Чары золотого венца

Эдмунд продолжал тенью следовать за отрядом. О суккубе он старался не думать, хотя и понял, что с ней он ещё встретится. Если его цель связана с отрядом, то он непременно столкнется с ней. Парень не боялся встречи. Он лишь остерегался её чар, которые она могла бы на него напустить. Его не привлекали девушки, точнее, он не смотрел на них как на возможных спутниц своей жизни. Парочке девушек он нравился и это не было для него загадкой. У них на лице всё было написано. Отряд останавливался только на ночлег, а потом снова выдвигался в путь на рассвете. Руководило всем теперь существо с львиными ушами и хвостом. Тело походило на человеческое. Глаза же были кошачьими. От них словно ничего не могло укрыться. Но следовавшего за ними короля он не замечал. Младшего Певенси всегда сложно было услышать, он передвигался неслышно, словно кот, не издавал излишних звуков, дышал либо тихо, либо через раз. Поэтому в преследовании он был отличной кандидатурой. Лес казалось бы помогал ему укрыться от вражеских глаз. Так он преследовал их три дня. Ночью третьего дня, когда он привалился к дереву, прикрыв глаза, чтобы дать им отдохнуть, рядом с ним послышался шелест. Черноволосый тут же открыл глаза и принял боевую стойку, зорко оглядываясь по сторонам. На освещенной луной небольшой опушке никого не было, ни единой души. А вот что скрывалось за деревьями, он разглядеть никак не мог, как бы не пытался. — Ты всё же не послушался меня, король Нарнии, — проговорил откуда-то сбоку холодный голос. Эдмунд мгновенно узнал его. — У меня есть цель, — спокойно ответил ей он, — и я от неё не отступлю. — Неправильный ответ, — вдруг прошипела суккуб, быстро приближаясь к нему. Удар был нанесен молниеносно. Но он был к нему готов потому, что ожидал его. Следующая серия ударов заставила юношу перейти в оборону, внимательно следя за каждым движением противника. Девушка на этот раз дралась мечом. Почти таким же какой был и у него. Бой был на равных условиях. В военном искусстве оба были хороши, но кто лучше выяснить было трудно, если не сказать невозможно. Эдмунд сделал непростую подсечку, но суккуб ловко обошла её, круговым движением попытался выбить меч из её рук – пресекла на корню, разгадав его замысел, предпринял попытку ударить её в висок, — тоже не вышло, она уклонилась и, быстро оказавшись за его спиной, чуть не лишила его приличной пряди волос. Дрались с завидным упорством. Никто не желал уступать. Король заметил, что его соперница в своих атаках как бы ненароком пытается задеть пальцами его висок. Это настораживало. Он не допускал прикосновений, осторожничал, проверял как свои возможности, так и её. Извернувшись, суккуб всё же смогла достать до внутренней стороны запястья и тут же надавила на него, видимо желая использовать свои чары. Увидев перед глазами холодную улыбку Джадис и её фарфоровое лицо, кареглазый вздрогнул и отшатнулся. Замешательство длилось всего мгновение. Собравшись, Певенси резким ударом попал ребром ладони девушке в шею, высвобождая таким образом своё плененное запястье. И пока она не осознала происходящего и не подготовилась к новому удару, он резанул мечом в солнечное сплетение. Какого же было его удивление, когда он услышал злобный, каркающий смех. — Ты же не думал, что я умру от твоих ударов, сын Адама? — насмешливо посмотрела на него она. — Я не думаю, я анализирую, — скупо отозвался тот и ударил вытащенным скилетом в правый бок врагу, используя в качестве отвлекающего манёвра неслабый пинок носком ботинка в колено. На это уже насмешливого ответа не последовало. Суккуб прижала ладонь к боку, тихо зашипев. Она не спешила контратаковать, но подросток всё равно держался настороже, подняв согнутую в локте руку с мечом над головой. Его глаза выражали сосредоточенность. Он в любой момент ожидал удара. Но его не последовало. Девушка подняла голову и посмотрела на него. Эдмунд не знал, что скрыто в этом взгляде, но подозревал, что ничего хорошего. Справедливый несколько вызывающе посмотрел на неё свысока. На её губах вдруг появилась дерзкая ухмылка. — Мы ещё встретимся, король Нарнии, и ты уже не отделаешься так легко, — сказала суккуб и исчезла в клубе дыма. Юноша ещё пару минут простоял так, не двигаясь, а потом услышал какой-то шорох и напрягся всем телом, решив, что это возвратилась его соперница. Он поднял свой меч и, нахмурившись, обернулся на звук. Его настороженность тут же пропала стоило ему увидеть совершенно другое существо. — Ваше Величество, — прошелестел филин, устроившись на пне, — наконец мне удалось отыскать вас. — Какие-то вести из дома, Фиас? — живо поинтересовался король, став серьезным. — Да, мой король, — кивнула птица, достав клювом аккуратно сложенное письмо, которое находилось у него в небольшой плетенной сумке, — письмо от вашей сестры. Певенси взял конверт в руки и быстро раскрыв его, начал читать: « Эдмунд, Пишу тебе, чтобы узнать как долго ещё продлятся твои выслеживания. Мне необходимо переговорить с тобой. Есть о чём. В Кэр-Паравале сейчас неспокойно, Эд. Послы из Теребинтии и их прием в достаточной мере утомляют меня. Посол уважительно ведёт себя со мной, чего не скажешь о его спутнике, принце Трейнене, который только и жаждет приворожить меня, тем самым раздражает неимоверно. Мне не хватает твоего холодного спокойствия и рассудительности, смешанной с жёсткостью трезвого ума. Возвращайся как сможешь. Сьюзен ». За два дня до написания письма младшему брату Верховная королева всячески стала сторониться принца, иными словами, избегала его общества. Но юноша оказался настойчивым. Избавиться от него было непросто. Вскоре Сьюзен стала уставать придумывать отговорки для ухода. Она решила сказать напрямую. Во время очередной попытки добиться её благорасположения девушка неожиданно сурово посмотрела на него. Он замолк на полуслове. — Послушайте, принц Трейнен, — серьезно заговорила Певенси, — ваше общество стало мне в тягость. Я не терплю назойливых личностей. Предельно ясно выразилась? — Тогда не докучайте мне, — добавила она, не услышав ответной реакции, — вы здесь для разрешения торгово-политических дел, а не для пустой болтовни и развлечений, — и гордо задрав подбородок, ушла. Тем же вечером принцесса Фиатенни в одиночестве ходила по коридорам дворца. Мысли, заполонившие её голову, казалось, проникли и в душу. Её напрягало поведение брата, но поделиться с кем-либо своими опасениями она не могла. Доверять семейные тайны она не собиралась никому. Это не должны узнать. Она об Этом не должна помнить. На груди вдруг потяжелело. Блондинка легонько коснулась заболевшего участка кожи и невольно охнула, почувствовав больше тяжести. Секунда и всё утихло. Её спины коснулась рука. — Скучала по мне, сестрёнка? — раздался тихий шёпот возле уха, заставивший её вздрогнуть. — Трейнен, не начинай, — стараясь вложить в голос побольше серьезности, проговорила Фиатенни. — Почему это? — провёл носом по шеи тот, одновременно пуская указательный палец бродить по её позвоночнику. — Тебе же этого хочется, хочется повторить Это. То что было. — Нет, не хочется, не трогай меня больше никогда, — с дрожью в голосе сказала девушка, пытаясь уйти от прикосновений. — Слабая и неубедительная просьба, — фыркнул брат, наклоняясь к ней. — Отстань от меня, — повторила та, с трудом совладав с голосом, — не прикасайся, убери руки. — Я ещё ничего не сделал, — усмехнулся юноша и, схватив её пониже талии, резко притянул к себе. — Принцесса Фиатенни? Принц Трейнен? — неожиданно послышалось сзади. Фиатенни почувствовала как хватка на пояснице ослабла, а потом и вовсе исчезла. Причиной тому послужил направлявшийся к ним Питер Великолепный. Выражение его лица было не сказать чтобы спокойным. Девушка украдкой посмотрела на брата. У него на лице читалась банальная трусость. Вероятно, он почувствовал какую-то угрозу, исходящую от короля Нарнии. — Любите поздние прогулки? — подняв бровь, поинтересовался русоволосый. — Да, я и моя сестра, находим в этом что-то особенное, — за двоих ответил Трейнен, выдавливая из себя улыбку — а вы, Ваше Величество? — Иногда могу себе их позволить, — не ответил на улыбку Верховный, — если не будете против, то я пожалуй составлю вам компанию. — Сожалею, но мне уже пора, дела не ждут, — легко солгал принц. — А что насчёт вас, принцесса? — обратился к ней Великолепный король. — Я была бы не против вашей компании, король Питер, — заставила себя слабо улыбнуться пепельноволосая. Какое-то время они шли в полнейшем молчании. Питер пытался проанализировать то, что он увидел, а Фиатенни просто старалась забыть. Парень уловил её грустный вздох и задумался. Что могло вызвать такое настроение нетрудно было догадаться. "Разговор" с братом. Великолепному хотелось узнать что между ними происходит на самом деле и сможет ли он чем-то здесь помочь. Стоит ли говорить принцессе, что он успел заметить приставания к её братца? Как она это воспримет? Он ведь не просто так предложил прогуляться. Ему нужно было помочь и он это сделал. По крайней мере, на этот вечер. В конечном итоге, он всё-таки решился. — Будете ли вы честны со мной, принцесса? — будто бы самому себе вслух вопрошал русоволосый. — О чём вы, Ваше Величество? — посмотрела на него та, внутренне напрягаясь. — Ваши отношения с братом не такие пространственные, как вы мне их описали, — осторожно отозвался парень. — С вашего позволения, король Питер, я бы не хотела говорить на эту тему, — отвернулась в сторону принцесса. — Я видел вас, — многозначительно проговорил парень, — и то, как напряжённо вы следили за действиями своего брата. Фиатенни вздохнула и опустила голову. Что она могла на это ответить? Она сейчас стояла к Верховному королю Нарнии спиной, так что он не мог видеть эмоций на её лице. Но девушка могла поклясться, что он чувствовал что-то. Какую-то исходившую от неё ауру, в которой сквозили и боль и недосказанность и напряженность со страхом. Глаза Питера Великолепного не говорили о плохих намерениях своего обладателя. По крайней мере, принцессе так казалось. Она постаралась успокоиться. Нужно было взять себя в руки и как-то отреагировать на произнесенные слова. — Если вам будет нужна помощь, — тихо сказал Певенси, так и не дождавшись её реакции, — то знайте, что вы всегда можете обратиться ко мне. Голубоглазая услышала приближающиеся шаги. Она поняла, что он в меру настойчив и не станет требовать с неё подробностей против воли. Блондинка медленно повернулась и заглянула в глаза своего собеседника. — Спасибо, Ваше Величество, — наконец услышал её ёмкий ответ король.