грозовыми глазами. Стоит с таким видом, словно и не помнит уже ничего. От этого уже в груди самого Ло Бинхе ноет, как от старого шрама. Неужели он так мало значит? Он держал это тело в руках, трогал снаружи и изнутри, касался едва-едва пульсирующего сердца. Жаль, что в тот момент он и сам не ценил этого. — Неужели так вкусно? — Лю Цингэ задумчиво смотрит на губы этого Ло. Точнее, на до сих пор зажатую в зубах иглу дикобразаоленя. — Даже для меня сделать что-то съедобное из этой твари настоящий вызов, — вынужден признаться Ло Бинхе, сжимая колючку в пальцах. Выбрасывать этот трофей он не спешит. — Шишу позволит сохранить то, что его ранило, на память об этом приключении?       Лю Цингэ предсказуемо фыркает. Он и раны, оставленные этим Ло, не особо признаёт. — Даже жаль, что я сам когда-то был ничем не лучше этого зверя, — кается Ло Бинхе, дерзко прикасаясь кончиком иглы белесой полоски на груди Лю Цингэ. Ведёт вниз, отслеживая спутанный клубок страшных, хоть уже и изрядно блёклых шрамов. — Тебе просто повезло тогда, — Лю Цингэ грозно хмурится, и Ло Бинхе не может удержаться от озорной улыбки. — Бинхэ, вежливость, — напоминает затаившийся за веером учитель, и этот Ло чувствует, как по спине мелко перебирают тонкими лапками мурашки. Похоже… учитель вовсе не против, что бы этот Ло флиртовал с шишу.       Не то чтобы Ло Бинхэ не понимал его. Шишу очень красивый. Настолько, что раньше это раздражало. Мало приятного, когда рядом с учителем отирается кто-то настолько привлекательный. Но… похоже, учитель совсем не против поделиться с этим учеником своим прекрасным и стойким шиди. Какая щедрость! Этот Ло ни за что не откажется от такой возможности. — Конечно, учитель, — Ло Бинхе покорно кланяется Шэнь Цинцю, а затем смотрит в грозовые глаза, — Шишу позволит этому ничтожному загладить свою вину и вымолить прощение?       Глаза у Лю Цингэ светлеют и становятся круглые-круглые. Кажется, этот Ло понимает, что именно так ценит учитель в своём шиди помимо красоты. Ну раз так, то этот Ло постарается доставить как можно больше удовольствия учителю и шишу. Ну и себе, конечно.