Чары золотого венца

Девушка больше на него не смотрела. Наваждение спало. А было ли оно вообще? Надо было проветриться. На воздухе к нему вернулась способность трезво оценивать ситуацию. Это была суккуб. В этом он не сомневался. Но что ей вдруг понадобилось от гномов? Что такого хранил один из них? На эти вопросы ответов у него не было. — Ты знаешь кто я, король Нарнии, — внезапно раздался шепот позади него. Он живо обернулся. Перед ним стояло то самое существо. Нельзя было долго смотреть ей в глаза. Её чары распространялись на всех и он не мог быть исключением. Но зачем он ей вдруг понадобился? Много ли она о нём знает? Это оставалось для него загадкой. Девушка приблизилась. Начала рассматривать его с разных сторон, словно желая удостовериться, что он действительно тот, к кому она только что обратилась. — Ты суккуб, — уверенно проговорил парень, с настороженностью глядя на неё. Казалось, он любой момент ожидал нападения и хотел быть заранее готовым к нему. — А ты сын Адама, — фактом на факт ответила девушка, — король Эдмунд Справедливый из Нарнии. — Что тебе нужно от меня? — старался не терять бдительности черноволосый. Нельзя доверять. — Не вставай у меня на пути, — серьезно сказала та, угрожающе блеснув своими серебристыми глазами, — не вмешивайся в это дело, король Нарнии. — У нас разные дела, — спокойно отозвался юноша, ничуть не испугавшись, — моё не связано с твоим. Разве что, то, забранное тобой у гнома. Эта вещь. Она может быть связана с моим делом. — Этого ты никогда не узнаешь, — ощетинилось в ответ существо, — я могу сделать с тобой, всё что захочу, но пока трогать тебя не стану. Не приближайся к этому отряду, король. Не дожидаясь ответа, суккуб исчезла, растворившись в ряде искр. Эдмунд ещё долго смотрел на то место, раздумывая над словами этого ожившего мифа. Никогда ему ещё не приходилось сталкиваться с суккубами. Её угрозы вполне могли подействовать на него, ведь он и не догадывался о полноте её мощи. Ему были известны лишь некоторые стороны её возможностей. Было ли это всё? Уж точно нет. Младший Певенси всерьёз задумался. Стоит ли ему продолжать распутывать нити заговора? Следовать за отрядом и узнавать их цель? Он почему-то был уже не уверен в правильности своих действий. Нет, это не угрозы на него так подействовали. Само появление суккуба и её интерес к вещам гнома вызывал противоречия. Предостережение магической особы было вполне серьезным. Последовать за отрядом теперь означало для него схватку с суккубом. Не последовать – оставить нападение на Люси безнаказанным. Вдруг эти существа как-то связаны и со странностями Питера. Тогда он не имеет права отступать. Значит оставалось только одно. Его преследование продолжается. Во имя семьи. Две девушки практически одного возраста прогуливались возле колонн. Королева Люси рассказывала историю Кэр-Параваля, которую успела выучить наизусть. Её спутница с интересом слушала её. Чрезмерно оглядываться по сторонам она себе не позволяла. Принцессам так делать не подобает. Младшая из королев ей нравилась. В её речах чувствовалась та детская, неприкрытая искренность, которой не могли похвастаться правители какой бы то ни было страны. А ещё она была живой. Холодно-вежливое обращение было не свойственно ей. Люси Отважная производила впечатление восторженной правительницы, любившей свою страну всем сердцем. В каждом её слове чувствовалось её трепетное отношение ко всему окружающему. После рассказа об обитателях замка, Фиатенни поняла, что Отважная королева также добра, по-настоящему добра. Её действия, направленные на улучшение качества жизни своих подданных, пусть это и были незначительные мелочи, выставляли её в весьма выгодном свете. — Принцесса Фиатенни, хотели бы вы посмотреть на наш сад? — повернулась к ней королева. — С превеликим удовольствием, королева Люси, — позволила себе улыбку блондинка. До сада, как оказалось, оставалось всего несколько десятков шагов, которые они преодолели быстро. Уже через десять минут с небольшим они очутились во внутренней части замка. Средних размеров сад показался принцессе довольно уютным. Окружённая виноградным плющом беседка была сделана из дерева и располагалась в самом дальнем углу сада. Зайдя в эту беседку, можно было не опасаться, что тебя увидят. Место было достаточно хорошо скрыто не только плющом, но и ветвями деревьев. Однако, из беседки можно было рассмотреть остальное убранство сада. Красивые, разнолистовые деревья, маленький прудик, над которым был таких же габаритов мостик, кусты с ягодами, деревянные качели, висевшие ближе к стене замка. Таков был сад во внутренней части Кэр-Параваля. — Это место совершенно очаровало меня, — отрывисто проговорила принцесса, после этих слов вдруг смутившись. Наверное, ей не стоило так открыто выражать свои мысли. — Вы можете высказывать свои мысли совершенно свободно, принцесса Фиатенни, — уловила её затруднения Отважная, — я это наоборот приветствую. Ведь что как не наши мысли приводит нас к свершению великих дел. Молчание способно погубить сотни жизней, даже обличенное в бессловесный поток мыслей. — Вы мудры не по годам, королева Люси, — заметила принцесса, наслаждаясь как видом сада, так и обществом своей спутницы. — А вы, как мне кажется, видите гораздо больше, чем желаете показать, — с удивительной проницательностью поглядела на неё собеседница. Фиатенни перехватила её взгляд и медленно отвела глаза в сторону. Ей показалось, королева Люси могла бы быть хорошим собеседником, которому стоило бы поверить свои тайны. Но пока она не была к этому готова. А правительница этого, к счастью, и не требовала. Они какое-то время поболтали в беседке, а потом вернулись в тронный зал. Их путешествие по замку подошло к концу. Когда они дошли до зала, остальные уже выходили оттуда. По-видимому первый день переговоров подошёл к концу. Младшая Певенси остановилась, заметив брата принцессы Трейнена. Её сестра вежливо попрощалась со всеми и ушла. Принц спустя минуту тоже откланялся. Его взгляд ни разу не задержался на оставшейся королеве, что её несколько расстроило. Все эти манипуляции не укрылись от Фиатенни, которая поджала губы. Брат успел посмотреть в её сторону. Она поняла, что сегодняшний вечер будет непростым. — Не тратьте свои силы на напрасные надежды, королева Люси, — шепнула, наклонившись к соседке блондинка. — Что? О чём вы? — словно очнулась в ответ та, повернувшись к ней. — Я о моём брате, я видела ваш взгляд, — пояснила девушка, — и поняла его правильно. Трейнен не тот человек, с которым вы должны представлять себя в будущем. Будет лучше, если вы забудете о нём. Не желая пускаться в дальнейшие объяснения, принцесса наклонила голову в знак прощания и исчезла. Пошла она в совершенно противоположную сторону. Не в ту, куда ушла старшая королева, а затем за ней и её брат. Ей оставалось только посочувствовать королеве Сьюзен. Ведь именно её выбрал своей новой жертвой Трейнен. Принц Теребинтии был бабником. Он не оставался с одной девушкой больше трёх-четырёх дней. Ему достаточно было увидеть другую красотку, чтобы уже в этот же день начать ухаживать за ней. А Верховная королева Нарнии обладала редкостной красотой. Неудивительно, что она сразу же привлекла его внимание. Фиатенни вздохнула. В беседке младшая из королев успела рассказать ей как пройти на общий балкон и вскоре она дошла до него. Голубоглазая остановилась возле парапета и, облокотившись на него, посмотрела вниз. Высота была не такой уж и большой, всего пара этажей, но вид был завораживающим. Ей предстояло многое обдумать. Девушка прикрыла глаза и в этот же миг услышала шаги позади. Она напряглась всем телом, подумав о брате, но прозвучавший голос, принадлежал далеко не ему. — Принцесса Фиатенни, могу я спросить вас кое о чём? — тактично поинтересовался Верховный король Питер Великолепный. — Конечно, король Питер, — вежливо отозвалась она, незаметно для него облегчённо вздохнув. Светловолосый не спешил задавать свой вопрос. Он внимательно, но в тоже время ненавязчиво рассматривал свою собеседницу. Ему казалось, что она пережила что-то неприятное, возможно даже ужасающее. Принцесса не показывала вида, но он всё равно заметил. Сложно спрятать сильные эмоции. Глаза всё равно выдают пережитое, но в её голубых глазах была лишь тень, которую мало кто смог бы увидеть. Питер увидел эту тень, а также заметил слишком странный взгляд принца на свою сестру. Это не могло не заинтересовать его. — Какие отношения у вас с принцем Трейненом? — помедлив, осторожно спросил он. — Прежде всего он мой брат, Ваше Величество, — подумав, ответила девушка, — нельзя сказать, что мы близки по-настоящему. Я уважаю в нём стремление к изменениям. И она ведь не соврала. Действительно не только минусы были у братца, плюсов было гораздо меньше, но они были. Питеру показалось, что её ответ оставлял за собой недосказанность. Почему их отношения не близки? Говорила принцесса без особого напряжения, но можно было заметить некую настороженность в её взгляде. — Ваши отношения кажутся напряжёнными со стороны, Ваше Высочество, — позволил себе высказаться Верховный король. Что на это скажет его собеседница? Фиатенни пару секунд смотрела прямо перед собой, а затем неспешно обернулась к нему. Она думала, что ответить, чтобы не давать повода для сомнений. Никто не должен знать эту тайну. Никто не должен о ней догадаться. Блондинка постаралась выглядеть непринужденно. Вероятно, наполовину у неё это получилось. — Мой брат обладает непростым характером, — наконец сказала она, — поэтому иногда возникают определенные трудности. Но это не должно быть предметом вашей тревоги, король Питер. С вашего позволения, я пойду. Великолепный машинально кивнул. Принцесса ушла, оставляя после себя облако тайны. Чувство, что здесь что-то не так, не покидало Певенси. Не понравился ему тот странный взгляд принца Трейнена. Похоже ему придется крепко надо всем этим поразмыслить. Парень вздохнул и вскоре покинул балкон. Последнее время его частенько мучили головные боли, но от родных он старался это скрывать. Корона словно давила на него. От этого ему становилось не по себе. Но поделать с этим он ничего не мог. Верховный король пытался сопротивляться. Казалось, своей головой управлял не только он, но и кто-то ещё. Он явственно ощущал чьё-то присутствие, но не мог никак выкинуть этого чужака из своего сознания. С каждым днём в нём оставалось всё меньше сил. Питер устал бороться, но всё ещё продолжал свои попытки. Тяжесть в голове пропадала лишь к ночи, когда он снимал золотой венец и оставлял его на табурете рядом с постелью. Парень добрался до своих покоев и прикрыл глаза, прислонившись к стене. Верховная королева Сьюзен Великодушная в задумчивости ходила в стенах Кэр-Параваля. Она почти дошла до колонной аллеи, которая располагалась на границе дворца и поля, за которым находился и лес. Советник короля Эрон с первой встречи два года назад показался ей заслуживающим уважения человеком. Это был мужчина около 40 лет, мудрый и рассудительный. Эти два качества были особенно близки Сьюзен потому, что являлись частью её самой. Что же касается его спутников, принца Трейнена и принцессы Фиатенни, то о них она чего-то определенно сказать не могла. С принцем она была знакома столько же, сколько и с советником, но знала о нём гораздо меньше. Лишь успела отметить для себя, что это тот тип мужчин, которые мало чего ценят в жизни, кроме развлечений. В его глазах не отражалось ничего. Как будто душа его была пуста. Таких людей Великодушная королева называла серыми, однообразными, ничем не отличающимися от остальных. В его внешности не было ничего особенного. Другое дело его сестра, принцесса Фиатенни. С ней Сьюзен смогла познакомиться только сегодня. Не сказать, что прониклась к ней каким-то особенным чувством, но пригляделась это точно. Девушка, одногодка Эдмунда, производила впечатление сдержанной и независимой особы незаурядного ума, которая в будущем могла бы стать мудрым и справедливым правителем. Большего о ней Певенси сказать пока не могла. Возможно, ей удастся узнать её получше. — Королева Сьюзен! — вдруг окликнул её кто-то, вырывая из потока мыслей. — Принц Трейнен? — обернувшись, неприятно удивилась та. Как и положено королеве, она не показала своих эмоций. — Я не помешаю? — деликатно поинтересовался он, подойдя к ней. — Вы что-то хотели, Ваше Высочество? — подняла одну бровь брюнетка. — Побыть в вашем обществе для меня как разглядеть солнечный луч среди тёмных туч, — начал с улыбкой принц. — Не льстите мне, принц Трейнен, — предупредила со всей дипломатичной вежливостью его королева. — И не думал! — притворно оскорбился тот. — Всего лишь хотел в очередной раз засвидетельствовать вам своё почтение, моя королева. Он взял её за руку и наклонился, чтобы оставить на кисти поцелуй. Сьюзен напряглась, нахмурившись. Так, этого она не позволит. — Это лишнее, — вырвала свою руку из его плена девушка, — увидимся завтра, принц Трейнен. — Буду ждать нашей встречи с нетерпением, — поклонился ей Трейнен. — Ты ещё не знаешь, что тебя ожидает, королева Сьюзен, — с усмешкой сказал сам себе он после её ухода.